Я очень хочу вспомнить тебя!

**** Стивен снова просыпается посреди ночи в холодном поту, силясь вспомнить, где он находится. Расплывчатые очертания некогда уютного помещения постепенно складываются в голове в цельную картинку, и он успокаивается, понимая, что теперь он снова дома, а не в больнице ЩИТа, хотя теперь то место, где он пролежал целый месяц, было сложно назвать одним из ответвлений некогда самой мощной организации, ведь ЩИТа больше нет. Есть только Гидра... - А может так было всегда и от ЩИТа у нас было лишь название? Мы все работали на Гидру, прославляя геноцид, который от глаз непосвященных агентов прикрывали защитой народа от терроризма и внеземных угроз? - стоило только подумать об этом, как Стив скривился в приступе отвращения. Нет, он бы понял, он не стал бы служить тем, кому противостоял всю свою жизнь! - Бедная Пэгги! Она-то вообще всю свою жизнь работала на организацию, с которой так отчаянно боролась, -новая мысль родила волну странных подозрений. Ее слова "Ты спас этот мир, а мы его испоганили" сейчас приобрели иное направление, заставляя его прищуриться. А вдруг она знала? Нет, да быть такого не может! Пэгги Картер, и из Гидры! Бред полный, лечиться тебе пора от мании преследования и всемирных заговоров, Стиви. Но сознание упрямо повторило: "А вдруг нет? Ведь Баки же..." Стоило только подумать о бывшем друге, как сон сам по себе растворился окончательно, и Стив расстроенно застонал, поднимаясь с кровати. На часах светилось время 02:50, но он лишь хмыкнул, смотря словно бы сквозь них. За это время он уже успел привыкнуть к тому, что стал колобродить по ночам - это лучший способ не видеть кошмаров прошедших дней. В его снах Баки убивает его, и вместе с ним с лица земли исчезают все его друзья: Энтони Старк, Брюс Бэннер, Пеппер Поттс. Потом Гидра не без удовольствия убивает Ника Фьюри, мучает Наташу и Клинта только за то, что они когда-то помогали ему. Все это заканчивалось всегда тем, что Александр Пирс вновь воскрешал Иоганна Шмидта, и на земле воцарялся хаос. Иногда все же картина всеобщего угнетения сменялась на более невыносимую: в таких снах он слышал пронзительные крики Баки. Его друг надрывался, прося о помощи, и Стив бежал к нему, так быстро как только мог, но в последний момент спотыкался о мертвое уже тело друга, над которым возвышался Рамлоу и гадко ухмылялся. - Чертов Рамлоу, я убью тебя, скотина! - рычит себе под нос Роджерс, даже не замечая того, что произносит те же слова, что и во сне. - Что ж, раз поспать мне не суждено, лучше будет поработать, - говорит сам себе Стив и поднимает с пола дело Баки, шлепая на кухню. По всей квартире гуляет ветер, и Стив ежится, громко чихая. Видно окно не закрыл, вот же забывчивый дурак! В легких неприятно закололо. - Вероятно, что вместе с пулей в живот и руку я получил еще и тяжелую стадию воспаления легких. Вообще прекрасно! - подумал про себя он и в несколько шагов оказался рядом с треклятым окном, закрывая створки так, что стекла жалобно зазвенели. Теперь все в порядке. Стоит только включить обогреватель, чтобы окончательно не расклеиться, ведь скоро надо искать новую работу. Он так мечтал вырваться из под крыла ЩИТа, думал, что сможет выжить без приказов и прочего, но сейчас, сидя на своей кухне, он понимал, что ошибался. "Куда приткнуться?" - вопрос на миллион. - Мария Хилл отправилась на работу к Старку. Может и мне туда же? - разум задает единственно верное для Стива направление, и он кивает сам себе, черкнув в блокноте задание на утро. Теперь можно приступать к бумагам! Но стоило только ему открыть дело друга, как в прихожей сам по себе включился свет. Испугавшись ни на шутку, Капитан вскочил на ноги и, схватив со стола нож, пошел в прихожую, оглядывая каждый закуток, но везде было пусто. - Что за чертовщина? - удивленно протянуло его сознание, и он зажмурился, выключая свет. - В квартире никого нет, я слишком себя накручиваю! - Странно... Заплатил пиратам за флешку, а сам продолжаешь жить в этой маленькой комнатенке, - знакомый до боли в сердце голос, доносящийся из спальни, заставил Стива резко развернуться и практически бегом ворваться в маленькую спальню, из которой ушел всего пару минут назад. Забежав туда, мужчина беспомощно осмотрелся, в душе молясь, чтобы это был не обман слуха, и в ту же секунду увидел полусидевшего на кровати Баки. Живого и здорового. - Баки?! Но как же? - Т-ш-ш-ш. Молчи! Тут же уши везде, ты что, забыл? - тихо прошептал друг и, осторожно поднявшись с кровати, встал на свет, глядя на Стива изучающим взглядом. - Не за тем я месяц прятался от Гидры, чтобы меня убили сейчас из-за того, что ты не можешь сдержать воплей счастья! Голос был слегка надменным, но Стив уже к этому привык - Баки всегда общался с ним слегка свысока. Издержки прошлого, когда Баки порой приходилось наклоняться, чтобы что-то сказать Стиву на ухо. Хотя бы чего-то Гидра уничтожить не смогла. Безумно хотелось подойти к нему, коснуться щеки, но нельзя.Он враг! А что если уже нет? Вопреки страхам и здравому смыслу Стив неспешно подходит к Барнсу, и Баки призывно тянет металлическую руку, подзывая его ближе. - Джеймс, - тихо выдыхает знаменитый Капитан Америка, и у Баки на лице проскакивает тень улыбки. - Я был в музее. Мне удалось даже вспомнить своё имя, но я все еще плохо помню тебя. За этим я и пришел. Я хочу вспомнить. Очень хочу! Слова Зимнего Солдата вселили в душу блондина еще больше уверенности, и он подошел к другу уже вплотную, облизав пересохшие от стресса губы. - Что ты вспомнил? - Мало... Практически ничего... Вспомнил, что до войны ты был гораздо ниже, что ты был тощим, как старуха Смерть с косой, но при этом сам затевал драки, и я потом тебя спасал от очередной груды мышц, ну или жира. Вспомнил плен Гидры и то, как ты пришел за мной в своем аляповатом костюме. Потом вспомнил поезд, опыты и заморозку. А дальше глухо... - Прости меня, Бак, я должен был тебя удержать. - Нет, друг... Нет, это было невозможно. Мы бы погибли вместе, а так ты хоть избавился от Гидры, по крайней мере ненадолго. Голос Баки дрогнул, и через мгновение в темноте раздался тихий смех Зимнего Солдата, окончательно растопивший лед сомнений Стива Роджерса: это точно был он - старый добрый Баки. Тот, который готов был горы свернуть, чтобы со Стивом все было в порядке, тот, кто с детства был рядом. На душе стало светло и отрадно, а Джеймс вдруг замолчал и опять стал пристально разглядывать мужчину перед собой. Прекрасная фигура, гора мышц, знакомые до дрожи черты лица, светлые глаза, в которых так и хочется утонуть, пухлые губы, так и манящие к себе. Он для него как немного чокнутый Ангел-Хранитель. Того и гляди утащит к себе в рай или куда похуже. При доскональном изучении тела Капитана Барнс невольно задержался глазами на кубиках пресса и тихо сглотнул, пытаясь сдержать немалый порыв переступить ту черту, которую он не решился переступить 70 с лишним лет назад. Стив бы его тогда не понял! Да и сейчас скорее всего не поймет. Одна только мысль об этом снова заставила его сдержаться, чему он был несказанно рад, и слова, которые рвались наружу, так и не были сказаны. Ведь он вспомнил и кое-что еще. Тогда, во время плена Гидры, он думал о Роджерсе постоянно и понял, что отношения у него к другу самые что ни на есть не дружеские. И слава Богу, что Стив не на войне - он бы не простил себе, если бы с Роджерсом что-то случилось. Для Баки эта война уже кончилась, и так он думал вплоть до того, как Стив за ним пришел тогда, освободив от плена Шмидта его тело. Но вот душа или большая ее часть все же осталась погребенной под грудами металла исследовательского центра. И вот теперь то чувство вновь вернулось, но действовать он до сих пор не мог. Кэп был таким правильным, он бы в лучшем случае подумал бы, что Барнс свихнулся! Но, с другой стороны, он сейчас, считай, новый человек, пусть даже он вспомнил прошлое. А это значит, что он легко может начать жить с чистого листа, как он захочет! - Чем черт не шутит? - промелькнула в голове крамольная мысль, и Джеймс резко схватил Стива за локоть, разворачивая парня к себе лицом. Стив испугался, но только на секунду. Ровно до того самого момента, пока губы Баки не нашли в темноте его губы. Сначала поцелуй был мягким и невесомым, словно бы Джеймс вообще не прикасался к его губам, и Стиву даже успело показаться, что это неправильно, но озвучить мысли свои он так и не смог: поцелуй стал настойчивее, и Роджерс вдруг сам для себя понял, что ему это даже понравилось. Губы Баки были такими теплыми и мягкими, что оторваться для Стива, нечасто в своей жизни испытавшего такого рода наслаждения, было просто нереально. Тело прошили импульсы, отдаленно похожие на ток, и Роджерс окончательно отключился от мозга, положившись во всем на тело, которое поняло сие решение по своему: резко прижав Зимнего Солдата к стене, руки резко рванули белую майку парня наверх, и Баки в мгновение ока остался без нее, тая под мутнеющим взглядом Стива. Дыхание тут же стало теплее, глаза Баки закатились от удовольствия, и для Стива эта картина послужила неплохим стимулом: тихо рыкнув, он спустился поцелуями на шею и, оставив на бледной коже парочку ярко-красных засосов, присосался к заполошно бьющейся жилке, вызывая у Джеймса первый громкий стон. Услышав это, он забыл как надо дышать, все тело выгнулось к другу, и через секунду он уже во всю тянул Баки обратно в кровать. От соприкосновения со слегка грубоватыми простынями Баки простонал снова и бесцеремонно потянул Роджерса на себя, обнимая талию друга так крепко, как только мог. Подумать только, он боялся этого 70 лет, а сейчас оказалось, что Стив сам очень даже за! Одна только мысль об этом заводила Джеймса по полной, что уж говорить про сам источник возбуждения, лежащий сейчас сверху и доводящий его до безумия столь желанными прикосновениями. Сознание уже во всю плыло, и Баки быстрым движением стянул со Стива так мешающую сейчас ему одежду, оставляя его в лишь в легких штанах. Движения Капитана вмиг стали резче, пальцы молниеносно пробежались по бокам Джеймса и обняли стройные ноги, осторожно сгибая их в коленях. - Даааааа... Боже, я хочу тебя, Стив, - хватаясь за простыни, вскрикнул Джеймс, и его звонкий голос заставил Кэпа действовать быстрее. Сладко улыбнувшись, Роджерс облизнулся и, сверкнув глазами в сторону любовника, быстро опустился вниз, осыпая короткими поцелуями обнаженное тело мужчины, лежавшего под ним. Часто вздымающаяся грудь, напряженные горошины сосков, плечи, руки - все было в зоне ласк Стивена, преследующего единственную цель - чтобы Баки было максимально хорошо, и Барнс под ним уже буквально сходил с ума, заходясь в беспрерывных стонах. Не стесняясь проявления чувств, Баки царапал спину Стива здоровой рукой, а металлическую запустил в мягкие волосы, сладко улыбаясь в ответ на очередное движение проворного языка Кэпа. Стив же вообще больше ни о чем не думал. Где-то вдалеке остались проблемы с ЩИТом и Гидрой, отошли на второй план все насущные мысли, и даже ощутимая нехватка денег сейчас не была такой глобальной: все чувства, мысли и эмоции были обращены только к одному человеку - Баки. Тому, кто сейчас отдавал себя так безвозмездно и только ему. И уже не важно, что он из Гидры, важно только то, что происходит здесь и сейчас. Глаза Джеймса блестели от непрошеных слез, и Стиву то и дело приходилось подниматься, чтобы сцеловывать соленые дорожки с порозовевших от возбуждения щек, но прежнего дискомфорта он уже не чувствовал. Наоборот его охватила небывалая легкость и уверенность в том, что так и нужно. Прошло еще несколько тягучих, сладких для Джеймса минут, и джинсы перекочевали с подтянутых бедер на пол к остальной куче одежды, сиротливо лежавшей у двери. Чувствуя немалое возбуждение партнера, недвусмысленно упирающееся ему в живот, Роджерс тихо засмеялся и с улыбкой положил руку на поднимающийся с каждой секундой бугорок на боксерах, начиная неспешно поглаживать ладонью головку через трусы. От ощущения настолько интимной ласки колени Зимнего Солдата крупно задрожали, и в следующую секунду длинные ноги любовно обняли Роджерса за талию, не в силах уже держать остальное тело. Рот раскрылся в беззвучном крике, а бедра сами толкнулись в сторону ласкающей руки, сигнализируя Кэпа о том, что он делает все более чем верно. - Ааааа... Стииив, не мучай меня! Я хочу тебя, - снова прорезавшимся голосом вскрикнул Баки и потянул руки к его штанам, быстро снимая с идеального тела предпоследний элемент одежды. Оставшись в одних боксерах, Стив на секунду отпустил плоть друга из руки, до конца стянул штаны с лодыжек, кидая их вместе с трусами в неизвестном направлении, и вдруг резко остановился, задумываясь над не менее важным вопросом: "А где сейчас взять смазку?" - Я же не могу войти в него всухую и без подготовки!- мысли уже сами толкали Роджерса в нужном направлении, и он тихо застонал от недовольства, чувствуя, что теперь и у него самого образовался практически каменный стояк. Теоретически Роджерс знал, что ему делать сейчас, но вот практики ему на этот раз явно не хватало для полной уверенности в действиях. - Вот теперь я могу согласиться с Романовой, что практика - вещь нужная,- усмехнулся сам себе Стив и растерянно оглядел комнату в поисках какого-нибудь крема. Уловив едва ощутимую нерешительность в движениях Капитана, план пришел в голову Баки сам по себе: соблазнительно улыбнувшись, он начал сам облизывать пальцы Кэпа по всей длине, сводя этим Роджерса с ума еще сильнее. Движения языка были такими плавными и неторопливыми, что Стиву резко захотелось выть в голос от желания большего, и Баки интуитивно это почувствовал, продолжая медленно доводить друга до полного безумия. Терпение Роджерса закончилось через несколько минут: будучи не в силах больше смотреть на это томительное зрелище, он вынул пальцы изо рта любовника и, проведя мокрыми от слюны подушечками дорожку от подбородка до промежности, осторожно протолкнул первый палец в податливое тело, чувствуя, как крепко стенки ануса сжимают внутри инородный предмет. Мысли в очередной раз весело помахали ему ручками и ушли в неизвестном направлении, оставляя Стива с полной пустотой в голове, но теперь эта блаженная пустота была для него чем-то очень желанным, позволяя ему сконцентрироваться лишь на действиях, а не на голосах, кричавших в разнобой о том, что это все неправильно, и Стив должен остановиться прямо сейчас. Осторожно толкнувшись пальцем в горячее нутро, Стив довольно улыбнулся и, проследив за каждым изменением лица Барнса, начал медленно двигать им внутри, остановившись лишь после громкого крика, долетевшего до него снизу. - Боже, Баки, я сделал тебе больно? - испуганно прошептал в покрасневшие от поцелуев губы Стив, но Джеймс лишь медленно покачал головой, глядя на свою давнюю любовь расфокусированным взглядом. - Нет, нет. Господи, Стив, продолжай, прошу тебя, - скороговоркой выдохнул парень и сорвался на громкий стон, крадя очередной поцелуй с губ партнера. Быстро войдя во вкус, Кэп начал двигать фалангой быстрее, наблюдая, как болезненные морщинки на лице любовника разглаживаются, а сам он двигается к растягивающей его руке, уже самостоятельно подкидывая бедра вперед при очередном резком толчке руки. Голос Барнса звенел в ушах Стива самой желанной сейчас мелодией, заставляя Роджерса ускориться, и через пару секунд в теле Солдата оказалось уже два пальца. Аккуратно двигая рукой внутри своего друга, Стив не сразу заметил, как юркие пальцы живой руки Баки протиснулись между их телами и начали многообещающе кружить вокруг его паха, вызывая сладкое покалывание внизу живота. Понял он это только когда наслаждение пронзило яркой вспышкой сознание обоих, позволяя порочным эмоциям снова выйти на волю. - Ещё! - слово слетело с губ обоих мужчин синхронно, и они дружно рассмеялись, не сговариваясь, вместе ускоряя свой ритм, чем доставляли друг другу неземное наслаждение. Третьего пальца Джеймс в себе вообще не заметил, хотя в глубине души боялся, что это будет куда больнее, но нет. Стив сделал все нежно и аккуратно, следуя своим негласным правилам о том, что он ни в коем случае не должен делать Джеймсу больно. Ведь он тоже его любил, просто признаться другу смелости не хватало. Джеймс всегда был натуралом, или, по крайней мере, пытался показаться таковым: всегда находящийся в обществе пышногрудых мадам как садовник в своем цветнике Барнс выглядел великолепно, и Стиву оставалось только молча мечтать о том, что он когда-нибудь снизойдет до проявления симпатии к мужской части, но Баки все не менялся, да и Стив понимал, что у него по-любому нет шансов. На свете столько разношерстных парней, разве будет Баки размениваться на низкорослого, бледного парнишку, худого как смерть? Да его даже в армию не берут, куда уж там. Дальше появился Эрскин, сыворотка и Пэгги Картер - первая в его жизни женщина, на которую он действительно запал. А после Баки погиб, как Стив упорно думал, и он так и не сказал ему о своих чувствах. Теперь же ему словно бы дали второй шанс, и он пользовался им как мог, даря любимому человеку наслаждение и нежность. - Стиви, все. Хватит, я готов! Возьми меня, - заветные слова прозвучали в темноте весьма неожиданно для задумавшегося Стива, и он перестал толкаться в дрочащую ему руку, внимательно глядя в горящие глаза пары. - Ты точно уверен, Бак? - тихо проворковал Стив, и Джеймс кивнул ему, трогательно чмокнув Стива в губы. - Целиком и полностью уверен, дорогой, - радостно заверил его друг и тут же простонал от сладкой боли, когда пальцы неспешно покидали его тело. - Теперь самое главное, - сказал сам себе Барнс и плавно толкнулся вперед, чувствуя, как Роджерс шаг за шагом проникает в его тело, стараясь сдержать свои порывы. А сдерживать было чего. Стоило только Стиву начать проникать в спортивное тело, как собственное обожгло желанием взять его грубее. Безумно захотелось резких толчков, хотелось, чтобы Баки вспомнил все, что было раньше, хотелось сумасшедшим ритмом выбить из его головы всю Гидру окончательно, но вместо этого Стив продолжал медленно входить в него и целовать все лицо мгновенно вспотевшего парня. - Баки, я сейчас войду в тебя полностью. Потерпи, пожалуйста, - заботливо шепнул Стив и резко толкнулся на всю длину, крича от болезненного удовольствия вместе с Зимним Солдатом. Прижавшись пахом вплотную ко входу, он резко вдохнул и вцепился в обнаженное тело под ним обеими руками, сжимая ключицы чуть ли не до синяков. - Ты как, Джеймс? - еле выдохнул Стив и, получив в ответ улыбку, выдохнул с облегчением: значит, ему не больно. - Все просто превосходно, Стив. Мне еще никогда не было так хорошо, - с обожанием ответил он и постарался максимально расслабиться, давая себе возможность привыкнуть к нахождению Роджерса в себе. Время словно бы замерло для них: купаясь в прикосновениях и поцелуях, они, не отдавая себе отчета, начали двигаться друг к другу в едином темпе, кусая свои губы буквально до крови. Сначала темп был медленный и плавный, словно бы страсть несла их по течению сама, без каких либо усилий с их стороны, но шло время, и медленного ритма стало не хватать. Хотелось резкости, более ярких ощущений, и Стив сам перешел эту черту, за минуту набирая желанную скорость. Теперь комната наполнилась уже совместными стонами, криками и сбитым напрочь дыханием. В головах парней осталось только одно желание - кончить, и они искусно подводили друг друга к заветной черте, выполняя любое желание своей половинки. Еще чуть-чуть, и оба почувствовали тягучее напряжение, свидетельствующее, что оргазм уже близко. Никому из них не хотелось прерывать минуты удовольствия, но организм, к их большому сожалению, слушать их желания не собирался, и, понимая это, Стив потянул руку к члену любовника, хотя тому уже не нужна была вспомогательная помощь - он кончил сам, содрогнувшись от приятных волн, сковавших все тело с ног до головы. Следом за ним кончает и Стив, чувствуя сжавшиеся вокруг ствола мышцы. Прошло всего пару минут, и Роджерс бережно вышел из Джеймса, падая на бок рядом. - Тебе понравилось,милый? - Очень. Все было божественно, Стиви. Я так боялся, что ты меня не поймешь, - тихо выдохнул Джеймс, и Кэп добро улыбнулся, накрывая рукой металлический протез. - Я всегда пойму тебя. Ведь мы вместе до конца, - выдохнул блондин и удовлетворенно зажмурился от собственных слов. - Я люблю тебя, - так нужные слова снова произнеслись на удивление синхронно, и парни весело засмеялись, даря друг другу нежный поцелуй. - И кстати, я не платил пиратам. В темноте еле различается кивок головы, и Баки в ту же секунду улегся на плече Кэпа, собственнически перекинув одну ногу на его талию. - Я знаю, Стив. Ты слишком правильный для этой работы, - выдохнул Джеймс, и комнату вновь сотряс громкий смех. Уснули они только через несколько часов, уже под утро, мысленно готовясь идти на трудоустройство к Старку вместе.