Легко дышать.

Приготовив вкусненький кексик, я привела себя в порядок и отправилась в гости к Тимохину. Как только я захлопнула за собой дверь своей квартиры, ладошки предательски намокли. Так, Франц, дышим глубоко и нажимаем на кнопку. Боже, ну почему у такого брутального мужчины, как он, в качестве дверного звонка щебетание птиц?! Хотя, это довольно-таки мило… Слегка приобняв меня за талию, Женя провёл меня на кухню и, поставив чайник, решил устроить мне экскурсию по квартире. В какой-то момент мне даже стало казаться, что я никуда из своего дома и не выходила, так уютно мне было у него в гостях. А ещё у Тимохина был точно такой же кот наизнанку, как у меня. Он сидел на подоконнике и грелся на солнышке. - Ну, надо же, - вслух подумала я. - Что такое, котёнок? – тут же спросил у меня мужчина. - У тебя даже кошка как у меня. - Это не кошка, это кот, - немного обиженно буркнул Женя. – Марк Антоний. Сокращённо Тоша. - Ну, надо же, - снова вырвалось у меня. - Что опять? – недовольно вздёрнул бровь Тимохин. - Мою кошку, ты не поверишь, зовут Клеопатра. Нам обязательно надо их познакомить, - улыбнувшись, я подошла к окну и погладила лысое чудо. Затем была спальня. Огромная, наверняка удобная, кровать… Так бы и полежала… Ну, или не полежала бы… Полёт моей почему-то не в меру разгулявшейся фантазии прервал пронзительный свисток чайника. - О, чайник закипел. А ещё я как раз обедать собирался… Борщ сварил… Составишь мне компанию? - Отравить меня задумал, да? – хитро посмотрела я на Тимохина. - Ну почему сразу отравить? – надулся он. – Я, между прочим, хорошо готовлю. - Сейчас проверим, - усмехнулась я, берясь за протянутую им руку. Борщ действительно оказался очень вкусным. Но картинка в работающем фоном телевизоре, заставила нас обоих поднапрячься. И вот зачем Тимохин включил М1? Репортаж про Лазарева и какую-то вообще незнакомую мне, да и съёмочной группе того самого пресловутого М1, девушку, заставил меня сжать кулаки до того сильно, что аж костяшки побелели. Не в меру счастливый Лазарев, обнимая эту девицу, щебетал что-то о том, как он счастлив вместе с ней и рад тому, что скоро станет отцом. - Ну, понятно теперь, почему нам не по пути, - фыркнула я, когда пошла заставка и, нашарив пульт, выключила телевизор. – Ну и мудила же ты, Лазарев. Повисло напряжённое молчание. Я отвернулась от давно погасшего экрана и посмотрела на Женю. Он сидел, уронив голову на руки и смотря в стол. - Эй, всё в порядке? – тихо спросила я. - Это моя бывшая девушка, - выдохнул Тимохин. – Когда она была беременна от меня, сказала, что для неё важнее карьера и сделала аборт. А теперь… Нах*й карьеру, будем рожать?! – со стола полетела ложка. - Эй, тише-тише, - попыталась успокоить его я, накрыв его лежащую на столе руку своей ладошкой. - Что изменили эти месяцы?! Что?! – продолжал злиться Женя. Встав со стула, я подошла к мужчине и положила руки ему на плечи: - Больше никогда не отпускай тех, кого любишь. - Не отпущу, - выдохнул он, накрывая мою ладонь своей. - Всё, что не происходит в нашей жизни, всё к лучшему. А твоя бывшая – просто дура. - Ну, ты же у меня не такая, - поворачиваясь и усаживая меня на свои колени, сказал Тимохин. - Я надеюсь, что мы оба не такие. - Котё-о-онок, - протянул Женя, утыкаясь носом в мою шею. - А ещё я тебе целую футбольную команду рожу, - улыбнулась я. - Только прямо сейчас не начинай, ладно? – улыбнулся и он. - Сейчас мне ещё рано. Димка только в октябре на свет появится, - положила я руку на живот. - О, у тебя мальчик будет? – спросил Женя, накрывая мою ладонь своей. – Я всегда мечтал о сыне, - он тяжело вздохнул. Я молча прижалась к нему крепче, вдохнув тонкий аромат парфюма, и закрыла глаза. Как же мне с ним хорошо и спокойно.