Месть бывает разной

Раз за разом одно и тоже. То слишком поздно пришел, то рубашка неверно заправлена, то по коридорам во время уроков. А то, что он ходит из-за него, этот даже и подумать не может. Создание, возомнившее себя богом их городка. Очередной поход в медпункт, кисть выбита, писать, да нет же, ручку держать даже не возможно в руках. Как же Савада его ненавидит.  — Добрый день, Асума-сан.  — А, это ты, Савада. Что на этот раз?  — Опять не угодил ГДК, рукой пошевелить не могу, точнее, могу, но напрячь или взять что-то…  — Давай посмотрю, — местный школьный доктор, добрый старик, который носит в своем чемоданчике бутылку рисовой, и пару закусок. Ах да, там каждый раз лежит газета, новая со свежей датой, но почему-то всегда желтая.  — Довольно сильный ушиб, но скоро пройдет. Нужно намазать и перебинтовать. Справишься?  — Да. Спасибо, Асума-сан. Милый доктор, прихватив свой чемоданчик, покидает медпункт, ну, в общем-то, и ладно. Тсуна был тут частым гостем. Ему даже иногда приходит мысль, может после такого количества опыта медиком стать? А что? Лекарства он знает, поверхностные раны, несильно тяжелые лечить умеет. Из него получится замечательный медбрат. Эх, чертыхаясь от каждого прикосновения и стискивая зубы, Савада довольно жирно намазал кисть и начал жестко бинтовать. Вроде ничего. И чувство боли чуть меньше и даже совсем немного можно пошевелить кистью. Но совсем немного и больно. По привычке взъерошив волосы, он решил подождать до звонка, чтобы больше не нарваться на Хибари. Положив медикаменты на свои места, Тсуна вновь стал ходить по маленькому кабинету, в сотый раз мерея рост, и, рассматривая одни и те же склянки, которые уже неплохо насобирали пыль. От скуки хотелось залезть на стену. И он вновь полез в медицинские карты учеников. Найдя карту Киоко, он просто тупо любовался и улыбался этой милой девочке. Теперь уже не ёкало, и слова не пропадали. Теперь уже хорошо. Сасагава Киоко. -О! Здесь же наверно должно быть? Или нет? А вдруг? — и резко принялся искать алфавитную букву. — Нашел! Ученик средний школы Намимори: Хибари Кея Национальность: Японец Дата рождения: 5 мая Возраст: 16 лет Знак зодиака: Телец Рост: 169 см. Вес: 58 кг Характер: вспыльчивый, непредсказуемый Непереносимость: прикосновения, сакура.  — Интересно, а в психиатрических больницах такие же карты? — ладно, как бы ни было через, три… два… один… Звонок. Вот теперь можно идти обратно в кабинет. Как раз можно пообедать и снова уроки. Тихо опираясь на вертикальную плоскость, он дошел до кабинета. Ужасно кричащий Хаято просто достал. Хорошо хоть Ямомото каким-то чудом натравил на блондинчика девушек, что облепили его со всех сторон.  — Опять Хибари, да?  — Ну, хоть что-то в этом мире должно быть неизменно.  — Чего не ешь?  — Рука болит блин, я ей толком пошевелить не могу, не то чтобы что-то взять. -Давай помогу, — и пока Савада ел с рук Ямомото как маленькое дитятко, в голове все крутится мед карта Хибари.  — Слушай, а ты ведь учился с Хибари?  — Ну да.  — А почему он не переносит прикосновения?  — О! А ты откуда знаешь? Хотя не важно. Мм… Кажется что-то про чувствительность. Не помню я, давно это было.  — Мда. И в правду чего только девочки не наплетут, — и вместе с Ямомото засмеялись так глупо и по-детски. Но все равно Тсуне было хорошо. А потом, когда он услышал шум открывающейся двери крыши, пришлось, бочком пробегать к лестнице, чтобы уже на пару не получить тумаков. А, дойдя до кабинета, там его еще и Хаято всего облапал в поисках невидимых повреждений, пылинок и тому подобное.  — Наконец-то домой, — наконец-то один. Несколько дней он потратил на составление идеального плана мести. Перерыл весь интернет в поисках информации. И вот наконец-то рука прошла. Осталось только сбить нюх. Савада так и делал всю неделю, не опаздывал, рубашка глажена, ботинки начищенные, и даже когда в карман хотелось, терпел до перемены. Сложно было еще от домочадцев прятать коробку с заказом. Но все решилось спокойно. Теперь осталась только дождаться. Зная, что вредный Хибари, как и раньше отберет у него любимой как оказывается не только им, йогурт, Тсуна встал неподалеку от кабинета обедать.  — В коридоре не едят, — удар, рассыпанное бенто, и йогурт сперли. — Уберись.  — Да, Хибари-сан. Наконец-то наступила ночь. Где-то в час под полную луну, Тсуна тихонько свалил из дома. Всего-то двадцать минут пешком, перелезть через калитку. И даже можно топать как слон, но пока что он не стал. А вдруг? Это же Хибари. Зайдя в спальню, Савада наблюдал за умильной картиной. Хибари лежа на животе и подогнув в колене ногу, спал в черной юкате, которая сползла, открывая острые юношеские плечи. На секунду даже стало жалко. Но всего лишь на секунду. Поставив коробку на пол, Савада достал в первую очередь наручники, тяжелые, крепкие, но внутри с мягкой обивкой что ли… Осторожно пристегивая одну руку и поднимая второю скрепив цепью к кровати. Ну, а теперь можно начинать. Резко развернув Хибари на спину, оседлав его бедра и наблюдая, как тот медленно пытается открыть веки, что упорно закрываются, но сосредоточенно и быстро моргая, сон сходит на нет.  — Хибари-сан, а йогурт-то вкусный был? — главное не улыбнуться. И в правду такой милый и сонный, взъерошенный как воробей.  — Ты, — Кея рычит, сверлит стальным взглядом, дергает руками, задирает голову и осматривает свои прикованные запястья к цепи, что закреплена за спинку кровати. — Немедленно сними.  — Иначе что?  — Забью на хрен!  — Не рычи. Этим уже не напугать, ты столько лет бьешь меня, что я уже привык и не обращаю на это внимания, — Провести ладонью от ключицы до окончания выреза, зацепить пальцами пояс, развязать, раскрывая края юкаты открывая худощавое тело. Хибари ведет от прикосновения, он вздрагивает, но все же.  — Я разорву тебя! Мразь! — Хибари старается сдержаться, не показывая своей слабости, унимая дрожь, что пробежалась по телу. Глаза опасно блестят в ночи. Запустив руку в шевелюру Хибари, и нежно перебирая волосы на затылке, облизнув чувствительную ушную раковину, чуть прикусывая за мочку уха и кожу за ним и тихим шепотом сказать.  — Месть бывает разной. Первый эффект был получен, Хибари зажмурился от удовольствия. Дело осталось за малым. Поднявшись с бедер, Тсуна встретил сопротивление в виде пинков и попыток сползти с кровати, но этими действиями Хибари только ухудшил свое положение. Тсунаеши развернул его спиной к себе. Чуть навалившись, опираясь животом на оголенные ягодицы и проведя языком по кошачьему месту. Хибари судорожно выдохнул и так же громко вздохнул, в таком положении трудно сопротивляться, а Савада все проводил языком между лопатками, вызывая очередную дрожь, чуть прикусив кожу, Тсуна вынудил Хибари запрокинуть голову назад. Сопротивление чуть сломлено. Савада переворачивает Хибари на спину, глаза его горят, в них пламя желания и жажда убийства, что смешивается воедино, как водоворот. Савада подбирает коробку, кладя ее на кровать, что там было, это знал только Тсуна, а Кея же не видел. Когда Хибари раздвинули ноги, он еще пытался брыкаться, но его поймали. -Убью. Савада смеется, доставая смазку, вылив ее себе на руку, повел пальцем вокруг складок, образующих ободок анального отверстия. Еще один вздох, чуть прикрытые глаза и попытка пнуть, спихнуть, как угодно. Провал. У Хибари не получается справиться, он рычит от злости, стараясь отодвинутся, но в ответ Савада ложится на него промеж разведенных колен и продолжает пока еще массировать колечко мышц. Немного сползая, задевая половой орган.  — Нравится? Вижу, что нравится. Тсуна поравнявшись, лизнул головку, получив в ответ полустон, он улыбнулся и продолжил свою игру. Погладив член со сдвиганием крайней плоти вверх и вниз, Тсуна обхватил головку, губами и языком. Хибари начинает дышать глубже, по виску скатывается капелька пота. Член просто окаменел, испуская смазку. Медленно введя палец вовнутрь, до самого сустава, Тсуна начал делать ленивые круговые движения всем запястьем, не двигая палец взад-вперед. И снова, то стон, то ярое сопротивление. Но дыхание уже рванное, давится стонами, голова на подушке мотнулась, а пальцы сжимали цепи. И вроде хорошо и непозволительно. Сумасшедший контраст. Савада снова льет смазку себе на руки, порывшись в коробке, он достает какую-то цепочку с шариками. Обильно смазывает ее вновь и вновь, протирая каждый из пяти шариков, из гладкого материала, имеющие различный размер.  — Нет! — Хибари старается, свети ноги, когда вначале один шарик, самый маленький, попадает в него, он всхлипывает, а за первым второй и так каждый, пока в руках у Савады не остается кольцо с проводом, к которому он вставляет другой и начинает персональный ад. Глаза Хибари светились жаждой крови. Кее хреново от чувства, что какая-то хрень у него в заднице, он замирает всего на секунды. Легкая вибрация, заставляет распахнуть глаза шире, открыть рот, резко выдыхая и прогибаясь в спине затылком опираясь о кровать. Это невыносимо, еще чуть-чуть и Хибари кончит. Но все решают за него. У основания члена надевают кольцо, что полотно сжимает, не давая получить скорую разрядку. Поцелуй в пупок, живот поджимается, провести дорожку языком сверху вниз, от пупка до лобка задевая бледные волоски из дорожки, можно задержаться на несколько мгновений, продолжить вести языком от мошонки до прохода. И новый, уже не сдерживаемый стон. Хибари больше не борется, он мелко трясется, как и та хрень, что внутри него. Слишком горячо, слишком хорошо, в голове все смазано и шумит. Тсуна приподнимается и смотрит на свою работу. Он довольно улыбается, смотря на блестящие ягодицы от смазки. Как говорится, смазки много не бывает. Но игра ведь только началась. Беря в руки пульт Тсуна чуть проводить большим пальцем руки по черному колесику. Хибари резко выгибается, раздвигает колени шире, и тихо постанывая от увеличивающейся скорости внутри. Чего он сейчас хочет — вытащить эти чертовы шарики или глубже вогнать, он не знает, но волосы уже намокли и разметались по подушке. А Савада сидит и с улыбкой наблюдает, как извивается в своей постели самый страшный и опасный человек в городе. Ресницы дрожат, глубоко дышит, сжимает цепи до побеления, воротится на постели, сбивая простынь. Сжимаясь и разжимаясь, как пружина, стараясь найти положение. Придвинувшись, Тсуна похлопал по ягодицам и чуть ущипнул, возвращая к сознанию Хибари. Чуть склонившись над его пахом, Савада подышал ему на член, приблизив свое жаркое дыхание на минимальное расстояние, а потом, отдалив свои губы на некоторое расстояние, подул холодной струей воздуха, вызывая новую дрожь Хибари. То в жар, то в холод. Взяв член одной рукой, и нежно облизав всю нижнюю часть по длине снизу вверх, достигнув головки члена, мягко и нежно обхватив ее ртом замер, чуть поигрывая язычком. Хибари рычит, дергает руками, но наручники крепко держат жертву. Обхватив член в руку, Тсуна снова оголил головку и начал вылизывать ее так, будто у него в руке эскимо, одновременно увеличивая скорость вибрации. И Хибари сорвавшись сильно задрожал, выпуская в крике всю ненависть к травоядному, стараясь толкнуться вперед. Савада выпускает из руки провод, пальцами берясь за кольцо, начал крутить кистью руки. Хибари выгибается, хрипит, рука, что держит за бедро — горяча, в горле пересохло. Он чувствует, как выходит самый большой шарик, как снимается кольцо, сладостные ощущения возникают, когда шарики вытягиваются в момент наступления оргазма, а потом сознание накрывает от ощущений. На удивление тихо и спокойно, в первый день Хибари в школе не появился. Савада даже забеспокоился, боясь, что что-нибудь, забыл. Хотя он уверен, что все вытащил и снял, а потом и вовсе выкинул. А еще долго и упорно отстирывал джинсы после того, как сам же в них спустил, и не раз. На второй день Хибари все-таки пришел, сидел у себя и даже не проверял учеников. А вот на третий день, он встал у ворот, проверяя всех, как и обычно. Саваде повезло только в том, что он прошел в толпе. Уроки, обед, скучная пара, Савада уснул как обычно. А проснулся он уже оттого, что все тело затекло, попытался потянуться, но не вышло. Савада открыл глаза, он лежал на диване, прикованный наручниками, глаза удивленно расширились, и сразу же наткнувшись взглядом на Хибари, что сидел у его бока, прижимая, таким образом, к спинке дивана.  — Йогурт и в правду вкусный. Хибари недобро усмехается, в глазах буря, он встает с дивана, проходит по кабинету, беря ключ со стола и подходя к двери, запирает ее. Савада дернулся, когда Хибари вновь направился к нему, вытаскивая из левого кармана, черный шарик, который оказывается во рту у Савады и зафиксирован на затылке.  — Согласен. Месть может быть разной. И достает из правого кармана все те же шарики. С ухмылкой дьявола он медленно раскручивал их на пальце. Но это уже другая история.