Find myself

Я надеялся, что перед отъездом Том хотя бы на несколько минут ко мне заглянет, попрощается по-человечески. Но я так и не дождался его. Наверное, так даже лучше. Не представляю, что сказать родителям после всего того, что вытворял. Это действительно как начинать всё заново, вся моя прошлая жизнь уже не моя, а всё, что у меня есть – ничего. Вот теперь действительно ничего. За мной должны приехать ближе к полудню, а пока я сижу на очередных коллективных занятиях. У меня даже настроения конфликтовать с кем-то нет, меня не задевают никакие насмешки, не хочу доказывать, что Том действительно приходил. Это не их дело, пусть давятся своими проблемами, а меня не трогают. -Вот блин, везет же людям, мы, значит, здесь еще черт знает сколько времени провисим, а этот сваливает, вообще нормально! – начали возмущаться сидящие вокруг. Завистливые, корыстные, приземленные, безнадежные..даже не отвечаю на их массовое обсуждение моего отъезда. Я так счастлив, что не буду больше находиться в их обществе, потому что оно действительно давит. Может, сбежать до приезда родителей? И что тогда? Безвыходная ситуация. Я готов биться головой о стену до потери пульса, если это что-то изменит. Он не может меня бросить, нет. Но бросил. Значит, может. Надеюсь, в своем городе у него не будет таких проблем. Сижу и проматываю день за днём из моего прошлого. Софи, клуб, бесконечное отвращение к себе и даже ненависть к Тому. Он старался вести себя так, как полагается на его месте, но он ведь совсем не такой человек. Наверное, и уехал в чужой город, чтобы не зависеть от родителей. Мне хотелось бы узнать о нём побольше, но возможности мне такой не представляется. В голове крутится постоянно одна и та же фраза «во всём виноват я сам», от этого становится еще хуже. За всё утро и день я не проронил ни слова, на все вопросы окружающих отвечал в основном отрицательным мотанием головы. Не хочу есть, не хочу ни с кем ничем поделиться, не хочу ничего никому рассказывать. Когда я вышел к машине, подъехавшей к главным воротам, из неё сразу же выбежала мама, кинувшись с объятьями ко мне. Она долго гладила меня по голове, бормотала себе что-то под нос, крепко обнимала, прижимала к себе, но у меня это вызвало меньше эмоций, чем должно было. Гораздо меньше. Отчим сидел молча внутри салона, и когда я сел в машину, он только поздоровался и снова замолчал. Нужно думать, чем занять себя в будущем и куда устраиваться. Восстанавливаться в училище или подыскивать что-то еще. Там моя репутация уже давно, наверное, ниже нуля. Страшно представить, какими взглядами меня будут одаривать студенты. Может, мне должно быть и всё равно на это, но я не смогу учиться в такой атмосфере, тут и думать нечего. Ну да, несколько лет потеряно, всё из-за каких несчастных нескольких месяцев и моей глупости. Вернуться бы сейчас назад.. Как 14-летний подросток задаю себе вопросы, по типу «кто я?» и «что я могу?», потому что надеюсь, что ответы помогут разобраться в своих намерениях и подтолкнут к верному решению. Вот уже и знакомые улицы, тот самый злополучный вокзал, век бы его не видел. Вряд ли неприятные воспоминания об этом месте перестанут мучить меня в дальнейшей жизни. Время половина первого, через 15 минут поезд Тома тронется с платформы и тогда уже точно всё будет кончено. На перекрестке образуется пробка, машины стоят по несколько минут на одном месте, некоторые уже даже глушат моторы, зная, что сдвинутся с мертвой точки не скоро. Раздраженная ругань водителей слышится со всех сторон, это начинает уже выводить из себя. Это провокация выбежать и кинуться сейчас куда угодно. А я всегда был податлив на такие вещи. Вариантов того, куда мне деваться после, больше, чем можно было бы представить: кинуться под поезд пришло мне в голову первым делом. Перевожу взгляд на маму, которая слезящимися глазами смотрит в окно, думая о чем-то с серьезным выражением лица. Она никогда не простит меня и не забудет эти несколько месяцев, даже если старательно будет изображать обратное. Снова кошусь на часы, время идет удивительно быстро. Да пошло оно всё к черту, я не могу сидеть здесь, если не сделаю этого, буду до конца жизни корить себя, а на мне и без того грехов достаточно. Дергаю ручку двери, резко и быстро выбираясь из салона, сразу же бегом пересекая дорогу, огибая одну стоящую машину за другой, слышу негодующие крики матери, но даже не собираюсь оглядываться. У меня есть еще 8 минут, это же совсем не мало, я успею. Должен. Забежав в зал ожидания, выискиваю взглядом табло, пытаясь вычислить по времени, на каком именно поезде должен отправиться Том. Повторяю еще раз в голове платформу, уже снова в движении соображая, как до неё добраться. В переходе чуть ли не сшибаю идущих одним потоком людей, бросая многочисленные извинения в их сторону, но не сбавляя скорости. Всё же я понял, что моё безумие не зависит от наркотиков. Я так или иначе в любой момент могу выкинуть что-нибудь совершенно необдуманное и нелогичное. И знаете, что? Я считаю это лучшим качеством в моей гнилой натуре. Вот уже и вагоны его поезда, периодически начинаю прыгать, заглядывая в окна и выкрикивая его имя, несусь, сшибая толпящихся людей с огромными сумками, но мне нет дела до их возмущенных возгласов в мою сторону. Наконец, взгляд цепляется за знакомую фигуру. Да, это точно он. Всего лишь дальше на несколько вагонов, уже ждет, пока контролерша проверит билеты. Дыхания не хватает и кажется, что я сейчас мог бы упасть замертво от столь большой нагрузки, но это было бы слишком просто. Смерть тоже надо заслужить. В голос ору который раз его имя, Том инстинктивно оборачивается, уже ступив одной ногой на лестницу. Одергиваю его за тянущуюся ткань широкой футболки, заставляя спуститься снова на платформу. Люди вокруг снова начинают недовольно шептаться, возмущаться, поторапливать. Но не до них сейчас. Вжимаюсь лицом в его грудь, заключая в своих объятиях. Я снова чувствую его тело в своих руках, о чем даже и не мечтал уже. -Пожалуйста, не оставляй меня здесь одного, ну кто я без тебя, я же с ума сойду, я не способен без тебя больше жить, ну не уезжай, я буду делать всё что скажешь, только останься! – Дрожь в теле никак не унимается, я сам себя сейчас не узнаю, а слова сами вырываются и выстраиваются в умоляющие фразы. -Билл, но ведь..билеты. Ну, я же никогда о тебе не забуду, прекрати только, пожалуйста. У меня ничего здесь нет больше, я не смогу создать нужные для нас условия. Я теперь вообще никто, зачем я тебе такой нужен буду? -Но ты же сам говорил, что всё хорошо будет, а без тебя ничего хорошо не будет, пожалуйста, я не отпущу тебя никуда, не бросай меня, не надо.. – Из глаз текли непрерывным потоком слезы, мне было абсолютно плевать, как сейчас на нас смотрят окружающие и что думают, только бы Том не оставил, только бы не уехал. -Молодые люди, – сквозь зубы процедила проводница, смотря в упор на нас с неким отвращением, – до отправления остается две минуты, и, между прочим, не все еще расположились на своих местах, нельзя ли уже прекратить этот спектакль?! -Аа, да подавись ты, кляча старая, этими билетами. – Срывается Том, кидая в женщину со злобой бумажки, сразу же вскидывая сумку с вещами на своё плечо и оттаскивая меня за локоть в сторону. Уже сидя на скамейке и успокаиваясь на его руках, я наблюдал, как трогается с места поезд. Истерика и пробежка на скорость выбили из сил, теперь меня ничего уже не волновало. Я чувствовал тепло человека, которого мог несколько секунд назад потерять навсегда. Том рядом, а значит, теперь я больше не побоюсь верить в лучшее.