Залог

Сохранив школьную привычку просыпаться около восьми, я утром выползла осторожно из объятий Олега. Он спокойно посапывал, откинувшись на спину. Поскольку воскресенье — его единственный в неделе выходной, я передвигалась по квартире на цыпочках, выключив звук у своего телефона. Конечно, жаль будет, если его звонком с работы разбудят, но тут уж ничего не поделаешь. Когда я вошла на кухню, Туся мяукнула было, требуя завтрак, но я так на нее зашикала, что бедная кошка забилась под стол в ужасе. Чтобы сильно не шуметь, взбивая яйца, я взялась пока что за нарезку колбасы и сыра на бутерброды. Потом выложила маленькую пачку корма с соусом для котят в миску Туськи и ушла приводить себя в порядок — Вахрамеев обычно к десяти просыпается. Без пятнадцати десять я услышала хлопок двери ванной комнаты и спокойно разбила пяток яиц в глубокую стеклянную миску, добавила натертый сыр, соль, перец, немного молока... — Могу я в воскресенье проснуться, обнимая тебя? — Ворчливо пробормотал брюнет, обвивая руками мою талию. — Я же встаю рано, буду вертеться и разбужу тебя. — Я выложила готовый омлет на большую тарелку и повернулась к любимому. — Ничего не знаю, в следующее воскресенье чтобы рядом лежала. — В приказном тоне я узнала давно не появлявшееся чудовище. Честно говоря, я даже рада была теперь тому, что дядя отдал меня в залог опекуну моего любимого чудовища. "Чудовища нежного и ласкового".