Осколки прошлого

      Сегодня Микаэля разбудили не будильник и даже не радио, начинавшее играть ровно в семь утра. Омега почувствовал, что на него прыгнуло что-то небольшое, но очень твёрдое и крепкое, врезавшись острыми коленками в живот. Микаэль вскрикнул от удивления и, неохотно открыв глаза, уставился в голубые глаза незваного гостя. — Люсьен, имей совесть, сейчас только пять утра. И сегодня, чёрт возьми, суббота! - беззлобно проворчал Микаэль, накрываясь одеялом с головой. — Пап, ну вставай! Сегодня же приезжает дедушка! - маленький проказник начал стаскивать с папы одеяло. — Люк! Твой дед приедет только вечером. Пожалуйста, ещё десять минут! - взмолился Микаэль, прекрасно понимая, что если его сын чего-то хочет, то он непременно этого добьётся.       Несмотря на то, что его сын родился омегой, он был довольно решительным и упрямым мальчиком. Как ни странно, но цвет глаз и кожи он унаследовал от Микаэля. Единственное, что досталось Люсьену Райдингу от отца-альфы, - раскосые глаза и волнистые чёрные волосы. Но глаза у Люка не были прищурены, как это было свойственно всем детям азиатов, напротив, у него глаза были такими же лучистыми, как у папы-омеги. — Ладно, но только пять минут, - сурово произнёс мальчик, а Микаэль уткнулся лицом в подушку, скрывая улыбку. — Пап? - помявшись, произнёс малыш, подползая ближе к Микаэлю. — Да? — А можно мне поспать с тобой? - попросил омежка, да так трогательно, что скалы, и те прослезились бы. — Конечно, солнышко, - произнёс папа-омега, попрощавшись с надеждой хорошенько выспаться, и откинул одеяло.       Малыш влез на освобождённое место и доверчиво прижался к папе. Через минуту мальчик уже сладко посапывал. Микаэль с минуту смотрел на него и чувствовал большой прилив нежности и любви к своему маленькому сыну. Он ласково обнял его и прикрыл глаза, чувствуя, что, несмотря на загруженность и частые командировки, воспитывает сына правильно. — Спасибо тебе, папа, за то что согласился побыть с Люсьеном всю неделю, которую я буду отсутствовать! — Не говори ерунды, Мики, я всегда рад помочь тебе, тем более, что общение с внуком - это сплошное удовольствие! - ответил Микаэлю его папа-омега, прижимая к груди уснувшего Люсьена. — Спасибо папа! Я так тебе благодарен! Это последняя командировка, обещаю! - произнёс Микаэль, осторожно обнимая папу, который не отказывал ему в помощи никогда, за исключением того случая, когда Микаэль просил своего отца, прокурора верховного суда, разыскать Саймона. Папа-омега встал тогда на сторону своего тогда ещё живого мужа. "Нет, сын. Я не позволю тебе унижаться перед этим ничтожеством. Ты должен быть сильным." Конечно, родители были в чём-то правы, но вот так обрубить всё, что у них было?..       Ох, чёрт, что-то он расчувствовался. Дурацкие воспоминания. Прошлое. Всё это прошлое. Нужно сосредоточиться на предстоящей поездке. Мысли омеги приняли другое направление. Но от этого стало только хуже, ведь целью его поездки были деньги, нужные на операцию. Нет, с лицом Микаэля уже давно было всё в порядке, за исключением, пожалуй, одного тонкого шрама, похожего на полумесяц, пересекающего его левую щеку от уголка глаза до подбородка. С этим шрамом врачи не смогли ничего поделать, так как браться за эту операцию было очень рискованно и опасно. Шрам делал выражение лица омеги каким-то агрессивным, сердитым и отталкивающим.       Но не это сильнее всего отравляло жизнь омеги. Хуже всего было от метки, которая каждую течку доставляла Микаэлю жуткие страдания. Несмотря на то, что сие событие случалось у Микаэля раз в полгода, он ещё месяца три отходил от неё потом. Конечно, везде, где есть минус, обязательно найдётся плюс: при наличии на омеге метки другие альфы перестали обращать на него внимание. Но факт, что помеченного омегу удовлетворить не мог никто, кроме альфы, который его пометил, просто бил в глаза. Микаэль долго терпел это, пытался бороться, но разве он мог победить свою природную сущность и заложенные инстинкты? Ответ был только один. Нет, не мог. Словно в ответ на бесконечные молитвы, год назад в руки Микаэлю попала визитка одной частной клиники. Помимо официальных услуг, врачи проводили подпольные операции. За кругленькую сумму они могли избавить от нежелательной метки.       За размышлениями Микаэль не заметил, как такси остановилось прямо у здания аэропорта. Выйдя из машины, омега вздохнул и, расплатившись, побрёл в зал ожидания. — А вот и наша звезда!       Микаэль застонал про себя от досады. Как же он мог забыть? С ним на эту чёртову презентацию едет Стивен Ирнестес, начинающий и, кстати, довольно бездарный писатель. Сам Стив всегда пытался унизить Микаэля. Сначала омега был сбит с толку таким грубым отношением, но вскоре понял: дело было в обычной зависти. Ну ещё бы! Микаэль всего добился сам, к тому же у него был врождённый талант, над развитием которого он постоянно работал. А Стив был заместителем и, что не маловажно, любовником владельца издательства, давно и прочно женатого. — И тебе привет, Стив, - равнодушно отозвался Микаэль, даже не взглянув на своё временное "начальство". — Для тебя я мистер Ирнестес, - вскипел омега, устремляясь за Микаэлем, направляющимся к стойке регистрации. - Я твой босс в этой командировке, будь любезен относиться ко мне с должным уважением! - надменно заявил этот тип, преисполненный собственной значимости. — Хорошо, сэр, я буду называть Вас мистер Ирнестес, но уважать не обязан. - холодно ответил Райдинг, протягивая паспорт регистратору. — Что?! - взвизгнул Стив, краснея от злости. - Как ты смеешь?! — Понимаете, мистер Ирнестес, личное уважение человека нужно заслужить, а что касается того, что Вы мой босс, то позвольте с этим не согласиться. Мистер Фоул ясно дал понять, что мы едем в Лос-Анджелес на равных правах, - тут Микаэль повернулся к Стиву, и глаза его заискрились, как сосульки, отчего у Ирнестеса по позвоночнику пробежал холодок. - Но, если хотите, я могу перезвонить ему и уточнить. Хотя сегодня выходной и он, вероятно, проводит его дома. Вместе с мужем и детьми, - последние слова Микаэль произнёс с нажимом, буквально впившись в собеседника своими ледяными глазами.       Стивен, бросив на него полный злобы взгляд, процедил: — Не стоит. Я и так всё понял.       Микаэль вздохнул про себя. Поездка предстоит не из простых. Но цель этой поездки стоит нервов, коих, Райдинг был уверен, Стивен выпьет у него немало. А своей целью Микаэль поставил избавиться от постоянного напоминания о человеке, который предал его. Но пока что, метка жгла его шею так, будто к ней прислонили калёное железо. Ну ничего, скоро он сможет начать жизнь с чистого листа и найти Люсьену хорошего отца, а себе - любящего мужа.