Длинная дорога к счастью, или Одиночество, которого не было.

      Ещё на подходе к Конохе Науми и Сэй заподозрили неладное. Чем ближе они подходили к деревне, тем чаще им встречались поваленные деревья, часть из которых была раздавлена. Как такое могло случиться никто из них придумать не смог, поэтому, Сэй лишь крепче прижал к себе спящего на его руках Ли и ускорил шаг, едва поспевая за своей нетерпеливой и непоседливой женой.       Коноха встретила их покосившимися воротами, возле которых стояли часовые из членов отрада шиноби. Так как чету Рок многие знали в лицо, то их без каких-либо задержек пропустили в деревню, где они, к своему и без того большому удивлению, увидели ещё большие разрушения, чем творились за стеной Конохи. Убедившись, что их дом не пострадал, и забросив вещи, они отправились за разъяснениями о случившимся к Хокаге. По пути их перехватил Майто Гай. - Сэй, Науми, когда вы прибыли? - спросил Гай, с необычно серьёзным для него выражением лица. - Да буквально с полчаса назад, - ответил Сэй. - И куда вы сейчас направляет... - попытался задать очередной вопрос Гай, но был, как всегда, перебит своей племянницей. - Мы идём к Хокаге - сказала Науми, удивлённая холодностью Гая. - Вам там нечего делать, - тон Гая пресёк на корню все возражения, - вечером я зайду к вам и всё объясню, а сейчас вам лучше вернуться домой. А тебе, Сэй, я бы посоветовал отправится к стене, к югу от ворот. Там значительная часть стены разрушена и твои навыки каменщика очень бы там пригодились, так как работы много, а рук - мало. - Хорошо, я обязательно помогу, - ответил Сэй, всё ещё мало что понимая. - Спасибо, - уже теплее сказал Гай, - сейчас любая помощь ценна. К сожалению мне пора. До вечера, - с этими словами Гай их покинул.       До наступления темноты Науми томилась в ожидании, пока, практически одновременно не вернулись Сэй и Гай. За чаем Гай поведал о напавшем на Коноху ужасе - Девятихвостом Лисе, о том, как Минато и Кушина пожертвовали своими жизнями, чтобы остановить это чудовище, частично запечатав его чакру в тельце их новорождённого сына - Наруто. - А где же теперь Наруто? - задала мучавший её вопрос Науми. - Там же, где и все дети, оставшиеся без попечения родителей, - ответил Гай и вновь погрустнел, - им выделили один из этажей больницы, где за ними присматривают медики.       По выражению хитро прищуренных глаз Гай и Сей догадались, что Науми что-то задумала, но разговорить её не удалось. Сэй неосмотрительно отложил разговор с Науми на утро. А утром было уже поздно. - Я так понимаю, что Вы - новый Хокаге? - не очень учтиво задала вопрос Науми пожилому мужчине, восседавшем в кресле, в бывшем кабинете Минато, куда она попала только после пятнадцатиминутного скандала с АНБУ. - Да, я Третий Хокаге - Хирудзен Сарутоби, - ответил Третий Хокаге, мягко улыбаясь. - Вот не думала, что после Четвёртого может идти Третий Хокаге, - искренне удивилась Науми, но тут же себя одёрнула, - значит вы и есть тот, кто мне нужен. - Я слушаю Вас, - с лёгкой насмешкой произнёс Третий. Он был наслышан о способности Науми эпатировать собеседника, но общался с ней впервые и ему было очень любопытно, что же её привело. - Я хочу усыновить Наруто, - в лоб, без обиняков и лирических отступлений выпалила Науми, наслаждаясь произведённым эффектом в виде округлившихся глаз и отвисшей челюсти Хокаге. Впрочем, Хирудзен Сарутоби очень быстро взял себя в руки. - Нет, - довольно жёстко ответил он. - Но почему?! - теперь очередь удивляться дошла до Науми, - ведь он остался без обоих родителей, которые, к слову сказать, были нашими с мужем друзьями, - начала закипать Науми. - Да, он остался сиротой, как и многие дети, чьи родители отдали жизнь в борьбе с Девятихвостым демоном-лисом, - уже более мягко и спокойно ответил Третий Хокаге, мудро рассудив, что не следует доводить сидящую напротив него женщину до истерики, - но именно в Наруто запечатана часть чакры Девятихвостого демона, и это довольно рискованно. Мои люди будут постоянно за ним наблюдать, поэтому я не могу позволить Вам усыновить его, как бы жестоко это не прозвучало.       Хокаге ещё около получаса беседовал с Науми, убеждая её в необходимости своего, такого довольно жестокого решения, по отношению к малышу Наруто. Науми была достаточно умной, чтобы понять точку зрения Хокаге и довольно мудрой, чтобы не ссорится с ним, прекрасно понимая, что открытая конфронтация может плачевно сказаться на будущем её с Сэем сына. Единственное, против чего Науми попыталась возразить, так это против того, что всем жителям деревни было приказано молчать о том, кто были родители Наруто (с тем, что Наруто не стоит говорить о запечатанном в нём чудовище, Науми была согласна). Но Хокаге, тоном, не терпящем возражений заявил, что так будет лучше для всей деревни в целом и для самого Наруто в частности. Опустив голову, Науми вежливо поклонилась Хокаге и отправилась домой, отметив про себя схожесть ситуации, ведь они с Сэем тоже не говорят Ли, что Гай является им родственником. "Наверное у Третьего Хокаге те же мотивы, что и у нас, в отношении Ли", попыталась успокоить себя Науми, хотя ей и трудно было смирится с решением Хокаге оставить Наруто сиротой.       Вернувшись домой, Науми рассказала Сэю о своём разговоре с "новым" Хокаге. В конце своего монолога Науми высказала мнение, что теперь пришло время целенаправленных занятий с Ли, которые подготовят его к поступлению в академию шиноби, тем более, что теперь он и сам этого жаждет.       До поступления в академию шиноби оставалось довольно много времени, поэтому Науми, не особо торопясь, стала учить Ли, в равной степени уделяя внимание его как умственному так и физическому развитию, хотя физическими упражнениями по большей частью с Ли занимался Сэй. Поэтому к семи годам Ли уже умел хорошо читать и писать, и был довольно выносливым физически. Но оставалось ещё одно препятствие, справиться с которым не могли даже Науми и Сэй вместе взятые.