The Phoenix of Chaos

Случайности не случайны. ©Чжуан-Цзы

The Sandra’s POV. Надо мной появилось голубое свечение. Все шокировано посмотрели на что-то надо мной. Я подняла голову и увидела что-то, я даже не знаю что. Это было что-то нечто голограммы, посверкивающее и вращающееся в голубом свете. Трезубец. - Приветствуем, Сандру Стеирс, дочь Посейдона, бога морей и бурь, - произнёс Хирон. По залу прошли лёгкие аплодисменты, и я спустилась со сцены вниз. Тут забегает какая-то девушка. Она та, которая убила второго минотавра при первой нашей встрече, Кларисса, кажется. Она забежала и закричала: - Там, там орф! Орф и амфисбена! Что? Амфисбена, кажется, это двухголовая змея, у которой вторая голова находиться на хвосте. А вот что такое Орф? Точно! Фрэнк рассказывал, что один раз превратился в орфа, то есть в двухголового пса. Ну, почему у этих двух тварей по две головы?! Все ребята встали со своих мест и побежали куда-то. Хирон тоже поскакал туда. Я решила проследовать за ними. Все побежали к оружию. Господи, что за суматоха?! Подумаешь, это же всего лишь две маленьких твари. Но, когда я их увидела… Они просто огромные! Я им и до «колена» не дохожу. Я не знаю, как сказать, но они действительно большие. Я стою около входа в павильон для трапезы, треть лагеря разбежались по домикам, стараясь спасти свою шкуру, другая треть лагеря побежала на войну с амфисбеной, а оставшиеся ребята побежали на встречу с орфом. А я, пожалуй, тут постаю. Ну, а, что? Я только буду мешаться им! Я слабая, без оружия, ничего не умею. Я не боюсь! Просто не хочется мешать им. Хотя, кого я обманываю… Да, мне страшно, но только никому не говорите! Да, дела… Мне вот интересно, а у них всегда так? Или только тогда, когда я пришла к ним, чтобы показать их жизнь, для того, чтобы уговорить меня остаться? Если это так, то у них нетрадиционное мышление. Я смотрю налево: там Перси, Фрэнк, Лео и ещё какие-то ребята пытаются отвлечь орфа, чтобы Джейсон, который умеет летать, смог отрезать ему хотя бы одну голову. Смотрю направо: там Кларисса, Аннабет и ещё кучка парней пытаются действовать по тому же плану, что и первые, чтобы в это время Нико отрубил голову змее, но пока что безрезультатно. Вдруг я услышала крик. Я этот крик везде узнаю! Седрик! Чёрт, ну, где же он?! Вот! Он сидит, спиной прижался к дереву, а перед ним стоит кто-то. Не вижу. Я побежала к нему. Лишь бы успеть. Это… Циклоп! Я тут же остановилась. Я ужасно боюсь циклопов. Просто полгода назад была одна очень неприятная история, связанная с этими тварями. - Помогите! Кто-нибудь, помогите! На помощь! Сандра, ты сможешь, ты же дочь Посейдона! Ты должна помочь Седрику! Ты клялась матери, которая тебя обманывала, но любила, надеюсь! Я снова побежала к ним. Примерно через полминуты я была между циклопом и Седриком. - О, дочка Посейдона, Госпожа наградит меня! – прохрипел циклоп. « Пой! Запой, представляя, как он замирает. Пой, представляя, как циклоп трескается и разлетается на кусочки!» - заговорил мужской голос у меня в голове. Я, смотря на то, как он заносит свой топор, чтобы убить меня, начала петь. Просто тянуть разные гласные, без слов. Я представила, как у него по рукам, ногам, спине, животе, по лицу расходятся трещины. Как он ревёт от боли, как его распирает изнутри. Вот, у него огромная трещина проходит прямо посередине лица, у него из руки падает топорик, я представляю, как он превращается в золотую пыль. Всё, его нет. Ох, как я устала. Я не знаю почему, но я действительно чувствую сильную усталость, такое ощущение, что у меня сейчас подкосятся ноги. Я осмотрелась. Все ребята смотрят на меня. Орфы и амфисбены уже нет. Я развернулась и наклонилась к Седрику, протягиваю руку. В следующее мгновенье, Сэд виснет на моей шее. Я чуть не упала! Раньше не замечала, что он такой тяжёлый. - Как ты это сделала?! – воскликнул Лео. - Что именно? - Я видел, как ты раскрывала рот, и циклоп покрывался трещинами, при этом очень громко орал. А потом раз – и он превратился в пыль. - Сама не знаю. Я увидела Седрика. А перед ним циклопа, побежала к ним, он сказал, что госпожа будет рада, если он принесёт меня ему. Потом я услышала голос в голове, который сказал мне петь, представляя, как он покрывается трещинами и взрывается. Я так и сделала. Вот и всё, - сказала я и поставила Сэда на землю. - А часто бывает, чтобы чудовища попадали в лагерь? – спросила я. - Нет, есть волшебный барьер, который не пускает их. Его излучает Талия. - Всё! Всем спать! – крикнула только что пришедший Хирон, - А Сандра сейчас идёт со мной. Что ему нужно от меня? Но я ничего не сказала, а просто поцеловала Сэда в лоб, и, пожелав спокойной ночи, ушла за Хироном. Через десять минут я уже сидела в мягком кресле в Большом доме. - Послушай, я не думаю, что это совпадение. Ведь сразу после того, как выяснилось, что ты дочь Посейдона, на лагерь напали. Но, в принципе, тут не всё сходится. Чтобы чудовища добрались до лагеря, им нужно время, я уже молчу про то, что они каким-то образом прошли через волшебный барьер. Они не моги так быстро прийти, сразу прям через тридцать секунд, как тебя признал Посейдон. Соответственно, кто-то с самого начала знал, чей ты ребёнок. А постольку, поскольку у Посейдона немало врагов, то это мог быть кто угодно. - Вы хотите, чтобы я ушла? Ведь в этом случае лагерь будет в безопасности? – осторожно спросила я. А, что, если да? Седрика я точно не возьму, ведь тогда со мной ему будет всё время угрожать опасность, тогда нам придётся с ним расстаться, а тогда… Всё, не могу больше про это думать. - Нет. Я просто хочу сказать, чтобы ты была осторожной. А ещё я хочу, чтобы ты рассказала про все случаи столкновения тебя и Седрика с мифическими тварями. И вообще, как ты попала в лагерь? - Прошлой осенью, когда мы были ещё в Индианаполисе, на Седрика напали. Я тогда ушла на «охоту», а Сэд остался один. Когда я пришла, то его не было, но была записка. Типа: «Если ты не придешь сегодня куда-то, то твой брат умрёт». Я не помню, куда именно, но это не так уж и важно. Смысл в том, что это оказались циклопы. В следующий раз, это было в феврале, мы встретили двух эмпус, в Кембридже. В марте, в лесу, мы видели кентавров, они на нас не напали, но мы их видели, а они нас. В начале апреля мы встретили минотавра, в лесу. Нам лишь чудом удалось выжить тогда. Видимо, это Посейдон помог. В конце апреля, в лесу мы встретили чокнутого сатира. Он подбежал ко мне и начал трясти за плечи, всё время говоря: «Всё измениться! Всё измениться! Если тебе дорога жизнь и жизнь твоего брата, ты должна до июня попасть в лагерь. Идите к Нью-Йорку». Он тогда дал нам карту, как добраться до сюда. Она у меня в рюкзаке, - на этих словах я наклонилась за рюкзаком. Но не тут то было. Рана на животе стала очень сильно болеть, просто жутко сильно! Fuck, почему так больно?! Мне стало очень трудно дышать. Я упала с кресла на пол и схватилась за живот. Ещё чуть-чуть и я заплачу. Чёрт, я сейчас заплачу. Ох… Я либо умру от болевого шока, либо я умру от нехватки кислорода, ибо дышать просто невозможно. Я прикрыла глаза и старалась дышать, и по возможности, не думать об этой боли, которая сжигает меня изнутри. Я слышала цокот копыт, и как кто-то говорит, но слов разобрать не могла. Кто-то сел рядом со мной на пол. Тёплые руки пытаются оторвать мои от живота. - Расслабься. Отпусти руки, - говорит мужской голос. Легко сказать, да трудно сделать! Попыталась отлепить свои руки сама, но не получается. Как только я пытаюсь оторвать свои руки, то боль усиливается, а из-за того. Что боль усиливается, я вообще дышать не могу. Вдруг резко стало легко, в смысле боль вся прошла. Я выдохнула и часто задышала. Что случилось? Что произошло? С моих губ сорвался стон облегчения. Как же хорошо… Осторожно, держась одной рукой за рану, а другой рукой отталкиваясь от пола, я села и открыла глаза. Рядом со мной сидел какой-то светловолосый парень, на вид которому была около шестнадцати лет. - Что произошло? – спросил Хирон. - Что ты чувствовала? С тобой кто-нибудь говорил? В смысле ты слышала какой-нибудь голос? – спросил парень. - Нет. Когда я наклонилась за рюкзаком, стало резко больно. Рана на животе очень сильно заболела, и стало трудно дышать. Какое-то время я задыхалась, потом я услышала, как ты говорил, чтобы я расслабилась и отпустила руки от живота, я попыталась это сделать, но тогда боль усиливалась, и я вообще не могла дышать. А потом раз, и всё. Всё легко и боль прошла. И сейчас даже не болит. - Ты попыталась достать карту, которую тебе дал сатир, и у тебя вдруг резко заболела рана? Это не может быть совпадением… - начал говорит Хирон, но я его прервала: - У Вас ничего не может быть совпадением! Это просто случайность. Я всё-таки достала эту грёбаную карту из рюкзака и протянула её Хирону. Ему пришлось нагнуться, так как я всё ещё сидела на полу, вместе с тем парнем. Я встала, что далось мне с большим трудом. За сегодня я очень сильно устала. Парень тоже встал. Он был светловолосым, с глазами, похожими на глаза Сэда, сам он был довольно красив и накачен. Но одет он был смешно. Видимо, он уже ложился спать, так как на нём была только лагерная футболка, какие-то льняные шорты и пляжные шлёпки. - Уилл, ты можешь идти, - сказал Хирон и посмотрел на парня. Уилл кивнул и удалился. - Так значит, именно эту карту вам дал тот сатир? - Да. Ради интереса мы последовали по ней. Хотя нам нужно в Вашингтон, мы решили посетить Нью-Йорк. Как-никак, он самый большой город в Америке. Но в конце мая, когда мы были посередине между Нью-Йорком и «Лагерем полукровок», на нас напала фурия. Она говорила что-то про сына Аполлона, но я не придала этому значения. Я же не знала, что Аполлон это древнегреческий бог. Но её убила какая-то стрела. Она вылетела откуда-то из леса, а мы с Седриком тогда убежали. А потом, когда нам оставалось совсем немного, на нас напало два минотавра и эмпуса. А дальше Вы всё видели. - Некоторые ребята за всю жизнь не встречали столько монстров, сколько вы за год. Кто-то точно положил на вас глаз. Ладно, пока вы в лагере, то вы в безопасности. Но лучше не ходить вам пока что поодиночке, или хотя бы не отходите в отдалённые места. Я завтра скажу это твоему брату. А пока что иди спать. Я тебя провожу. - Не нужно. Я сама в состоянии дойти до домика. Просто скажите, какой номер? - Ты сама поймёшь, - ответил он, и я закрыла дверь. «Ты сама поймёшь» - ага, конечно. На нём будет вывеска «Отпрыски Посейдона» или что-то типа этого? А вообще, я не хочу спать. Уже через пятнадцать минут я сидела на берегу реки около воды. Бледно-жёлтый диск луны поднялся высоко над горизонтом и освещал речку. На чёрном небосводе было рассыпано большое количество белых песчинок, больших и маленьких, ярких и почти невидимых. Звёзды. Они прекрасны… Я всегда хотела быть либо звездой, либо водой. Они такие далёкие и неизведанные, они находятся очень далеко от нас, но при этом светят так ярко, что даже тут видно. Каждый день на небе появляется одна новая звёздочка, их невозможно посчитать, до них невозможно дотронуться… Они такие загадочные. Они всё видят, но ничего не говорят… Тихий ветерок приятно ласкает кожу, шевелит листья на деревьях в лесу, из-за чего создаётся приятный успокаивающий звук. Тихая речка отражает тёмный лес и яркую луну. Холодная водичка бежит по мокрому песку. Струйки воды иногда затекают на камушки, которые тотчас становятся сырыми. Всегда, когда я смотрю на воду, то вспоминаю, что сказал Лао-цзы: «Ничего нет нежнее, податливее воды, но ничто с такой силой не точит твёрдый камень. Ей нет равных. Слабость преодолевает силу, мягкость побеждает твёрдость». Если бы я была водой, то всегда куда-нибудь бежала, убегала бы от злых людей, от этого жалкого мира… Хотя, я и так всегда убегаю, только сейчас у меня есть цель… Вашингтон, а потом Родина… Если бы я смогла стать водой, слиться с ней воедино… Хотя, я представляю, как это звучит от дочери бога морей, бурь и потоков. Но всё-таки. Я хотела бы слиться с природой. Превратиться в какой-нибудь цветочек или травинку, которую никто не сорвёт, никто не потревожит. - Красиво, правда? – кто-то спросил у меня за спиной. Блять, нельзя же так пугать! Я развернулась, ко мне в одних чёрных спортивных штанах и развязанных кедах приближался какой-то парень. А пресс у него накаченный, даже кубики есть. Когда он подошёл поближе, то я смогла разглядеть в нём Нико. Он такой домашний, милый, ему таким больше подходит быть, нежели заносчивым самовлюблённым мачо. - Да. А ты чего не спишь? – спросила я. - Кошмары. Они часто снятся полукровкам, обычно они вещие, то есть, в скором времени они исполнятся. Зная это, я часто не могу заснуть после кошмаров. Поэтому я люблю гулять по лесу, находить красивые места и сидеть так до утра. А ты чего не спишь? Ты ещё не была в домике? – спросил он, переведя взгляд на лежащий рядом со мной рюкзак. - Нет. Я не знаю, не могу поверить во всё это. Просто в один день столько всего навалилось… - Да. У тебя был насыщенный день. А ты разве не рада, что ты полубог? - Знаешь, не очень. Прошлой осенью на нас впервые напали, тот случай я не забуду никогда. Я пытаюсь его забыть, но не могу. Следующий раз был в феврале, потом в марте, потом в апреле, потом в мае, потом был случай, когда мы пришли в лагерь, и сейчас. - Ты боишься? - Нет! То есть да, но не за себя, а за Седрика. Я поклялась маме, что пока я жива, с ним ничего не случится. Я боюсь подвести её, боюсь нарушить клятву. Ведь, когда столько опасностей, сохранить свою шкуру не так уж и просто. - В этом ты права, но, если не выходить за пределы лагеря, то ты будешь в безопасности. - Я не могу просто так вот сидеть на месте, и ничего не делать. Мне обязательно нужно куда-то идти. За три года мы прошли из Лос-Анжелеса к Нью-Йорку пешком, при этом успели и по всем городам походить. Все города так отличаются… Это просто удивительно! И люди в них разные. К тому же мне нужно в Вашингтон. - Зачем? - Чтобы уехать на родину. Я накоплю денег и смогу спокойно улететь обратно, на родину. - Ты работаешь? У тебя есть паспорт? – удивился парень, я усмехнулась. - Нет, конечно. Я ворую. - Воруешь?! - Да. А как ты предлагаешь нам с Седриком жить? Нам нужна одежда, мы растём. Еда нужна. Мы и так ни на каком транспорте не ездим, чтобы сократить расходы, и ни в какие платные музеи не ходим. Мы пытаемся сократить наши расходы до нуля. Хотя, когда предстоит путь между городами, то нам нужно закупиться едой. Для этого нам нужны деньги, так что сам понимаешь. - Да. А ты откуда? В смысле на какую родину ты хочешь уехать? И зачем вам нужно в Вашингтон, когда можно и из Нью-Йорка улететь. - Я не знаю. То есть моя мать сказала мне, что в Вашингтоне я смогу узнать на все свои вопросы ответы. Что только оттуда я смогу уехать на свою родину. Как ни странно, я ей верю. А так, я знаю только то, что я родилась в Великобритании. - И всё? - И всё. Нет, конечно, есть свидетельство о рождении, но там написан Лос-Анжелес, так как делали его там. Мать не объяснила почему, да и я особо не интересовалась. А вот ты как попал в этот лагерь? - Мне тогда было десять. - Стой! А сейчас тебе сколько? - Ну, а ты как думаешь? – улыбнулся Нико. - Не знаю, лет шестнадцать. - Почти угадала, мне пятнадцать. - То есть ты тут уже пять лет? Долго же! - Нет. На самом деле, я тут редко бываю. А вот Аннабет с семи до двенадцати лет тут круглый год жила. Ну, а эти пять лет она только приезжает на лето, так же, как и Перси. Но Перси узнал об этом в двенадцать, и всё время только на лето приезжает. - А ты почему не всё время тут? Ты в школе учишься? - Нет. Я люблю путешествовать, да и подземный мир мне как-то больше нравится, чем этот. - А почему так? - Не знаю. - Так как ты попал в лагерь? - Мне тогда было десять… Спустя часа четыре, я уже знала всё, что знал он. А знал он довольно много. Я знала и про войну с Кроносом и про великое пророчество. Знала про войну с Геей и про пророчество семи. И про его судьбу. Она у него была гораздо тяжелее, чем у меня. Хотя наши жизни в чём-то похожи. - Ты похожа на Бьянку, - грустно сказал он, - Она чем-то была похожа на тебя. Из тебя вышла бы отличная охотница Артемиды. - Нет. Я точно не пойду туда. Я не феминистка, а судя по твоим рассказам, охотницы именно ими и являются. К тому же, я очень слабая, в смысле физически. - Нет, Сандра, если бы ты была физически слабой, то тебя бы не было здесь. - Возможно, я не такая уж и слабая, но не такая сильная, как охотницы, и вообще, чего мы это говорим про охотниц. Я никогда не соглашусь, а мне никогда не предложат. - Почему? - Не знаю. Просто. - Ладно. Уже утро. Нам нужно вернуться в домики, иначе забьют тревогу, ну, или же просто накажут, что ты не в постели, - сказал Нико и встал. – Ты идёшь? Я кивнула и встала. - Извини, а можно нескромный вопрос? – спросила я. - Хм, смотря какой? - А ты не мог бы дать мне какую-нибудь футболку? - В смысле? – удивился он. - Любую твою футболку. У меня просто одна. - Издеваешься? - Нет. Я же сейчас в мужской. Я всегда ношу мужские футболки. - Странная ты. Очень странная. Ладно. Но у меня есть только чёрные. Хотя, судя по твоему прикиду, то тебе такая и нужна. - Да. Спасибо огромное. - Не за что. Пошли? - Пошли! The end of Sandra’s POV.