Жизнь под надзором демона

А что бы Вы сделали, бросая изначально вызов на дуэль, а потом, выяснив, что Вам якобы нельзя ни с кем вступать в некий контакт? Большинство ответят: "Да кто мне это вообще говорит!? Моя жизнь, что хочу, то и делаю!" То же самое подумала и наша Мэй, бросая очередной взгляд в сторону серьезного Сиэля, который все же надумал остаться и проследить за тем, чтобы сестра не наделала глупостей. Ну, наделать-то, она наделает, а вот дуэль, это надо предотвратить. Было видно, что графу Фантомхайв совсем не нравилось находиться в поместье Транси. Ну, хотя бы из-за вновь наступившей холодности. А может быть и не наступившей, а как раз таки просто, выплывшей наружу, из-под такой ему, все ещё не привычной маски с надписью "Добрый братик". Мальчик ковырял вилкой несчастный шоколадный пирог, который ему подал Клод, изредка, бросая раздраженный взгляд в сторону Алоиса, мило усевшегося рядом с ним. Мэй уже продумывала план на счет дуэли. Нельзя лишить её "десерта" после "основного блюда". Колкости, брошенные в сторону Гануры, были "основным блюдом", ну а дуэль должна быть прекрасна, как нежный сливочный пудинг, приготовленный Себастьяном, поэтому и "десерт". "А если провести дуэль в скрытую? Хм, но Ганура обязательно потом проболтается... "Мертвые не умеют говорить"- пролетели в голове слова Сиэля. Нет! Я не хочу драться на смерть, это будет слишком". - Извините, - прошептала Ханна, незаметно подойдя к Мэй со спины. - А? Что-то хотела? - Мэй, вздохнув, повернулась лицом к служанке. - У меня есть просьба. Прошу простить за мою бестактность, но... - Ханна!- её окликнул властный голос. - Г-господин? - Какого черта в моей спальне обнаружился таракан!? - Алоис направился к девушкам. - В-возможно, это из-за яблок, господин. Они так д-долго лежали в кладовой, что... Она не успела закончить, как раздался звонкий хлопок и ругань мальчика, который уже пинал несчастную Ханну, упавшую от сильной пощечины. Мэй даже не знала, что ей делать, но, к счастью, раздался голос Сиэля оттуда, где ещё минуту назад стоял Алоис. - Себастьян! Мгновенье и разозленный блондин на руках у недовольного Михаэлиса. - Первый раз держу в руках такой отброс, как Вы, - дворецкий выдохнул и посмотрел на Мэй. - Что!? Клод! - Мальчик стал брыкаться, как вольный жеребец в поводьях, но все его попытки сбежать оказались четными. - Отпусти его Величество, - Клод вышел буквально из темноты. По его лицу читалось, что ему абсолютно все равно. Себастьян опустил мальчишку на ноги и, подойдя к Ханне, пытающейся встать, подал ей руку. - Себастьян, - прошептала Мэй. Дворецкий обернулся и выжидающе посмотрел на графиню. - Да, миледи? - А? Ничего-ничего! У меня тут это... дела, вот! - девушка стала отмахиваться и поспешно удалилась. "Так что же с дуэлью? А может быть, это сделать в одной из зал, куда реже всего заходят, например, комната с темно-синими стенами. Она просторна и пуста. Это будет великолепное место, и думаю, что вполне сгодится. Остается только сказать Гануре". На такой ноте наша графиня отправилась искать "поросенка". Найти её было несложно, уплетая за обе щеки пирог, который Клод ранее поставил на стол, она склонившись, поедала его своими руками. - Кхм! Ни за что к нему не притронусь, - Сказала Мэй, оглядывая удивленную графиню. - Что тебе надо? - Ах да, я нашла место для дуэли. - Ох, правда? - было видно, что Ганура немало испугалась. - Да, но я хочу, чтобы ты никому не говорила о нашей дуэли. Ни-ко-му, - Мэй не по-доброму улыбнулась и, развернувшись, поспешила скрыться. Фантомхайв одела черное длинное платье с капюшоном, черные туфельки на маленьком каблучке и, заплетя волосы в высокий конский хвост, направилась в одинокий зал, где её должна была уже ждать Ганура. Все, как и было сказано ранее, "поросенок" ждала её в просторной комнате. Её коленки тряслись, и чтобы хоть как-то себя успокоить, она напевала своим неприятным голосом какую-то песню. - Ты даже не переоделась. Неужто не жаль платья? - Я не взяла сменную одежду! - Ганура гордо провела рукой по грязным волосам, зализывая их назад. - Скажи на милость, что тебе нужно от Алоиса? - Жених он мой! - Какое совпадение, - Мэй сняла мечи со стены, которые вроде бы являлись украшением. - Ха! Ты хочешь драться на этом!? Да я мастер по борьбе на мечах, дорогуша, да тебе не повезло! - Ганура разразилась смехом. - У меня тоже был великолепный учитель, - Мэй вспомнила Себастьяна. - Ну вот и посмотрим! Девушка кинула в руки Гануры меч и подошла. Встав в стойку спина к спине и сделав несколько шагов вперед, Мэй развернулась. Неожиданно "поросенок" с диким ревом понеслась на неё со своим оружием. Фантомхайв увернулась, но тут же споткнулась о неровно лежащую каменную кладку пола и упала. Раздался смех Гануры, но Мэй тут же встала на ноги и, сжав тяжелое оружие в руках, сделала маневр, но та защитилась своим мечом. Был слышен громкий лязг металла и сбившееся дыхание одной из соперниц. Катящиеся капли пота по полному лицу Гануры заставляли Мэй оценить свою прекрасную работу. - Уверена, тебя никто ещё так не мучил, как я, - хриплым голосом проговорила Фантомхайв. Мэй долгое время бегала с тяжелой косой смерти по Лондону. Её тело давно привыкло к таким нагрузками. Она знала, что если захочет, то сможет нанести роковой удар, но тогда ведь Ганура проиграет. Конечно, Мэй этого очень хотела, но разве неприятно растягивать удовольствие? Видеть искаженное усталостью и ненавистью лицо "поросенка", было той ещё отрадой. - Не зевай! - Мэй взмахнула мечом, и тот со свистом отрубил часть волос Гануры. Тут произошло то, чего никто никак не могла ожидать. Ганура вновь закричала, но теперь громче обычного, и дверь в зал с грохотом раскрылась. На пороге стояли все: Сиэль, Алоис, Клод, Себастьян и даже Арнольд. Их напуганные лица отвлекли Мэй, и она сама не заметила очередной вскрик и свист меча соперницы. Время будто остановилось, но тут же вернулись чувства. Некий страх, смешанный с режущей болью в боку. Фантомхайв увидела, как брат вобрал воздуха, его рот приоткрылся, а глаза наполнились безумием и холодным чувством ненависти. Его лицо было таким же, как когда Лиззи сломала его кольцо в приступах злобы. Именно это выражение лица заставило вернуться Мэй в реальность. Вскрик и кровь, капающая на пол крупными каплями. Дрожащая рука, сжимающая рану, вся в крови. Мэй сжимает руку с мечом и одним рывком оставляет тянущийся шрам на груди Гануры. Та с криком, падает на пол и, поднеся руки к груди, начинает рыдать. - ...Поросенок... - Мэй ухмыляется, поворачивая лицо в её сторону. - Я же тебе говорила...