Что-то большее.

- Шун, дорогой, познакомься. Ее зовут Элис и теперь она будет жить с нами, - перед маленьким мальчиком, лет восьми, стояла мама, за которой пряталась девочка, лет пяти.       Ее рыжие волосы доходили до лопаток, а карие глаза выражали испуг, радость и безумное счастье. Наконец-то, она не одна, наконец-то, нашлись люди, которые будут о ней заботиться и играть с ней, как с родной. На пухленьких щечках красовался легкий румянец, ручки взволнованно теребили юбку женщины, ее новой мамы, взгляд смущенно опущен в пол, а ножки дрожали. - Зачем она здесь? - как-то резко спросил мальчик. Его лицо выражало недовольство, глаза наполнены легким гневом, ручки сжались в кулачках. Он никак не ожидал, что у него появится сестра. С самого начала он почему-то невзлюбил эту девчушку. Однако мальчик сам не мог понять почему. - Сынок, что ты такое говоришь? Элис отныне будет твоей младшей сестренкой. Разве ты не рад? - встревоженно поинтересовалась женщина у сына. - Нет, не рад! Ненавижу ее! Она никогда не будет мне сестрой! - выкрикнул брюнет и побежал в сторону своей комнаты. - Шун, как ты можешь... - но не успела женщина договорить, как дверь в спальню сына с грохотом захлопнулась. Почувствовав дрожь, миссис Казами опустилась на колени, повернувшись лицом к девочке, - Элис, не волнуйся, все хорошо. Ему просто надо привыкнуть и свыкнуться с этой мыслью. Вот увидишь, он тебя примет. - и обняла новоиспеченную дочку.

***

Спустя 5 лет. - Нии-сан, помоги мне, пожалуйста. Я никак не могу выучить этот иероглиф, - подошла Элис к своему старшему братцу. - Сколько можно повторять, что я не твой брат! Ты мне не сестра и никогда ей не будешь! Ненавижу тебя! Если есть проблемы, обращайся к маме или дедушке, но не ко мне! Свали из моей комнаты! - вспылил Шун и, мягко говоря, выпроводил девушку из помещения.       Прошло уже пять лет, а он все так же холоден и неприступен к сестре. Он до сих пор не мог признать ее за полноценного члена семьи. От безысходности на прекрасных глазках девочки появились слезы боли и отчаяния. Не выдержав, она побежала к матери в комнату: - Мама, я так не могу. Он опять на меня накричал и вышвырнул из комнаты. Ну за что он так со мной? Что я ему такого сделала? - Милая, - прижала женщина девушку к своей груди, поглаживая по волосам, целуя в макушку и успокаивая. Когда Элис было плохо, когда старший брат на нее кричал, злился, а иногда доходило до того, что и бил, она знала, что в любой момент ее может поддержать и успокоить мама, пусть и не родная по крови, но все-таки мама. - Не волнуйся, он просто еще не привык, ему нужно время. Вот увидишь, он полюбит тебя. - Но, матушка, уже более пяти лет прошло. Я правда больше не могу, - не перестает рыдать. - Девочка моя, вытри слезы, - смахивает соленые капли со щек дочери, - Все будет хорошо. Я тебе обещаю...

***

Наше время.       Прошло уже много лет с тех пор, как семья Казами удочерила маленькую девочку Элис. Она выросла и превратилась в прекрасную девушку. Сейчас ей пятнадцать. Ее огненно-рыжие волосы теперь доходили до колен; карие глаза стали более глубокими, выразительными и "бездонными"; к мягкой, молочного цвета, кожи хотели прикоснуться все парни; щечки были розовыми; высокая, с очаровательной фигуркой. Наша мисс Казами сидела в своей комнате и общалась с подругами. На самом деле, приятелей и знакомых у нее было полно, однако подруг только лишь две. Зато самые верные, преданные и самые лучшие. В данный момент они обсуждали своих парней и брата девушки. Им было весело и интересно. Но когда тема затрагивала ее старшего "брата", внутри нее все бурлило. Она полюбила его. Полюбила своим добрым, теплым, заботливым сердечком. Его холодность, его пронзительный взгляд, его черные, цвета вороньего крыла, волосы, его в меру накаченое тело. Каждую его родинку. Элис сама не понимала, как так получилось. Ей было страшно. Ей было больно. Ей было тоскливо и одиноко. Только подруги знали о ней все и всячески поддерживали.       В этот самый момент на мобильный Элис позвонили. Это оказался дедушка. Она с веселым настроением ответила на звонок, однако на душе ее было не спокойно. Что-то должно случиться, но она не понимала что. - Дедушка, здравствуй. - поздоровался она. - Элис... - голос старика был какой-то грустный и печальный. - внучка, приезжай в больницу... - Дедушка? Что-то случилось? - Ничего не спрашивай... просто приезжай...       Быстро вскочив с места, девушка начала поспешно одеваться, пересказыва подругам разговор. Она последовали ее примеру все три побежали в госпиталь.

***

- Элис... - впервые за 10 часов подал голос поникший Шун. Он был пустым. Лицо парня ничего не выражало. Только холод. - Да, нии-сан?.. - плача спросила Элис. Она никак не могла отойти и смериться, что их мать ушла в иной мир. Она покинула их. Покинула ее. - Элис, я... Прости меня... - За что ты извиняешься? - удивленно посмотрела на брата. - За все, что было за эти 10 лет. Прости... - парень встал перед девушкой на колени. - Элис, я люблю тебя... И люблю ни как сестру. Люблю как девушку, как женщину. Прости... - Шун... Нии-сан... Я... Я тоже тебя люблю... Несмотря на все, что ты мне говорил, я продолжала любить тебя. - рыженькая впервые за сутки улыбнулась сквозь слезы. - Прости меня, мама. - прошептал Казами старший и поцеловал сестру прямо в губы. Поцелуй вышел нежным, аккуратным и трепетным. Он боялся спугнуть своего ангела таким напором. Обнимая за талию, боялся разбить, словно фарфоровую куколку. Боялся потерять так же, как мать. Однако Элис только со всей любовью и нежностью ответила на поцелуй. Им было хорошо. Пара стояла посередине комнаты парня и целовалась. Им было все равно, если кто-то увидит, для них существовали только они и их поцелуй. О произошедшем ребята могут подумать и завтра, а пока...