Жизнь может измениться

Гермиона открыла глаза. Снова та же камера, это всё не кошмар. Вчера Тёмный Лорд вселил в неё настоящий ужас, но Драко успокоил несчастную девушку. Вспомнив о Малфое, она неожиданно почувствовала себя очень счастливой, хотя счастья в её судьбе мало наблюдалось. Хотя бы, если учитывать то, что она в плену у самого Волан-де-Морта. - Можно к тебе? – раздался рядом любимый голос. Это был Драко. - Привет,- улыбка сама собой появилась на лице шатенки,- проходи, конечно. Блондин принёс ей поднос с завтраком. Передав его девушке, он стал просто разглядывать её, не переставая удивляться, чем же она так его привлекла. Почему он на всё готов ради одной её улыбки? А ведь были времена, когда он её ненавидел… Какая же нелепость эта жизнь! Ведь сегодня он может даже умереть для неё. - Почему ты так смотришь? – смутилась Гермиона. - Да так, просто размышляю,- ответил Малфой. - Что со мной будет, Драко? – немного испуганно спросила Грейнджер,- что они со мной сделают? - Я не знаю,- вздохнул парень,- но я сделаю всё, что смогу. Только ты должна пообещать, что будешь доверять мне. Что будешь слушаться меня и в точности делать то, что скажу. Потому что в этом доме только я один не враг тебе. - Даже не верится, что ты это говоришь,- усмехнулась она,- хорошо, я обещаю. - Учти, Грейнджер, не обмани меня,- Драко неожиданно взял её за руку,- и обещаю тебе, ты останешься жива. Гермиона верила ему. Просто знала, что все те дни, когда он называл её паршивой грязнокровкой, прошли навсегда. *** Гарри сидел за столом. Руки его слегка дрожали. Хотелось сделать хоть что-то, лишь бы не сидеть в отчаянии. Но что можно сделать? Мальчик не знал, где искать крестражи, с чего начать, и будет ли от этого толк? Волан-де-Морт даже без крестражей останется самым сильным и опасным, и убить его будет почти так же невозможно. Снова вспомнился Дамблдор, и Гарри разозлился. Как мог профессор вот так оставить его? Неужели был настолько уверен в Поттере, или ему просто было наплевать? Потом он вспомнил о Гермионе. Наверняка, она сейчас его ненавидит. Они бросили её, хотя договаривались пойти втроём. Но теперь Гарри один. Он и Полумну оттолкнул от себя. Кроткую и любящую Полумну. Подумав о Лавгуд, сердце больно сжалось. А вспоминает ли она его? Сможет ли простить? ,,Пора уходить отсюда" - вдруг подумал Гарри и пошёл собирать свои вещи. Не секунды не медля, он вышел на порог дома и трансгрессировал в неизвестном направлении. А Полумна, находясь уже в доме у Уизли, никогда не забывала Гарри. Она всегда думала о нём, но вернуться не смела. Он уже показал, что хочет решать всё в одиночку, так зачем снова возвращаться к старой теме? - Таким образом, я хочу сказать, что вам нельзя уходить отсюда, мистер и миссис Грейнджер,- закончила Лавгуд, смотря на родителей Гермионы. - Я хочу видеть дочь,- воскликнула несчастная мать. - Я понимаю вашу боль, я сама мать,- вздохнула миссис Уизли,- но ради Гермионы вы должны остаться у нас. Не оставьте её жертву напрасной. А мы пойдём на всё, чтобы она вернулась. Все Уизли, сидящие на кухне, а так же Виктор, Пенелопа и Полумна уверенно смотрели на Молли. Разумеется, они будут стараться помочь Гермионе всем, чем смогут. Но с чего начать? Где взять хоть одну подсказку? Думая об этом, Полумна начинала немного понимать Гарри. *** - Драко, ты совсем не отходишь от этой грязнокровки,- довольно-таки строго заметила Нарцисса,- тебе осталось только ночевать у неё в темнице! - Мама, я всего лишь слежу за ней,- сконфузился блондин, избегая смотреть матери в глаза,- это приказ самого Тёмного Лорда, разве я могу ослушаться? В комнату зашла Беллатриса, усмехаясь. Она явно слышала конец разговора. Но, к большому облегчению Драко, ничего не сказала, а лишь кивнула сестре и племяннику в знак приветствия. - Добрый вечер, Белла,- Драко поспешил удалиться, но тётя задержала его, положив руку на плечо. - Люциус вернулся, спуститесь вниз,- объявила Белла, переведя взгляд на Цисси. - Отец! – радостно вскрикнул Драко и бросился в гостиную. Нарцисса, не менее счастливая, побежала за сыном. Семья Малфоев встретилась очень тепло и радушно. Остальные освобождённые Пожиратели как-то злобно поглядывали на них – конечно, их никто так не встречал, у них не было такой любящей жены и сына, какие были у Люциуса. Белла оглядела Малфоя-старшего с ног до головы. Он очень изменился за тот год, что они не виделись. Постарел, осунулся, сломался. Да, Азкабан сломал его. Люциус не выдержал и года, в то время как Беллатриса продержалась там четырнадцать лет. - Тебе нравится воссоединение семьи? – усмехнулся сзади Тёмный Лорд. - Милорд,- Белла ахнула от неожиданности,- как давно вы здесь? - Какая разница? – покачал головой Волан-де-Морт, не отрывая глаз от Беллы. Он не знал, что с ним происходит. Тёмный маг желал бы знать, что такого пленительного в её тёмно-карих глазах, чёрных волосах, белоснежной коже, но никогда не мог ответить на свой вопрос. Но он понимал, что она так же смертная. И ей рано или поздно предстоит умереть. Волан-де-Морт не желал этого. - Через час зайди в мой кабинет,- сказал он,- я тебе кое-что расскажу. И он быстрым шагом вышел из гостиной, оставив свою верную Пожирательницу в лёгком недоумении. *** - Значит, твой отец вернулся,- проговорила Гермиона, слушая рассказ Драко,- я за тебя очень рада. - Действительно, рада? – с сомнением спросил он,- ты ведь ненавидишь всю мою семью, Гермиона. Да и меня, скорее всего. - Нет! – с жаром воскликнула она и сразу пожалела, что открыла рот. Да, раньше она ненавидела его, он был её врагом, но потом девушка полюбила его. Возможно, это началось даже до смерти Рона. Это чувство давно было в её душе, оно словно ждало часа выйти наружу и полностью завладеть Гермионой. - Странно, да? – усмехнулась она, не дав Драко сказать и слова,- вот ты тут сидишь со мной часами, поддерживаешь, хотя они там все наверху, все поголовно ненавидят меня и желают смерти. И только то, что я подруга Гарри… Только это их останавливает. Почему, Драко? Что тебя держит? Открой мне своё сердце. - Зачем? – вздохнул Драко,- зачем тебе это знать? Гермиона посмотрела на него очень внимательно, и в её карих глазах отражалась такая надежда, что Малфой понял, что она и так уже догадалась. Да и как можно было не догадаться о таких сильных чувствах? - Я люблю тебя,- прошептал блондин, но голос его был уверенным, не было и намёка на сомнение. И он ни о чём не жалел. Нужно было давно это сказать.