Навсегда.

Глава 11. POV Михалок. Я просто брел по улице в неизвестном направлении, промокший под холодным дождем, угрюмый, серый, незаметный.. В голове не блуждало ни единой мыслишки, только тишины давила на мозг и лишь несколько слов словно молотком били по разуму: 'мне нужна она.' Я нуждался в ней, наверное, больше чем в кислороде, и уж конечно гораздо сильнее, чем Булатников. При мысли о нем челюсти снова сжались, ладони в карманах шорт образовали кулаки, а мысли сплотились в один комок ненависти к этому человеку, бывшему другу. Хотя я бы сказал, что это скорее злость на себя. Я прекрасно осознавал то, что предал его, как бы тяжело и больно мне это не давалось. Можно было бы извиниться перед ним, или же с самого начала остаться в приятельских отношениях.. Но я был слишком горд для этого тогда. Тогда, два года назад я думал, что мне никто не нужен больше из моей группы и эти 25 лет можно вычеркнуть из жизни и забыть навсегда; все мои надежды возлагались на новый проект, развалившийся через полгода. Кажется, какие-то злые силы затмили мой разум в то время, не давая осознать ущербность ситуации. Я поднял голову к небу; взгляд скользнул по знакомым серым домам. Здесь, в третьем подъезде 12 дома был расположен заброшенный почтовый ящик, который мы с Мариной использовали в экстренных случаях, при невозможности публично общаться. Я зажмурил глаза, я взрослый мужик и не должен плакать! Эти воспоминания.. Они доведут меня! Твердым, уверенным шагом я двинулся в сторону знакомой многоэтажки. Пальцы сами, словно машинально набрали код. С силой распахнув тяжелую железную дверь, я обомлев, опустил руки и замер. Передо мной стояла она, вся заплаканная, растрепанная, но такая прекрасная в тусклом свете дождливого неба.. Я просто не поверил своим глазам и стал хлестать себя по щекам, чтобы этот ночной кошмар закончился, но ничего не происходило. Она так и стояла предо мной, медленно бледнея, прикрывая руками рот, видимо, спасаясь так от крика. По щекам, из широко распахнутых глаз струились слезы. Марина кинулась в мои объятия, нашептывая мое имя себе под нос, будто читая молитву. Я пытался прижать ее как можно крепче к себе, чтобы она точно никуда больше не исчезла. Целуя ее губы, щеки, шею, все пытаясь убедиться, что она жива, она рядом; аромат ее духов просто сводил меня с ума. Я запускал пальцы в ее короткие русые волосы, рассматривая прядь за прядью; пристально вглядывался в голубые глаза; брал ее лицо в свои ладони, поглаживая нежную светлую кожу.. Я упал на колени, я уткнулся носом в ее живот и только тогда понял, осознал - она жива, она рядом, она со мной, наконец-то... Ко мне, сквозь пелену, пробивались какие-то звуки; она пыталась что-то мне сказать, трясла какой-то бумагой перед моим носом. - Сережа.. Сереженька, милый, родной! Посмотри! - она всунула мне в руки листок с текстом и плюхнулась рядом на мокрый асфальт, - Читай же, прошу! Я прочитал письмо. Я с силой порвал этот несчастный белый лист и отбросил обрывки в сторону. - Ты только моя, - процедил я сквозь зубы, сжимая ее плечи и смотря прямо в глаза. - Нет, Сярожа.. Нет! Прости! И вскочив, она убежала. Я кусал губы, покачиваясь из стороны в сторону, словно больной в припадке, вспоминая эти горячие слова признания Паши, такие искренние, точно подобранные сочетания слов...