You're my downfall

Ana’s POV. — Помоги расстегнуть платье? — поворачиваюсь к Майклу спиной, убирая волосы с молнии. Он только недавно уложил нашу девочку спать и сам устроился на кровати с книгой. Мне же пришлось заехать по делам в офис, поэтому дома я была, как всегда, поздно. В нашей слишком уж большой спальне горит приглушенный свет, Майкл медленно подходит ко мне и осторожно тянет бегунок, зная, что это одно из моих любимых платьев. Плечи медленно покрываются поцелуями, мощные руки путешествуют по всему моему телу, но вскоре Майкл отступает от меня. — И все? — я расстроено надуваю губы, стягивая наряд, оставаясь лишь в боди. — Прости, детка. Устал. Тяжелый день. Если бы Тедди… — Майкл, мы обсуждали это. Тедди там лучше, подальше от шума Манхеттена. Ему там помогают, несмотря на то, что сегодня он и выглядел хуже. Плевать, что далеко. Ты ведь слышал, что сказал Джонатан? Знаешь… мне до сих пор сложно принять, что мой сын подвержен зависимостям. — Ну, может быть, у его отца были отклонения? — слова Майкла — как ледяной душ, под который он нередко затаскивал меня во время душевных кризисов, коих было немало. Эффект тот же и мгновенный. Не хочу говорить о Кристиане, и совершенно не ожидала, что этого хочет Майкл. Глубоко вдохнуть и медленно выдохнуть. Я почти двадцать лет замужем за Майклом. Просто перевести тему и немного польстить ему. Подвержен ли Кристиан зависимостям? Черт возьми, да. Ему просто больше повезло. Греи не разбаловали его так, как разбаловали мы Теодора. — Я не замечала, чтобы ты был зависим от чего-то. Я не считаюсь, — улыбаюсь ему в зеркало, снимая с себя украшения; серьги, цепочку с кулоном, часы и несколько колец. Не понимаю, как люди вечно живут с обручальным кольцом, не снимая его перед душем. Кольцо выглядело просто, но не было простым или дешевым, и оно значило для меня много. Тонкая округлая полоска платины с тремя бриллиантами. Чертов «Cartier», хотя, на тот момент у нас было не так много денег, но Майкл лишь виновато улыбнулся тогда и прошептал: «я не знаю, что ждет нас в будущем, но это — это навсегда, и они того стоят». Почти десять тысяч долларов за два кольца. — Он смотрел на тебя сегодня. Смотрел так, как не… — Да и черт с ним, Майкл, — перебиваю мужа. Я не хочу это слышать. Я не могу признаться даже сама себе, что мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди при виде этого мужчины. При виде его обтянутой белой футболкой груди, при виде его мощных рук, которыми он оттолкнул от себя моего мужа. При виде его все таких же серых глаз, которыми я так люблю наслаждаться, но совсем у другого человека, при виде легкой седины, которая лишь придавала ему некой необузданности. Он был чертовски хорош, и это было сложно признать. Он выглядел так, как должен выглядеть мой идеал нашего возраста, настоящий мужчина, не стесняющийся себя, своего возраста, своего тела. Знающий свое положение в этом мире. С горечью приходилось признавать, что Майкл, хоть и хорош собой, мог бы быть естественнее и не так дорожить своим имиджем. Быть ну хоть каплю таким, каким был Гейб у Евы. — Прямо сейчас я хочу быстро принять душ и ощутить твои руки на себе. Вы же сделаете любимой жене массаж, мистер Эпсон? — Только если моя любимая жена поторопится, иначе я усну. Майкл не был глупым человеком, и он прекрасно знал меня. Я видела по его лицу, что ему не доставляло радости, что я избегала разговора об этой неожиданной встрече с Кристианом Греем сегодня днем. Майкл лишь поцеловал меня в висок, когда мы пошли к Тедди, и тактично вытерпел до дома с этим разговором. Мне даже хочется сказать, что я горжусь им за это. Я не такая сильная как он. Всего однажды в жизни у меня был повод для скандала, а не просто для ревности, но я мило улыбнулась и проглотила. И я не знаю, жалею ли я об этом или нет. Я знаю, что после это не повторялось, я уверена в своем муже, но это здорово изменило мою жизнь. Наверное, именно поэтому совесть не так уж и сильно меня тревожит за менаж с Трэвисами, как могла бы. Гейб, как настоящий Доминант, давал мне то, что я не могла получить со своим мужем. И это было даже довольно мило, что они с Евой приняли к себе беспокойного свитча, что Гейб позволял нам с Евой меняться местами. У него место было только одно, и он даже помыслить не мог о другом положении для себя. Не могу вспомнить, с чего все это началось. Кажется, мы слишком много выпили с Евой, случайно поцеловались. Гейба не должно было быть дома, но он вернулся раньше, чем планировал. Застал нас на месте преступления, как виноватых подростков, немного помедлил, а потом разразился глубоким и добрым смехом.

— Ева, дорогая, ты знаешь, во что ты только что втянула свою подругу? — Гейб стянул с себя пиджак, бросив его на кресло. — Расскажи мне, милая. — Ана не… Она… Нет. Просто нет. — Ты без моего разрешения прикоснулась к тому, что принадлежит мне, — Он присел передо мной на корточки и осторожно погладил по щеке, заставляя смотреть ему в глаза. Небесные глаза, полные власти, почти такие же, как и мои, но порой заставляющие хотеть упасть перед ним. — Ты знаешь, что это значит? — Да, сэр, — рот Евы принял вид небольшой буквы «о», а на лице Гейба появился хищный оскал, но он просто чмокнул меня в щеку.

Тогда я уже не проклинала Кристиана Грея. Тогда я была счастлива, что близкие мне люди понимают меня и готовы принять.Я проклинала Кристиана, когда мы только начали с Майклом жить вместе, и я очень быстро поняла, что «ванильный» секс в таком количестве наводит на меня скуку, а Майкла до истерики возмущало хоть какое-либо мое ограничение. «Я не собираюсь делить постель с этим уродом, Анастейша», кричал он, лишь только я открывала рот с невинной просьбой хотя бы зажать мои руки над головой. Было безумно сложно перебороть себя, но, на мое счастье, к своим тридцати пяти годам, мой будущий супруг научился пользоваться своим членом, и не оставлял меня без легкого оргазма. И я свыклась с этим. Нужно быть благодарным за то, что имеешь. — Ты сказала, что быстро, и тебя не было почти полчаса, — Майкл широко зевнул, откидывая для меня одеяло. Опять без массажа. Эх, семейная жизнь… — Прости. Задумалась о делах, ты же знаешь. В клубе так и не решен вопрос с алкоголем, нужно обдумать предложения о ребрендинге сети, и скоро наш главный благотворительный вечер… — Мои проблемы дома более приземленные, и я тебе не раз говорил оставлять работу за порогом квартиры. Я, например, хочу, чтобы ты снова перекрасила волосы в блонд. — В блонд? — Ты же знаешь, как я люблю тебя блондинкой, — муж забросил на меня руку, засыпая. — И не делай челку. — Доброй ночи, Майкл, — проверив, чтобы радионяня работала, внимательно прислушиваясь к громкому сопению Софии, я погасила свой ночник, сбросила с себя руку Майкла и, свернувшись калачиком, быстро провалилась в беспокойный сон с Греем в главной роли.

***

— Доброе утро, миссис Эпсон, — Майкл, лишь в пижамных штанах, готовит мне кофе. Я приближаюсь к нему, и он крепко прижимает меня к себе, по-хозяйски разместив руку под моей сорочкой. Улыбаюсь, но совершенно на автомате. Голова загружена абсолютно другими мыслями, сейчас мне не до него и интима. — Майкл, давай вечером, — я отталкиваюсь от него, целуя в голую грудь, и он лишь горестно вздыхает, заставляя меня хихикать. — Это месть за массаж, детка? — О, да. Это именно она, — он чуть наклоняется, и я целую его в нос, отходя к стойке для завтрака, где сидит Софи. — Привет, кнопочка. Мама совсем бросила тебя в последнее время, — беру с детского стульчика мое маленькое солнышко с ее четырьмя зубками, и она широко улыбается, прячась на моей шее. — Поедем сегодня проведать твоего неразумного старшего брата или останешься с тётей Евой, детка? Не соскучилась по Тедди? — Все мои знакомые говорят, что мы до жути счастливые, что она никогда не плачет, — ладонь Майкла кажется действительно огромной, когда он сжимает ладошку нашей девочки. — Она капризничает, только когда хочет спать или только проснулась. В машине мы отвлекаем ее, мы вечно играем с ней, она уже очень избалованная. — Принцессам можно, — Майкл крепче обнимает меня со спины, еле слышно шепча; — как же я люблю вас. — Мы тебя тоже любим. — Не забывай об этом, Анастейша. После небольшого спора с Майклом, с кем останется София, я в одиночестве отправляюсь в свой офис. Предвкушаю тонны бумажной работы, из-за чего настроение быстро портится. Мне легче провести кучу встреч, заполучить какой-нибудь контракт или что-то в этом духе, чем слушать монотонное брюзжание секретарши, проверку сертификатов и проставление подписей. Офис занимает несколько этажей в одном из небоскребов новой постройки. Магазины были моим «воздухом», клуб — отдушиной, игрушкой, которую я обожаю. Майкл, в глубине души, ненавидел мой клуб, как и любую вещь, связанную с темной частью моего, для него, прошлого. Но смотрел на это сквозь пальцы, наслаждаясь моим счастьем. Я точно так же смотрела на его отсутствие дома месяцами. Он любил свое наследство, он всей душой мечтал однажды посадить Теодора на свое место. Но мальчик еще в десять лет ясно дал понять, что его интересуют цифры и компьютеры, что было большой темой для скандалов последующие лет так пять. Пока он не ушел из дома. — Миссис Эпсон, у вас встреча через час в другой части города. И ваш муж звонил, просил передать, что Алекс приедет к вам в клуб. Я даже не дала согласие на смену имиджа, а Майкл уже пригласил стилиста. И это так раздражает меня, как никогда. Впервые за долгое время я искренне злюсь на мужа и его неприкрытую любовь к блондинкам. Я не знаю, чем я ему так приглянулась изначально, потому что я совершенно не его тип; слишком сочная не в тех местах, слишком высокая, слишком самостоятельная, да еще и брюнетка… Но он, почему-то, со мной. Выхожу из лифта, на ходу убирая планшет в сумку, и резко замираю, чуть не упав. Но, к счастью, Роб, мой секьюрити, который всегда ждет меня у лифта, подхватывает меня. Кристиан здесь. Кристиан, мать его, Грей. Вежливо улыбается молодой девушке, пока она рассказывает ему что-то, для нее, грандиозное, судя по тому, как она жестикулирует. — Миссис Эпсон? — Привет, Роб, — не позволяю охраннику взять меня под локоть, чтобы продолжить путь, а так и стою, пялясь на Грея. И этот… Кристиан замечает меня. Очаровательно улыбается, кивает мне и продолжает беседовать с той девчонкой! Совершенно неожиданно ловлю себя на мысли, что я злюсь. Я не знаю, почему я злюсь, но злюсь! Я знала, что я собственница, но я и предположить не могла, что… настолько. А ему плевать! — Ана? — Роб мягко касается моей ладони, и я вздрагиваю от неожиданности. — С тобой все хорошо? — Да. Поехали, я уже опаздываю. Напускаю на себя всю уверенность, что только могу, улыбаюсь этому миру и в сопровождении охранника покидаю здание. Грей просто издевается. Это в его стиле. Я взрослый человек. Деловая женщина. Я справлюсь.

***

— Ужинать будешь? — Майкл сидит на диване в гостиной, попивая бренди и доделывая какую-то работу. Как и всегда. Почему-то в голове сразу мелькают воспоминания, что я делала с ним, стоя на коленях между его ног, пока он вел видеоконференцию с офисом в Европе, и на лицо наползает шаловливая улыбочка. — Разве Алекс не должен был заглянуть? — он пробегается по мне быстрым взглядом и разочарованно вздыхает. — Нет, я не голодна. Все еще хочу массаж и спать. И я отменила встречу со стилистом, я пока не готова. — Ну, хорошо… Я сегодня занят, сильно занят. Доброй ночи. — Доброй ночи, — грустно вздыхаю, смирившись с тем, что это наш стандартный разговор большую часть времени, и иду в нашу спальню. Мы купили эту квартиру, потому что только в ней была действительно огромная спальня; после нашего крохотного домика в Джорджии, это для нас было важно. В нашем домике мы обшивали нашу спальню изоляцией, чтобы Тедди случайно не услышал нас ночью. И это были не меры предосторожности, это была необходимость, слышимость была замечательная. Мне не требовалась радионяня, чтобы знать, когда он проснулся, даже если он не плакал. Мы оба наивно полагали, что Нью-Йорк не изменит нас. Что будет почти такая же жизнь, лишь немного занятая. И были чертовски неправы. Из-за всего, что навалилось на Майкла после смерти отца, он стал выпивать. Стал более агрессивным. Он перестал называть меня Энни, только Анастейша, изредка Ана. Если раньше его десять дней не было — двадцать он дома, то теперь же он мог не появляться месяцами. Главный офис его компании был в Европе. Мне было скучно, мой крохотный магазинчик с эксклюзивной косметикой медленно, но уверенно превратился в сеть магазинов косметики и аксессуаров. Стала участвовать в благотворительных акциях, не зная, куда тратить деньги, не только от желания помочь. А однажды, на одном из вечеров, я подслушала разговор нескольких человек, которые говорили, что продается тематический клуб. Мне нужна была отдушина, и я ее нашла, совершенно случайно. Я сделала там простой ночной клуб, с сохранением дизайна. Вечеринки по тематике тоже бывали, но только под заказ, слишком много проблем с бумагами. И я, в конечном итоге, влилась в этот город.

***

Чертова неделя. Майкл всю неделю капал на мозги, заставляя сменить имидж. Постоянно показывал мне мои же фото, особенно мое самое нелюбимое: длинные светлые волосы и ярко-красная помада в сочетании с длинным черным платьем и красным клатчем. Должен был быть эффект «женщины-вамп», но это было отвратительно. Не выдержав очередного раза сегодня утром, я запустила планшетом в стену. Красок добавлял Кристиан Грей, постоянно мелькавший перед глазами. Я уже думала, что у меня галлюцинации, он постоянно улыбался мне, кивал в знак приветствия и быстро удалялся, когда понимал, что я увидела его, но даже Роб заметил, что «какой-то мужчина вечно рядом крутится». Не считая нескольких раз, когда я замечала его где-нибудь на пробежке или в магазине, банкомате, что было действительно случайными встречами, он не видел меня. Он просто издевается. Случайности, которые не случайны. В глубине души я понимала, что мне не так уж и сложно порадовать мужа на месяц, но дело было не только в Майкле. Дело было в Грее, который ненавидел блондинок. А мне, зачем-то, хотелось быть… неплохой для него. Я и так много ошибок совершила в жизни. — Мой бывший преследует меня, — поправив одеяльце на дочери, я засунула ложку с мороженым в рот, оставив Еву сидеть с открытым ртом. Мы с ней расположились на одной из уютнейших лавочек парка, как часто делали в свободные минутки. — Не в плохом смысле! Просто случайные встречи, эти неловкие улыбки… — Это плохо или хорошо? — она отняла у меня свое же мороженое, быстро показав язык. Взрослые люди… — Это… странно. Мы не виделись больше двадцати лет, Ева. Но, сказать честно, лишь только замечаю его — все переворачивается внутри, как в юности. — В чем проблема? Переспи с ним, — подруга простодушно пожимает плечами, отворачиваясь от меня. — Смотри, какой красавчик, — слежу за ее взглядом, а когда понимаю, на кого она смотрит — лишь тяжело вздыхаю. — И я, кажется, знаю его. — Я тоже его знаю. А ты пропустила… — Это Грей! Они с Гейбом приятели, — Ева перебивает меня, отчаянно размахивая рукой, и Кристиан замечает нас. Стягивает очки, вытаскивает наушники и трусцой подбегает к нам, не скрывая своего удивления. — Кристиан Грей! Даже не знала, что ты в городе! — Прилетел по срочным делам пару недель назад. Все никак не могу разобраться со всем этим, — он даже не смотрит на меня. Вот гад! — Это моя подруга Ана, — Ева обнимает меня за плечи, и Кристиан переводит взгляд на меня. Я замираю, позволяя себе внимательно рассмотреть его, замечая, как он рассматривает меня. Кристиан натянуто улыбается той красивой улыбкой, которая не касается его глаз, и это задевает меня. — Миссис Эпсон, — мое имя пропитано злостью… или болью, отчего мне хочется съежиться под его оценивающим взглядом. — Как ваш сын? — Спасибо, мистер Грей, уже намного лучше, — слова вырываются из меня на автомате и, слава богу, что не что-нибудь плана: «Кристиан, я так скучала, возьми меня», а вполне приличное предложение. От него совсем чуть-чуть пахнет потом, а также мылом и естественным его ароматом, заставляя мои колени подгибаться. Даже Майкл и его непередаваемый аромат не зажигает внутри меня настоящий огонь. Чертовы феромоны. Чертов Кристиан Грей. — О, так вы знакомы? — Ева хлопает в ладоши, хитро улыбаясь. — Тогда приходите к нам с Гейби на ужин сегодня. Ты и так должна была зайти, Гейб поговорить хотел, — она машет рукой в сторону меня, будто бы я — вопрос решенный, и радушно улыбается Кристиану; — А тебя он будет счастлив видеть, Кристиан. — Я был бы рад. Часам к семи? — Да. — Тогда до встречи. Анастейша, — он смотрит мне в глаза, но я уверена, что видит всю душу, просто разрывая меня на части своими волшебными глазами, и я кратко киваю ему в ответ, чуть слышно шепча его имя. Проходит несколько минут, пока Кристиан восстанавливает свой ритм и не скрывается из поля зрения, и только тогда Ева открывает рот, эмоционально размахивая руками. — Это что сейчас было?! Между вами такая энергетика, что я чуть… У нас с Гейбом в особо сильные ссоры такой атмосферы нет, как между вами. Злость, страсть — адская смесь! — Ты, как всегда, слышишь меня только со второго раза, — устало опускаюсь на скамейку, потирая виски. — Это и есть мой бывший. — Но это же Кристиан Грей… — она с недоумением смотрит на меня, будто не веря, что правильно все расслышала. Где я, «деревенская девчонка» и он, действительно. — Это могло мешать ему трахать меня? — мгновенно сожалею о том, что только что ляпнула. Кристиан никогда не трахал меня. Кристиан любил меня, а его поведение только доказывает это. — Прости. Погорячилась. У нас были непродолжительные, но хорошие отношения. Состояли не только из секса. Я… я любила его. Очень сильно, — последние два предложения произношу шепотом, наконец-то признаваясь в этом хоть кому-то еще, кто не стал бы осуждать. Лицо Евы смягчается, а во взгляде мелькает жалость. То, что надо. — Прости, что втянула тебя в это, — она присаживается рядом и крепко обнимает меня. — Но, пожалуйста, приходи! — Если Майкл тоже пойдет — будет сбор людей, с которыми я спала… Почти как день рождения. — Обожаю твое чувство юмора, — Ева огляделась по сторонам и, нахально улыбнувшись, поцеловала меня в губы. — Обожаю твою скромность…