Гештальт

Охотник, не открывая глаз, попытался отмахнуться от человека, беспардонно трясущего его за плечо. - Он еще и машет на меня! – прорвался голос Сальвадора в разум, затуманенный остатками сна и алкоголя. – Эй, амиго! Поднимайся! - Ну что? Проснулся? – послышался строгий голос Лилит. – Нет? У нас мало времени, что ты с ним возишься? Мордекай с трудом разлепил веки, но на то, чтобы шевелиться или говорить, у него не было сил. Голова была словно свинцовый шар, готовый разлететься на миллиарды осколков. Он проследил за сиреной, быстрым уверенным шагом подошедшей к нему. Без лишних раздумий Лилит размахнулась и влепила охотнику звонкую пощёчину. - Ай, - охрипшим голосом протянул он. – Я уже не спал. Не видела? Сирена подняла одну бровь. - Нет, ты молчал и не шевелился. Слушай, вчера я позволила тебе расслабиться, потому что время позволяло. Сейчас у нас его нет, тем более на всякие нежности. Приводи себя в порядок, и мы выдвигаемся. Сирена зашагала к выходу из штаба так же стремительно, как и вошла в него. Она остановилась, едва не столкнувшись в дверном проёме с Экстоном. - У тебя всё готово? – командным тоном поинтересовалась сирена. - Да, мэм! – спецназовец рефлекторно вытянулся по стойке смирно. - Хорошо, - бросила через плечо сирена, скрываясь на лестнице. - Узнаю прежнюю Лилит, - Экстон добро улыбнулся. - Прежнюю? – охотник заботливо растирал покрасневшую щёку. – По-моему она всегда такая была. - Не скажи, - спецназовец рухнул в кресло, закинув ноги на стол, где шизострел собирал одну из своих многочисленных винтовок. – Пока вас не было, ей досталось. - Досталось? – удивился карлик. – От кого? Экстон задумчиво сжал губы, закидывая руки за голову. - От ответственности, - наконец выдал он. - Ответственности? – переспросил Мордекай. - Ага, - спецназовец кивнул. – Все думают, что командиром быть легко. Сидишь себе в штабе, раздаешь приказы направо и налево, отправляешь подчинённых в горячие точки, читаешь рапорты… Когда меня хотели повысить до командира взвода, я отказался. «Почему?» - спросите вы. - Да! Почему? – спросил Сальвадор. - Потому что, пока я простой солдат – всё просто. Получил приказ, выполнил приказ, и голова не болит. Никакой лишней ответственности. - Вы всё ещё здесь? – в дверях снова показалась рыжеволосая сирена. – Хватит языками молоть! За работу! - Есть, мэм! – Экстон довольно улыбнулся друзьям. *** Тонкие струи холодной воды приятно кололи шею и спину охотника. Тяжесть из головы постепенно уходила, сознание прояснялось, но руки еще немного дрожали. «Надо завязывать с этим», - мысленно сказал себе Мордекай, подставляя ледяному потоку узкую грудь. «А зачем? Какой смысл? Мы сражаемся, спасаем граждан, убиваем бандитов, свергаем тиранов, работаем над своими недостатками, стараясь стать лучше, и в один прекрасный день получаем пулю в спину или падаем в пропасть. После этого нам уже все равно. Все прижизненные дела теряют свою значимость и напоминают бесцельное копошение варкидов, - охотник посмотрел на своё отражение в зеркале. – Лили злится, что я вчера так надрался. Если я сегодня… Ну, или, допустим, завтра, отброшу коньки, то будет совершенно не важно в каком состоянии я встретил этот день. Смерть. Эта сука сводит на ноль все наши попытки делать что-то значимое. Это черта. Обнуление… Бессмыслица». Выключив воду, он вышел в привычный бардак своей комнаты. По столу, цокая коготками, гулял Коготь, который при виде хозяина жалобно пискнул. - Извини, приятель. Я совсем забыл, - Мордекай достал с полки несколько кусков сушеного мяса скагов и положил их перед питомцем. – Держи. Он с умилением наблюдал, как уже взрослый птенец с шипением накинулся на угощение, когда в комнату бестактно ворвался Сальвадор. - Эй, друг, - как ни в чем не бывало начал карлик. – Ребята уже собираются перемещаться. Ты, Криг, Майя и Гейдж остаётесь в городе до нашего возвращения. Мы пока раздобудем тачки. - Перемещаться нужно всем, - отозвался охотник. – Если с вами что-то случится, как мы спустимся? Шизострел шумно почесал затылок. - Никак? - он пожал плечами. – Пойду, скажу Лилит. Ты прикрой своё хозяйство и спускайся к нам. Карлик почти вышел из комнаты, но остановился, что-то вспомнив. - Чуть не забыл. Рыжая командирша сказала, чтоб мы не брали с собой свои ЭХО. - Почему? Карлик снова пожал плечами: - Я не спрашивал, друг. «Друг, - подумал охотник, переводя взгляд со спины уходящего Сальвадора на своего пернатого. – Друзья. В этом, наверное, и кроется смысл. Друзья остаются после нашей смерти, продолжая трепыхаться, в поисках какой-то несуществующей, мнимой цели. В наших силах помочь им, сделать их жизнь легче, приятней… Светлее. Даже ценой жизни. И даже если всю свою жизнь ты был законченным мерзавцем, один поступок может перекроить твою историю. Изменить отношение других. Тогда сука-смерть становится спасительницей, не обнуляющей твои потуги, а начинающей новый отсчет череде событий, порождаемых твоей героической жертвой». Охотник погладил Когтя, заглатывающего последний кусок мяса. «Забота о друзьях. О близких и любимых людях. Вот цель. В ней есть смысл». *** - Готов? – спросила Лилит у охотника, вышедшего на центральную площадь, где в полной экипировке собрались все искатели. – Винтовку в руках удержишь? Охотник вскинул оружие, и, практически не целясь, выстрелил в сторону магазинчика Маркуса. Лилит проследила взглядом направление выстрела, но ничего кроме тёмного силуэта одинокого человека не увидела. - Смотри сама, - он протянул сирене винтовку, чтобы та оценила его боеготовность. Лилит взглянула в прицел. Одинокий человек, которого она заметила, оказался в стельку пьян. Он с недоумением смотрел то на горлышко разбитой бутылки, которое держал в руке, то на стеклянные осколки, лежавшие перед его ногами. Песок впитывал содержимое бутылки, разбитой пулей, выпущенной из винтовки охотника. Лилит презирала алкоголизм друга, но, как ни крути, стрелять он умел. И делал это превосходно в любом состоянии. Разумеется, своё восхищение Лилит держала при себе. - Сойдёт, - сухо ответила она, возвращая оружие владельцу. – Все готовы? ЭХО оставили? Все согласно кивнули, но Мордекай задал вопрос, интересовавший его после визита шизострела: - А зачем? Как мы будем держать связь? - Затем, что противник взломал ЭХО-сеть, и может отслеживать наши перемещения. Как держать связь? – Лилит слегка развела руками. – Никак. Ну, всё, поехали. Она обвела взглядом вставших полукругом искателей и остановилась на Экстоне. Спецназовец глубоко вдыхал через нос, стараясь делать это как можно незаметней. - Ты как? Готов? В ответ на вопрос сирены Экстон поднял большой палец вверх. Сиреневое сияние. Ощущение невесомости, сменяющееся резкими падениями в пустоту и стремительными взлётами, и вот – они на земле. Экстон, закрыв глаза, держался рукой за плечо шизострела. Лицо его обрело нездоровый бледный цвет. На лбу проступили капли пота. - Что с тобой не так, друг? – ухмыльнулся карлик. – Даже девчонки спокойней переносят телепортацию. Тебя в армии ничему не научили? Спецназовец, тяжело дыша, открыл мутные глаза. - Эти потоки энергии… Швыряют меня из стороны в сторону, - свободной рукой он вывел в воздухе замысловатый узор. - Словно я попал в стиральную машинку, которая вращает барабан с неимоверной скоростью. Он снова закрыл глаза, сдерживая очередной спазм. - Какие потоки? У меня ничего такого нет, - ответил Сальвадор. - Это от того, что шар – самая обтекаемая форма в природе, - не открывая глаз, ответил Экстон. - Шар? Какой шар? - Ты, как шарик, Сал, - разлепив веки, десантник заглянул в удивлённые глаза друга. – Шарик на коротких ножках. Мордекай слабо засмеялся, усаживаясь на придорожный камень, Гейдж хихикнула, а Лилит сдержанно улыбнулась. Её очень беспокоила реакция Экстона на перемещения. - О-о-о, обтекаемый, - словно догадавшись о чем-то, протянул карлик и хлопнул по спине Зер0, стоявшего рядом. – Слышал? Я об-те-ка-е-мый. Даже пули обходят меня стороной. Он встал в нелепую боевую стойку, от чего Экстон едва не упал, потеряв под своей рукой опору. - Я – ниндзя, - угрожающим шепотом сказал Сальвадор. Искатели не смогли сдержать смех, даже Лилит улыбнулась. - Хватит дурачиться, - её стальной приказной тон немного смягчился. – Пора в путь. - Я поведу! – воскликнул Сальвадор, бегом направляясь к брошенному грузовику, на котором он привёз сюда раненую Гейдж. – Кто последний, тот вонючий ракк! - Ну, уж нет! – отозвался Экстон и бросился вдогонку. – Я на пассажирском! - Как дети малые, - сказала Лилит идущему рядом Зер0. Ассасин согласно кивнул. - Я исчезаю, - прозвучал его шуршащий голос, и Зер0 растворился в воздухе. Через секунду что-то невидимое толкнуло в плечо Сальвадора, которого уже обошел Экстон. - Эй! Так не честно! – едва не упав в пыль, пробасил карлик. - Ладно, - Лилит активировала фазовый сдвиг, обдавая окрестности огненной волной. Следующая такая волна взорвалась недалеко от грузовика, Лилит могла бы сделать это и сидя в водительском кресле, но не хотела повредить транспорт. - Полезайте в кузов, детки! – задорно крикнула сирена. – Мамочка покажет вам, как нужно водить! - Мамочка? – тихо спросил Экстон, подавая руку шизострелу, забирающемуся в кузов. – Что с ней? - Не знаю, но это явно лучше, чем то, что было утром, - он не успел сесть на свое место, когда грузовик, взревев мотором, рванул с места, и шизострел расстелился на полу, больно ударившись носом. Гейдж посмотрела вслед грузовику, оставляющему за собой облако пыли, и села рядом с Майей. Искателям оставалось лишь ждать, когда их друзья вернутся со вторым грузовиком. Криг радостно носился по Вершине, жужжа сервоприводами экзоскелета. Искатели, сидевшие в тени одного из домов, тоскливо наблюдали за его беготнёй. - Со мной было то же самое, - с улыбкой сказала Гейдж, показывая протез. – Когда обретаешь новую силу, новые возможности, хочется их тут же испытать. Определить границы. Я крошила камни, гнула железо. Это было весело. - Нет, тут другой случай, - сказала Майя, провожая взглядом пробежавшего мимо психа, за которым серой молнией пролетел Коготь. – Он просто радуется, что снова может ходить. Сирена ненадолго задумалась. - Как думаешь, Морди, он будет там? – спросила она у охотника. - Кто? - Кочевник. - Вот о нём мне хочется думать меньше всего. Если бы ты спросила меня об этом наверху, я бы посоветовал проверить ЭХО. - Зачем? – не поняла сирена. - Он забрал с собой ЭХО Брика. Немного подумав, Майя решилась на вопрос: - Почему ты так его ненавидишь? За что? - Что за вопрос? Он кочевник! Бандит! За что его можно любить? - Опять ты заладил. Он столько раз спасал нам жизни. И тебе в том числе! А ты даже ни разу не сказал «спасибо». И что за ярлыки? Криг – вообще псих! Его ты не ненавидишь. В чем дело? Охотник вздохнул. - В том, что он слишком хорош. Он весь такой правильный, все время всех спасает. Слова лишнего не скажет. Тошнит меня от него! Криг – другое дело. Он хоть и псих, но он, как преданный пёс. Он лишь всюду следует за тобой, ожидая пока ты спустишь его с поводка. - Да ты просто завидуешь ему! - Кому? Кригу? - Да, нет же, дурак! Кочевнику. Рядом с ним ты замечаешь все свои недостатки, с которыми не можешь справиться. Тебе за это стыдно, и у тебя не хватает смелости признаться в этом самому себе! Охотник презрительно фыркнул и отвернулся, сообщая тем самым, что не намерен больше продолжать разговор. Майя тоже отвернулась. Гейдж, ставшая невольным свидетелем ссоры, сидела с красным лицом, желая провалиться под землю. Несколько минут они сидели молча, наблюдая за неутомимым Кригом, пока охотник не осознал, что зря он так о нём отозвался. - Извини, - сказал он Майе. – За Крига… Не нужно было мне… - Нет, - сирена не дала ему договорить. – Ты прав. Криг мой преданный пёс. Но я не держу его на привязи, он сам выбрал меня. Охотник согласно кивнул. Немного помолчав, сирена продолжила. - Когда-то давно я пообещала себе, что буду одна. Что не свяжу больше свою судьбу ни с одним мужчиной. Одной проще: нет ответственности, нет обязательств, ревности, ссор. Полная свобода. И вот появился Криг. Он не требует от меня ничего. Он целиком отдается мне, и я знаю, он отдаст свою жизнь, спасая меня. И ничего, ничегошеньки не просит взамен. Ему достаточно того, что я просто рядом с ним. Таким я его и люблю, своего пса. - И ты не хочешь, чтобы он стал нормальным? – удивился охотник. - Не-е-ет, - протянула Майя. – Когда он таким стал там, в пещере, он напугал меня. Какой-то непонятный, неизвестный мне мужчина, называет меня «дорогая». Сирену передёрнуло. - Я же его, того Крига, совсем не знаю. Кто он? Какой он? Что он думает? Что чувствует? У этого Крига всё на поверхности. Пусть он и выражает свои мысли немного странными словами, но я научилась понимать его. Он весь открыт. Как на ладони. Без лести, лжи, намёков. Майя улыбнулась, Кригу, который остановился перед ней тяжело дыша. - КАТАТЬСЯ С ВЕТРОМ В ГОЛОВЕ ОТ СЛЁЗ ВЫПЛЁВЫВАЯ ГОРЛО! Псих резко посмотрел в сторону, словно что-то услышал, и рванул туда. - Ты была права, Гейдж, - сказала сирена. – Он испытывает свои возможности. - И как ты это поняла? - Ну, дословно это можно перевести так: я бегаю так быстро, что от ветра слезятся глаза и шумит в ушах. И я буду бегать до тех пор, пока не устану, - она посмотрела на Мордекая. – Знаешь, как першит в горле, и горят лёгкие от долгого бега? Тот кивнул. - Ну, вот. Это он и хотел сказать. В общем, он доволен. Вдалеке послышались звуки приближающихся грузовиков, на которых через несколько минут искатели отправятся в Файрстоун.