Одинокие сердца

Сидя на крыше высокого здания, свесив одну ногу вниз, Саске думал не о жизни и смерти, ни о прошлом и будущем, и даже ни о девушке, сегодня кокетливо подмигнувшей ему на улице. Он думал о том, где же ему провести эту ночь и как раздобыть сигареты? Поглощенный этими важными вопросами, Учиха смотрел вниз, на родную Коноху, что простерлась на много километров под ним. Еще не было темно, хотя солнце вот-вот готово было уйти за горизонт. Прохладный вечерний воздух трепал черные как смоль волосы. Вздохнув поглубже, Саске прикрыл глаза. Да, он вернулся назад в деревню, но не обрел ни дома, ни друзей. Но Учиха привык к одиночеству. Заслышав шорох позади себя, Саске недовольно обернулся, положив руку на свое колено: - Я, кажется, уже сказал, что это мое место. Вали отсюда! – грубо произнес молодой человек, смерив стоящую позади него девушку презрительным взглядом. Хината Хьюга… Этакая тихоня с большими серыми глазами без зрачков, милым личиком и длинными иссиня-черными волосами. - Пока ты не появился в деревне – это место было моим, - спокойно заметила Хината, оставшись стоять на месте. - Прости, что отравляю тебе жизнь, - съязвил Саске, отвернувшись. Теперь закат и красные черепицы крыш его больше не успокаивали. А все эта Хьюга… - Но я не против, чтобы ты тоже сидел здесь по вечерам, - сев на холодный бетон и облокотившись о стенку, произнесла Хината. - А я – против! – почти прорычал Учиха, краем глаза посмотрев на нежданную гостью. - Тогда вали отсюда! – глубоко вздохнув, отрезала Хината. Это стоило ей больших усилий, ведь признаки характера проявлялись у юной наследницы клана Хьюга нечасто. Но девушка была довольна собой. Стиснув зубы, Саске промолчал. День итак не удался, ему негде ночевать… А теперь еще какая-то слабая девица будет указывать, что ему делать. - Отравила мне весь вечер… - пробурчал Саске, закрыв глаза. Можно хотя бы представить, что здесь никого нет. Хината вздрогнула и опустила глаза. Обида закралась в ее сердце, но гордость не давала уйти. Теперь она останется здесь и отвоюет свое убежище! - Взаимно, - тихо произнесла Хината, отвернувшись. Небо приобрело темно-розовый оттенок, и солнце ушло за горизонт. Лучи больше не слепили. - Ты что же, теперь каждый вечер будешь приходить сюда? – уже более спокойно спросил Саске. Не то, что бы его смущала тишина, раз он решил заговорить первым, но эти огромные серые глаза… Учихе казалось, что они прожгут в его спине дыру, хотя Хината вовсе не смотрела на него. - Да, - уверено ответила Хьюга. - Что же, - хмыкнул Саске, - тоже решила записаться в мои поклонницы? В детстве я их нагонялся. Думаю, девятнадцать лет – самое время, чтобы снова начать гнать их к черту! - Я никогда не была твоей поклонницей, Учиха, - сдержанно заметила Хината, хотя в ее душе уже начал зреть огонь. Девушка изменилась за годы войны. – И ею впредь быть тоже не собираюсь. - Тогда чего же ты хочешь? - Ты не слышишь меня, Учиха! – вскрикнула Хината, встав перед молодым человеком. Хьюга готова была плеваться огнем, а Саске лишь ухмылялся. – Я хочу побыть наедине с собой. В одиночестве! Это мое место, понимаешь? Ты – незваный гость. Так что убирайся, иначе… - Иначе что? – выпрямив спину и заглянув прямо в дымчатые глаза, спросил Саске. Теперь ему был даже интересен этот разговор. Хината осеклась, как и ожидал Учиха. Ведь она всегда была тихоней. Над городом нависли сумерки. Небо приобрело синий оттенок, который резко переходил в голубой. Скоро и эта светлая полоса исчезнет, а Коноха погрузиться в глубокий сон до утра. Не дождавшись ответа, Саске победно улыбнулся и снова облокотился спиной о стену, опустив взгляд вниз. Ветер стал холоднее. Хината вздрогнула, а раньше она и не чувствовала, какие холодные ночи в Конохе. Улыбнувшись уголками губ, Хината обняла себя руками и посмотрела куда-то вдаль. Она снова была спокойна. Ветер трепал ее волосы, и они качались в такт ему. А лицо было такое умиротворенное, как во сне. Саске не заметил, как залюбовался девушкой. Впервые за свою жизнь. Хината не была пафосной, не хвасталась своей силой, не кричала попусту, всегда ходила так тихо, незаметно… - А ты ведь одна единственная не бегала за мной, - неожиданно произнес Саске, задумчиво глядя на Хинату. Хьюга снова вздрогнула, будто очнувшись, и смущенно посмотрела на Учиху. - Я пойду, - прошептала она. В глазах промелькнула грусть. «Проблемы дома», - сразу подумал Саске. Учиха больше ничего не говорил. Хината ушла, не попрощавшись. Спрыгнув вниз, она исчезла в темноте. В воздухе все еще витал запах сирени. Вздохнув, молодой человек тоже спрыгнул вниз. Включив шаринган, он увидел, как Хьюга быстрым шагом идет по направлению к дому. Нагнав Хинату, Саске пошел позади нее: - Мне негде ночевать. - И? – краем глаза посмотрев на Учиху, спросила Хьюга. Ее походка была уверенной и грациозной. Глаза горели. - Я переночую у тебя, - невозмутимо ответил Саске, посмотрев на Хинату своими красными глазами. Он был похож на вампира: бледная кожа, черные волосы и горящие в ночи омуты. - С чего бы? – подняла бровь Хьюга. - Я один… И ты одна, - вдруг догадался Саске. Девушка резко остановилась. Сердце неприятно кольнуло. - Почему ты так решил? - Потому что ты чем-то похожа на меня, - Хината оглядела Саске снизу-вверх. Ей слабо верилось, что она может быть похожа на этого высокого, сильного, холодного, самоуверенного в себе шиноби, который может помериться с силами с любым героем Конохи. - Ты прав, - проигнорировав ответ Саске, произнесла Хината. – У меня никого нет: Неджи умер… Наруто теперь с Сакурой, Киба и Шино занимаются делами своих кланов, а отец так и не признал меня после войны. Я прихожу на эту крышу, сажусь там, где сидел сегодня ты и смотрю вниз, понимая, что ничего не чувствую к этой деревне. У меня никого здесь нет… - Хината вздохнула: -Ладно, ты можешь пожить у меня. - Я не спрашивал твоего разрешения, - ухмыльнулся Саске в привычной манере, но на душе отчего-то потеплело. Хината не ответила, просто отвернулась и пошла дальше. Ночь полностью овладела Конохой. На улицах не было ни души, а путь освещали лишь вывески магазинов или кафе, но лишь некоторые из них были открыты. Воздух стал почти холодным, ничего не осталось от палящего дневного солнца. На темно-синем, почти черном небе загорались звезды, рассыпавшиеся по Вселенной замысловатым рисунком. Хината смотрела вверх, когда как Саске видел лишь пыль под ногами. Благодаря шарингану он спокойно ориентировался в темноте, собственно, как и Хьюга с помощью бьякугана. - Ты больше не живешь в фамильном особняке? - Значит, ты что-то помнишь обо мне из детства? А я думала, что ты тогда был увлечен только собой, - девушка аккуратно обошла тему об Итачи. Все знали эту печальную историю. Напоминание о старшем брате все еще приносило Саске боль. Учиха не ответил. Хината жила в общежитии для шиноби. Оно не пользовалось популярностью, потому что было старым. Все, кто мог, жили в более новом. - Я думал, что у наследницы клана будут шикарные апартаменты. Твой отец скуп на средства, - присвистнул Саске, зайдя в маленькую, но уютную квартирку на втором этаже. - Я отказалась от его денег, - пояснила Хината, бросив ключи на тумбочку в прихожей. Помещение состояло из двух комнат: спальной и гостиной. Справа от коридора находилась кухня и ванная. Потолок был покрыт трещинами, но зато обои были поклеены новые. Мебель имела слегка потрепанный, но вполне приличный вид. – Располагайся. Спать будешь на диване. - Ладно, - кивнул головой Саске. - Чай? – предложила девушка, включив в комнатах свет. Учиха поморщился и деактивировал шаринган. - Не откажусь, - ответил молодой человек, пройдя на кухню, где уже хлопотала Хината. – Не суетись, Хьюга! Это раздражает. - Не забывай, что ты у меня дома. Так что это ты меня раздражаешь, - поправила Учиху девушка, поставив на стол чашки. Саске про себя отметил, что даже и не заметил, когда Хината успела стать такой разговорчивой и взрослой. Но война меняет всех, оставляя отпечаток на сердце. Однако сейчас Учихе казалось, что не было никакой войны. Что душевное спокойствие – это часть его жизни, хотя все это было иллюзией, созданной Хинатой и горячим чаем в маленькой квартирке. Девушка села напротив Саске. Создавалось такой впечатление, что они старые друзья, хотя Хината почти не знала Учиху, а он в свою очередь впервые заметил эту девушку. - Давно ты стала сидеть на крышах по вечерам? – отпив из чашки, спросил молодой человек. - Еще до войны, - улыбнулась уголками губ Хината, утонув в черной бездне его глаз. - Мне кажется, ты должна была думать, прежде чем вот так пускать малознакомого парня в квартиру… - Саске подался вперед, поставив кружку на стол. Сердце Хинаты забилось быстрее, но на лице сохранилась полуулыбка. - Ты меня не тронешь, - голос был ровным и твердым. Вздохнув, Учиха снова сел прямо. В глазах промелькнул озорной огонек. - Во мне нет ничего чистого, Хината… Так зачем ты пытаешься отыскать иголку в стоге сена? - Люди не делятся на хороших и плохих, - допив чай, ответила девушка. Саске на это тихо рассмеялся. Хьюга нахмурилась, но промолчала. - Знаешь, что будет, если слить свет и тьму? – из-под черных ресниц взглянув на Хинату, спросил Саске. Пальцы отбивали ритм на столе. - Инь-Янь? – подняла бровь девушка, поставив чашки в раковину. - Я надеялся, что ты ответишь по-другому… - встав со своего места, произнес Саске. Хината тонула в этих черных глаза, а Учиха вдруг понял, что все это время был слеп. Для него, Хьюга была идеальной девушкой. - И как? – на выдохе спросила брюнетка, невинно улыбнувшись. Но под этой невинность скрывалась тигрица, готовая к прыжку. Это она иногда давала себе волю, когда Хината злилась. Девушка просто притворялась тихоней. Саске раскрыл второй секрет юной наследницы клана Хьюга. Учиха не ответил. Проведя подушечками пальцев по щеке Хинаты, на которой тут же вспыхнул румянец, Саске резко прильнул к нежным губам. Хьюга охнула и закрыла глаза, повинуясь странному порыву. Ей было так хорошо в его объятиях. Учиха чувствовал власть над Хинатой и этому ему нравилось. А еще он знал, что Хьюга легко может взять дело в свои руки… Это нравилось Саске еще больше. Одинокие сердца притягиваются, и рано или поздно находят друг друга.

***

- Красивый закат, верно? – положив голову на мужское плечо, произнесла Хината. Ее лицо было умиротворенным. Смотря на красные черепицы зданий, девушка чувствовала привязанность к Конохе. Она обрела свое счастье. - Не такой красивый, как ты… - улыбнулся Саске, проведя рукой по атласным волосам девушки. Сидя на крыше, он больше не чувствовал себя одиноким. Он думал о будущем, а рядом с ним была та, что уже носила его ребенка под сердцем, даже не подозревая об этом. Рано или поздно, всегда приходит конец одиночеству.