Поиграй со мной

      Темноту комнаты освещал лишь камин, ярко горящий в центре помещения. Перед камином, распластавшись на спине, лежала молодая обнаженная девушка. Над ней склонился красивый как сам дьявол молодой темноволосый человек. В его серо–серебристых глазах отразился красный всполох. Миг – и его зубы вонзились в прелестную шейку девушки. Она протяжно застонала и сжала его плечи.       На секунду прервавшись для «трапезы», человек, – нет, вампир, продолжил то, что они прервали. Комнату снова наполнили звуки секса: стоны, легкое рычание, учащенное дыхание и звуки тел, ударяющиеся друг о друга. Внезапно девушка забилась под ним и закричала. Парень снова вонзил в нее зубы – на этот раз еще крепче. Когда, наконец, ее голова безвольно откинулась, он оторвался от нее и поднял голову. Его глаза, секунды назад серые, окрасились и стали бордовыми, как вино. От уголка губ стекала струйка крови, которую вампир ловко поймал языком, облизавшись.       – Эй, Ло, полегче не мог! – в углу комнаты послышался грубоватый насмешливый голос.       – Что, так переживаешь? – голос парня был слегка хрипловатый и утробный – как у кота, поймавшего мышь.       – Боюсь, что мне ничего не достанется. – Голос приблизился и из полумрака вышел молодой мужчина. – Я, знаешь, ли, тоже поразвлечься хочу. А то укатал ее как сивку–бурку. Тебя что, в детстве не учили, что с едой нельзя баловаться? – парень с притворным укором посмотрел на Ло.       – Отвали, Кид, поучи меня еще как правильно вести себя за столом, собака серая! – огрызнулся Ло. Кид фыркнул.       – Ну, предположим, не серая, и вообще–то не собака.       – Да без разницы, – Ло поднялся и бросил девушку на ковер. Та тихо застонала. Девушка выглядела потрепанной и недовольной. Конечно, сложно назвать человека счастливым, когда из тебя выкачали литр крови. Кид склонил лицо над девушкой и втянул носом воздух.       – Ясно, – он оскалился, обнажая клыки. – Ты не удовлетворил ее, не хочешь доделать свою работу? Вот ты всегда так. Только о себе любимом заботишься. Ло только презрительно скривил губы. С чего бы это ему заботится о еде? Разве лев или гепард заботятся об антилопе, когда раздирают ее плоть на части, чтобы набить свой желудок?       – Так что мне теперь с ней делать?       – Что хочешь. Можешь съесть.       – Злой ты! Эй, Красная шапочка, иди ко мне! Злой Красный волк о тебе позаботится.

***

      Луффи открыла глаза. За окном тихо и кропотливо стучал дождь, выбивая свою мелодию осени. Потянувшись, девушка перевернулась на бок и уставилась на кровать у противоположной стены. Та была пуста и аккуратно застелена. Значит, Нами встала. Лу перевела взгляд на настенные часы, которые показывали полдесятого. С кухни тянулся вкусный запах. В животе заурчало от голода. Девушка, свесив ноги с кровати, прошлепала в ванну. Умывшись, она посмотрела на себя в зеркало: слегка бледновата от недосыпа, но добрая порция мяса это исправит.       Она быстро оделась, и, на ходу заплетая свои темные волосы в косу, спустилась вниз.       Нами стояла у плиты, подергивая кончиком длинного рыжего хвоста, который можно было лицезреть только в очень редкие моменты. Например, когда она была раздражена до крайности, как сейчас.       – Доброе утро, Нами! – Луффи подошла и чмокнула подругу в щеку. – Что–то случилось?       – Случилось, – мягким добрым голосом произнесла та. Луффи отступила на шаг и втянула голову в плечи. Она очень хорошо знала этот тон.       – Объясни мне вот что: каким образом запасы, которые я готовила для зелий, испарились за вчерашний вечер?       – Ну… Эм… Магия! – Луффи развела руками.       – Да ты что? И кто же владеет такой магией?       – Домовой!       – Ты что за хрень городишь? – прошипела Нами.       Луффи отступила еще на пару шагов. Выдавать своих друзей ей не хотелось. Ну кто виноват, что Зоро не пьянеет? Ну подумаешь, они вчера с Санджи решили похимичить и состряпать настойку для этого непрошибаемого волка. Ну подумаешь, у них не получилось и вся настойка осталась в виде нагара на потолке подвала, в котором Нами варила свои зелья. Кто же знал? Нет, Луффи собиралась ей все рассказать, но не сразу. Может через день или неделю, а может, год или лет десять.       – Где я теперь ингридиенты достану?! Они же денег стоят! – голос Нами переходил на крик.       Луффи молчала и виновато смотрела в пол.       – Не ругайся, ведьма! – рыкнул кто–то за спиной Лу.       На пороге кухни стоял зеленоволосый Зоро. Заспанный и сердитый. Видимо, крики рыжей кошки его разбудили.       – О, вот еще один пожаловал! Да вы у меня всю жизнь будете работать, чтобы расплатиться! – не приставала шипеть та.       – Расплачусь, не переживай! А теперь отстань от нее! – фыркнул Зоро.       – Не надо, Зоро! – Луффи посмотрела на парня. – Это мы с Санджи виноваты.       – Ну, вы же для меня в конце концов «старались» – пожал плечами тот. – Не переживай, сестренка, деньги у меня есть!       Нами только вздохнула. Вот вечно так у них. Злится–то она злилась, но что толку? Зоро постоянно заступался за свою сестру. Откуда он брал деньги – один бог знает. Но сколько бы ведьма ни допытывалась, оборотень молчал, и только отвечал, что это его дело, как и где их достать. Хотя Нами не дура, сама догадывалась. Его катаны всегда были начищены до блеска. Видно, что он за ними ухаживал и ими же и работал. И куда Робин только смотрит?       –Ладно, садитесь есть!       Позавтракав, Нами отправилась с Зоро на рынок за всем тем, что было уничтожено этой троицей. Уж рыжая ведьма стрясет с него по полной! Луффи через некоторое время тоже решила выйти на улицу. Дома ей сидеть надоело.       Дождь кончился, но небо все равно было серым и пасмурным. Такие как она, Зоро, Кид, Робин и Нами могли выходить днем. А вот Санджи и Ло старались держаться подальше от окон, особенно в солнечные дни. Гореть–то они не горели, но ощущения были не из приятных. Санджи объясняла, что это как аллергия, раздражает и жжется. Хотя сама она не помнит, когда последний раз болела. Лет двести назад как минимум.       Прогуливаясь по парку, Лу наблюдала за редкими прохожими, что попадались ей на дороге. Они шли рядом, не подозревая, что мимо них прошел вовсе не человек. Но и монстром ее нельзя было назвать. Полукровка. Дитя от союза мифического существа и человека. Таким, как она, не было места ни в сумеречном мире, ни в человеческом. Для людей она была слишком сильна и необычна. Для монстров же наоборот – слаба и беспомощна.       Луффи была наполовину оборотнем. Её мать умерла при родах: малышка была слишком сильной для нее, так что женщина просто не выдержала. Отец, отдав ее на воспитание дедушке, скрылся в неизвестном направлении, так и не показавшись ни разу за последние двадцать лет. От него ей досталась выносливость и сила, слух и обоняние. А так же дикая любовь к мясу, и неважно, в какой степени готовности оно было.       Девушка была опасна тем, что не всегда могла контролировать себя. Раз в месяц Луффи настолько зверела, что ей хотелось разорвать кого-нибудь на куски и упиваться запахом свежей теплой крови. В такие дни она бежала к дедушке или Зоро и Эйсу и утыкалась им живот, тихо и утробно воя. Те сразу понимали, в чем дело и тут же бежали за мясом. Они закрывали ее в своей комнате, а Луффи с наслаждением кромсала и съедала куски сырой плоти. Со временем они стали готовиться к полнолунию за ранее.       Однажды она спросила деда, почему так получается. Ведь те же Эйс и Зоро, обратившись, соображали, что делают, и у них сам процесс превращения в зверя происходил менее болезненно, пусть они и не могли его остановить. Гарп тогда крайне обрадовался вопросу и рассуждал об этом весь вечер напролёт, из чего Луффи поняла только, что из–за того, что она полукровка, ее разум нестабилен, поэтому он не может вынести тот факт, что тело перестает слушаться. Поэтому мозг отключается. Остальные объяснения девушка восприняла как «блаблабла», хотя покорно сделала вид, что слушает. Все же дедушку она любила и уважала.       Правда, была еще одна вещь, которая обладала непонятным для остальных свойством – усмирять ее жажду крови во время полнолуния. Старая соломенная шляпа. Девушка всегда брала ее с собой, если куда–то выходила, а как только близилась конечная фаза луны – вообще из рук не выпускала. Как эта шляпа попала ей в руки, девушка помнила плохо. Но в ее голове прочно засела мысль о том, что эту вещь нужно беречь и всегда носить с собой.       Дедушка Гарп – старый волк, принадлежащий некогда к сильной стае, ушел оттуда, чтобы воспитать свою внучку. За ним потянулось два волчонка – Зоро и Эйс. В стае не было такого понятия, как чужие дети. Все ее члены относились к любым рожденным у них малышам, как к своим собственным. Ко всем, кроме полукровок.       Так у них образовалась своя маленькая стая. Со временем к ним примкнули: рыжая бакэнэко* и ведьма Нами, черная кицунэ* – Нико Робин, тануки – Чоппер, Санджи – вампирша французского происхождения и Фрэнки – здоровый мужик-киборг, похожий на Франкенштейна, весь в шрамах, но здорово разбиравшийся в технике. Его собрал когда-то сам доктор Франкенштейн. Правда через пару столетий мужчина, что называется проапгрейделся. Вот такая необычная семейка.       А потом Гарп и Эйс ушли. Куда и зачем неизвестно. Просто ушли два года назад и не появлялись до сих пор. Луффи отказывалась верить в то, что они умерли, и просто продолжала их ждать. «Ведь они тоже часть нашей стаи!» – говорила она упрямо.       Несмотря на свое не слишком радужное прошлое, Луффи никогда не унывала. В их команде она была солнышком, которое освещает все вокруг себя и ведет всех вперед. В детстве Зоро очень оберегал свою названную сестру, стараясь отгородить ее от грязи этого мира. Возможно, поэтому она выросла слишком наивной. Ее простота и прямолинейность порой вгоняли окружающих в ступор. Но Луффи почти всегда улыбалась. И вот сейчас, вспоминая свою маленькую стаю–семью, она улыбалась и тихонько напевала себе под нос.       Придя домой, она застала всех, кроме Фрэнки. Тот, видимо, опять копался у себя в гараже. Народ сидел в гостиной. Стоит заметить, что все они жили в большом доме дедушки – места хватало всем.       Робин сидела у камина с книгой в руках. Рядом, положив голову ей на колени, похрапывал Зоро. В кресле напротив сидела Нами и что–то писала в своей большой книге. Наверно, рецепт какой–нибудь. Чоппер и Санджи о чем–то тихо переговаривались. Когда Луффи зашла в гостиную, все глянули на нее.       – Луффи! – Чоппер кинулся к ней в объятия. Маленький тануки вообще был их самым странным другом. Большинство окружавших его существ по натуре были хищниками, хотя и выглядели чаще всего как люди. Санджи поначалу так и воспринимала его за стратегический запас еды.       Прятался Тануки почему–то всегда за Зоро, хотя по идее должен бежать от волка сломя голову. Читать он любил рядом с Робин, совсем не опасаясь ее хитрой лисьей натуры. Когда Санджи готовила ужин, Чоппер всегда околачивался вокруг нее, выпрашивая сладкое, не опасаясь того, что сам мог попасть в блюдо. Но больше всего он был привязан к Луффи. Именно девушка принесла его в дом к Гарпу, всего покусанного и в крови, и слезно умоляла вылечить того, кого сама же чуть не съела. Как ни странно, после того, как Чоппер очнулся, он не только не испугался Луффи, хотя явно чувствовал в ней зверя, но и согласился остаться с ними.       Луффи обняла своего самого маленького друга и весело улыбнулась. Ей было хорошо и уютно с ними. Как было бы замечательно, если бы это никогда не заканчивалась. * Бакэнэко — кошка в японском фольклоре, обладающая магическими способностями. Одно из трех наиболее популярных животных-оборотней в Японии. (https://ru.wikipedia.org/wiki/) * Кицунэ — японское название лисы. В японском фольклоре эти животные обладают большими знаниями, длинной жизнью и магическими способностями. Главная среди них — способность принять форму человека. (https://ru.wikipedia.org/wiki/)