Первая Древняя Кровь

Сириус и Нарцисса с нетерпением ожидали прихода гостей. Полученное полчаса назад Нарциссой письмо о том, что их партнеры прибудут на ужин в Малфой-мэнор, вызвало слезы радости у Нарциссы и приступ невероятной активности у Сириуса. Прибывшая Бэлла отвлекла сестру и кузена, отправив их переодеваться. Когда полчаса спустя из камина вышел Лорд Блэк, он был спокоен и собран. Сириуса успокоил Блэк-мэнор, в котором он побывал, окутав хозяина Родовой Магией. Его синяя мантия очень хорошо оттеняла глаза, в которых была уверенность в себе и предвкушение долгожданной встречи. Нарцисса тоже очень быстро, благодаря Бэлле, переоделась. И была похожа на прекрасную принцессу. Ее белокурые волосы уложили в изящную прическу. Платье цвета бирюзы и темно-фиолетовая мантия подчеркивали ее хрупкую фигурку. Габриэль, Драко, Дадли и близнецы Лестрейндж вышли из камина Малфой-мэнора, где были встречены счастливыми улыбками своих родственников. Следом за детьми, в гостиной появились Северус, Люциус, Марволо и супруги Дюрселье. Габриэль подошел к Сириусу, обнял его и сказал: - Крестный, я так хочу, чтобы ты стал счастливым! - Спасибо, крестник, надеюсь, смогу оправдать твои ожидания, - ответил ему улыбающийся Сириус. Когда Габриэль подошел к Нарциссе, она еще была в объятиях Люциуса и Драко, но увидев мальчика, позвала его к себе. Ее глаза были влажными от счастливых слез. - Крестная, все будет хорошо. Ты достойна стать счастливой и любимой, - прошептал мальчик. Когда через несколько минут все услышали звук сработавшего камина, в гостиной царило спокойствие. *** Появившиеся из камина мужчина и девушка вежливо поздоровались и представились, с интересом глядя на собравшееся семейство. Затем им представили каждого члена этой уже не маленькой семьи. Натаниэль Алан Годвинсон, Лорд Годвинсон, высокий, стройный волшебник, лет 35, с льющимися до талии каштановыми волосами, смотрел на Нарциссу, не отрывая своих голубых глаз: - Я так долго ждал этой встречи! Его младшая сестра, Амабэль Николет Годвинсон, Леди Диагон, хрупкая, кареглазая девушка, лет восемнадцати с каштановыми волосами, собранными в очень изысканную прическу, смущенно смотрела на Сириуса, который, восторженно, пожирал ее глазами. Брат и сестра были очень похожи друг на друга: очень красивые, сильные магически аристократы. Габриэль с удивлением увидел, что плетение их Магий начинает взаимодействовать с Магиями Нарциссы и Сириуса. Он смотрел на нашедших друг друга партнеров с таким восторгом, что это не осталось незамеченным. - Габриэль, - удивленно смотрел на мальчика Люциус. – Нам пора начинать ревновать? - Что ты видишь? – спросил, улыбаясь, Северус. Все вопросительно посмотрели на восхищенного Габриэля. - Понимаете, - ответил мальчик. – Я не вижу, как выглядит наша с Северусом, Люциусом и Марволо Магия, когда мы стоим рядом. Но эти две пары, окутанные ластящейся друг к другу Магией, просто восхитительны! В комнате наступила тишина. - Габриэль, объясни подробнее, - попросил Марволо. - Смотрите, Нарцисса и Лорд Годвинсон, как и Леди Диагон и Сириус, стоят, взявшись за руки, а их Магия, в это время, как бы обнимает другую, сливаясь воедино, - мальчик восторженно вздохнул. – Это невероятно красиво. - Натаниэль, зовите меня Натаниэль, - попросил Лорд Годвинсон. - А я Амабэль, - сказала, улыбаясь, Леди Диагон. *** После ужина, все семейство собралось в цветочной гостиной, расположившись вместе со своими Магическими партнерами в ожидании рассказа о том, почему два таких Древних Рода, Годвинсон и Диагон, считались несколько десятилетий прерванными. - Как мы узнали из газет, ваша семья, как и наша, очень сильно пострадала от, так называемой, Светлой стороны, которая таковой никогда и не была, - начал свой рассказ Натаниэль. – Для нашего же отца, Алана, все началось пятьдесят пять лет назад. Именно тогда он встретил нашу маму, Николет. Габриэль с удивлением слушал историю мамы брата и сестры Годвинсон, которую Дамблдор выбросил в магловский мир к людям, которым очень сильно подправил память и внушил им, что маленькая, двухлетняя девочка – их племянница и исчадие ада, за что ее нужно ежедневно наказывать. История маленькой Николет была очень похожа на жизнь Габриэля до прихода Хагрида. Северус почувствовал настроение мальчика и взял на руки его дрожащее от шока тельце, прижимая к себе. Люциус и Марволо тоже приобняли его, чтобы поделиться своей, успокаивающей, энергией. Рассказ Натаниэля возмутил их до глубины души. Девочка оказалась очень сильной магически и однажды, избитая, со сломанными ребрами и сильным сотрясением, истекающая кровью, умирающая, попросила помощи у кого-нибудь, кто сможет ей помочь. И Магия перенесла маленькую Николет в Гринготс, в кабинет Директора банка. Крохтук, почувствовавший сильный потенциал малышки, после лечения, сделал ей полную проверку крови. Результат потрясал. Эта маленькая девочка - Николет Латиша Диагон, Наследница Диагон, трехлетняя волшебница, последняя в Роду. Ее родители и старший брат погибли год назад, что подтвердила проверка крови. Малышка тоже считалась погибшей. Самым удивительным было то, что у девочки был супруг. Когда родители почувствовали угрозу, нависшую над семьей, провели над дочерью старинный тайный ритуал магического соединения партнеров. Присутствовавший в это время их знакомый, двадцатилетний, Алан Годвинсон, который не знал еще, что у него появился магический партнер, взялся за протянутую к нему ручку полуторагодовалой девочки и их окутала вспышка Магии. Алан решил, что у малышки случился стихийный выброс Магии и ничего не заподозрил. Об этом он вспомнил, когда, получил письмо от Директора Гринготса и прибыл в банк. Там он и увидел Николет. Алан считал Дамблдора своим Наставником и последние несколько дней провел в Хогвартсе. Поэтому Магия не перенесла малышку к нему, защищая от врага. Осторожный Крохтук задумался над причиной того, что малышка попала не к своему супругу, а в банк и отправил к Наследнику Годвинсон не сову, а домашнего эльфа, попросив того стать невидимым для всех, кроме адресата. В письме Директор банка просил Годвинсона никому не говорить о том, что получил письмо, или какое-либо известие и придумал какой-нибудь повод для того, чтобы немедленно, тайно прибыть в Гринготс. Алан очень удивился секретности. Но сделал так, как его попросил в письме гоблин. Он никому не сказал о полученной корреспонденции, попросил у Дамблдора небольшие каникулы, чтобы навестить своих родителей и отправился в банк. Маленькая Николет находилась под действием зелий и крепко спала. Крохтук сначала показал Годвинсону воспоминания о том, как к нему в кабинет попала умирающая, тяжелораненая маленькая девочка, одетая в безобразные лохмотья. После того, как Алан пришел в себя от увиденного, Директор Гринготса добил его - дал прочитать свиток полной проверки крови этой малышки. Николет Латиша Диагон. Младший ребенок его погибших знакомых, маленькая девочка, оказавшаяся его магическим партнером и магической супругой. Дамблдор оказался опекуном Николет и ежемесячно снимал крупную сумму с ее банковского счета. И снова Габриэль с удивлением, со слезами на глазах, смотрел на Северуса, цепляясь за него изо всех сил. Зельевар тут же достал свой сундучок, приговаривая: - Малыш, все позади, мы тебя любим и никому не позволим причинить тебе боль. - Мы забыли… - просипел мальчик. - Что забыли? – спросил Люциус, целуя ладошку мальчика. - Мы забыли о дошкольниках, которых Дамблдор выбросил к маглам, - ответил Габриэль и выпил лекарство. - Что случилось? – спросил Натаниэль у Северуса, закрывающего сундучок с зельями. – Что-то с мальчиком? - С Габриэлем все в порядке, Натаниэль. Просто история вашей мамы очень похожа на историю Габриэля, - ответил Принц. – Как-нибудь в другой раз мы вам ее расскажем. Но мальчик прав, мы совершенно забыли о дошкольниках. Завтра с утра нужно проверить всех детей, записанных в Книгу Душ. Продолжайте, пожалуйста, Натаниэль. *** Рассказанная Натаниэлем история действительно была очень похожа на историю Габриэля. Гоблины сказали отцу Натаниэля, что не доверяют Дамблдору. Что это самый ужасный маг за последние сто лет. Но наследник Годвинсон должен сам увидеть всю черноту помыслов и деяний Дамблдора. Девочку они пока оставляют в Гринготсе, а Алан должен решить все свои вопросы. Алан и раньше много размышлял о Дамблдоре. Его отец и папа очень не любили этого «выскочку», им не нравилось, что их единственный сын считает того своим Наставником. - Я советую вам пройти полную проверку крови, Наследник Годвинсон, - сказал Алану Крохтук. - Если вы думаете, это может помочь мне постичь истину, я согласен, - ответил гоблину Алан. Оказалось, в крови наследника Годвинсона было очень древнее зелье Доверия, которое не распознается родовыми артефактами, и только полная проверка крови может выявить его в крови волшебника. А еще его память подчищали, причем, не один раз. После очистки крови и снятия ментальных блоков, Алан вспомнил все. Самое последнее воспоминание – три часа назад он случайно услышал разговор о своих родителях. Дамблдор был очень зол на них за что-то. Годвинсон бросился домой, где его встретили отец и папа. С ними все было хорошо. Алан все рассказал своим родителям, обо всех случаях применения к нему Обливиэйта. Потом решил, что лучше всего показать все в Думосборе. Когда он показал родителям свой пергамент с полной проверкой крови и воспоминания о своей трехлетней супруге, решено было тот час же отправляться в Гринготс за малышкой. Папа Алана не очень любил камины, поэтому все аппарировали в Косой переулок, где столкнулись с группой воинственно настроенных волшебников в черных мантиях, с масками на лицах. Во время нападения родители Алана погибли, а он был тяжело ранен. Единственная мысль оставила его в сознании – маленькая девочка, о которой, кроме него, некому позаботиться. В это время рядом с ним оказались несколько волшебников, среди которых он узнал Дэниуса Малфоя. Они-то и помогли ему отбиться от нападающих, сразу же исчезнувших с поля боя. Раненный Алан отказался отправляться в Мунго. Он сказал Лорду Малфою, что сумеет справиться сам, выпил несколько зелий и, неуверенно держась на ногах, вызвал домашних эльфов, которые перенесли его и тела его родителей в Годвинсон-мэнор. Алан предупредил Директора Гринготса о том, что заберет свою маленькую супругу после похорон родителей, попросив его позаботиться о ребенке. *** Лишь мысль о маленькой девочке, пережившей страшные издевательства, помогала Годвинсону не сойти с ума от ужасной потери. Когда он прибыл в Гринготс за малышкой, девочка удивленно слушала сказку, которую ей рассказывал домовой эльф. Увидев входящего в комнату Алана, Николет испуганно вскрикнула и прикрыла свою голову маленькими ручками, заранее защищаясь от побоев. - Маленькая, я не причиню тебе вреда. Меня зовут Алан, если ты согласна, я заберу тебя с собой. Мы купим тебе красивые платья и много-много игрушек, - тихо сказал Годвинсон. Алану пришлось пробыть в банке целый день, пока Николет полностью привыкла к новому лицу и забралась к нему на колени. Гоблины согласились помочь ему скрыть оба Рода, Годвинсон и Диагон, от общественности. Все дома Родов законсервировали, оставили лишь Годвинсон-мэнор, на который гоблины наложили гоблинские чары ненахождения. Теперь никто не смог бы их найти, даже совы. Домашний эльф снял с Николет мерки и купил ей много красивых платьев, туфелек и ботиночек. Яркие, красивые игрушки заполнили полки детской комнаты. На полках детской библиотеки стояли десятки детских книг. Апартаменты Николет включали спальню, игровую комнату, библиотеку с аккуратным столиком и маленьким креслом для девочки и обычного, взрослого кресла. Малышка довольно быстро привыкла к Алану и огромному сказочному замку, в котором они жили. Через несколько дней после переезда она вспомнила все. Своих родителей, любимого братика, злого рыжего волшебника, который отдал ее очень плохим людям. Девочка вспомнила и Алана. Их жизнь протекала спокойно. Вдвоем им было очень хорошо. Алан обучал Николет всему, что знал сам. Она оказалась очень сильной волшебницей. - Я родился, когда маме исполнилось 18 лет, - продолжал рассказ Натаниэль. - Мы жили втроем, изредка выбираясь в Европу. Дамблдор стал еще опаснее, поэтому родители и не думали отдавать меня в Хогвартс, обучали дома. Когда мне исполнилось 22 года, родилась Амабэль. Все было очень хорошо, но через две недели после рождения сестренки, мама нашла шкатулку, одно прикосновение к которой убило ее. Откуда взялась эта шкатулка, никто не знает. Вскорости умер и отец. Я поклялся ему, что, пока Дамблдор у власти, мы с Амабэль будем жить затворниками, никуда не выходя их дома. Иногда к нам заглядывал Директор Гринготса, Крохтук. Он-то и принес нам год назад известие о том, что вы нас разыскиваете. Но обещание, данное отцу не позволило мне открыться. Две недели назад мы узнали об аресте Дамблдора, прочитали все газеты о нем. И вот сегодня утром мы решили снять немного чар на нашем мэноре и сразу же получили письмо от Сириуса Блэка. - Нарцисса, сколько у вас в мэноре домовых эльфов? – спросил побледневший Габриэль. - Двадцать три, - ответила волшебница. - А можно их всех увидеть? – спросил мальчик. - Конечно. Ковус! Появившийся домовой эльф поклонился хозяйке и спросил: - Что может сделать Ковус для своей любимой хозяйки? - Пожалуйста, Ковус, позови сюда всех эльфов мэнора. - Конечно, госпожа, сейчас Ковус приведет всех. Появившиеся эльфы удивленно смотрели на волшебников и все время кланялись. - Так я и думал. Этот эльф проклят, - сказал Габриэль, указывая пальчиком на одного из эльфов.