Ледяной мост над пропастью ненависти

      Лекция закончилась, и Мирослава, быстро покидав свои вещи в сумку, ушла из аудитории. Учеба на сегодня была закончена, и, немного поболтав со старостой, Мира направилась к выходу из здания. Возле главных дверей, как обычно, была толпа, и в итоге Воронова была буквально вытолкана на улицу. Там, прислонившись к перилам, стоял Орловский и его компания, которые даже не думали уступать дорогу другим студентам, и ребята покорно огибали их. Мирослава поздно заметила, что толпа вынесла ее прямо на одного из них.        - Полегче, девушка, - хохотнул один из парней, придерживая ее за руку, когда она готовилась позорно растянуться у их ног.        - Спасибо, - Мира чуть улыбнулась ему и пошла дальше, чуть задев плечом Олега.        Она вздрогнула, когда почувствовала прикосновение к ладони. Его пальцы, чуть погладив кончиками тыльную сторону руки, на секунду сжали ее ладонь и тут же отпустили. Никто не заметил этого, и она постаралась уйти оттуда как можно быстрее, чувствуя спиной сверлящий взгляд Орловского. Опять.        Она не переносила его прикосновения. *** 4 года назад.        Настал новый учебный год, и одноклассники решили устроить вечеринку в честь перехода в старшую школу. Мирославе не очень хотелось идти, но Майя упрашивала ее, да и с организатором вечеринки они были в неплохих отношениях и нередко помогали друг другу по учебе.        - Ааа, пришла все-таки, девочка-эльф, - крикнул ей Толик, хозяин вечеринки еще с порога, когда она искала глазами Майю. Миру иногда по-доброму называли эльфом, подчеркивая ее маленький рост и зеленые глаза, хотя некоторые девушки в классе надменно фыркали, слыша такую характеристику.       - Да, Толик, привет, рада тебя видеть, - Мира улыбнулась ему и отошла к знакомым девушкам.        Вечеринка набирала обороты. Было много народу, поэтому было весело и интересно. Мира танцевала и общалась с ребятами, впервые, пожалуй, почувствовав себя частью коллектива. Попавшись на удочку спора с одноклассником, она даже станцевала вальс с ним под общие аплодисменты.       Через несколько часов Воронова устала и вышла на веранду подышать свежим воздухом. Она оперлась на перила и с наслаждением вдыхала ночную прохладу.       - Уже устала? – ленивый голос из угла веранды разрушил идиллию. Мирослава встрепенулась и вгляделась туда. В углу зажегся мягкий светильник, и Орловский отсалютовал ей бокалом.       - Почему ты не со всеми? – не желая показывать своей робости перед ним, Мира сама решила завести разговор.       - Да просто нет настроения с кем-то общаться. Присядь, - он похлопал рукой по соседнему креслу.       Воронова осторожно присела. Орловский спокойно сидел в кресле, вытянув ноги, и наблюдал за ней. Она не обнаруживала в нем враждебности, но тем не менее ей было неуютно рядом с ним.       - Не хочешь со мной разговаривать? – Олег заметил ее смятение.        - Почему ты не с ними? – Мирослава проигнорировала вопрос и вернулась к прежней теме. – Если нет настроения, не проще остаться дома?        - Потому что дома еще хуже, - с неожиданной злостью Орловский подался вперед. – Это у тебя теплый и ласковый мирок, а в моем мире меня никто никогда не ждет.       - Извини, - Мира отвела глаза.       - Да нет, это ты меня извини, - Олег опять откинулся на спинку кресла и спокойно усмехнулся. – А ты знаешь, что это наш первый разговор, который состоит больше чем из двух реплик?       Воронова робко улыбнулась. Она решила развить беседу, натянуть нить нормальных отношений и тогда, может, атмосфера между ними и в классе не будет такой напряженной. Они поговорили еще минут десять. Орловский не выказывал агрессии или надменности.       Пока она не сделала ошибку.       Олег тряхнул головой, и она заметила, что что-то зацепилось за его волосы. Она протянула руку, пропуская через пальцы мягкую шевелюру, и сняла нитки паутины.       - Запуталось, - Мирослава отряхнула руки, - Олег?       Орловский сидел с закрытыми глазами. Когда он открыл их, в них было знакомое ей безумие. Оно тлело на дне его зрачков, и Мира поняла, что оно никуда не уходило. Ей по-прежнему надо его бояться.       - Ну, я пойду, - Воронова быстро встала и пошла к выходу.       Она прошла два шага, как он схватил ее за руку и прижал к стене. Мира даже не услышала, как он встал. Теперь она могла лишь смотреть в его лицо, ощущая, как его пальцы впиваются в ее предплечья.       - Только голос сорвешь, - заметил Олег, видя, как Мира открыла рот, чтобы закричать. – Я сказал не трогать меня, и сюда никто не придет. А за грохотом музыки криков не слышно.       Он склонился и потерся щекой о ее щеку. Его светлые волосы щекотали ее кожу, и Мирослава машинально отстранилась. Их глаза опять встретились.       - Почему ты достаешь именно меня? Что я тебе сделала?       - Ничего, - Олег уткнулся в ее волосы, голос звучал глухо. – Абсолютно ничего. Ты ведь презираешь меня, да? Не за то, что я сделал с вами, ты презирала меня с самого начала. А сейчас ты еще и ненавидишь меня. Ведь так?       - Ты бы мог все исправить, - ее голос дрожал, он гладил ее шею кончиками пальцев, изучая.       - Но ты прав, я с самого начала презирала тебя, - голос обрел твердость, и она посмотрела ему прямо в глаза. На его лице читалась ярость.       - Поэтому я и делаю это с тобой, - Мирослава только подумала, что наговорила лишнего, как ощутила его губы на своих.       Он еще больнее стискивал ее плечи, терзая ее рот. Мирослава молча продолжала сопротивляться и била его кулаками в грудь, что, впрочем, не имело никакого смысла. В пылу борьбы они разодрали друг другу губы, и их поцелуй имел металлический привкус крови. В какой-то момент ей все-таки удалось оттолкнуть его.       - Не надо, - Мирослава тяжело дышала и едва сдерживала слезы. – Ты уничтожаешь нас обоих! Хватит! Ты не видишь, что мы оба сходим с ума? Отпусти меня!       - Значит, я уничтожу! – Олег схватил ее за шею, заставляя смотреть ему в лицо. – Я так хочу! Не одному же мне с ума сходить?       Он запнулся на полуслове. Зеленые глаза, полные непролитых слез, гипнотизировали. Он медленно наклонился и слизнул кровь с ее нижней губы. Потом внезапно отошел на несколько шагов.       - Иди, - махнув рукой, Олег отвернулся и отошел в другой угол веранды. По шелесту за спиной он понял, что Вороновой уже нет с ним.       Мирослава не заставила себя долго упрашивать. Вылетев с веранды, она быстро прошла по дому, на бегу захватив свои вещи, и вызвала такси. Не хотелось, чтобы кто-то заметил, в каком она виде, поэтому она вышла из ворот и направилась к выходу из поселка. Только оказавшись далеко от дома, она позволила себе заплакать.