Варнок

Частые и глухие удары раздавались на весь дом. Парень, стоя лишь, в чем мать родила, барабанил перепачканными в собственной крови кулаками по мягкой обивке входной двери. Светить своей элитной задницей перед всеми ненавистными в данный момент прохожими не мечта всей жизни Учихи, тем более этот безбашенный идиот, у которого явно снесло напрочь крышу, должен быть где-то уже на подходе. Инстинкт самосохранения у вампиров никто не отменял, видя тот безумный взгляд, Саске решил засунуть куда поглубже свою гордость и спрятаться под крылом брата, пока минутка бешенства не пройдет у оборотня, а потом он его обязательно сводит на прививку. Наконец, дверь распахнулась. На пороге возник брюнет с распущенными волосами в немного помятом виде, так как только что проснулся. Бесстрастный взгляд скользнул на незваного гостя, но стоило увидеть, кого принесло и тем более в каком виде, как брови Итачи взмылись вверх. Абсолютно нагой мальчишка, прижимал руку к кровоточащей ране, что успела омыть всю правую сторону тела. — Что случилось Саске? — пропуская в дом, обеспокоено спросил аники, рассматривая ключицу, из которой чуть ли не фонтаном хлещет кровь. — Этот псих гонится за мной, — выдал Саске, залетая, как ужаленный в коридор, попутно оглядываясь через плечо на улицу в надежде не увидеть злополучный силуэт до того, как дверь закроется. На лестнице сидел Дейдара, примерно в таком же потрепанном виде, что и старший брат, вот только вместо беспокойства, в его взгляде проскальзывал разве что интерес. Встав в полный рост, с тихим вздохом, сам особо не горя желанием помогать, блондин спросил у хозяина дома, где лежит у того аптечка. Итачи чисто машинально ответил. Все его внимание было устремлено лишь на рану брата — он взвешивал, успеет ли она затянуться до того, как мальчишка потеряет слишком много крови или все же надо попытаться остановить кровь своими силами. Конечно, ничего страшного в том, что отото умрет нет, ведь через несколько часов все ровно очухается, тем не менее, по собственному опыту парень знал, насколько данная процедура неприятна. — Зажми пока руками, — приказал старший Учиха, доставая из маленькой тумбочки, под которой стояла обувь, небольшое полотенце, лежащее там специально для промокших гостей, после чего протянул его младшему брату. — А это пока завяжи на бедрах. Саске молча прикрыл свои явно смущающие других присутствующих в доме гениталии и попытался ладонью закрыть рану, а вторую положил поверх первой и сильнее надавил, пытаясь тем самым остановить кровотечение. Вернувшийся с аптечкой Дей, достал дезинфицирующее средство, заживляющую мазь и сделал из марли и ваты подобие компресса, чтобы остановить кровь. Вот только парень не успел приступить к обработке раны, как в дверь снова постучали. На этот раз скромно, ровно два раза. Не надо быть экстрасенсом, чтобы понять, кто стоит за порогом, поэтому брюнет, кинув короткий взгляд на старшего брата, шмыгнул на кухню, а за ним направился блондин, что в руках держал подготовленный арсенал средств первой медицинской помощи. Итачи снова раскрыл дверь и встретился взглядом с немного поникшим Узумаки, который под описание Саске никак не вписывался, тем не менее, нож, что он держал в правой руке, заставил хозяина дома нахмуриться. Он будто взглядом говорил «только без глупостей», но все же отошел, пропуская в коридор оборотня. Разувшись, блондин положил под пристальным взглядом старшего Учихи ножик на тумбочку. Он чувствовал, с каким недоверием на него косится юноша, что было не удивительно, ведь однажды Наруто уже отправил его младшего брата на тот свет. Подняв пустые руки вверх ладонями, обращенными наружу в неком примирительном жесте, блондин глупо улыбнулся. Своеобразный жест воспринялся парнем положительно, поэтому, мотнув головой, брюнет двинулся в направлении единственной комнаты, где горел свет. Следующий по пятам гость робко пошел за ним. Как только они зашли на кухню, сидящий за столом раненный вампир тут же перевел на новоприбывшего злой взгляд. Говорить какие-то колкости парень не спешил, выжидающе молча. Вот только вместо криков, встретившись взглядом с Учихой младшим, оборотень стыдливо отвел взгляд в сторону, как провинившийся щенок. Он чувствовал себя последней сволочью, ведь фактически ни за что напал на парня, а нет, не совсем ни за что — частично брюнет сам его довел до такого состояния. Тем не менее, наказание несоразмерно проступку, а Узумаки из честных ребят, что принимают свое заслуженное возмездие в одиночку, не пытаясь перевести стрелки, когда по-настоящему виноват. — Извини, — не поднимая глаз, тихо буркнул Наруто. Задетая гордость, жалобно поскуливая, спряталась в ближайшем закутке. Саске приподняв одну бровь, изогнул её в немом вопросе, явно дивясь столь неожиданному повороту событий. Остальные присутствующие в комнате тоже удивленно притихли, ожидая продолжения, которое последовало спустя пару минут: — В последнее время я много чудил и не всегда отдавал отчет своим действиям, как, например, сегодня. Я это… постараюсь быть менее вспыльчивым, — последние слова дались парню тяжело и были произнесены на грани шепота. Вот только они все равно были отчетливо слышны в идеальной тишине, что застыла в комнате, оттесняемые разве что размеренным дыханием присутствующих. Однако пострадавший молчал. Он с каким-то странным огоньком во взгляде смотрел на оборотня. Приглядевшись, в его глазах можно было бы увидеть самодовольную усмешку, которую он может преподнести, воздержавшись от того, чтобы скривить губы в ухмылке. Этот безусловный талант лишь задевал распинающегося оборотня, что теперь в какой-то степени даже жалел, что принес свои извинения личности, которая их явно неспособна оценить и уж тем более принять. Тем не менее, блондин твердо для себя решил пойти на кое-какие жертвы ради достижения мирных отношений. Быть может, даже подружиться получится, хотя он и сам в это не верит. — Я подумаю, — сухо бросил Учиха, переведя взгляд на свою перепачканную кровью ключицу. Отстранив на пару секунд от раны ладонь, парень лишь убедился, что кровотечение даже не думает останавливаться. Итачи неспешно подошел к младшему брату и подсел справа от него, после чего окинул столешницу взглядом. На столе уже лежал весь подготовленный арсенал для оказания первой помощи, которую должен был предоставить Дей, что сейчас стоял в паре метрах от стола, всем своим видом выказывая недовольство, видимо от того, что Саске не позволил обработать ему свою рану. Открутив маленький колпачок на пластмассовом пузырьке, парень, не жалея средства, вылил то на подставленный кусок ваты, после чего, повернувшись к чуть расслабленному отото, легкими движениями принялся похлопывать по кромке пореза. Пострадавший слегка дернулся в сторону от новых ощущений, тихо зашипев, но в следующее мгновение вернулся в исходную позицию, позволив брату продолжить начатое. Узумаки виновато почесал затылок, наблюдая за вампирами. Последствия его небольшого эмоционального взрыва теперь разгребают другие, в какой-то степени, он даже почувствовал себя виноватым перед Итачи. Вот только реакция Саске, с какой стороны ни глянь, все же раздражала и парню приходится с нею смириться, ибо даже себе пообещал больше из-за всякой ерунды, такой, как эта, не вспыхивать. Ещё больше раздражала слабость, из-за которой подкашивались колени, намекая на скорую встречу лица с холодным полом. Может оно и к лучшему? Прохладная поверхность освободит от оков жара. Неожиданно громко оборотень чихнул, не успев закрыть нижнюю часть лица руками. Благо чих по большей части был внутренним, не особо обильным на внешние проявления последствий после него. И всё же без внимания он не был оставлен. — Ты простыл? — удивленно спросил Дейдара, подходя к парню и щупая его покрытый потом лоб. — Немного. Ночку провел в погребе на ледяном полу, — с легким раздражением в голосе отозвался парень на заботу со стороны семпая. Только секунду спустя сообразив, что фактически пожаловался, чего он точно не хотел делать, а из-за неконтролируемой слабости во всем теле и тучности в голове, слова с губ срывались быстрее, чем он мог их осмыслить. — Как телка плачешься мамочке, - ехидно бросил Саске. Он немного хмурился из-за болевых ощущений, так как брат нещадно мельтешил по всей ране уже четвертой ваткой обильно смоченной спиртовым раствором. Предыдущие хлопковые шарики, сменив цвет из белых в красные, лежали аккуратной кучкой чуть поодаль, ближе к середине стола. Кровь удалось более-менее остановить и теперь на место пореза парень крепил заранее подготовленный Тсукури компресс, внутренняя часть которого была смазана тонким слоем заживляющей мази. — Слово педикам не давали, — огрызнулся блондин, вмиг потеряв весь прежний настрой. В его глазах снова горела нескрываемая злоба по отношению к младшему Учихи. Те слова раскаяния теперь казались лишними. Внутри в который раз появилось нестерпимое желание, как бы кольнуть побольнее хорошо подобранной фразой. – Ты уже забыл, как у тебя на меня колом стоял? — Это чисто физиологическая реакция после пробуждения, придурок. Сам-то часом не пидарок? То ты там себе уже напридумывал, я смотрю, — сквозь стиснутые зубы усмехнулся брюнет, после чего добавил: — По-видимому, хочешь, чтоб тебе присунули разок-другой, — радуясь виду двояко-багровеющего лица, уже во второй раз за сутки парень натянул привычную для него ухмылку. — Пожалуй, расстрою тебя — ты меня совсем не возбуждаешь, так что дрочи на меня где-нибудь втихомолку. — Ну да, чисто «физиологическая», — сделав на последнем слове акцент, юноша в голос засмеялся. — Тогда на кой хер ты терся об меня пахом и облизывал мне руки? Нормальные вампиры в жизни крови оборотня не выпьют, а у тебя так крышу рвало, что тебе можно было что угодно подсунуть и ты бы всё полизал, нэ[18], Саске? — протянул блондин, затейливо прищурив глаза. — «Нормальные», — повторил брюнет, явно напоминая про сомнительно-традиционную ориентацию блондина. — На паху у других парней так жопой не елозят. — Пошел нахер! — взорвался Наруто. — Это ты первый эту голубизну развел. Сексуальный–не-сексуальный... Да пошел ты, заднеприводный дохляк. Итачи с Дейдарой удивленно переглянулись, явно дивясь, что у «младшего поколения», так как они старше на два-три года, всё так стремительно развивается. Нет. Все прекрасно понимали, что поселив эту парочку вместе, стоит ожидать немало проблем, вот только вместо неприятностей, они так резво движутся в направлении финишной прямой. Услышав реплику блондина, касаемо облизывания рук, старший Учиха нахмурился. Ведь у вампиров церемония бракосочетания включает своеобразное обручение, что невозможно разорвать, состоящие как раз из обмена кровью, а не кольцами. Каждый из супругов испивает кровь другого, тем самым подтверждая договор, привязывая себя навечно к партнеру. — Саске, ты обручился с Наруто? — Итачи обратился к отото, но парень ничего не ответил, лишь на мгновение удивленно вскинув брови, после чего нахмурившись, кинул на брата взгляд адресованный явно полоумному. Аники воспринял эту реакцию, как отрицательный ответ. — Ты забыл, как обручаются вампиры? На секунду парень замер, вытянувшись как струна. Осознание ситуации накатило слишком большим шквалом эмоций, чтобы сразу все переварить и так забитой проблемами головой, доставленными этим несносным придурком. Хотелось скрежетать зубами от новой головной боли. Обручения с этим полоумным — вот чего не хватало для полного «счастья» Саске всё это время. Одна спасительная мысль все же пробивалась в мозгу, словно свет в конце тоннеля. — Так я его совсем незначительную каплю, — сбивчиво пробубнил вампир, посмотрев на брата с еле заметной надеждой во взгляде. — Это не имеет значения, много или мало, главное, что его кровь попала в твой организм добровольно, — мотнул головой Итачи. Медленно подойдя к кухонному гарнитуру, нажал на кнопку включения эклектического чайника, затем потянулся к верхним полкам, на которых стояли разнообразные баночки с кофе разного помола и сортами чаев. — Я не знаю, как проходит церемония у оборотней и тем более между оборотнями и вампирами. Однако одно могу сказать с уверенностью – ты себя привязал к нему. Теперь ожидай изменений в своем восприятии по отношению к нему, мой маленький глупый брат. — У нас нет скрепления кровью, — заговорил Дейдара, скучающим взглядом гуляя по обоям на противоположенной стене, чей орнамент ни отличался оригинальностью. — Мы как люди венчаемся, обмениваемся кольцами и потом живем на честном слове. Мы, в отличие от вас, от природы моногамны и нам не требуется каких-то мистических гарантий закрепленных кровью, — ухмыльнулся парень, бросив многозначительный взгляд на старшего Учиху, что повернулся, дабы взглянуть на говорящего. — Мы полигамией тоже никогда не отличались, — парировал парень, заливая в маленькие керамические кружки свежезаваренный цейлонский байховый чай. Повернув голову чтобы спросить у брата о том, с молоком ли он будет чай, как обычно, или нет, застыл, сдерживая себя от смешка. Отото с невиданной ранее в его глазах ненавистью сверлил притихшего Узумаки, что непонимающе смотрел на семпая, явно не догоняя, о чем тут говорят. Просвещать его никто не спешил, так как каждый понимал, что кроме продолжительного и высоко-децибельного[19] шума ничего ожидать не стоит. — Я сегодня схожу к Шикаку и поговорю с ним на эту тему. Потом свяжусь с тобой, Саске, — Итачи поставил две чашки с чаем напротив блондинов, в одну из которых, хозяин дома предварительно добавил имбиря и ровный ломтик лимона.

***

Маленький, совершенно не выделяющийся в пассаже, разве что содержимым, магазинчик, медленно готовился к закрытию. Уютной антикварной лавкой потомственно владеет семейство Нара, что делает акцент в своем изобилии редкого товара на логические игры. Любовь к головоломкам одна из составляющих любого представителя этой семьи, так же, как невероятно острый ум, что за считанные секунды способен продумывать стратегии на десятки шагов вперед. Женщина с каштановыми волосами, собранными в немного небрежный конский хвостик, бегала между рядами с веником в занесенной над головой руке. От неё на всех парах убегал мужчина, отличительной чертой которого является пара шрамов на правой части лица. За столь «пикантной» сценкой, стоя у двери, наблюдала пара зрителей на два десятка лет младше. Для парнишки, что был почти точной копией убегающего мужчины, вид данной картины не в новинку. Мать строгая и властная женщина, любящая беспрекословное подчинение, тем не менее, в хорошем расположении духа остается по-женски ласковой. Отец же спокойный, умеющий идти на компромиссы во благо жены и ради достижения мирных отношений в их семейной идиллии, но невероятно ленивый, из-за чего Ёшина из милой и нежной домохозяйки превращается во вселяющий ужас тирана с крутым нравом. Темари, не будучи частью этой семьи и впервые столкнувшаяся с подобной ситуацией, попросту остолбенела. Она взволновано еле заметно поджала нижнюю губу, размышляя, стоит ли ей вмешаться или, как Шикамару, просто наблюдать со стороны. Всё же второй вариант казался более разумным, так как девушка мало того, что не имеет никакого отношения к этому семейству, так она ещё и не вампир, а это может ещё сильнее усугубить ситуацию, если она попытается предпринять какие-то действия. Младший Нара будто прочел мысли блондинки, хотя на деле ему хватило взглянуть на её лицо, которое как на ладони преподносит все переживания. Мальчишка аккуратно коснулся кожи на запястье, после чего уже более уверено скользнул подушечками пальцев по кисти, обхватив маленькую ладошку своей. — Пойдем, — коротко шепнул в районе уха Шикамару, наклонившись слишком близко, из-за чего щеки Сабаку-но слегка порозовели. Вампир развернувшись, открыл дверь со стеклянными прорезями, оттененными всеми цветами радуги. Витражная дверь как нельзя кстати была куплена много сотен лет назад ещё основателем их семьи, что питал любовь к красивым и редким вещам. Теперь же она служит ярким примером их товара. Парень осторожно потянул за собой оборотня, выходя на улицу. Перед самым входом, отвлекаясь на девушку, шатен чуть не столкнулся с черноволосым юношей, что явно намеревался войти в их лавку. — Мы на сегодня закрыты, — не отпуская руки Темари, заговорил Нара, внимательно смотря на знакомого ему внезапного посетителя. Засмущавшись, блондинка попыталась высвободить свою кисть, но парень только крепче сжал тонкие пальцы, намекая, что не отпустит. — Мне нужно кое-что обсудить с господином Нарой-сама, — спокойной ответил Итачи, взглядом скользнув по сцепленным рукам подростков. Что-то в этом, казалось бы, по-детски невинном жесте, ощущалось не по годам серьезное. Не задерживая парочку, что спешила уединиться, Учиха отошел в сторону, таким образом, пропуская их. Шикамару хотел было добавить, что у того сегодня все равно не выйдет поговорить с отцом, но в итоге не счел нужным. Зайдет – сам все увидит.