Текила или коньяк?

Логос как обычно организовал какой-то бал. Это уже начинает надоедать. Хотя, Надю эти мероприятия приводят в восторг, так что пусть продолжают в том же духе, пусть у сестры хоть в чем-то будет счастливое детство. Ее и так травмировала смерть родителей, переезд сюда, и только она освоилась, завела друзей, как умер Виктор Николаевич – единственный человек, который по-настоящему нас любил. Нелегко пришлось нам. Да ладно я, но Надя… Мы с народом сидели в нашей с парнями спальне. Макс откуда-то притащил две бутылки шампанского, бутылку ликера и коньяка. Наверное, спер из отцовского кабинета. Сегодня мы решили отдохнуть по-человечески. Уже надоела вся эта параша с заражениями, антидотами и Морозовыми. Так что пора плюнуть на все это. Хоть на день. Алкоголь разошелся быстро. Ромыч уже открывал вторую бутылку шампанского для девчонок, ну себя он, конечно, этим напитком не обделял, да и я стаканчик не пропустил. Макс решил не мелочиться и сразу начал с коньяка. Я вскоре тоже к нему присоединился. К концу второй бутылки шампанского девчонок пробило на потанцевать. Ромыч, допивший с нами бутылку конины и решивший, что на ликер его уже не хватит, пошел с ними. Дашка все уговаривала нас тоже пойти потанцевать, мы с Максом переглянулись, потом кинули взгляд на только что открытую бутыль «Беилиса» и, решив, что другой возможности допить этот жгучий напиток уже не будет, пообещали прийти чуть позже. Вика назвала нас алкашами и сказала, что если мы не придем через полчаса, они придут и вытащат нас из комнаты за руки и за ноги. Рома, уходя, шепнул что-то невнятное вроде: «щас я проветрюсь и приду вам помогать». Да, дружбан, ну и быстро же тебя развозит. Не успели друзья и выйти из комнаты, как мы с Максом тут же начали перемывать им кости. В частности, Ромке, конечно, этот «рыжий карлик», как мы его в шутку назвали, едва держался на ногах, еще помогать нам с ликером решил. Помогальщик хренов. Придумывание стебных прозвищ породило в нас с Морозовым Петросянов. Истеричный смех скручивал до коликов в животе. Не то что бы мы с Максимом были друзьями, просто в последнее время наши отношения явно улучшились. Наверное, отсутствие соперничества из-за Дашки, свело все конфликты на нет. Да и слава богу, еще мне врагов тут не хватало, все мы находимся в одной лодке. Снова меня охватили страшные мысли о нашем будущем. Что будет с нами? Мы все зависимы от дозы. От гребанного алого зелья. Что будет с Надей, если меня не станет? А что если они и ее заразили? - Эй – голос Макса отвлек от раздумий. Я резко повернулся и вдруг ощутил на своей щеке что-то мягкое. Чувства притупились от алкоголя, пару секунд я пытаюсь сообразить что к чему и вдруг понял, что это губы Морозова. - Э, ты че?! – я отшатнулся в сторону. Макс тут же заржал как конь. - Прости- прости – давился смехом парень – бляя видел бы ты свое лицо! Пхахаха! - Да хватит ржать! – смеялся я – давай эту парашу допивать, а то щас Ромыч примчится. - Да мы прям действительно алкаши с тобой. Морозов снова наполнил наши стаканы. Жаль, что отсутствие льда не дало осушить мне емкость полностью. Напиток обжег горло, и я едва не подавился. Струйка темной жидкости сползла по подбородку и расползлась на белой рубашке. - Блять – сматерился я. Стирать я категорически не любил, да и отстирается ли это дело. Я повернулся на Макса. Тот, словно зачарованный, пялился на мою шею. Заметив, что я смотрю прямо на него, парень нервно сглотнул и тут же меня стебанул: - Свинья ты, Андрей. - Ну, блин. Надо переодеться. Я резко поднялся на ноги, но, не удержавшись, тут же приземлился на диван. Алкоголь, таки, стукнул мне в голову. Ну, «Бейлис», я принимаю вызов. Встаю, на этот раз медленнее, и тут же сталкиваюсь со шкафом. Он реально стоял так близко? - Ахаха – ржал Морозов – алкаш! - Не ну давай сам попробуй. Макс медленно поднялся с пола. Пару секунд «ловил себя» в пространстве и, поймав, сделал шаг вперед. Да, иммунитет у него был явно по более моего, но и его он сейчас подвел. Парень, споткнувшись о собственные ноги, завалился прямо на меня, попутно задев выключатель и вырубив свет. - Тоже мне герой! – усмехнулся я. - Да уж получше тебя буду – кажется, я задел-таки его самолюбие. - Да слезь с меня уже, мне переодеться надо. Макс молча сделал шаг назад. Я, вспомнив, как управлять этим телом по пьяни, раскрыл шкаф и вытащил первую попавшуюся белую рубашку, долго пялился на нее, пытаясь понять, чья она, свет то никто включить не додумался. По росту явно не Ромкина, а вот определить моя она или Макса, было сложнее. Размер то у нас одинаковый: - Слышь Макс, твоя? Парень подошел ближе, по-наглому положил подбородок мне на плечо и сказал: - Хер ее знает, может моя. Да срать, одевай и валим. Стряхнув Морозова с плеча, я попытался расстегнуть свое залитое ликером одеяние, но дурацкие маленькие пуговички никак не поддавались моим пальцам. Минут за пять мне удалось расстегнуть только первую пуговку. - Да ты, блять, заебал! – Макс грубо развернул меня к себе и за три секунды расстегнул все пуговицы. Удивительно, как это он не разодрал к чертям рубаху. Ах да, пришивать же тоже никому ничего не хотелось. Я посмотрел на парня. В темноте лицо его казалось угрожающим. Я кровожадно улыбнулся, в моем разуме вдруг возник план мести. Я сделал шаг вперед и чмокнул Макса в губы. Он пошатнулся и замер. Хах! Тоже мне герой! Вы посмотрите как растерялся! Вкушая плоды мести, я расслабился и хотел было продолжить операцию «переодевание», как меня вдруг вжали в шкаф. Руки Макса властно притянули меня к себе. Он ошпарил мои уши горячим дыханием. Посмотрел в мои глаза, поймав в них негодование, и тут же буквально вгрызся в мои губы. Я растерялся, нет ну, а вы бы не растерялись? Макс же, воспользовавшись моим состоянием, тут же запихал язык мне в рот. Притупленные алкоголем чувства предательски тормозили. Меня просто поставили на паузу. Но, отглючив, я сразу попытался сомкнуть челюсти. Между зубов скользнул шершавый язык Макса. Во рту осталось горячее тягучее чувство. Макс отошел и усмехнулся: - Пф, ты меня все-равно не переплюнешь. - Да что ты! Спорим? - На что? - Давай на бутылку коньяка? - У тебя еще ликер не закончился. - Ну на следующий раз. - И где я тебе найду его? - Да где-нибудь – Морозов кровожадно улыбался, мысленно видимо уже предвкушая свою победу – в столовке, в кабинетах учителей. И не такое проделывали. - Ладно. Если я выиграю, то будешь ползать по кабинетам за текилой. - Уж постараюсь как-нибудь. Я накинул на себя выуженную из шкафа рубашку, решив пока не тратить время на застегивание пуговиц, поднял с пола недопитую бутылку ликера, сделал пару крупных глотков и уверенными шагами направился к Максу. Парень от неожиданного напора сел на диван. Я, не растерявшись, сверху. - И что теперь? – Морозов выхватил у меня бутылку и жадно выхлебал ее почти до дна. Усмешка в его глазах не исчезала даже по пьяни. - А теперь это – я вдавил парня в спинку дивана и жадно вцепился в его губы. Поцелуй тут же углубился. Он был грубым, несдержанным, жарким и даже удушающим. Толи от «бэйлиса», а может от долгого контакта с Максом, губ я уже не чувствовал, впрочем, так же как и языка. Я, чувствуя, что действие начинает терять интерес, дерзко начал кусать Морозова за губы. Дыхание парня участилось. Да, кажется, у меня преимущество. Максим жадно хватал губами воздух. Я наклонился к его шее, скользнул языком по мочке уха и спустился к татуировке: «док» - шепнул я ему в ухо. Парень вскочил как ошпаренный, скинув меня на пол: - Всё-всё-всё – он занервничал – считай, что ты выиграл! Чего это он так? Я снизу вверх смотрел на Макса. Вдруг мой взгляд остановился на его брюках. Даже в темноте мне было видно, что монстр в штанах Морозова стоит колом. Я сглотнул вязкую слюну, ощущая, что в моих штанах тоже неожиданно стало теснее. - Ну уж нет, игра не окончена - Я потянул Макса за ремень – терпеть не могу, когда вот так сдаются. - Отвали – парень попытался оттолкнуть меня, но не тут то было. Я крепко вцепился в металлическую бляшку. - А то что ты сделаешь? - Так послушай – Морозов наклонился. На скулах его заиграли желваки. Так типично для Макса, когда он злился – Если ты. Сейчас. Не отпустишь, я поимею тебя прямо здесь, ты понял? И он реально думал, что меня это остановит? Ага, сейчас! Я потянул за бляшку ремня, тут же его расстегнув. Следом вжикнула ширинка: - Блять, Андрей, ты и так уже выиграл, что тебе еще надо! - Тебя. Я встал на колени, стянул с Макса штаны и темные боксеры, высвободив напряженную плоть парня. Не придумав ничего более умного, я осторожно лизнул головку члена. Морозов подался назад. Ну уж нет. Я обхватил его член губами, начав наступательные движения. Максим напрягся и сдвинул брови, но говорить ничего не стал. Я скользил языком по головке, ласкал нежную кожу твердого члена. Честно говоря, ощущения были так себе. Челюсть начало сводить, ибо орудие у Морозова дай бог каждому. Да и не очень то приятно, когда что-то твёрдое тыкается тебе в глотку, чуть ли не доводя до тошноты. Но стоны Макса, пульсация, которой реагировал его член на каждое мое прикосновение, действительно заводили меня. Морозов притянул меня к себе, принуждая встать. Я недоумевающее смотрел на него. Я что-то не так сделал? Ну извините, подобной практикой похвастаться не могу. Но Максим лишь прикоснулся к моему подбородку и поцеловал, тут же юркнув языком ко мне в рот. На этот раз он был более нежен, исследовал каждый закоулочек меня. Мои губы прильнули к рельефной скуле Морозова. Его кожа просто пылала. Наверное, если бы сейчас все было при свете, я бы стал первым свидетелем такого события, как румянец на щеках Максима. Парень же в это время тоже не терял зря времени. Одной рукой он прижимал меня к себе, другой уже расстегнул молнию на моих штанах и, приспустив трусы, грубо сжимал мой член в руке. Мне нравилась эта грубость. Так похоже на него. Я пару раз подался вперед. Макс понял намек правильно, продолжив наступательные движения самостоятельно. Темп начал ускоряться, из моих губ вырвался стон. Парень легко укусил меня за мочку уха: - Я тебя хочу – никогда не подумал бы, что услышу такие слова именно от Морозова. - Так возьми уже. - Будет больно – усмешка. Это так ты проявляешь заботу? - Давай, блять, уже. Максим содрал с меня рубашку, которая, кстати, дико пахла его одеколоном, брюки и трусы, оставив меня в чем мать родила, и сам полностью оголился. Я тут же был повален на диван, Морозов сверху. Он, расположившись между моих ног, поцелуями спускался от губ до пупка. Потом все ниже и ниже, вырывая из моих уст неудержимые стоны. Макс раздвинул мои ягодицы и приставил туда нечто горячее и пульсирующее. Пара попыток проникнуть внутрь меня закончились неудачей, и парень решил идти обходным путем. Он пальцем преодолел кольцо мышц и стал массировать его, поглядывая на мою реакцию. Вначале было не особо круто, представьте каково это, когда внутрь тебя кто-то запихал палец, но когда я привык, стало даже приятно, однако, тут же в ход пошел и второй палец. Парень просто мастерски орудовал руками. Он массировал стенки ануса так, что я почти перешел на крик. Нет, мне не было больно, это скорее от удовольствия. Через несколько секунд Макс уже вошел в меня. Да, член – это, конечно, не пальцы. Несколько секунд я привыкал к пульсации в моем очке, потом началось движение. Темп рос с каждой секундой. До такой степени, что я вскоре начал задыхаться. Я знал, конечно, что Макс в постели с девушками – тигр, но не думал, что испытаю это на собственной шкуре. Я хватал губами воздух, грубо лаская собственную плоть, подстроившись под темп Максима. Но парень вдруг остановился: - Нет-нет, продолжай – я сам буквально насаживался на него. Морозов накрыл мои губы поцелуем. Его дыхание тоже сбилось, стало рваным и несдержанным. Он одной рукой поднял меня и насадил на себя: - Какой ты, все-таки, похотливый – его голос будоражил сознание. Такой грубый, обжигающий, властный. Он, оказавшись внизу, снова начал движение, все быстрее и быстрее. Задницу дико пекло. Мои руки ласкали напряженную грудь Макса. Сердце просто вырывалось из груди и я уже чувствовал приближающийся конец. Стоны рвались наружу и Морозов, видимо и сам находящийся уже на пределе, властно схватил мой член в кулак, начал грубые движения, подстроившись под свой ритм. Все мои мышцы натянулись как струны, я выгнулся. Еще секунда, вот-вот и… Я замер, задержав дыханье, по телу прошла судорога, и волна оргазма полностью захлестнула меня. Я излился прямо в руку Макса. Мое тело обмякло. Морозов же, вынув из меня свое орудие, сел напротив меня и начал нетерпеливо мастурбировать. Я решил все-таки взять инициативу в свои руки. Отодвинул руку Морозова, я терзал его плоть. Я зачарованно смотрел на его вздымающуюся грудь, на напрягшиеся кубики пресса. Из груди Макса вырвался стон, практически рык, и он тут же кончил. Теплая вязкая жидкость растеклась по моей ладони. Мы пытались восстановить рваное дыхание, вытирая светлую жидкость с тел друг друга первым попавшимся под руку полотенцем, да, стирать все-таки придется. Мою задницу пекло не по-детски. Я едва мог ходить. Макс, натянув на себя штаны, легко поцеловал меня в губы и, как всегда ехидно улыбаясь, прошептал: - Ну что, когда будет коньяк? - С чего это? Почему не текила для меня? - Ну… ты кончил первым. - Да ты еще на полпути признал свое поражение! - Но ты же это не принял. - Значит, матч реванш! Готовься! Как же хорошо, что ребята о нас забыли...