Оказывается, можно...

      Разве можно вот так, сразу, даже толком не узнав имя и не разглядев лица? Разве можно вот так, едва взглянув в чужие глаза и слегка коснувшись чужой разгоряченной кожи? Разве можно вот так, совершенно не понимая, чем все закончится? Оказывается, можно…       Чанёль следил за проезжающими мимо автомобилями. Зеленый никак не загорался. Парня это бесило: он жутко опаздывал. Вдруг, в толпе напротив, мелькнула фигура, которая выделялась среди серости масс рабочего планктона.       Наглый уверенный взгляд, отпечаток превосходства во всем облике. Ёль заворожено рассматривал незнакомца, пока того не скрыл проезжающий мимо автобус.       Зеленый. Толпа ринулась на другую сторону улицы, а Чан стоял, плохо соображая, что творится вокруг. Где он? Господи, и почему его так заинтересовал какой-то парень-мажор? Подумаешь… На собеседование он бессовестно опоздал, делать там было нечего. Пахнуло холодной сыростью, и Чан поглубже зарылся носом в бандану, когда к его окостеневшим от холода пальцам прикоснулось что-то теплое, едва не горячее.       Взгляд, едва ухваченный взглядом Чанёля, и какой-то комочек, оставленный горячими пальцами в холодной ладони. Разжав окостеневшие пальцы, Чан понял, что этот комочек – записка. В растерянности обернувшись, парень увидел удаляющуюся фигуру незнакомца, который скрылся за углом. Чанёль бросился вдогонку, но не смог догнать незнакомца: тот просто растворился.       «Черный лотос» - два слова, уместившиеся на крохотной бумажке.       Холодный осенний ветер забирался под одежду, заставляя кожу покрываться сотнями мурашек. А может и не только холод. Ёль побрел домой, не разбирая дороги. Ноги сами несли в его холостяцкую берлогу. Бросив сумку на пол, долговязый неудачник плюхнулся в кресло.       Он поднес записку к носу и шумно втянул воздух. Бумага пахла чем-то сладковато-кислым, щекочущим ноздри. Никогда раньше Чанёль не чувствовал такого. Ему хотелось пропитаться этим запахом, окунутся в него с головой. Этот аромат понемногу заполнял легкие, проникая все глубже, въедаясь внутрь и убаюкивая здравый смысл, который в отчаянии пытался достучатся до Чанёля в этот момент.       «Черный лотос». Пошлое название не менее пошлого ночного клуба.       Ночной холод понемногу приводил в чувство мозг, который свернулся клубочком на дне черепной коробки, полностью самоустранившись от своих прямых обязанностей. Что здесь забыл Чанёль? Этот вопрос мучил многих. На высокого парня, который мялся у входа в клуб, кидали неоднозначные взгляды. Прямо съедали глазами молодые люди, чем-то похожие на того, ради которого Чан притащился сюда. - Ты все-таки пришел, - бархатно прошептал прямо на ухо тот, чьи теплые пальцы переплелись с ледяными пальцами Чанёля. Он обернулся, столкнувшись взглядом с карими глазами, на самом дне которых взрывались фиолетовые искорки, - Не стоит тебе здесь торчать, а то съедят, - горячая и с виду хрупкая ладонь миниатюрного брюнета заковала кисть Чанёля хваткой, из которой он не смог бы выбраться, даже если б захотел. А такого желания у него не возникало.       Темный проулок, по которому ветер гонял вчерашние газеты. Можно подумать, здесь безопаснее. Вдруг, резкий толчок в сторону, в результате которого Чанёль оказался прижатым к холодной кирпичной стене. - Ты доверяешь мне? – все тем же бархатным шепотом спросил миниатюрный брюнет. Как же несчастный Чан хотел сказать «нет», уйти, или хотя бы отрицательно помотать головой. Вместо этого он проронил тихое «да». По губам брюнета скользнула ухмылка, обнажившая чересчур длинные белоснежные клыки. Он безмолвно потащил за собой рыжего парня, который, словно тряпичная кукла, беспрекословно подчинился. Длинный полуосвещенный коридор. Огромная пустая квартира. Странный парень, который гипнотически действовал на Чанёля. Запах, которым было пропитано все вокруг. - Садись, - легкого толчка со стороны брюнета хватило для того, чтобы Чанёль грузно сел на кровать, - Закрой глаза, - на колени парня опустилось легкое стройное тело, которое обжигало своим жаром. Ёль распахнул свои огромные глаза, стараясь понять, что твориться с ним, - Разве я позволял тебе смотреть? Наказание не заставило долго ждать себя.       В глазах брюнета разгорелся фиолетовый пожар. Он перебирал клепки на ошейнике, украшавшем его тонкую шею. Парень подался вперед, обжигая своим дыханием Чанёля, который ожидал получить поцелуй. Вместо этого брюнет спустился губами к ключицам, на которые ниспадали пряди отросших рыжих волос. Острые, как иглы зубы, впились в молочно белую кожу, обтягивающую выпирающие косточки. Чанёль не почувствовал боли, только обжигающее тепло, разливающееся по венам и артериям, которые несли его к сердцу.       В один миг черноволосый оказался брошенным на кроваво-красные простыни. Его горячую кожу покрывали сотнями поцелуев губы Чанёля. Чувствительное гибкое тело просто плавилось от прикосновений Ёля. Капли крови, выступавшие на груди Чанёля, скатывались багровыми дорожками, теряясь в кроваво-красной материи. Брюнет собирал их губами, старательно зализывая свой же укус. Он резко подался вперед, становясь на колени перед Ёлем, который не помнил себя от непонятной ему самому эйфории. - Меня зовут Бекхён… - слова выдохнули прямо в губы Чанёлю, - Я оборотень… Чанёль только теперь заметил длинный лисий хвост, покоящийся на согнутых в коленях ногах брюнета. Он не испугался и не почувствовал отвращения. Даже наоборот. - Ты не уйдешь от меня? – радужку глаз брюнета поглотили зрачки. Он ждал ответа. Как можно было спросить такое сейчас?       Вместо ответа Чанёль впился жадным поцелуем в его распухшие губы. Черт с ним, что они знакомы только первый день. Черт с ним, что все происходящее похоже на сцену из плохого фильма. К черту вообще все. Потянув за ошейник, Чанёль притянул к себе брюнета как можно ближе. Он пытался поймать каждый выдох, предугадать каждое желание Бекхёна, отдать ему как можно больше, подарить ему кусочек себя. Проводя рукой по ребрам брюнета, Чанёль с наслаждением наблюдал, как от сладкой истомы дрожит тело, ставшее таким любимым и желанным за эти минуты. Видно было, что ему хотелось разрядки, но Чанёль медлил, смакуя каждый момент их близости и не желая спешить. А Бекхён подчинялся. Он слишком долго был сильным, а теперь ему просто захотелось отдаться во власть этого парня. Даже если потом он об этом пожалеет.       Холодные пальцы Чанёля заскользили по позвоночнику Бекхёна, прощупывая каждую косточку, спускаясь все ниже и ниже. Большие руки сжали бедра Бекхёна. Холод кожи Ёля обжигал горячее тело, создавая умопомрачительный контраст.       Бекхён вдруг стыдливо уткнулся носом в шею рыжеволосого парня. Тот крепко обнял хрупкое тело брюнета. Вдруг так захотелось защитить и укрыть от всего мира это нежное создание, пытающееся доказать всему миру свою значимость и силу. - Я думал, ты сбежишь, когда увидишь это… - прошептал Бекхён, имея в виду свой хвост. - Никуда я не сбегу, - прошептал Чанёль глубоким убаюкивающим голосом, внушающим чувство защищенности и покоя, и покрепче прижал к себе любимого Бэка.       Хрупкий парень отстранился, опускаясь на четвереньки перед Чанёлем. Он прогнулся в спине, демонстрируя стройное гибкое тело, которым Ёль не мог налюбоваться. Бэк в нетерпении начал потряхивать пушистым хвостом, пытаясь вывести Чана из состояния созерцателя. Опомнившись, Чанёль расположился между разведенными стройными бедрами Бекхёна, поглаживая упругую кожу, обтягивающую соблазнительное тело. Он было коснулся пальцами сжатого колечка мышц, когда услышал: - Нет, не нужно меня растягивать. Я хочу сразу… - Бэк, ты уверен? - Да…       Чанёль осторожно проник в тесное тело, срывая болезненный стон с губ брюнета. Он хотел закончить все это, но Бэк не позволил. Дав ему немного привыкнуть, Ёль начал двигаться в узком и горячем теле. Податливое тело вторило каждому движению, из груди вырывались хриплые стоны. Чанёль двигался то тягуче и медленно, доводя партнера до помешательства, то резко и быстро, выбивая воздух из его легких.       Когда Чан задел нужную точку, Бэк резко встал на колени, теснее прижимаясь к разгоряченному телу. Хотелось умереть вот так, не расставаясь с телом любимого. Минуты длились, словно часы. Запахи свежей крови, пота, мокрых простыней и чего-то кисло-сладкого смешались, заполнив комнату от пола до потолка. Бэк излился на простынь, прогибаясь под весом партнера. Через мгновение излился и Чанёль. Тела наполнила приятная тяжесть, оставшаяся после опустошающего оргазма.       Тело хрупкого Бекхёна покоилось в объятиях рыжеволосого Чанёля. Миниатюрные пальцы убирали со лба прилипшие прядки длинных волос. Они не знали, что принесет им утро. Они не думали о будущем, просто наслаждались настоящим, в котором они были друг у друга.       Разве можно влюбиться с первого взгляда и навсегда? Разве можно понять, что ты хотел бы провести всю жизнь рядом с совершенно незнакомым тебе человеком? Разве можно захотеть умереть с ним в один день? Оказывается, можно…