Влечение

Лайт хотел секса. Очень хотел. Уже давно. Это расследование, из-за которого он был вынужден то находиться рядом с отцом, то изнывать от назойливых посягательств Мисы, а потом еще это заточение в камере... Не было никаких шансов даже подумать о личной жизни, которую он, по понятным причинам, и так вынужден был скрывать. Правда, у него и раньше-то не часто случался секс - при таком консервативном отце, каким был Соичиро Ягами, приходилось все время быть начеку и действовать крайне осторожно, но, все-таки, хоть какие-то редкие перепихоны бывали. В запертых классах, в мужской раздевалке после тренировки, да мало ли еще где... Лайт был смазливым и рано повзрослевшим, а потому мог позволить себе выбирать, не забывая, при этом, про конспирацию и не теряя головы. Но сейчас...сейчас... Осторожно, стараясь, чтобы не зазвенела цепь, Лайт полуобернулся через плечо, не прекращая медленно поглаживать член ладонью. Из-за него, этого взбесившегося органа, чуть было не произошел серьезный конфуз. Хорошо хоть, что Рюдзаки не придал никакого значения тому, что, не успели они еще даже включить воду во время их первого вынужденного совместного похода в душ, как член Лайта уже предательски встал. Скользнув равнодушным взглядом по готовому провалиться сквозь землю лучшему студенту Японии, детектив понимающе кивнул и сообщил, что тоже привык мастурбировать в душе. А потому им придется как-то приспосабливаться к тому, что они теперь скованы. Например, поворачиваться друг к другу спиной. И этим бы, видимо, все и закончилось, и Лайт бы, наверное, даже был бы ему благодарен за подобное понимание и полное отсутствие мнительности и стыдливости, если бы... Если бы с этого момента не начался бы его персональный ад, продолжавшийся вот уже несколько дней. Потому что причиной его возбуждения и так была далеко не привычка ласкать себя в душе. Продолжая дрочить, Лайт повернулся еще немного, чтобы улучшить себе обзор. Рюдзаки стоял к нему спиной, опираясь на стену правой рукой - той, на запястье которой был защелкнут наручник. Включенный душ хлестал теплой водой ровно посередине между ними, и капли щедро отлетали на плечи гениального детектива, стекая игривыми ручейками по накаченной сильной спине. Расширенными от возбуждения глазами Лайт исподтишка жадно оглядывал широкие плечи, напрягшиеся под светлой кожей мышцы рук, чуть закинутую назад голову и прилипшие к шее влажные черные пряди волос. Узкие бедра, крепкие подтянутые ягодицы и широко расставленные для устойчивости длинные ноги. Левая рука Рюдзаки ритмично двигалась, и все его тело напрягалось все больше в возбужденном ожидании приближающейся разрядки. Черт. Как же Лайт хотел сейчас секса. Не дрочки, а нормального, полноценного секса с ощущением раздирающего его задницу здоровенного члена... Такого, о котором он пока мог только мечтать в своих похотливых фантазиях, довольствуясь теми не слишком удачными случайными связями, что ему выпадали. И такого, какой был, мать его, у Рюдзаки. Дюймов на девять, не меньше. А то и на десять, чтоб его. Черт, черт, черт. Движения левой руки гениального детектива заметно ускорились, спина напряглась, мышцы на опирающейся на стену правой руке взбугрились волнительными рельефами. Рюдзаки вскинул голову, закидывая ее назад - кончики длинных сзади волос скользнули по плечам почти до самых лопаток. "Может быть... все-таки... А вдруг?" - лихорадочным жаром пронеслось в голове возбужденного до невозможности Лайта. Он больше не мог выносить этой пытки. Каждый день, каждый вечер, каждую ночь и каждое утро он думал теперь только лишь об одном - взвешивал все "за" и "против". Он никогда не пытался еще соблазнить натурала. Но что, в конце концов, может случиться? Рюдзаки брезгливо его оттолкнет и станет держаться подальше? Ну и что. Они все равно на цепи до конца расследования. Не будет же, в самом деле, детектив снимать цепь, объявляя бывшим полицейским, Ватари и отцу(!), что Лайт пытался его соблазнить? Не должен... А если все-таки станет? Или, чего доброго, еще и полезет в драку, оскорбленный до глубины души? Ох... Детектив шумно втянул воздух сквозь сжатые зубы, вновь склоняясь вперед, и Лайт не выдержал. Шагнув к Рюдзаки, он скользнул ладонью по его влажной от воды и от пота спине, заставляя вздрогнуть и непонимающе обернуться. И, стараясь не смотреть в недовольно-вопрошающие глаза, затуманенные и сосредоточенные на себе, выдохнул, словно прыгая с вышки: - Рюдзаки... Позволь, я... Позволь мне... И торопливо опустился перед ним на колени, обхватывая давно не дающий покоя фантазиям чужой член ладонью. Глаза Рюдзаки распахнулись и стали просто огромными, и Лайт поторопился взять в рот, чтобы предупредить его возмущение. Уж что-что, а сосать Лайт умел. Он был уверен, что делает это в совершенстве. И очень надеялся, что доставляемое удовольствие поможет преодолеть возможную гомофобность Рюдзаки. Уж хотя бы это-то он позволит... Но вдруг почувствовал на своей голове руку, жестко вцепившуюся ему в волосы. Именно то, чего он и боялся... - Лайт-кун, ты сошел с ума? - невозмутимо поинтересовался Рюдзаки, оттягивая за волосы его голову назад и заглядывая сверху вниз ему в глаза. К счастью, на лице детектива не было возмущения, а лишь безграничное любопытство. - Я... Ну, я подумал, что, может быть, я просто мог бы помочь тебе... - невнятно залепетал Лайт. И, боясь, что его сейчас оттолкнут и спеша получить хоть что-то, обхватил губами маячившую перед лицом налитую головку члена детектива, пробежался по ней языком и скользко выпустил, подобострастно заглядывая снизу в лицо. - Мне не сложно, а тебе, может быть, было бы в удовольствие... - Так ты гей, Лайт-кун? Чего ж сразу не сказал... - хмыкнул Рюдзаки и вдруг, все так же удерживая Лайта за волосы, резко и грубо толкнулся членом ему в рот. Лайт так растерялся, что совершенно упустил возможность проявлять хоть какую-нибудь активность. Более того, кажется, Рюдзаки вообще было по-барабану на все его мастерство - зафиксировав голову своего подозреваемого, он вбивался своим большим членом в его рот, довольно прикрыв глаза. И вот тут-то Лайт и сделал открытие, что большой, такой соблазнительный и волнующий член Рюдзаки, заставляющий его трепетать и сладко сжиматься в районе ануса каждый раз, как он его видел, вовсе не так прост при гм... ближайшем знакомстве. Головка безжалостно била в горло, перекрывая его полностью, заставляя захлебываться и изо всех сил сдерживать мучительный кашель, хотя раньше Лайт самоуверенно полагал себя профи, способным принять член в рот целиком и не испытывать рвотных рефлексов. Он уже и не думал о том, чтобы попытаться изобразить что-нибудь языком - он пытался хотя бы плотно обхватывать мощный ствол губами, чтобы хоть немного не уронить себя перед внезапно слишком активным партнером. Но и этого ему не удавалось - на глазах выступили слезы, он не мог больше дышать, и, в конце-концов все же закашлялся, мучительно вырывая голову, чтобы сделать спасительный вдох. - Гм... - озадаченно протянул Рюдзаки, разглядывая сверху его покрасневшее лицо с мокрыми ресницами и жадно хватающими воздух губами. - Что ж ты тогда полез-то? Ох... ну ладно. Подхватив ослабевшего Лайта под мышки, он легко поднял его на ноги, показавшись неожиданно сильным. Лайт потянулся к нему губами, но Рюдзаки развернул его двумя руками за плечи спиной к себе и чуть подтолкнул к стене. И тут же властно нажал ладонями на спину, принуждая согнуться почти пополам, уперевшись руками в стену. - Я не слишком люблю дилетантский минет. Как насчет более плотного знакомства, Лайт-кун? Не возражаешь? - невозмутимый голос Рюдзаки совершенно не соответствовал его по-хозяйски деловому изучению Лайтовой задницы. - Ммм... Н-нет, я только "за", Рюдзаки... - пролепетал Лайт, теряясь от приятного до чертиков ощущения бесцеремонно раздвигающих его ягодицы властных ладоней. И мягкого поглаживания сильными пальцами сладко поджавшейся дырочки ануса. - Только, пожалуйста, ты как-то помягче... У меня давно уже не было секса... "А с таким размером и вообще никогда, - мысленно добавил он. - Ой, мамочки..." - Да, я вижу. Не так давно начал, да, Лайт-кун? Не выпрямляйся. Убрав руки с задницы Лайта, Рюдзаки потянулся и взял с полочки с гелями и шампунями какой-то белый флакончик. Лайт, послушно застыв в полусогнутой позе, обернулся через плечо, наблюдая за ним. - Что это? - пробормотал он, облизывая пересохшие от возбуждения губы. Рюдзаки встретился взглядом с его возбужденно-перепуганными глазами и хмыкнул. - Тебе сейчас не все равно, Лайт-кун? Не волнуйся, я прекрасно знаю о воздействии мыла на прямую кишку. Это не шампунь и не гель, это крем для тела. Как раз то, что нужно. Плеснув на ладонь щедрую порцию белого жидкого крема, Рюдзаки отставил флакон на место и растер крем между ладонями. И, вновь вернувшись к Лайту, провел пальцами между его чуть растопыренными ягодицами. - Ммм... - сладостно застонал Лайт, наслаждаясь до невозможными приятными прикосновениями, на которое его исстрадавшееся в воздержании тело отвечало с готовностью бурно. Уперевшись лбом в стену, он постарался склониться еще сильнее, подставляя свою похотливую задницу под ласки. Он и не думал, что у него столько чувствительных зон. Все его прежние партнеры обычно уделяли внимание только анусу, торопливо и не слишком умело разрабатывая его перед вторжением. Даже римминг в их исполнении ограничивался лизанием самой дырочки, стремительно сменяющийся пропихиванием в нее пальцев. А вот Рюдзаки никуда не спешил. Еще сильнее оттянув его ягодицу одной рукой, он скользил обильно смазанными кремом пальцами второй руки по невероятно чувствительной коже. Выписывая узоры кончиками пальцев то на внутренней стороне одной ягодицы, то на другой, то проскальзывая по центру ложбинки между ними, он лишь иногда задевал непосредственно анус - дразня, возбуждая, заставляя невыносимо хотеть еще большего, но не давая этого. Потом переходил на бедра, оглаживая их жаркими скользкими ладонями, проскальзывая между ног, и вновь возвращался на ягодицы. Лайт уже изнемогал от желания почувствовать что-то внутри, уже изгибался всем телом, получая уже наслаждение даже от той унизительной позы, в которой стоял. Он расставил ноги как можно шире и прогибался, выпячивая задницу, толкаясь ею навстречу скользящим пальцам, безмолвно требуя продвинуться дальше. В конце концов он не выдержал и снова оглянулся через плечо: - Рюдзаки... Детектив вскинул голову и встретился с ним возбужденным и темным взглядом. Но на лице его читалась странная озадаченность и сомнение. - Что... Что-то не так? - шепнул Лайт, с ужасом думая, что детектив засомневался и передумал, что вот сейчас все закончится. - А н-нет, не то, чтобы не так, Лайт-кун. Видишь ли, - Рюдзаки оторвал ладонь от его задницы и задумчиво поднес к губам, намереваясь привычно закусить палец. Тот самый палец, которым только что ласкал дырочку Лайта, поглаживая ее поверху круговыми движениями. Но в последний момент он отдернул палец ото рта и брезгливо взглянул на него. Вздохнув, положил обе ладони на ягодицы Лайта, властно раздвигая их максимально, и даже чуть наклонился, пристально разглядывая самую сокровенную часть тела своего подозреваемого. - Дело в том... Откровенно говоря, я не уверен, что умею "помягче", - пробормотал он, явно не осознавая, как возбуждает Лайта это бесцеремонное рассматривание его тела. - Опыт с минетом показывает, что я понятия не имею, как обращаться с такими, как ты... - Такими, как я?! - Лайт от возмущения даже выпрямился, перестав упираться руками в стену. Но тут до него сквозь возбуждение и возмущение прорвался и смысл всех остальных слов. - Знаешь что, Рюдзаки? Я уже понял, что ты еще больший извращенец, чем я, но вот давай только не будем обсуждать сейчас опыт друг друга! - Ладно. Давай сделаем так, - вновь возвращаясь к своей беззастенчивой властности, Рюдзаки, перестал его задумчиво разглядывать, выпрямился и довольно грубо нажал ладонью ему между лопаток, принуждая опять принять покорно согнутую позу. И не глядя снова взял с полочки флакон с кремом. - Подготовь себя сам, хорошо? - Что? - выдохнул ошарашенный Лайт, но его правую руку уже бесцеремонно оторвали от стены и обильно намазали кремом. И, завернув за спину, ткнули пальцами в самую дырочку ануса. - Давай, Лайт-кун. Не стесняйся, - "подбодрил" детектив, растягивая его ягодицы до боли и жадно наблюдая за рукой Лайта. - Рюдзаки, но я... я никогда не делал подобного, - пробормотал Лайт, ощупывая пальцами свою собственную задницу, неуверенно оглаживая анус, но не решаясь в него протолкнуться. - Это... это так пошло... - Да. Очень пошло, Лайт-кун. Именно поэтому это так возбуждает... Даже меня... - Рюдзаки выпустил одну его ягодицу и накрыл его руку своей скользкой от крема рукой. - Проскользни в себя пальцем, Лайт-кун... пожалуйста... для меня. Только теперь Лайт почувствовал, как детектив возбужден: его голос - хриплый, жаркий, порочный - выдал его. Управляя его рукой, Рюдзаки пододвинул его средний палец на анус и нажал сверху, заставляя легко скользнуть внутрь. Но неудобная поза, и смущение, и неловкость заставили Лайта нервно сжаться, и проникновение причинило некоторый дискомфорт. Впрочем, он тут же прошел, сменившись приятным чувством от ощущения чего-то внутри. Уперевшись локтем свободной руки в стену, Лайт уткнулся в нее лбом и прикрыл глаза, отдаваясь этим странным двойственным ощущениям - и проникновения и проникающего. Рюдзаки, все так же держа свою руку поверх его руки, начал мягко двигать ей, принуждая Лайта осуществлять движения пальцем внутри своей задницы, пропихивая его на максимальную глубину и почти вытаскивая обратно. - Подожди-ка, - Рюдзаки вдруг подцепил палец Лайта и заставил полностью вытащить из задницы, но тут же, прижав к нему вплотную еще указательный, положил уже сразу два его пальца на чуть-чуть разработанную дырочку ануса. - Давай попробуем добавить к нему еще один. И снова нажал на его руку, заставляя проталкивать пальцы внутрь. В этот раз проникновение оказалось немного болезненным - чуть-чуть, совсем слегка. Но Лайт, возбужденный и всей этой пошлостью, и властным командованием Рюдзаки, и своим собственным странным желанием подчиняться беспрекословно, лишь довольно застонал, сильнее прогибаясь в спине, чтобы ослабить болезненные ощущения. В том, что Рюдзаки, без сомнения, тоже гей, причем очень опытный и искушенный, он уже даже не сомневался. Даже смешно, как он боялся, что детектив его оттолкнет... - Двигай, - хрипло приказал Рюдзаки и, взяв его сверху за кисть, сам начал двигать рукой Лайта, проталкивая его пальцы в анус и вытаскивая обратно. Дождавшись еще одного сладкого полувздоха своего подозреваемого, он отпустил его руку. - А теперь сам, Лайт-кун. И глубже. Я хочу, чтобы ты проталкивал их как можно глубже. Лайт, задыхаясь, попытался выполнить его приказ, но заворачивать руку за спину и дотягиваться до задницы в согнутом положении было крайне неудобно. - Подожди, - жарко шепнул ему в ухо Рюдзаки, подхватывая двумя руками под грудь. - Попробуй выпрямиться, Лайт-кун. Возможно, так тебе будет удобнее. Лайт покорно выпрямился и, вновь уперевшись локтем в стену, сильно прогнулся назад, стараясь засунуть пальцы как можно глубже себе в задницу. Он уже не смущался. Шум работающего душа заглушал в голове все мысли, тело было возбуждено так, как не было возбуждено еще никогда. Его член напомнил ему самому металлический штырь - настолько твердым и налитым был он сейчас, подрагивающий, с багровой раздувшейся головкой. И вдруг стало тихо. Так неожиданно тихо, что тишина ударила по ушам. Лайт судорожно оглянулся и осознал, что Рюдзаки выключил душ. Выключил и молча смотрит на него огромными немигающими глазами, в которых плещется жадное, жгучее желание. В голове пронеслось, что он теперь знает, как выглядит взгляд, от которого можно кончить. - А ты... ты зачем выключил воду? - бездумно пробормотал Лайт, не осознавая, что его собственный взгляд уже тоже сохранил мало чего разумного. - Хочу тебя слышать, - Рюдзаки вдруг оказался рядом и, обняв его со спины, прижался всем телом. И начал целовать Лайта куда-то между шеей и ухом, невнятно и горячо требуя. - Расскажи мне, какой ты внутри, Лайт-кун. Что ты чувствуешь своей рукой внутри себя? И, не дожидаясь ответа Лайта, схватил его за запястье, вытягивая руку насколько было возможно, и принялся быстро и часто двигать его пальцами туда-сюда в его же собственной заднице. Лайт застонал, изгибаясь, теряя голову от совершенно непривычной и сводящей с ума ласки. - Говори, - обжег его ухо Рюдзаки жарким срывающимся дыханием. - Говори... Лайт. - Там... Там скользко и...и гладко и... горячо... - с трудом выговаривая слова, выдавил из себя Лайт. - Это очень... очень странно и... и пошло... и... - А так? - скользкой от крема рукой Рюдзаки скользнул вниз по его руке, поймав выходящее движение его пальцев, и вдруг толкнулся вместе с ними обратно, добавляя к двум пальцам Лайта еще два своих. Второй рукой он крепко обнял Лайта за грудь, прижимаясь щекой к его щеке. - Ааа, что ты делаешь, Рю... Рюдзаки... - Лайт выгнулся в его руках, дергаясь от уже действительно болезненного вторжения. - Хоть бы предупредил! - Разве ты не считаешь, что чем больше, тем лучше? - шепнул Рюдзаки ему в ухо, крепко удерживая в своих руках и не давая вырваться. Протолкнув их четыре пальца в анус Лайта на всю длину, он замер, и начал мягко оглаживать большим пальцем натянувшуюся кожицу по краям сильно растянутой дырочки. И ощущение от заполненности, и этих мягких поглаживаний, больше похожих на исследование, заставили Лайта вновь застонать от удовольствия и непроизвольно толкнуться назад. - Ты хочешь движений? - Рюдзаки часто дышал Лайту в ухо, возбуждая его еще больше этим своим дыханием. - Я только за... И начал часто двигать своими пальцами в Лайте, с каким-то даже остервенением, изредка целуя его шею влажными губами. Его пальцы были поверх пальцев Лайта, и тому, волей-неволей, пришлось подстраиваться под ритм его быстрых движений. Боли уже вообще не было, внутри закручивался узел сладостного удовольствия, перекидываясь из задницы в низ живота, заполняя все его существо... - Ты был прав... В тебе скользко и горячо. Мне нравится, - шепнул Рюдзаки, словно собираясь добить его этой восхитительной пошлостью. - Жаль, что мы не можем пробраться с тобой поглубже... - Рю... Рюдзаки! Черт побери, ты собираешься меня брать? - не в силах больше терпеть этой сладостной пытки, взвыл Лайт. - Я сейчас кончу, даже не почувствовав член! Он чувствовал то, что упиралось ему в бедро, чувствовал, насколько он твердый и раскаленный, и ему невыносимо уже хотелось почувствовать его у себя внутри. О таком сексе он не мог и мечтать. - Да? Ну как скажешь, Лайт-кун, - Рюдзаки выпустил его из своих объятий, выдернул из его ануса пальцы, и без переходов снова надавил на плечи, принуждая снова склониться. Лайт нагнулся, скользя ладонями по мокрой стене, дрожа от нетерпения. Почувствовав, как прикасается к разработанной дырке горячая головка члена, он даже подался назад, едва слышно застонав - так он хотел почувствовать большего. Но Рюдзаки вставлять совсем не спешил. Положив руки на поясницу Лайту, прижав член к его анусу, он опять замер, снова глядя на его задницу со все тем же странным сомнением на разгоряченном страстью лице. - Ну давай же! - простонал Лайт и, не в силах больше ждать, сам со всей силы толкнулся назад, насаживаясь на такой вожделенный каменный член. И заорал, вскидывая голову и выгибаясь в спине - долгие пошлые ласки смогли его разогреть и уберечь анус от разрывов, но не от боли. На глазах выступили слезы, тут же промочившие ресницы. Это было... божественно. Так сладко, как не было ему сладко в его самый первый раз. Лайт почувствовал разом все свое тело, как будто каждая клеточка вдруг обрела свою собственную чувствительность, и все они заиграли, сходясь эпицентром в его раздираемой заднице. И, в довершение, совсем не дав ему передышки, Рюдзаки вдруг резко толкнулся еще глубже и начал ритмично двигаться, добавляя новые порции боли и наслаждения. - Рюдзаки... ААА... Что ты делаешь!!! Стой, подожди хоть секунду! - молил Лайт, проскальзывая руками по стене и извиваясь, но вовсе не желая, чтобы он действительно останавливался. - Остановиться? - Рюдзаки толкнулся в него, задевая внутри что-то, что заставило Лайта взвыть от наслаждения и задрожать в подступающем экстазе. - Я делаю... что-то не так, Лайт? - Нет... Ааа... Продолжай, что б тебя, продолжай! - взмолился Лайт, выпячивая задницу, и его голос гулко отражался от стен ванной. - Ну... ладно. Скажи, если что-то будет не так, - Рюдзаки шумно вздохнул и начал вновь двигаться, наполняя Лайта собой, раздирая его задницу огромным членом и снова и снова задевая внутри ту волшебную точку, от прикосновений к которой Лайт просто кричал от удовольствия. Кричал и чувствовал, что уже не ощущает себя, что поднимается куда-то высоко-высоко, что закручивается в горячем торнадо, что тонет в чувственном наслаждении... Это было так упоительно, и даже отодвинувшаяся куда-то боль казалась неотъемлемой частью этого удовольствия - сладкой, восхитительной, острой и возбуждающей. Он весь превратился в свой задний проход, жадно принимающий сильные, безжалостные, ритмичные толчки Рюдзаки. Лайт даже забыл, что никогда в жизни еще не кончал без рук, да и не думал, что это возможно. А сейчас руки стали ненужными, они годились лишь только на то, чтобы поддерживать его тело, принимающее в себя часть чужого тела. Он и так стремительно поднимался на пик удовольствия и, как ни хотел растянуть это потрясающее наслаждение, но чувствовал, что разрядка подступает неотвратимо. А впрочем, он даже не знал, сколько времени все это происходит, и как долго детектив его трахает - он потерялся во времени, могло пройти десять минут, а мог и весь час, ему все равно было мало, мало, но при этом невозможно было удержаться от возрастающего желания наконец-то дойти до пика. Ему казалось, что его член уже разрывает от спермы, вот-вот готовящейся вырваться на свободу. - Лайт-кун... - откуда-то издалека послышался хриплый, срывающийся голос Рюдзаки. - Лайт-кун...можно в тебя? Толчки ускорились и сдерживаться уже стало невыносимо. И Лайт взвыл, выдыхая изо всех сил и одновременно изливаясь в стену мутной струей: - Дааа! И почувствовал, как прижимаются к его заднице бедра Рюдзаки, как замирает его раскаленный член в его теле, упираясь в ту самую чувствительную точку внутри и еще больше разжигая оргазм... Лайт не знал, сколько прошло времени, прежде чем он немного пришел в себя и сумел с трудом оторвать голову от упиравшихся в стену рук. Наверное, не очень много, потому что он все еще ощущал в заднице распирающий член Рюдзаки. - Вытащи... уже... - вяло попросил он и попытался выпрямиться. Но рука, вновь властно нажавшая между лопаток, его удержала. - Еще минуту... пожалуйста, - все еще хрипло попросил Рюдзаки и мягко выскользнул из его задницы, добавив прощальную вспышку удовольствия. Лайт покорно застыл, с трудом стоя на ослабевших ногах, по-прежнему упираясь для устойчивости руками в стену. Мыслей в голове не было никаких. Он ощущал, как вытекает из его задницы и медленно стекает по ногам что-то вязкое. И вздрогнул от аккуратного прикосновения к ставшему необычайно чувствительным потаенному участку кожи. - Рю... Рюдзаки, что ты делаешь? - ошарашено выдохнул он, оглядываясь через плечо, еще окончательно не отойдя от оргазма и мало что соображая. - Смотрю, - невозмутимо откликнулся детектив, опустившийся, как выяснилось, на корточки позади него. Словно в подтверждение своих слов, он поднял руки и раздвинул ягодицы Лайта, с нескрываемым интересом рассматривая его анус. - Ты так растянулся, Лайт-кун... Жаль, что я кончил, я бы с удовольствием вставил тебе еще раз... И принялся собирать пальцами капли вытекающей спермы с ног Лайта и заталкивать их обратно в его растянутый анус, создавая долгое оргазменное послевкусие пошлыми щекотливыми ласками. Лайт даже не пытался сопротивляться - он был так переполнен этим восхитительным сексом, что снова уперся лбом в руки, расставил пошире ноги и оттопырил задницу, чтобы его партнеру было удобней играть с его телом. Он не мог не признать, что это было... очень приятно. В конце концов, Рюдзаки наигрался и, потянувшись, включил душ. Ополоснув руки, он обессиленно уселся на пол их вместительной душевой кабины, прислонившись спиной к стене. И Лайт тоже получил наконец-то возможность распрямить затекшую спину и плюхнуться на пол с ним рядом. Какое-то время они оба молчали, лениво наблюдая за разбивающимися об пол струями воды и даже не пытаясь отодвинуться от отлетающих на них брызг. - Ты охрененный сэме, Рюдзаки, - нарушил, наконец, тишину Лайт. - Спасибо, Лайт-кун. Твой комплимент мне приятен. Но целоваться с тобой я не буду ни при каких обстоятельствах, имей это пожалуйста в виду, - непонятно откликнулся детектив. Лайт озадаченно посмотрел на него, но расслабленно-насыщенное ощущение внутри вовсе не располагало придираться к словам. - А я так боялся к тебе подойти... Боялся, что ты натурал. - Так я и есть натурал, Лайт-кун, - лениво протянул Рюдзаки. И повернул к нему голову, невозмутимо глядя полными удовлетворения глазами. - Ты... Что? Как это? - Лайт не верил своим ушам. Рюдзаки, который только что вывернул его наизнанку, который открыл, насколько секс может быть бесподобным и сводящим с ума, тот, кто без проблем довел его до оргазма - и натурал?! - А, ты шутишь, Рюдзаки? - Вовсе нет, - Рюдзаки зевнул и подвинулся поближе к Лайту, прижимаясь к нему худым бледным телом. - До сегодняшнего дня я никогда в жизни не имел связи с парнем, Лайт-кун. Но, откровенно говоря, мне было давно любопытно, потому я не стал отказываться, и позволил тебе меня соблазнить. Он вскинул руку, внимательно осмотрел палец и задумчиво закусил его, разглядывая свою голую коленку. - Хотя, наверное, это не очень-то хорошо. Все-таки ты мой подозреваемый... - Стоп, Рюдзаки! - от возмущения Лайт даже взмахнул рукой. - Ты только что трахал меня, как не трахал никто никогда, ты, ксо, довел меня до оргазма так, что мне даже не пришлось подрочить, хотя я раньше думал, что так вообще не бывает, ты крутил меня так, как хотел, и теперь ты хочешь сказать, что это первый твой опыт? И это я тебя соблазнил?! - Ну... Разумеется, у меня были девушки, но с представителем своего пола я до этого не связывался никогда, - Рюдзаки дернул острым плечом. - Как-то не было случая... Хотя теорию, как мне казалось, я знаю... - Теорию?! - и тут Лайта осенило, и он подозрительно прищурился. - Теорию, говоришь, знаешь? Ты поэтому мне чуть не разорвал горло своим огромным членом? - Ну... в общем, да, - Рюдзаки искоса виновато взглянул на него. - Прости, мне казалось, что тебе должно нравиться именно так... Но, честно говоря, самому мне вообще не понравилось. - Казалось... Ему казалось, - Лайт картинно вскинул руку ко лбу. - И на чем базировались твои теоретические знания? - На материалах расследований, разумеется. Мне приходилось вести довольно большое количество дел с гомосексуалистами и приходилось отсматривать... гм... видеоматериалы, - нехотя признался Рюдзаки. - Боже... А я-то дурак... Счастье, что ты меня вообще не порвал, - простонал Лайт, прижимаясь затылком к стене. - Я хорошо знаю анатомию, Лайт-кун, и прекрасно могу разделить физические возможности человека и постановку, придуманную для порнофильмов, - с упреком качнул головой Рюдзаки. - А... тебе было больно? - Немного, - буркнул Лайт, но, увидев потемневшее лицо своего партнера, пренебрежительно махнул рукой. - В рамках разумного. Я люблю такую боль, Рюдзаки. Она доставляет мне удовольствие. Расслабься, я же сказал, что ты охренительный сэме. Я бы повторил при первой возможности... Кстати, сколько он у тебя? Дюймов десять? Рюдзаки проследил за его взглядом и тоже опустил глаза на свой уже опавший и сжавшийся, но все равно соблазнительный для Лайта член. - Я не измерял точно, Лайт-кун... - Сколько, Рюдзаки? Я должен знать, что ты засовывал в меня только что? - Девять и шесть, - Рюдзаки вздохнул. - Ох-ре-неть, - восхищенно выдохнул Лайт. - Рюдзаки, ты можешь не целовать меня - я не в претензии. Но трахаться-то ты со мной можешь? Хотя бы пока мы с тобой на цепи? Не дрочить же нам опять спиной к спине в душе после того, что произошло? - Ну... я не против, Лайт-кун, - Рюдзаки склонил на бок голову. - Это было немного странно, но мне понравилось... И ты так кричишь... Девушки так не кричат. - Кричал... Еще бы. Меня никогда так и не имели, - буркнул Лайт. - Но имей ввиду, если ты попытаешься поменять роли, я тебя убью, - неожиданно очень серьезно сообщил детектив. - Какие мы щепетильные... - хмыкнул Лайт, но тут же поторопился успокоить своего странного и непредсказуемого партнера. - Не волнуйся, Рюдзаки, я пассив до мозга костей. - Хорошо, - Рюдзаки удовлетворенно кивнул, явно расслабившись, и вдруг повернулся к Лайту со вспыхнувшим интересом в глазах. - А тебе когда-нибудь засовывали в задницу чупа-чупс? И в этот момент Лайт понял, что сорвал банк сегодня. Внутри все сладко заныло от предвкушения долгих бессонных ночей, наполненных сексом и пошлыми экспериментами его партнера, возносящими до небес. Его ждало столько оргазмов, что он и представить не мог. Реализация всех запретных фантазий. Любых странных желаний. И... головокружительное, пьянящее, срывающее планку влечение. Он выиграл самый заветный приз в лотерее.