По ту сторону зеркала

Саске вернулся в свою квартиру в дурном расположении духа. Мало того, что он был вынужден переночевать у Узумаки, так еще и позволил ему обработать его ссадины. Похоже, этот уссуратонкачи прочно засел в его сердце, и с этим надо что-то делать, иначе он рискует в какой-то момент подставить себя под удар. Он понимал, что встав на путь мести, может оказаться в немилости у всей деревни. Насчет третьего он не особо переживал — старик очень мягок, а вот старейшины не погнушаться и на шантаж. Пока Наруто играет в его жизни не последнюю роль, через него на брюнета можно будет давить. Этого допускать нельзя. Тут Саске с удивлением понял, что злость на Узумаки практически исчезла. Более того, он не хотел, чтобы Наруто мстил Итачи. Он просто не мог представить этого добе, с торжествующей улыбкой заносящего меч над братом. Саске передернуло. И тут его осенило: он избегал Узумаки еще по одной причине. Он не хотел, чтобы тот стал таким. Но ему самому об этом знать необязательно, пускай думает, что он его все также ненавидит. Учихе было невдомек, что Наруто уже ищет настоящую причину. А блондин тем временем с самым, что ни на есть задумчивым видом, восседал на крыше одного из домов и грыз огромное яблоко. Хруст несчастного фрукта раздавался по всей улице, заставляя желудки случайных прохожих судорожно сжиматься, напоминая об отсутствии пищи. Сам же парень не задумывался ни о вкусе, ни о хрусте этого яблока — просто машинально жевал, размышляя над, уже набившей оскомину, темой — Учиха. В последнюю встречу, он умудрился все испортить, казалось бы, невинным замечанием. И то расстояние между ними, что он смог немного сократить, увеличилось в два раза. Это весьма расстраивало Узумаки. И как же теперь быть? Спрыгнув на землю, Наруто побрел по улице, пиная попадавшиеся на дороге камни. Саске уже совсем свихнулся на этих тренировках и поисках силы. Так, стоп. Если сложить все кусочки и обрывки в одно целое, то картина немного проясняется. Брат стал отдаляться от него после той роковой ночи, когда Итачи вырезал весь клан, а потом объявил, что не хочет даже слышать о Наруто, потому что тот трус, забывший о клане. Черт подери. Узумаки вспомнил, как уже размышлял над этим в тот день, когда Саске решил переехать. Месть. Как же он раньше не додумался! Итак, истоки поведения Учихи ясны — тот разозлился на него из-за того, что он не хотел отомстить брату за все, что тот натворил. А вот сам Саске, похоже, жил только этой целью. Все эти тренировки до седьмого пота, поиски свитков, содержащих часто запретные техники… Все это ради одного — убить Итачи. Но почему тогда он не сказал об этом прямо? Почему не попытался настроить и его на этот путь? Почему избегает? Саске никогда не умалял его способностей, и знает, что он не стал бы ему обузой. Значит, есть еще причина. И это уж точно не ненависть. Наруто убедился в этом на прошлой миссии. Поэтому следующая ступень — поиск этой самой причины. Немного приободрившись, блондин ускорил шаг и направился в сторону Ичираку — яблоки весьма хорошо пробуждают аппетит. К его удивлению там он встретил Ируку-сенсея, тот поприветствовал его радушной улыбкой. — Здравствуй, Наруто! Давно о тебе не было слышно. Никаких происшествий: все стекла целы, ни одной кошки, загнанной на дерево, даже скала Хокаге в чистом состоянии. Признаться, я удивлен. — Ирука-сенсей! Ну, Вы и вспомнили! — притворно возмутился парень, садясь рядом. — Зато мне удалось немного развеселить тебя. Что-то случилось? Наруто понял, что этому человеку врать просто не в состоянии. — Случилось. Саске, — Ирука после этих слов заметно расстроился. — Я думал, что слухи о его переезде — ложь, поэтому не придавал им особого значения. Все настолько серьезно? — Я и сам толком не знаю, но мне кажется, что это связано с Итачи, — при этом он почти не врал, лишь не сказал всей правды. Но Умино, кажется, все понял. — Если тебе потребуется помощь, ты знаешь, где меня найти. В конце концов, вы с Саске для меня, как братья, — он несмело улыбнулся. — Спасибо. Правда, спасибо, — от переполнявших его эмоций, у парня защипало в носу. Он уже и забыл, когда мог положиться на взрослого человека, и точно знать, что ему не откажут. Ирука видел, что Наруто очень переживает по этому поводу, но решил не вмешиваться. Они уже вполне взрослые и смогут принять нужное решение самостоятельно. А ему остается только наблюдать и быть готовым оказать посильную помощь. После, они вместе поужинали большой порцией рамена (за счет Умино)  и, попрощавшись на приятной ноте, направились к себе домой.

***

Наруто шел не спеша, полагая, что успеет до заката. Улицы пустовали. Большинство людей уже сидело дома, со своими близкими. Блондина охватило горькое чувство, когда он увидел в одном из окон, ужинающую семью. Такую счастливую, сплоченную. А он опять должен возвращаться в пустую квартиру, где от каждой стены веет холодом и тоской. Ему оставалось пройти всего пару улиц, когда он услышал чей-то плач. Это оказалась маленькая девочка, на вид лет пяти. Она сидела на земле и размазывала кулачками слезы по щекам. Ее одежда была очень грязна — как будто она провела в ней несколько дней на огороде. Каштановые волосы спутались, а зубы закусывали нижнюю губу, в попытке сдержать подступающие всхлипы. Узумаки подошел к ней поближе и, присев, заглянул в лицо. Она, почувствовав чье-то присутствие, отняла руки от лица и подняла голову. Наруто встретился взглядом с невероятно зелеными глазами, что блестели от слез и успели немного опухнуть. Не зная, что надо сделать в такой ситуации, парень не придумал ничего лучше, кроме как сказать: — Привет. Девочка, озадаченно наклонила голову. — Что случилось? Ты потерялась? На это она расплакалась было вновь, но сделав судорожный вдох, закрыла глаза и пошатнулась. Наруто успел подхватить бесчувственное тело и прижал ее к груди, отмечая, что девочка очень худа. Возможно, она долгое время держалась без пищи. Взяв ее на руки, он поспешил к дому.

***

В квартире, он первым делом уложил ее на свою кровать, а сам пошел делать компресс и варить что-нибудь легкое, на случай, если она скоро придет в сознание. Спустя пару минут на лбу у девочки лежал теплый компресс, а с кухни начали доноситься приятные запахи. Когда еда была готова, Наруто вернулся в комнату и, подтащив стул, сел напротив кровати. Он не знал, сколько времени провел, разглядывая ее лицо, но вот, она смешно повела носом и приоткрыла глаза. Девочка повернула голову и в упор посмотрела на Узумаки: — Есть хочу. Парень пару секунд смотрел в ее глаза, а потом, неловко подскочив, кинулся на кухню. Вскоре он возвратился с тарелкой куриного бульона и кусочком хлеба. Девочка жадно вдохнула запах еды и шумно сглотнула. Наруто не решился дать ей поесть самой — вдруг обожжется, и начал кормить ее сам, предварительно остужая каждую ложку бульона. Малышка смешно фыркала, едва не урча от удовольствия. «Надо же, такая голодная» — подумал Узумаки. Ему не терпелось узнать, что с ней произошло, и почему родители оставили ребенка на улице на такое долгое время. Когда с едой было покончено, девчушка жалобно взглянула на блондина. Поняв намек, он возразил: — Прости, но пока дать больше я не могу. Тебе может стать плохо. На это она вздохнула и вновь легла на постель. Наруто замялся. — Слушай, ты так мне и не ответила, что с тобой случилось. Где твои родители? Девочка переменилась в лице, вновь, грустнея. Она долго не отвечала, и когда Наруто уже отчаялся услышать от нее хоть словечко, вдруг заговорила. Оказалось, что она живет в домике, в лесу, вместе с сестрой. Родителей она почти не помнит — их убили, когда ей было два года. Сестра стала очень замкнутой и не захотела жить в деревне, где каждый день будет видеть счастливые семьи, поэтому продала дом и ушла с младшей в дом лесничего, что пустовал уже пару лет. Там она быстро навела порядок, развела хозяйство и стала понемногу привыкать к такой жизни. В Коноху она ходила только на рынок. Но вот однажды, сестра ушла в лес за грибами. Ее долго не было, поэтому младшая решила пойти поискать ее. Но заблудилась. Она бродила по лесу около двух дней и, наконец, вышла к деревне. Как же она испугалась! Так много зданий, шума, людей… Даже одна в лесу она чувствовала себя спокойнее. Она забилась в проулок между двумя домами и стала ждать. А потом пришел Он. Сестра рассказывала ей о существах с прекрасной внешностью, голубыми глазами, и доброй душой. Она называла их ангелами. Они охраняют людей и помогают им, когда те попадают в беду. — Ты ведь ангел? — такого вопроса Наруто не ожидал. Тем более малышка была на удивление серьезной. — Эм, ну… — Я помню, вам нельзя об этом говорить. Но я точно знаю, что ты ангел, — девочка улыбнулась так ярко, что Узумаки не посмел сказать ей, что это не так. — Хочешь искупаться? — получив утвердительный кивок, блондин пошел включать воду. Когда ванна была готова, и Наруто хотел позвать гостью, он внезапно замер. Ребенку пять лет, следовательно, купала ее сестра. А он-то парень! И звать Сакуру-чан, чтоб она ее помыла… Нет. Сразу начнутся расспросы, крики, ругань… Уж в этом он был точно уверен. Что же делать? Пока Наруто раздумывал над этой проблемой, девочка уже успела встать с кровати и прийти в ванную на пошатывающихся ногах. — Эй! Тебе еще рано вставать! — воскликнул Узумаки, наблюдая, как она начинает стаскивать с себя грязную кофту, — Подожди! Ты ведь не сумеешь вымыться сама. Надо попросить кого-нибудь… — Я умею! Я даже в бане сама моюсь! (я решил не коверкать русский язык, пытаясь подстроить его под речь маленького ребенка, поэтому читайте как обычно) — Да? Значит, справишься? — Ага, — она важно кивнула и подошла к бортику ванной. — Ну, хорошо. Если что — зови, — проверив количество воды и подставив скамеечку, чтоб ей было удобно забираться, он показал ей где лежит шампунь и мыло, вручил полотенце и одну из своих футболок. После чего поспешил ретироваться в коридор. «Надо бы купить ей одежду, ее совсем поизносилась» — кивнув самому себе, он решил сходить с ней в магазин к знакомой старушке, одной из немногих, что никому не расскажет о том, что Узумаки ходит с каким-то ребенком. Мда, иногда хорошо, что он еще не слишком взрослый. Никаких сплетен и предположений о скорой свадьбе. Он рассмеялся. Ну и занесло его. Свадьба! Нет, женится он только годам к двадцати, а это еще семь лет. Достаточно, чтобы влюбить в себя Сакуру-чан. Глупо улыбаясь, он взглянул на их командную фотографию. Сакура-чан такая красивая… Он не заметил, как сзади кто-то подошел. Его потянули за рукав. Обернувшись, Наруто увидел маленькое чудо — чистое, улыбающееся и тонущее в его футболке. С ее волос стекали капли воды, делая зрелище еще более умилительным. Взяв из ее ручек полотенце, он накинул его ей на голову и аккуратно промокнул волосы от лишней влаги. — Ты, наверное, устала? — последовал моток головой и тут же, опровергающий его зевок. Наруто фыркнул. — Пойдем, ты ляжешь, а я тебе почитаю, — взяв малышку за руку, он довел ее до кровати, подсадил и укрыл одеялом. Затем взял книжку со сказками, что осталась ему на память о маме, и начал читать. Было видно, что девочке книжка очень понравилась, и она боролась со сном, чтобы дослушать до конца. Но усталость все же победила, и она погрузилась в сон. Парень захлопнул книгу и потер глаза — читать при свете лампы весьма утомительное занятие. Он посмотрел на часы и ужаснулся. Половина двенадцатого! Как же быстро летит время, пора и самому ложиться. Он быстро принял душ, почистил зубы и столкнулся с новой проблемой. Его кровать была занята, а кровать Саске с некоторых пор считалась неприкосновенной. Его на ней пробивало на воспоминания, и он мог даже пустить слезу. Подумав, что от одной ночи на полу ничего не произойдет, он как можно тише вытащил из шкафа одеяло с подушкой и лег. К середине ночи он все же был вынужден перебраться на кровать Учихи — сон на полу не шел совершенно. Право слово, не доски, а цемент! Вся спина затекла. Ощутив мягкость матраса и такой родной запах, он блаженно улыбнулся и провалился в мир сновидений.