Два лица

Какаши уже трижды спасал ее от верной смерти за последние две минуты. Сакура сжимала зубы, пытаясь предугадать, откуда придется следующий удар. Она уже не следила за поединком. Она могла думать только о том, чтобы просто выжить в этом кромешном аду. Неимоверные силы, сталкивающиеся в небесах рушащегося мира, просто не замечали две жалкие пылинки под ногами. Какаши вскинул голову. У него по виску струилась кровь, рука была сломана, но мужчина все еще умудрялся выводить их из-под прямых ударов. Даже без Шарингана он был способен на многое — тысячу скопированных дзюцу никто не отменял, хотя использовать их стало гораздо сложнее. Сакура покосилась на бывшего сенсея и попыталась вылечить его раны с помощью чакры. Тот только отмахнулся, отталкивая девушку от очередной опасности. Им нужно было уйти из зоны поражения. Они находились слишком близко. Но безопасных мест, кажется, совсем не осталось — чересчур мощные техники призывали сейчас Наруто и Саске. Взрывы следовали один за одним. Какаши установил стену земли, чтобы защититься от ударной волны, но чакры у него почти не осталось. Да и сил тоже, если бы не ученица рядом, то он давно бы перестал пытаться спастись. Когда стена рухнула, он просто закрыл Сакуру своим телом. Девушка подняла голову после взрыва, с ужасом понимая, что сенсей рядом не дышит. Она бросилась к нему, ударила по груди кулаком, молясь, чтобы сердце снова забилось. И он ее не подвел, закашлялся, приоткрыл глаза. Сакура заплакала от облегчения, вливая в тело бывшего учителя всю доступную чакру. Она даже не сразу поняла, что вокруг наступила непривычная тишина. Два претендента на звание Хокаге решили сделать небольшую передышку. — Значит, твою волю просто так не сломить? — издевательски выкрикнул Саске, будто продолжая прерванный разговор. — Можешь бить меня, сколько хочешь! — Наруто сверкнул глазами в ответ. — А я, если придется, своими кулаками вдолблю правду в твою пустую голову! — Бить тебя? — сузил красные глаза Учиха, переводя взгляд на замерших внизу Какаши и Сакуру. — А если ты не сможешь спасти кого-то действительно близкого? Это пошатнет твою волю? — Что? — опешил Узумаки. — Если на твоих глазах я мучительно убью ту, которую ты любил всю жизнь? — на бесстрастном лице не отразилось ни тени эмоций. — Тогда ты сможешь возненавидеть меня? Возненавидеть достаточно сильно, чтобы понять? Сакура отшатнулась от взгляда черных глаз, направленных прямо ей в сердце. Пальцы Какаши сомкнулись у нее на запястье. — Уходи, — прошептал он, пытаясь приподняться. — Скорее! — Я должна вас вылечить, — прикусила губу девушка, всей кожей ощущая пронзительный взгляд любимого человека. Бывшего любимого человека. — Беги, дура! — оттолкнул ее мужчина. — Я отвлеку… Но тут Учиха вновь использовал возможности Риннегана, отправляя Наруто в полет как можно дальше. Он, не торопясь, спустился на землю и пошел в сторону старой команды. Сакура наконец вскочила на ватные ноги и попыталась бежать, но тут ее с непреодолимой силой потащило по камням прямо к ногам молчаливого парня. — Саске! — закричал Какаши, силясь встать и падая. — Нет! Учиха словно не слышал, он поднял девушку за воротник одной рукой, холодно посмотрев в лицо. — Саске, — жалко прошептала Сакура, обхватывая пальцами жесткое запястье. — Прошу, Саске… Она вздрогнула, когда красные глаза оказались слишком близко. Замелькали калейдоскопом измененные рисунки Мангекье Шарингана, и над головой небо сменило цвет на алый и черный. Небо, мир, жизнь превратились для нее в личный вариант бесконечного Цукиеми. Бесконечной пытки. Наруто налетел на Саске, словно ураган, оттаскивая от девушки. Но Сакуре это не помогло. Она выгнулась дугой и страшно закричала, забившись в конвульсиях. — Как ты мог, Саске?! — Какаши подполз к ученице и окровавленной ладонью влил в нее свою чакру, избавляя от безжалостной иллюзии. — Сакура! Открой глаза! Но девушка лежала у него на руках бледная и неподвижная. Казалось, сама жизнь покинула ее тело вместе с сознанием. — Сакура! — Какаши прижал безвольно обвисшую ученицу к своей груди и закрыл глаза. — Не уходи! Я рядом! Я с тобой! Он не понаслышке знал все ужасы пыток Цукиеми. Бесконечный кошмар боли, когда за секунду реального мира проходят часы и дни мучительных издевательств. Что мог сотворить с Сакурой в своем подсознании жестокий Учиха? И сможет ли девушка пережить подобное? Небеса снова раскалывались и взрывались. Вокруг то опускалась тьма, то расцветали яркие вспышки. Земля под ногами тряслась и горела. А потом все стихло. И над поверженным врагом поднялся победитель с опустевшим взглядом. Наруто стоял и смотрел на каменистую пустыню, бывшую раньше землей шиноби. На единственные живые осколки прошлого — Какаши и Сакуру. На Луну, что вновь сверкала в небесах первозданной чистотой, не опороченной влиянием Цукиеми. А потом Наруто упал на колени рядом с трупом бывшего друга. *** — Наруто-кун? — осторожное прикосновение к плечу заставило вздрогнуть и резко обернуться. Рядом стояла Хината, очень грустная и очень печальная. — Ты так страдаешь, потому что Саске погиб, да? Узумаки сжал зубы и отвернулся. Он не хотел ни с кем разговаривать. И уж тем более не хотел обсуждать смерть Саске. — Наруто-кун, — девушка, такая тихая и нерешительная раньше, сейчас была как никогда назойлива, совершенно не видя раздражение парня. — Но ведь ты не единственный потерял кого-то близкого на этой войне. У всех теперь на душе раны, которые заживут нескоро… — А все собственными руками убили лучших друзей? — язвительно вскрикнул Наруто. — Все позволили почти до смерти пытать людей? Ты ничего не знаешь! Хината отшатнулась от такой вспышки ярости любимого человека, но не отступила. — Не знаю, так расскажи. Наруто почти с ненавистью посмотрел в добрые глаза девушки. Она думала, что все сможет понять?! Узумаки горько рассмеялся. Он столько лет пытался понять самостоятельно. Стольких людей спрашивал! И все старания пошли прахом, когда он возненавидел лучшего друга. Возненавидел за боль, которую тот причинил Сакуре… Наруто уже не молчал, он говорил. Рассказывал то, о чем остальные, подвергнутые Вечной иллюзии, даже не догадывались. О Кагуе, о Мудреце Шести Путей, о Саске, о его пути и смерти. — Так что я вовсе не герой, — закончил парень, опустив потухший взгляд. — Я дерьмо. Не спас Сакуру, не вернул Саске… — Ты вернул его, — внезапно сказала Хината. Она была бледна и слегка растеряна, но светлые глаза смотрели прямо и решительно. Наруто уставился на нее в недоумении. — Ты спас Саске, — немного смутилась Хьюга от его пристального взгляда. — Ты спас того Саске, который смеялся с нами. Который жил в этой деревне. Который учился в Академии. Ты вернул его — для всех окружающих вы оба герои. Вечером в Конохе начался дождь. Он прогнал с кладбища всех пришедших попрощаться. Остался только один. И не было никого, кто мог бы заставить его уйти. Наруто стоял под дождем и смотрел на свежую могилу со знакомым именем, не в силах выразить словами то, что чувствовал. — Саске! — закричал он, запрокинув голову к небесам. — Неужели это так, Саске?! Неужели смерть — это твое спасение?! *** А ночью очнулась Сакура. Но это радостное известие вскоре превратилось в еще одну горькую историю, потому что девушка все же не смогла до конца оправиться от жестокой пытки, ее сознание было серьезно нарушено. Цунаде сумела восстановить физическое состояние, но психическая травма была неподвластна даже великому саннину. И теперь у Сакуры было диагностировано раздвоение личности. Когда Какаши набрался смелости и зашел в палату бывшей ученицы, то наткнулся на совершенно незнакомый взгляд зеленых глаз. Девушка искривила губы в жутковатой усмешке и сказала: — Разговоры с собой никогда не приводят ни к чему хорошему, сенсей.