Глава 14.
25 октября 2014 г., 14:05
Сначала луна зависла над Эйлом, прошлась вокруг его тела, сама надевшись на указательный палец, став при этом чуть толще, но потом слетая с него и проделывая все те же манипуляции уже со мной. И только когда народ устал ахать, она, слетев с моего пальца, не зависая над жрецом, сразу наделась на его палец и тут же сомкнулась плотным кольцом — полностью завершенным — вокруг его указательного пальца. После этого, жрец сначала обернулся к Эйлу и произнес:
— Быть тебе Хранителем!
Потом оборот ко мне, и следующая фраза повергла в шок не одного меня, но и всех присутствующих:
— Быть тебе Видящим!
Пока ничего спрашивать не стал, явно не до этого было, так как в следующую минуту «белый плащ» вдруг засветился весь, его начало трясти, капюшон слетел с головы, так же, как и сам плащ, но в тумане, тут же окутавшем юношу, ничего нельзя было разобрать, только совсем нечеткий силуэт.
Все присутствующие затаили дыхание, ожидая того, что скоро произойдет. У меня даже создалось ощущение, что народ не дышит. Но, присмотревшись, заметил мерное вздымание у кого плеч, у кого грудной клетки. Значит, дышат, только очень тихо.
Тут туман начал рассеиваться, постепенно обозначивая фигуру парня, чьи светлые волосы мягкой волной опускались до поясницы, янтарные глаза с вертикальным зрачком мягко и по-доброму смотрели на всех присутствующих, а губы улыбались. Бывший жрец, наконец, обрел свое законное тело, явив миру долгожданного наследника и нового Владыку, который оказался очень красив, причем он будто бы светился изнутри, освещая своим светом всех и все вокруг, даря покой, умиротворение и радость.
Как только прошло полное превращение, в зале раздался оглушительный восторженный рев огромной толпы:
— Свершилось! Да здравствует Владыка!
В этот момент меня порадовало то, что возгласы у всех были искренними, присутствующие существа действительно были рады возрождению Владыки, ведь это означало, что теперь все кардинально изменится в лучшую сторону.
Когда шум утих, новоявленный Владыка вдруг посмотрел на меня, с хитринкой подмигнул, а потом, протянув руку и обведя толпу, милостиво разрешил:
— Теперь твоя очередь.
— Э? И что мне делать? — не понял я такого жеста доброй воли и с чем он вообще связан.
— Пары, — шепнул тот, склонившись к уху. И снова, увидев, что я продолжаю смотреть на него, как баран на новые ворота, уже в самое ухо произнес: — Смело бери двоих, которые связаны, и подводи к алтарю, остальное он сам сделает.
— Отлично! — я едва не потирал руки от предвкушения и азарта, хитро скосив глаза на Эйла, решив его оставить на закуску, так сказать. Очень уж интересна была реакция вампира и оборотня. — Начинаем!
Я обвел взглядом зал и всех присутствующих, которые застыли с непонимающими глазами, вперившись в меня. Каждый ждал неизвестно чего, но с легкой тревогой, кто-то с насмешкой, а кто-то с неверием и легким презрением. Я усмехнулся и решил начать с того самого эльфа, особенно после того, как увидел, кто его пара. Сначала, правда, пришлось немного успокоиться и переждать приступ смеха, что меня душил. И ведь было от чего.
Направившись к ушастому, я, подойдя, положил руку ему на плечо, словно взяв за тонкую нить, повел за собой к камню. Тот безропотно, хотя и с недовольством, двинулся за мной. Оставив его около алтаря, словно продолжая держаться за эту нить, я направился, следуя этой путеводительнице, ко второй половине. Ею оказался... тролль. Причем тот, кто больше всех возмущался. Проделав с ним те же манипуляции, подвел и его к эльфу, который с ужасом переводил взгляд с меня на этого зеленокожего великана. Было видно, что его состояние ожидает лучшего, и в любую секунду он готов сорваться с места и сбежать. Ага-ага, кто ж ему позволит.
— Что тут пр... — начал было возмущаться ушастый, смотря по очереди то на меня, то на тролля, но договорить ему не удалось, так как вокруг них вдруг стали кружиться искристые светлячки. Я едва успел отскочить, наблюдая за творящейся красотой и магией.
Эти двое исчезли за водоворотом мотыльков, золотых и серебряных нитей, уже плотно обвивающих две недовольные фигуры, которые если и хотели что-то сказать, все равно не могли, на них будто в этот момент немота напала. Они только яростно сверкали глазами, смотрели то на меня, то друг на друга. А в тот момент, когда светлячки-мотыльки стали постепенно исчезать, нити плотнее обвиваться вокруг обоих, на запястьях проступать татуировки... их взгляды изменились, в них появилось осознание действительности, принятие и проблеск какого-то чувства.
А вот по завершению ритуала единения, оба парня, глянув на тату, замерли в шоке. Только у тролля шок был довольный, а у эльфа мрачный. Еще бы, тату показали, что в их паре ушастому отведена роль младшего мужа. От этого перворожденный готов был убить меня взглядом. Я же, усмехнувшись, развел руки в стороны, шутовски поклонился и произнес:
— Это не моя вина, все предопределено свыше...
Как только я произнес эту фразу, тролль, разулыбавшись во все свои клыки, вдруг подхватил эльфа на руки и с хлопком исчез, растворившись в воздухе. Я довольно улыбнулся, направляясь к следующей паре...
За несколько часов было предопределено двенадцать пар, многие из которых были такими же необычными, как первая. Но все остальные только с радостью и предвкушением принимали свою судьбу. Было четыре пары, тату которых указало на полное равноправие, что несказанно порадовало парней. Две пары были немного возмущены. Но это в принципе нормально, так как в одной из них эльфийка напрочь отказывалась что-либо иметь с орком, зато тот был доволен, как слон. А во второй — взбрыкнула уже вампирка, так как ей достался наг.
Но позже все обошлось, и все остались довольны и счастливы. Только по глазам присутствующих было видно, что многие устали, потому было решено сделать небольшой перерыв, к тому же Владыке стало немного не по себе. На его лбу выступила испарина, глаза заблестели, волосы растрепались. С тревогой посмотрев на юношу, я подошел, положил ладонь на лоб и в ужасе отшатнулся.
— Ты весь горишь, тебе бы прилечь, — заботливо предложил я, не понимая, что происходит.
— Скоро пройдет, — с неизменной улыбкой заверил он меня. Ага, так я и поверил. Подхватив парня под локоть, тут же настоятельно скомандовал:
— Показывай, куда тебя отвести, у нас перерыв, пусть весь мир подождет, а тебе надо отдохнуть.
Не принимая возражений, потащил его к неприметной двери в стене. Как угадал, так как дракон следовал за мной, с трудом переставляя ноги. В небольшую комнату с огромным зеркалом на всю стену мы уже почти вползали. Я тащил парня практически на себе. Положив его на кровать, тут же взял полотенце, висевшее здесь же, и стал обтирать лоб, лицо, шею юноши.
— Что же с тобой такое? — обращаясь скорее к себе, буркнул я, рассматривая, как все больше бледнеет лицо парня.
— Посмотри в зеркало, — сдавленно произнес он, пытаясь поднять руку, но она безвольно упала обратно.
Я обернулся и стал наблюдать. По гладкой поверхности пошла рябь, а потом я увидел сидящую на троне ту самую не то герцогиню, не то княгиню, которая и забросила меня в этот мир. Она зло что-то говорила троим стоящим перед ней существам, при этом в руках сжимая какую-то фигурку, похожую на мягкую игрушку. Я видел, как черные нити обвиваются вокруг этой игрушки, выползая словно змеи из рук этой женщины. Она же все сильнее продолжала сжимать фигурку в руках и испепелять взглядом тех троих, которые слушали ее молча, склонив головы. Слов слышно не было, но в данном случае, они были не нужны, характер ее фраз и так был понятен.
И тут я заметил небольшую золотую искру, появившуюся на игрушке. Глянув мельком на наследника, который лежал, прикрыв глаза и тяжело дышал, я встал, с опаской подошел ближе и... сам не понял, что на меня нашло. Я поманил эту искорку к себе. Она сначала медленно, неуверенно попыталась отделиться от игрушки и прорваться сквозь черные нити. Не получилось. Я нахмурился, поманив ее еще раз, уже более настойчиво. И снова такая же неудачная попытка. Я начал злиться и на этот раз, немного не владея собой, произнес уже вслух, на миг забыв, где нахожусь, и что рядом лежит больной юноша:
— Ко мне! Иди ко мне! Я жду! Ты нужна мне, быстрее!
И тут, будто почувствовав приказ, искра дернулась посильнее, вырываясь из черных оков, и медленно, превращаясь в золотистую нить, поползла ко мне. К моей огромной радости, ее никто, кроме меня, не видел, потому и внимания не обратил на ее исчезновение. Я же, протянув руки к зеркалу, как маленького ребенка, приманивал ее все ближе и ближе. Да и она сама с каждым сантиметром все больше ускоряла темп, постепенно разгораясь все ярче, становясь все больше. Я радовался, как младенец, которому вручили интересную игрушку.
В тот момент, когда искра-нить коснулась зеркала, в мою сторону посмотрела женщина. Мне вдруг показалось, что она смотрит прямо на меня, в самую глубину души. Мы оба замерли. Я даже упустил момент, как искра-нить пересекла пространство, ласково обмотавшись вокруг моей руки, словно котенок, прильнувший к хозяину, не сводя взгляда со старухи, которая, будто поняв, что за ней наблюдают, вдруг схватила игрушку и с садистским удовольствием вдруг разорвала ее пополам, захохотав так, словно сошла с ума.
В какой-то момент мне даже стало ее жаль. Со снисходительной улыбкой, машинально поглаживая обвившуюся нить, я процедил:
— Зря игрушку испортили, красивая была.
Меня будто услышали. Женщина недоуменно посмотрела на разорванную пополам фигурку, потом провела по обеим половинкам руками, что-то шепча при этом, наверняка пыталась отыскать там чего-то. Не найдя, удивленно распахнула глаза, сцепила в гневе зубы и, откинув голову назад, от чего ее чешуйки на шее напряглись, она завыла так, что у меня волосы зашевелились. А я отвернулся, махнув рукой на зеркало, оно меня больше не интересовало, подошел к юноше, он уже приобрел нормальный цвет лица и теперь равномерно дышал, лежа с закрытыми глазами. Я положил руку, вокруг которой обмоталась искра-нить, на его грудь и довольно выдохнул, когда та просто впиталась в парня, после чего он сразу распахнул глаза и удивленно посмотрел на меня. А через пару минут его лицо озарила такая теплая и искренняя улыбка, что я и сам невольно улыбнулся.
— Что это было? — решил поинтересоваться я, сам не сообразив, что только что сделал, как и зачем.
— С помощью магии крови, нашей общей с родной теткой, она воссоздала мою искру жизни, чтобы таким образом уничтожить меня. Точнее, полностью убить она бы меня не смогла, а вот контроль, пусть и небольшой, получила бы, — объяснил наследник, бросив взгляд в зеркало.
— Но как мне это удалось? — все еще не осознавал сделанного я.
— Ты ведь Видящий, забыл? — усмехнулся юноша.
— А вот с этого места поподробнее, — удобно устраиваясь на краю кровати, попросил я, сконцентрировав свое внимание.
— Сама суть говорит за себя, — не сдержался от улыбки тот. — Ты видишь то, чего никто больше не сможет увидеть: нити пар, сверкающие искры жизни, угасающие — смерти. Все их можешь видеть только ты, потому и суть твоя — Видящий.
— Подожди, — встрепенулся я. — А как же возвращение домой? — задал я тот вопрос, который волновал меня больше всего.
— Домой? — удивился дракон и, не став ничего объяснять, просто протянул руку к зеркалу, там картинки изменились. Вместо разъяренной женщины, я увидел кладбище, покрытое снегом. На одной из могил стоял большой памятник, на котором в полный рост с широкой улыбкой на губах, был выбит я. Около могилы стояла моя напарница, она держалась за локоть юноши, поглаживающего ее по руке в кожаной перчатке.
— И надо ж было Степке спасать эту старую каргу, — донесся до меня голос девушки, которая всхлипывала, не отрывая взгляда от памятника. Даже на наличие звука в зеркале я не обратил внимания, меня начало трясти, как в лихорадке.
— Зачем он ее спасал? — переспросил спутник девушки.
— Благородный потому что, — зло ответила та. — Лучше б на тот угол стола виском эта клюшка напоролась, Степка был бы жив. А так... Сучка, денег отстегнула так, будто милостыню дала, а потом исчезла. Даже на похороны не явилась, ведь это из-за нее...
Изображение померкло, а потом и вовсе исчезло. Но я сидел как в трансе, меня мелко трясло от увиденного. Погиб, значит? И возврата мне нет? Но как же... Чем же я буду заниматься? Где жить? Работать, наконец?
— Она ведь знала, что я больше не вернусь, да? — повернувшись к юноше, сдавленно спросил я. — Специально подстроила мою смерть? Но ведь я вот он, жив-здоров. Как тогда?
— Да, те, кто попадают сюда, назад не могут вернуться, — ответил дракон. — Пространство между мирами можно пересечь только один раз. Это не относится к тем, кто путешествует по мирам, — добавил он, заметив в моих глазах удивление, которое правильно истолковал.
— Но как же мне быть дальше? — растерянно поинтересовался я, глядя в одну точку перед собой.
— Стиепан, — на мою ладонь легла узкая и горячая рука парня. — Мир принял тебя, иначе ты не стал бы видящим, — тепло произнес парень, заставив прийти в себя и немного — совсем чуть-чуть — взбодриться. Идем, нам пора, там еще ждут те, кому ты нужен.
— Да, нужен, — эхом повторил я, и тут же, стараясь выкинуть из головы увиденное только что, вспомнил, что у меня еще задумка по поводу оборотня с вампиром не осуществлена. — Ты прав, идем. Кажется, сейчас будет веселый Армагеддец, — щелкнув пальцами, направился вслед за драконом к выходу из комнаты.
Не успели мы дойти до двери, я вспомнил об обещании, данном этим бывшим жрецом, сейчас как раз был подходящий момент, чтобы напомнить.
— А твое имя? Сейчас скажешь? — я даже остановился на секунду.
— Дар, — обернувшись, ответил дракон. — Мое имя для тебя Дар.
— Для меня? — опять чего-то не понял я.
Но ответа не услышал, так как в этот момент мы вернулись к ожидающим нас существам. Плотоядно усмехнувшись, я оглядел всех, чуть дольше задержав взгляд на оборотне и вампире, и, предвкушая веселье, двинулся сквозь толпу, выбирая оставшиеся пары.
«Что же, друг мой! Скоро и твоя очередь наступит», — с возрастающей радостью и предвкушением думал я, отводя предпоследних истинных к алтарю...
