Вкусный и сладкий.

Акэль таки затащил меня на кровать, но лишь прижал к себе и не давал даже на сантиметр отодвинуться. - Почему ты сказал тогда, что Жанетта тебе не мать? Она же называет тебя своим сыном и... - Она близнец моей матери, - не дал мне договорить альбинос. - Когда моя мать умерла, а это произошло в мои пятнадцать, её место рядом с отцом заняла Жанетта. Она смогла так близко приблизится к отцу, потому что он слишком сильно любил мою мать, а потому чуть не сошёл с ума и быстро перевёл своё внимание на Жанетту. Короче говоря, тётка стала заменой. Никто, кроме нашей семьи, и не заметил изменений, - в этот момент в комнату заглянул Сё и сообщил, что гости прибыли. - Лоренцо что-то говорил тебе о гостях? - задал вопрос Акэль, пропуская меня в дверь и закрывая её за собой. - Сказал, что пригласил своего старого друга. Он поможет разобраться со всем в семье. - Боюсь представить, кого он мог позвать... - на выдохе произнёс парень. Мы спустились на один этаж и прошли по просторному коридору в зал. Оказывается, это был холл. Высокие потолки, красивые фрески на стенах и потолке. Пол покрыт чёрной плиткой, от которой отражались лучи вечернего солнца. Здоровые двери были закрыты, а у них стоял паренёк и старик, опирающийся о трость. Антуан и Агата, Литиция и Кристофер уже стояли тут, явно отчего-то нервничая. За их спинами стоял Син, который даже не поднимал головы, ещё несколько человек, которых я даже в глаза ещё никогда не видел. И Александр, который по идее должен быть сейчас с Жанеттой. Сё быстро присоединился к большинству, а Акэль встал в ряд с братом и сестрой. Я притулился рядом. От всех исходило такое волнение, а от некоторых и не прикрытый страх, что пришлось наглухо закрыться от всех них. - Ну что ж, все тут, - вдруг произнёс мальчишка лет десяти, что стоял рядом с щурившимся стариком. На его глазах была белая повязка, а сам паренёк одет в свободный балахон того же цвета, только смуглая кожа и чёрные волосы выделялись на общем фоне. - Как же мне нравилось его дразнить, когда он был ребёнком, - проговорил рядом со мной Лоренцо. Мальчишка даже ухом не повёл, безошибочно направился к Литиции. Остановился рядом с ней. - Слишком закрылась, чтобы хоть что-то чувствовать. Если не прекратишь убегать от проблем, погубишь не только себя, но и напарника, - он говорил спокойно и отстранёно, даже не задирая голову, чтобы говорить ей это в лицо. На глазах у девушки проступили слёзы, но она продолжала изображать из себя неподвижное изваяние. Между тем парень потерял к ней интерес и перешёл на Антуана. - Ты же в глубине души прекрасно понимаешь, что она может за себя постоять. Не стоит жертвовать своей семьёй ради ненужного, - рыжий пристыженно кивнул. Дальше пошёл черёд Акэля. - Говорит напрямую, как в старые добрые времена, - усмехнулся Лори. Ему одному тут было весело за всем наблюдать. - Ты, - но парень вдруг обратил внимание на Александра, показав на него пальцем, который тут же опустил. - Не путай своих хозяев. Пока ты слепо старался выполнять обязанности, позабыл, кому служишь. - И как всегда прямолинеен, - снова брякнул Лори. Мальчишка резко обернулся в его сторону, кажется, раздражённый. - Ты даже после смерти заткнуться не можешь, - недовольно фыркнул он. Лори только пожал плечами, мол, не виноват и бочку на меня не гони. - Ты, - парень, наконец, добрался до Акэля. - Старшие всегда были опорой тем, кто в итоге станет главой в этой семье, - дальше он вдруг перешёл на меня, остановившись напротив. - Решился, дитя? - я чуть не задохнулся от возмущения. - Я ещё думаю, - недовольно пробубнил я в сторону, вместо того, чтобы высказать, что думаю о наглых детях. - Друг мой, - резко обернулся он, посмотрев на старика. - Сделай то, что я просил тебя по пути сюда, - старик кивнул ему. - Ты, кто станет главой, - вдруг обернулся на рыжего. - Проводи друга моего в покои отца своего, - сказано было спокойно и как-то вольно даже, но Антуан не посмел противиться. - Так какое ты принял решение? - с лёгкой усмешкой спросил у меня слепец. Я огляделся, посмотрел на заинтересованного Лори, глянул на ничего не понимающего Акэля. - Я... Дождь лил как из ведра, отбивая барабанную дробь по моему зонту. Кажется, дождь - это прощение грехов умершего. Я швыркнул носом от накатывающих на меня эмоций, смотря, как двое мужиков мокнут под дождём, но закидывают лопатами сырую землю. Родственники её уже ушли, а я продолжал стоять и смотреть на всё это. В душе было спокойно и грустно. Лили - сестра моего друга Рема всегда была слаба на здоровье, потому никогда не сидела за партой, не имела кучи друзей в свой подростковый возраст. Но никто и не думал, что, казалось бы, обычная простуда сведёт её за две недели в могилу. Врач сказал, что девочка заболела куда раньше, чем её мама привезла в больницу, а значит, та намеренно скрывала ото всех своё состояние до последнего. Я специально пришёл позже погребения, чтобы не встретиться с Ремом. Для всех я пропал без вести. - Пошли, - шепнули мне на ухо и обхватили мою руку. - Зачем ты мокнешь? - я недовольно посмотрел на Акэля, который уже хорошо так промок под дождём, пока не встал под мой зонт. - Надоело ждать тебя в машине, - нахмурился и потянул меня в сторону ждущей нас чёрной иномарки. Надеюсь, я выбрал правильную дорогу на перепутье своей жизни. Конец.