Roasted rabbit

В квартире приятно пахло тушёными овощами. Дейв торопливо скинул куртку и сразу же зашагал по направлению к кухне. День выдался изматывающим и напряжённым; нормально поесть просто не представлялось возможным. И пускай Джон снова ворчит из-за немытых рук, - Страйдер решительно был готов дать отпор и без лишних слов насладиться ужином. На пороге кухни Страйдера обдало тёплым и влажным воздухом, в котором витали потрясающие ароматы приправ. Желудок едва ли не свело судорогой, а неконтролируемое слюноотделение только усилилось, когда взгляд блондина скользнул по стройной фигурке юного повара. Дейв снял очки, заинтересованно повёл ушами и притаился за стеной дверного проёма. Эгберт стоял спиной, напевая себе под нос какую-то песенку; при этом его пятая точка забавно дёргалась из стороны в сторону, отчего завязанные аккуратным бантиком лямки фартука активно вихлялись на пояснице. Очаровательный заячий хвостик слегка подёргивался в такт немудрёному ритму, что делало картину ещё более умильной и даже... захватывающей. Да, наблюдать за Эгбертом со стороны было именно захватывающим занятием. Следовало выбрать наилучший момент для появления, чтобы случайно не спугнуть добычу. Рысью подкрасться сзади и, улучив мгновение, молниеносно напасть, - иначе ужин обещал быть не таким интересным. Страйдер ещё с полминуты любовался пушистым хвостиком, так прелестно украшающим мягкое местечко чуть пониже, и решился действовать. Из-за дверного проёма сначала показалось лишь вздёрнутое светлое ухо, после – два сверкающих охотничьим азартом глаза. Затем Страйдер выставил вперёд ногу, осторожно отделился от косяка и, ссутулившись, бесшумно направился к легкомысленной жертве. Джон неожиданно замолчал и сделал шаг в сторону, гремя посудой в верхнем шкафчике, и у замершего в недвижной позе Дейва сердце ушло в пятки. Но, прихватив глубокую тарелку, Эгберт как ни в чем не бывало вернулся к готовке: опасность миновала. Цель была совсем близка; Страйдер легко мог коснуться чёрного хвостика, лишь протянув вперёд руку, но из последних сил сдерживался. Ещё немного – и все ожидания будут оправданы, а пока... Предстояла самая важная часть – захват добычи. Движения должны были быть резкими, продуманными и чёткими, ведь малейшее неверное действие могло обернуться провалом. Теперь Дейв был совсем близко к своей жертве, на расстоянии пары шагов: он мог чувствовать её соблазнительный запах и даже исходящее от хрупкого тельца тепло. Ожидание казалось мучительным; но вот, кажется, наступила та самая ответственная секунда... Как только Эгберт слегка склонился над столом, оттопырив хвостик, Страйдер совершил стремительный прыжок. Добыча была успешно захвачена и прижата грудью к деревянной столешнице, - Эгберт испуганно вскрикнул и задёргался под хищником, разворачивая голову. Дейв победоносно заурчал в удлинённое, мягкое ушко и прикусил нежную кожу на шее, под самыми волосами. - Д-д... Дейв! – голосок малыша дрожал и срывался, отчего Страйдер почувствовал ощутимый укол совести. – Я же просил! - Ты выглядишь слишком соблазнительно, - Дейв пристыженно ткнулся носом юноше за ухом. - Это не оправдание, - смущённо пробурчал Эгберт. – Слезай... - Если уж зайчик попал в мои лапы, значит, он целиком мой, - Страйдер обвил ногу юноши длинным, гладким хвостом. – И будет делать то, что я захочу. - Дейв, ужин... - попытался вставить Джон, но парень уже успел снять с него очки и поспешно развязывал бантик на его пояснице. Снедь вместе с посудой немедленно была отодвинута подальше небрежным движением руки. Фартук полетел куда-то в сторону холодильника, за ним Страйдер отправил и домашнюю футболку парня. На узкой спинке – его любимые выпирающие позвонки, которые он с упоением принялся вылизывать и покусывать, впиваясь клыками в бледную кожу. Джон мучительно краснел, всё ещё прижимаясь щекой к прохладной поверхности; в живот и грудь впивались мелкие хлебные крошки, но на данный момент эти мелочи мало волновали. Пальцы пробежались вниз по рёбрам, и Эгберт с шумным выдохом прогнулся навстречу охотнику, всё больше распаляя его. Трудно сдерживаться, когда милый послушный зайчик так доверчиво трётся о твои бёдра хвостиком и рвано, возбуждённо дышит, всё ещё лишая тебя возможности услышать свой голосок. Хотелось сделать его своим как можно скорее, но только в этом деле, как и в охотничьем, очень важно иметь терпение. - Ты ведь скучал, маленький? – шёпотом спросил Страйдер, любуясь кусочком алой щеки, забавно прижатой к столешнице. Джон кивнул, стыдливо прикрывая глаза. Скучал настолько, что решил приготовить сегодня необычный ужин, предварительно порывшись на кулинарных сайтах, – только, судя по всему, его старания не будут оценены по достоинству. И хотя он планировал провести вечер намного более романтично, такой ход событий совсем не расстраивал. Ведь тело Дейва было таким горячим и тяжёлым, а губы скользили по шее и плечам так чувственно, что хотелось расплакаться, несдержанно его поторопить, поддавшись постыдным желаниям. Страйдер не слышал стонов, не видел умоляющего взгляда, но чувствовал нетерпение – на то и звериное чутьё. Да и слишком уж сильно зайчик дрожал, прижимая к голове свои чудные ушки, слишком часто дышал и чересчур соблазнительно прогибался... Оставалось только приспустить его свободные штаны и, нисколько не колеблясь, стянуть с поджатых ягодиц аляпистое бельё. Дейв скользнул рукой под вздымающуюся грудь и нащупал твёрдую бусинку соска, принявшись терзать её пальцами; второй ладонью медленно повёл по плоскому животику всё ниже, пока не задел возбуждённую плоть, – и тут Эгберт не выдержал. Простонал сладко, протяжно и призывно вильнул оголённой задницей, так, что Страйдеру пришлось сжать рукой член сквозь ткань брюк. Только терпение. Бегло осмотрев стол, Страйдер остановился взглядом на винограде, но сразу отмёл эту мысль. А вот стоящие рядом взбитые сливки могли быть весьма полезными. - Дейв, - Эгберт попытался приподняться на руках, расслышав характерный звук. – Ты... Что ты... - Тише, - Страйдер невозмутимо надавил на влажную спину ладонью. – Просто раздвинь ножки. Джон вспыхнул, быстро пряча лицо в ладони, и через несколько секунд почувствовал, как в него проникают скользкие пальцы. Пульсирующая дырочка охотно поглощала сладкие сливки, хвостик нетерпеливо дёргался и вздрагивал, и Страйдер не мог отвести от взгляда от этого потрясающе соблазнительного и пошлого зрелища. Третий палец вошёл с трудом, но очень скоро стеночки стало разводить гораздо проще; Джон постанывал всё жалобнее и слаще, призывно двигая попкой. - Развратный зайчик, - Дейв с ухмылкой расстегнул ремень, освобождая себя наконец от сковывающей одежды. Голос его стал совсем хриплым. – Ты ведь хочешь почувствовать меня внутри, правда? - Я... - Хочешь, чтобы я засунул в твою узкую задницу свой член и грубо тебя оттрахал? - Дейв!.. Интонация Эгберта ударила блондина по ушам, словно хлыст. В одном лишь его произнесённом имени было столько похоти, покорности и желания отдаться, что Дейв едва ли мог контролировать себя. Ведь больше всего в такие моменты он любил слушать просьбы смущённого до слёз, изнывающего и открытого Джона. И Дейв слушал, потираясь членом меж ягодицами, вылизывал шею, до последнего оттягивая самый значимый момент. Придерживал Джона за бёдра и тяжело выдыхал, зверея от ощущения власти над юношей. Упивался словами, втягивал носом его запах и из последних сил себя сдерживал. Сегодня последней каплей стал расфокусированный, совершенно шальной взгляд Эгберта; в изнеможении развернувшись, он буквально умолял им взять себя, и Страйдер сдался. Проникновение вышло слишком резким, грубым, – Джон не смог сдержать вскрик, плотно обхватывая внутри твёрдый член. Дрожащие ушки невольно прижались к волосам, и Страйдер, заметив этот жест, виновато коснулся губами выпирающей лопатки. В теле зайчика было восхитительно узко и горячо, а терпения уже совсем не осталось. Дейв старался двигаться как можно аккуратнее, разрабатывая сжимающуюся дырочку, и Эгберт постепенно становился всё более податливым. Через некоторое время он издал высокий стон и двинул бёдрами навстречу, что послужило для Страйдера сигналом: теперь можно было делать так, как хочется. Можно было развести упругие ягодицы ладонями и с силой толкнуться, резко выйти, а затем вновь загнать член в жаркую узость тела до упора; можно было беспорядочно двигать бёдрами, проникая в Джона то быстро, то медленно, надавливать руками на поясницу и дёргать за напряжённый хвостик; можно было покусывать острые плечи и не отказывать себе в периодическом желании дать зайчику смачный шлепок; можно было, наконец, безудержно его трахать, прямо здесь, на кухонной столешнице, наслаждаясь добычей, принадлежащей себе по праву. Похотливое хлюпанье перемежалось с ритмичными постанываниями и хлопками; обоим парням было невыносимо хорошо и жарко от этой близости. Порыкивая от удовольствия, Дейв обхватил хвостом истекающий член юноши, и сразу почувствовал, как сильно Эгберт сжался. Ощущение мягкой шерсти на плоти доводило Джона до исступления; в совокупности с резкими толчками внутри оно было нестерпимым. Вздёрнув хвостик, Эгберт простонал и обильно кончил, задрожав в сильных руках всем телом. Практически в то же мгновение послышалось глухое рычание Страйдера, бурно изливающегося глубоко в ослабевшем теле. Оглушённый оргазмом, Джон почти не почувствовал острой, такой привычной боли в шее, - очередная метка, поставленная его до жути ревнивым и свирепым котёнком. - Я горбатился три часа до твоего прихода, - устало пробормотал Джон уже позднее, сидя у телевизора в гостиной. – А из-за тебя мы всё равно вынуждены есть непрожаренный бифштекс. - Меня всё устраивает, - бросил Страйдер и резко увернулся от хука подушкой. - Завтра готовишь ты, - нахмурился Эгберт. - Если тебе по вкусу макароны с кетчупом – без проблем, - вновь увернувшись от атаки, хмыкнул Дейв и сгрёб сопротивляющегося зайца в охапку.