Что-то начинается

От порта я пешком направился в деревню. Погружённый в раздумья, я не сразу смог заметить, что вокруг царил полный хаос. Ещё несколько минут назад всё было спокойно, а теперь по деревне, как оголтелые, носились овцы, викинги пытались их поймать, но им не хватало скорости. Вот и Плевака, несмотря на отсутствие ноги и руки, пытался схватить незадачливое животное, которому «посчастливилось» попасться ему на глаза. - Ну-ка, иди сюда, дорогуша. Может, выгляжу неуклюжим, но я на редкость быстроногий, - тут кузнец ринулся вперёд, но овца скакнула в сторону и быстро убежала, а Плевака распластался по земле. - Ох, староват я стал, - я подошёл к нему и помог подняться, - О, Иккинг, как прошёл разговор с отцом? - Эм, боюсь, я ещё не отошёл, - я попытался выдавить из себя небольшую улыбку, но она быстро спала, когда я вспомнил о том самом разговоре. - Всё настолько хорошо, что аж зубы сводит? - его слова немного приободрили меня, и я ответил ему в той же манере. - Скорее подкашиваются коленки, - на меня что-то нашло, и следующие слова я произнёс, подражая голосу отца. - А что, кстати, здесь происходит? Плевака, почему овцы не в загонах? - Ох, угадай с одного раза. - Близнецы опять за своё? - тут и гадать было нечего. - Ага, с ещё большим размахом. Они раскрыли все загоны разом и, как следствие... вот, - он обвёл всю улицу рукой, и я мельком увидел, как овцы доедали остатки чей-то капусты. - Может, ты и твои драконьи всадники соберёте всех овец и отправите их в загоны? - Сейчас же этим и займусь, - после этих слов я быстро сел в седло и одел шлем. - Плевака, может, пока я собираю всадников, ты ещё раз попытаешь удачу в ловле овец? - Ох, Иккинг, я боюсь мои старые кости этого не выдержат, - мы оба посмеялись над этой шуткой, хотя она таковой и не являлась. Беззубик и Тучка взлетели в небо, и я начал высматривать ребят во всём этом хаосе. Слова Плеваки отражали его возраст и ещё несколько секунд отдавались эхом у меня в голове. Действительно, время летело, год шёл за годом, и никто из нас не становился моложе. Викинги не привыкли сетовать на старость или слабость, но всё же возраст когда-нибудь может взять своё. Дожить до сорока лет, даже в спокойные времена, уже было огромным подвигом, как пример, можно привести нашу старейшину Готи. Нет никого, кто бы помнил день её рождения. Просто потому, что все они умерли, кто от болезней, кто от старости, а кто и в бою. Иногда мне казалось, что она переживёт и Плеваку со Стоиком. Я заметил две довольно знакомые фигуры, которые пытались согнать несколько овец к ферме. Одна из них была верхом на Змеевике, а другая пыталась справиться собственными силами. Из далека казалось, что их попытки тщетны и ни к чему не приведут, но я убедился, что это было не так. Беззубик приземлился на крышу одного из домов, и я быстро спустился по ней на землю, но, видимо, не в подходящий момент. - Вам помочь? - не успел я выбежать из-за дома, как в мою сторону тут же полетели шипы Змеевика. От одного я смог увернуться, а вот от второго пришлось отпрыгнуть назад, и если б не моя реакция, то не было бы у меня ни ноги, ни головы. К сожалению, я не заметил, что на меня бежит стадо, и опасность меня настигла. По мне пробежалось по крайней мере с десяток овец. - Прости! - довольно знакомый девичий голос еле пробился сквозь гул, стоявший у меня в голове. - Иккинг! - а вот и второй виновник того, что я сейчас, распластавшись по земле, изображаю умирающего. - С тобой всё в порядке?! - девушка подбежала ко мне и прильнула головой к броне, видимо, пытаясь расслышать биение сердца, и когда я уже хотел резко заключить её в объятия, в мою грудь пришёлся довольно сильный удар кулаком, от которого я сразу же оживился. - Притворщик! Сколько раз говорить, не надо меня так пугать! - А обязательно всё время бить меня?! - я снял шлем, показав своё недовольное лицо Астрид, и начал растирать ноющую от боли грудь. - Да ты по другому не понимаешь, что с такими вещами не шутят! Когда ты уже повзрослеешь? - она нависла надо мной и, скрестив руки, начала пытаться прожечь во мне дыру своим злобным и наигранным взглядом. - Ты забыла, что я жил в семье самых беззаботных существ, которых только можно найти, - Астрид даже бровью не повела, и тогда я признал своё поражение. - Может, поможешь встать? - и это помогло. Девушка сразу же переменилась в лице и подала мне руку. Поднявшись, я окончательно убедился в том, что в седле Змеевика сидела Хедер, а овцы, которые недавно вмяли меня в землю, загнаны в ловушку из драконьих шипов. Обменявшись небольшим разговором о том, что такая прекрасная погода так и способствует скорой поимке остального стада, мы начали действовать. Каждый из нас сел на драконов и, взяв овец, повёз обратно на ферму Молчуна Свена. Попутно мы встретили остальных всадников, которые с чего-то решили устроить очередное соревнование, против которого я впрочем не возражал, ведь оно способствовало моей недавней идее. Она состояла в том, чтобы заменить скучную, если не сказать опостылевшую, регату, на нечто связанное с драконами. К сожалению, это нечто было очень мутным, и сложно было придумать что-нибудь, чтобы не сжечь добрых пол деревни. И вот, когда состязание окончилось моей безоговорочной победой, я мог посвятить оставшийся день латанию брони и размышлениям по поводу вышеупомянутой замены регате. Я толком не знал, как на это отреагируют остальные викинги, и поэтому попросил Рыбьенога разузнать о «мнении народа». Как оказалось, большая часть деревни, и даже Старый Йоргенсон, были бы не против чего-нибудь новенького, чего-нибудь более живого. В связи с этим и было решено провести драконьи гонки. К моему большому сожалению, я забыл рассказать об этом остальным ребятам. Следующий день - Значит так. Овцы прячутся и не показываются - это значит, что мы их не видим. Не знаю, как остальным ребята, но почему-то мне и Астрид всегда удавалось услышать любой шорох и различить любой голос в толпе, особенно когда мы концентрировались, правда у меня это иногда случалось совершенно случайно. Вот и сейчас мы только начал подходить к Академии, как сразу же услышали Задираку, что-то объясняющего остальным ребятам, собравшимся неведомо почему. - Ясно. А в чём смысл? - войдя на арену, я увидел виновника сбора, стоявшего рядом с доской с непонятной писаниной, и остальных ребят, зевающих и, по-моему, даже не пытающихся понять слова Задираки. Выделялась Хедер, которая, несмотря на раннее утро, рассуждала довольно здраво и задавала уместные вопросы. - Ого, значит, меня всё-таки кто-то слушает. Ура. - Ребята, по какому поводу сбор? - Это ты нам объясни, - первым, естественно, оживился Сморкала, которому до сих пор не нравилось то, что меня назначили замещающим вождя. - Я спокойно спал дома, когда ко мне ввалилась эта туша, - он указал на Рыбьенога, который только слабо возразил, - и говорит, что все собираются в Академии «по очень важному делу». - Эм... Рыбьеног, я не припомню, когда я тебе такое сказал? - все перевели взгляд на виновника сбора, и он не смог выдержать такого напора. - Я думал, что ты действительно собираешься делать что-то важное. Всё-таки Стоик назначил тебя вождём... - Исполняющим обязанности, - произнёс я себе под нос. Мне откровенно не нравилось, когда меня называли вождём, сразу становилось не комфортно. - Значит, всё это только из-за твоих предположений?! - Сморкала не на шутку разошёлся и уже хотел как следует вдарить Рыбьеногу. Пришлось сразу же встать между ними, чтобы не случилось ничего плохого. - Так, ребята, тише. Не убивать же друг друга из-за того, что ты встал не с той ноги и не в то время? - А почему бы и нет? - вопреки своим словам Сморкала сделал шаг назад, но всё ещё держал кулаки наготове. Спустя полчаса, когда Рыбьеног и Сморкала, наконец, остыли, а Задирака бросил своё стремление расчленить всех овец в деревне, я объяснил, почему все невольно собрались в Академии. Только заслышав о гонках на драконах, ребята начали откровенно радоваться и чуть ли не скакать на месте. Надо было быть настоящим остолопом, чтобы не предположить того, что дух соперничества завладел ими раньше самого соревнования. И я, как человек знающий, как на этом играть, начал подпитывать этот дух. До самого завтрака они готовились к предстоящему соревнованию: готовили сёдла, кормили драконов секретными рецептами, строили чёткие планы или просто готовили запасной план на случай возможного проигрыша. Но самое большое противостояние было между мной и Астрид. У каждого из нас была Ночная Фурия и каждый имел не малый опыт полётов не только на них, но и сольно. Это разжигало между нами пламя соперничества сильнее, чем между остальными ребятами. После завтрака большая часть викингов собралась на арене, чтобы, наконец, построить трибуны. Никто из них толком не понимал, почему именно на арене, ведь с неё очень плохой обзор на бухту, но мы ведь не на кораблях собирались плавать. Несколько взрослых стали делать предположения, что робкие расспросы Рыбьенога и необычное расположение трибун связанны между собой. Как следствие, в обед, когда было назначено время старта, все места уже были заполнены, и на арене стоял гул похлеще, чем от волн разбивающихся о скалы. Абсолютно все были рады нашей задумке. Судьями, естественно, выступали Шлак и Ведрон, а старт давала Готи, которая с недавних пор сама начала разводить у себя дома Жутких Жутей. До начала оставались считанные секунды, мы все были вне себя от волнения, да ещё и дразнили друг друга, подливая масло в огонь. И вот, когда Готи уже собиралась дать отмашку, неожиданно для всех на арену пришёл Стоик с ошарашенным лицом и откровенно непонимающими глазами. Его появление не прекратило гул на трибунах, однако остальные драконьи всадники поняли, что возможное веселье может закончиться, так и не начавшись. - Пап? Ты рано. - Да вот решил посмотреть, как ты проводишь регату, - он начал смотреть на меня своим грозным взглядом, и я невольно поёжился. - Смотрю, ты справляешься. - Эм... Ну, ты ведь знаешь... если я за что-то взялся, то... - в голову не пришло ни одной фразы, которая помогла бы выкрутиться из этой ситуации, а тем временем отец продолжал жечь во мне дыру, и под его напором я выпалил всю правду разом. - В общем, я решил устроить драконьи гонки. - Правда? Решал ты? - я в ответ лишь кивнул и приготовился к худшему. - Что ж, тогда мне остаётся только одно, - он выдержал достаточную паузу, чтобы я вконец потерял силы сохранять спокойствие. - Объявить о начале гонки! - трибуны взорвались громкими возгласами, а я стоял с раскрытым ртом, не веря происходящему. - А ты, сынок, что встал? Зови своих всадников, у меня есть пара идей. Идеей Стоика было раскрасить наши лица краской и поделить на команды, к сожалению, названия для команд придумывал тоже он. Я и Астрид были командой «Иккстрид», наш цвет был красный, Рыбьеног и Хедер - команда «Рыбдер» и их цвет - оранжевый, но приз за самое странное название получили Сморкала и близнецы - «Сморкашки», их цветом был зелёный. Отец дал старт гонкам, а за одно дал старт новой эре в нашей истории. Эти гонки были ознаменованы многими событиями: грозными битвами, отважным безумством, примирением со старым врагом и победой над новым. Олух стремительно менялся и так же стремительно менялись и мы. Новый образ жизни заставлял приспосабливаться, извиваться под напором прогресса, однако мы всё же викинги, и наше прошлое тоже имеет для нас немаловажное значение. Даже если сменятся десятки поколений, и все забудут о своих традициях, их корни всё равно неизменны, ведь они уже записаны в истории мира, и нам остаётся только открыть эту книгу, а, прочитав, понять, что всё когда-то с чего-то начинается.