Спор ни о чём / Доказательство без смысла

А ведь шея уже затекла. Но возврата нет. До конца. Нужно терпеть до самого конца. Как бы ни ныли руки, как бы ни ломило спину - стоять смирно и наслаждаться. Пусть пальцы уже не чувствуют сжимаемую наволочку, пусть горло саднит из-за жажды и стонов - стоять и наслаждаться. Его никто не принуждал принимать в подобном участие. Он стоит и наслаждается, потому что хочет того сам. Уилл Грэм не без приглашения пришёл в дом своего психотерапевта. Цель приглашения - совместный ужин. Но когда что-то шло по плану? Ужином вечер не закончился. За столом разговор ушёл в сторону сексуальной жизни Грэма. Постепенно разговор перерос в спор об различных предпочтениях людей относительно секса. Грэм утверждал, что независимо от характера и склада ума человека - все как один жаждут наслаждения через мучения. Психотерапевт выбрал противоположную позицию, утверждая, что существует соотношение людей: одни наслаждаются мучениями, вторые склонны к потребности утопать в нежности. Ганнибал Лектер утверждал, что Уилл относится ко второй части людей. Уилл стал отрицать это утверждение. И именно поэтому Уилл Грэм в самом непристойном виде стоит на кровати своего психотерапевта в коленно-локтевой позе. Одет он в одну рубашку, которая насквозь пропитана его потом. Всё, что ниже поясницы, обнажено. Тело его сотрясается крупной дрожью. То и дело Уилл совершает иррациональные раскачивания вперёд-назад, а осознав это, мысленно ругает себя и принимает исходное положение. Через его тело проходят импульсы наслаждения, посылаемые латексным изделием продолговатой формы. Это сводит с ума настолько си́льно, насколько сильно́ получаемое удовольствие. Уилл не один в комнате. Человек, наблюдающий за ним, не совершает никаких действий на протяжении долгих минут и, кажется, способен вечность не сходить со своего места. Этот наблюдатель никто иной, как Ганнибал Лектер. Он с упоением наблюдает за сладостными мучениями своего гостя и восхищается этим зрелищем. Животное наслаждение граничит с эстетическим, и от того сдерживать эмоции в узде невыносимо сложно. Но не будь Лектер собой, если бы позволил себе сорваться, даже ради подобного. Потому единственное, что выдаёт его возбуждение - учащённое на полминуты сердцебиение. Жалобный стон срывается с губ добровольного мученика. Его тональность кардинально отличается от всех остальных стонов, издаваемых раннее. Не будь Лектер собой, поддайся он на такое искушение. В этот день Ганнибалу Лектеру не суждено остаться собой. Твёрдым шагом он подходит к своему спальному месту и задаёт вопросы, откровенно его мучавшие: - Неужели тебе не хочется прикоснуться к себе? Или хотя бы свести ноги? Подавив очередной приступ неосознанных покачиваний, Уилл с рыком усмехается и, продолжая смотреть на подушку, севшим голосом отвечает: - Ещё как! - Так в чём же дело? - с нескрываемым любопытством спрашивает Лектер. - Ты не связан, волен двигаться, как пожелаешь. - А я не желаю двигаться, - дерзко отвечает Уилл, давясь воздухом к концу фразы. Лектер многозначительно хмыкает. Вытянув руку, он кончиками пальцев касается дрожащей спины мужчины со склонностью к иррациональным поступкам. - Твоё тело устало, - замечает Ганнибал. - Зачем так себя мучить? - Тебе же нравится! Лектер не стал отвечать. Ему нравится, действительно нравится. И всё равно такое поведение ставит в тупик. С чего вдруг это представление? Не ради же глупого спора. Уилл Грэм не просто какой-то сумасшедший. В его амбулаторную карту впору записывать весь перечень психических заболеваний, потому-то невозможно вывести какую-либо формулу его поведения. Неизвестно по какой такой причине Уилл решился на подобное. После затеянного спора, не докончив со своей порцией пармезановых спагетти с паштетом из шведского егеря, Уилл встал из-за стола, сразу же принявшись расстёгивать ремень брюк и требовать предоставить в своё распоряжение фаллоимитатор и искусственную смазку, в наличии которых он не сомневался. Получив требуемое, Грэм разделся задумано не полностью и суетливо стал подготавливать себя к введению имитатора полового члена внутрь себя. Пальцы Ганнибала по влажной ткани скользят в сторону поясницы, переходят на обнажённую кожу и останавливаются на тихо дребезжащем предмете, который едва выглядывает из тела Уилла Грэма. Губ Лектера касается едва заметная улыбка, и он с готовностью делится важной, по его мнению, информацией, которая ранее была бы сказана неуместно: - Этот фаллоимитатор сделан на заказ. Хочешь знать, что послужило прототипом? Уилл улавливает всю важность слов и чуть поворачивает голову на голос. Лектер изобразил любопытную улыбку. - Кажется, я догадываюсь, - улыбаясь в ответ, произнёс Уилл, опустив при этом испытующий взгляд на ширинку Ганнибала. - Я и не сомневался, - самодовольно сказал Лектер, и рука его сделала резкое движение. Грэм уронил голову на подушку, почувствовав, как полностью выскользнул фаллоиметатор, и издал полный недовольства стон. - Тебе следует сменить позу, - преспокойно сообщил Лектер, с неподдельным интересом рассматривая предмет в своей руке, поблёскивающий в лучах энергосберегающих ламп. - Обычно, беспомощность и страдания одного из партнёров доставляет самое сильное наслаждение второму партнёру. Тем самым наслаждение обоих усиливается в разы. Вот и ещё один смысл. - Я не спорю. И так как ты негласно записал меня в доминирующие партнёры, позволь мне покомандовать тобой: меняй позу, живо, - каждое слово было сказано ровным тоном, без малейшего повышения голоса. - А с чего ты взял, что доминируешь ты? - с насмешкой в голосе спросил Уилл, выглянув из-за плеча, и сразу вернулся в первоначальное положение. - Так что будь добр - верни точную копию своего достоинства, что ты держишь в руках, обратно. На сотую долю лицо Ганнибала выразило недоумение. Однако, увеличив вибрирование точной копии своего достоинства, Лектер проник ею в привлекательно сокращающийся анус. Уилл задохнулся на вдохе, попытался отдышаться, но круговорот мыслей не позволил сосредоточиться. Уилл почувствовал, как теряет нить реальности. Кровать перевернулась под ним, а сам он свалился в глубокую тёмную яму, изо всех сил хватаясь за грань сознания. Резко открыв глаза, Грэм увидел собственный будильник. Половина шестого утра. Он лежал в собственной кровати. Чрезмерная влажность одежды и постельного белья нисколько не удивили. Пережитое за ночь видение поразило лишь наличием Ганнибала Лектера. Но и это не сильно озаботило Уилла. Сны вообще не заботят его, поэтому обсуждать их Уилл не знает смысла. Даже когда психотерапевт о них спрашивает. - Сны не значат ничего, - заявляет Уилл. - Возможно, - задумчиво тянет Лектер и резко меняет тему сеанса: - Я хотел бы пригласить тебя на ужин. Сегодня я желаю приготовить пармезанновые спагетти с паштетом из шейки северного оленя. - Звучит странно, - скрывая яростное удивление, делится Грэм. - Это вкусно, - настаивает Ганнибал. Сны не значат ничего. Поэтому Уилл Грэм соглашается прийти на ужин к своему психотерапевту.