Ложная слепота

Люк перевернулся на живот и застонал, зарывшись лицом в мягкую подушку. Это смешно. Даже когда он был подростком, его так не занимал секс. Уже третий раз за ночь он просыпался от будоражущих душу видений с непристойными картинками перед глазами и с такой сильной эрекцией, что она граничила с болью. Он выругался в отчаянии, сжимая ладонью свой член у основания, надеясь развеять возбуждение. Но разум словно предавал его, увязая в картинах из его видений – совершенно неуместных, абсолютно непростительных видений. Он очнулся здесь после разморозки из карбонита, запертый в личных комнатах Вейдера, задыхающийся от удушающей темноты и пугающего противоречивого знания о том, что Вейдер его враг и его отец. Всматриваясь в неопределенное будущее, его душа рвалась на части, и единственным, о чем он мог думать, была сокрушительная сила Вейдера, его пугающая власть над ним. Люк проклинал все на свете, кусая губы, пытался оттолкнуть видения. Это было неправильно. Во многих отношениях. Но он никак не мог подавить этот поток образов, его тело ныло от жестокой и неумолимой тяги к Темному лорду, и что бы Люк ни делал, чтобы прекратить это, лишь от мысли об этом человеке кожа покрывалась мурашками. Звезды, я должен это остановить! Он мой отец, ради Силы! Его отец! Момент, когда он осознал правду, размылся в памяти Люка. Он вспоминал, как его сотрясала бесконтрольная дрожь после разморозки из карбонита, он не мог ни на чем сосредоточиться, и голова раскалывалась от боли. Он узнавал, смутно чувствовал свои движения, чувствовал свою связь с Силой, колеблющуюся под натиском его встревоженных чувств. Его сознание, ощущая присутствие Вейдера, требовало дать отпор. Люк снова перевернулся, раздраженно выдыхая. Если бы он мог избежать Вейдера хоть на мгновение, он сумел бы справиться со своими чувствами. Но он не мог, Вейдер всегда был на краю сознания, затаившись, медля, ожидая… Мрачная тень на грани мыслей. Сначала Люк подозревал, что Вейдер подкидывает ему эти видения, пытается отравить его ум, пытается заставить думать, что он уже слишком пал морально, что он слишком далеко от Светлой стороны Силы. Но вскоре Люк перестал перекладывать вину, ведь Вейдер даже не упоминал о видениях Люка. Потом он подумал, что замораживание в углероде как-то повлияло на его сознание, так или иначе изменило его моральные принципы. Эту идею он не сбрасывал со счетов: медики казались сбитыми с толку из-за того, что к Люку до сих пор не вернулось зрение, и по-настоящему боялись гнева Вейдера. Они не могли найти никаких причин таких длительных повреждений в его глазах или в зрительных отделах мозга. Но заморозка в карбоните прошла не так, Люку не должно было быть так плохо, было наверняка нечто, чего еще не обнаружили медики. Люк вздохнул. Хуже всего было то, что эти видения были более яркими, чем все, что ему доводилось испытывать раньше. Может быть, это из-за того, что он не мог открыть глаза и отвлечь себя реальным миром? Темнота была сокрушительно тяжелой, и хотя эти мечты выбивали из колеи… они все же казались более реальными, чем замкнутое подавленное существование. Другой образ промелькнул у него в голове при этой мысли, словно навеянный воспоминаниями о его видениях, - образ Вейдера, стоящего за ним, приказывая наклониться и твердой рукой надавливая на поясницу. Люк попытался отбросить видение, но преуспел не больше, чем в прочих случаях, когда пытался уклониться от подобных мыслей. Видение осталось с ним. Люк представлял, как повинуясь тихой просьбе отца, сжимает руками лодыжки, ощущая небольшой дискомфорт в бедрах. Он чувствует прохладную кожу рук Вейдера, когда те пробираются под живот и тянут назад, удерживая Люка так, что задней частью бедер он касается одежды Вейдера, не дают согнуть колени. Другая рука Вейдера все еще касается его спины. И начинает медленно скользить вниз... Люк застонал, яростно выбрасывая видение из головы. Он услышал язвительные слова дяди Оуэна, сказанные много лет назад: «Будешь много мастурбировать, можешь ослепнуть». Люк рассмеялся немного истерично, думая, что сказать следовало бы так: «Если ослепнешь, будешь очень много мастурбировать». Но это была не просто мастурбация. Ведь будь так, Люку удалось бы с этим справиться. Но в этих видениях… была какая-то непреклонная сила власти Вейдера, который звал его к себе. Была близость, безличная, какая-то унизительная, но зато он чувствовал себя… целым. Было чувство принадлежности. И он хотел этого, ему это было необходимо. Когда он обрывал свои видения, чувствуя отвращение… появлялось также неудобное чувство зависти к Люку из фантазий. Полный взволнованных чувств, Люк поднялся с кровати и встал на ноги. Это было смешно. Его пижама намокла от пота, кожа была горячей. Упрямо игнорируя свое возбуждение, Люк стащил одежду и отбросил в сторону. Может, холодный душ поможет избавиться от одержимости… хотя предыдущие несколько раз это не помогло. Люк размеренно выдохнул и попытался сориентироваться в комнате. Люк никогда не видел обстановку. Он был слеп, когда Вейдер привел его сюда. И он по-прежнему слеп. Но ему удавалось ориентироваться на ощупь. Мягкий ковер под ступнями, затем гладкий пол, когда он вошел в освежитель. Люк вытянул руки перед собой, делая несколько осторожных шагов по скользкому полу. Его пальцы наткнулись на раковину, и он повернул кран с холодной водой, держа руки под струей и брызгая на лицо. - Есть более целесообразные способы избавиться от дискомфорта, - сказал голос позади него, и Люк сжал пальцами край раковины. Отец вошел в комнату позади него. Он даже не услышал. - Полагаю, есть какие-то возможности Силы, о которых я не знаю, - автоматически отозвался он, поворачиваясь лицом к своему отцу, хотя внутри все кипело от смущения – частично из-за того, что он стоял тут голым… и частично от тошнотворной мысли, что «дискомфорт», о котором говорил Вейдер, может относиться к видениям Люка. Что если он транслировал в Силу эти последние картинки? Он не мог вспомнить. Вейдер фыркнул в ответ на реплику Люка, звук странно исказился, пройдя через вокодер. - Я думал о чем-то более… практичном. Люк замер на месте. - Ч-что? – спросил он, пытаясь понять, что Вейдер имеет в виду. Пытаясь убедить себя, что Вейдер не знает о его видениях… - Люк… - начал Вейдер, но замолчал. Люк ждал. Когда Вейдер не продолжил, он заерзал. - Твое зрение по-прежнему не вернулось. Люк поморщился. - Не много тебе пользы от меня слепого, да? Когда Вейдер вытащил его из карбонита несколько дней назад, был момент, когда Люк был в разуме Вейдера, а Вейдер – в его. И Люк увидел планы Вейдера – планы устранить императора, узурпировать трон, реформировать империю… править как отец и сын. Планы отца были почти сказочными, по-детски наивными, и Люк был удивлен, найдя их в Дарте Вейдере. Однако в этих мечтаниях Люк не был слеп… - Потеря твоего зрения может быть легко компенсирована при помощи Силы. - Ну это… - Однако, - перебил его Вейдер, - твое зрение не потеряно. С твоими глазами все хорошо. Люк не ответил. Все это он уже слышал и раньше. Но сейчас в голосе Вейдера прозвучало едва сдерживаемое нетерпение. А что если терпение Темного лорда наконец закончилось? Пока Вейдер не трогал Люка – ни пыток, ни удушающего захвата… Люк полагал, что Вейдер просто хотел как можно скорее видеть сына готовым к реализации его планов. В этом Люк был с ним солидарен – чем скорее он выздоровеет, тем быстрее сможет сбежать отсюда. Если к нему вернется зрение, он сможет справиться с охранниками и попытаться удрать, добраться до какой-нибудь планеты. Таков был его первоначальный план. Теперь же… все так запуталось – и ему не становилось лучше. Люк услышал вздох Вейдера. И почувствовал всплеск опасений в ответ на усталый и раздраженный звук… Не открыл ли он свои мысли? Сколько мог услышать Вейдер? Он понял, что отец подошел ближе – прозвучали шаги по гладкому полу и звук респиратора стал громче. Он попятился торопливо, пока не уперся голым задом в край ванны. - Ты обдумывал свои планы очень громко, сын мой. Люк сжал челюсть. Рухнула хрупкая надежда, что Вейдер не знал его планов к бегству. - Мое единственное желание - это спасти мою душу, - ответил он наконец. Он не мог видеть Вейдера, и это только усугубляло ситуацию, он чувствовал, что теряет почву под ногами. Вейдер застал его врасплох, и Люк отчаянно боролся за сохранение самоконтроля. Он услышал, как Вейдер приблизился еще на один шаг, почти на расстояние вытянутой руки. Но Люк не собирался протянуть руку и проверить надежность его остальных четырех чувств. Еще один шаг. Плащ Вейдера коснулся босых ног Люка. - Но спасти от чего, сын мой? Люк вцепился пальцами в край ванны, чувствуя подавляющее присутствие Вейдера в Силе - а затем понял, что его отец подошел еще ближе, когда Вейдер провел рукой по щеке. Люк попытался отстраниться, но отступать было некуда. - Перестань, - прошипел он сквозь зубы. - Я не хочу. - Неужели? Но ты передаешь… свои желания… очень громко. Скажи, Люк, почему ты отказываешь себе в своих потребностях? Сердце Люка сильно забилось в груди. Вейдер говорил не просто о планах побега Люка. Он знал. Люк выдернул свой подбородок из пальцев Вейдера. - Потому что я знаю, как выбрать между добром и злом. И… и все это… неправильно… - Ты ведь не хочешь уходить отсюда – хочешь узнать меня, - продолжал Вейдер. – Ты говоришь себе, что хочешь вернуться к своим друзьям… но гораздо больше ты хочешь знать, что будет, если твои мечты воплотятся в реальность. Ты не желаешь делать этот выбор. Возможно… ты не хочешь иметь возможность видеть, чтобы тебе не пришлось выбирать. Люк ничего не сказал. - Ты никогда не пробовал просто отпустить себя, довериться своим чувствам? – спросил Вейдер с некоторым сарказмом в голосе, и Люк вздрогнул: эти слова были так похожи на те, что сказал ему Бен Кеноби однажды, очень давно. Тогда Вейдер добавил: - В конце концов, твои чувства когда-нибудь подводили тебя? Люк фыркнул. - Когда посоветовали мне лететь на Беспин, - горько ответил он. - Нет, - ответил Вейдер, его голос стал более торжественным. - Это твое сердце вело тебя. Твои чувства исходят из Силы. Они говорили тебе не сопротивляться твоему сердцу. Они говорят тебе не сопротивляться и сейчас. Люку не понравились эти слова – звучало так, будто он был марионеткой Силы. - Я выбираю не это. Я не буду таким как ты. - Таким как я? Это каким же? - Ты аморален. Ты убиваешь и пытаешь людей, чтобы получить то, что ты хочешь. Тебя не волнует ничье благо, лишь бы тебе было хорошо. - Это твое мнение или повстанческая пропаганда? Ты видел, чтобы я так поступал? Люк прищурился. - Я выбираю не быть таким как ты. Рука Вейдера снова слегка коснулась его щеки. - Тогда ты выбираешь одиночество. Одиночество. Ты выбираешь… мою жизнь. Ты не победишь так, Люк. Люк отвернулся. - Ты меня пытаешься запутать, - сказал он. Проклятье, ему хотелось видеть, чтобы хоть как-то контролировать ситуацию. Без зрения все остальные чувства обострились. Кожу покалывало от ожидания. - Я пытаюсь помочь тебе. - Помочь мне стать тобой! Вейдер молчал некоторое время. Слышно было только равномерное шипение респиратора. - Ты действительно веришь в это? Верит ли? Он не был уверен. Люк покачал головой и не ответил. - Ты неизбежно будешь страдать, как я страдал, если откажешься от меня сейчас, - сказал Вейдер. Люк закрыл глаза – никакой разницы, тьма в его сознании была бесконечна. Если бы он только мог видеть. Люк вздохнул. - Это хуже, чем застрять в шлеме штурмовика. Я чувствую себя… отрезанным. Он не понял, что пробормотал это вслух, пока Вейдер не ответил: - Тогда возможно нам следует попробовать другую тактику… объединить… тебя с твоими чувствами. - Что ты… - Люк замолчал, когда почувствовал руку Вейдера на щеке, а затем ощутил, как пальцы в кожаной перчатке проследили линию челюсти. Он отстранился, и ситх сделал шаг вперед, пока его бедра не прижали Люка к стенке ванны. Люк понял, что он в очередной раз ощущает превосходящую силу отца, его подавляющую волю – только на сей раз все было реально. - Перестань, - сказал он, когда другая рука Вейдера обхватила за талию, притягивая ближе, пока ноги Люка не оседлали бедро Вейдера и его член не прижался к грубой ткани. – Я не хочу… - Мы испробовали медицинское вмешательство. Но медики говорят, что с твоими глазами все нормально. Я пришел к выводу, что, возможно, ты не хочешь видеть того, что перед тобой, - сказал Вейдер. - Ох, - только и смог ответить Люк, так как Вейдер подтащил его ближе, бедра проехались по ноге Вейдера, и трение члена лишило его способности к связной речи. Вейдер усмехнулся. Звук получился слишком человечным, чтобы Люк мог приписать его Вейдеру. - Доверься своим чувствам. Люк. Он все еще не мог говорить связно, а потому даже и не пытался. Люк поднял руки, намереваясь оттолкнуть Вейдера, но обнаружил, что цепляется за ситха, а его пальцы зарылись в мягкую ткань. - Люк, - сказал Вейдер, и слова, казалось, эхом прозвучали в голове. – Отпусти себя. Дыхание Люка сбилось в груди. Руки Вейдера погладили по спине, медленно спустились на ягодицы, и Люк закусил губу в ужасе и многообещающем ожидании. Затем он ощутил покалывание Силы, чужеродное ощущение, когда палец Вейдера преодолел сопротивление сфинктера. Смазки не было, он не был готов, но, невероятно, больно почти не было. - Я… - начал Люк, но замолчал. Он не был уверен, что хочет сказать дальше. Будет ли это: «Я не хочу» или «Мне нужно больше». Он прикусил язык и промолчал. - Давай же, - сказал Вейдер, его слова плавно текли через разум Люка. Люк вздрогнул. Его член был болезненно напряжен. Он двигался – он ничего не мог с этим поделать, говорил он себе, Вейдер не позволил бы ему сейчас остановиться. Вейдер направлял его действия, опустив руку вниз, и палец в перчатке снова погрузился в Люка. Чувство заполненности от пальцев Вейдера глубоко внутри него ошеломляло, и он судорожно сглотнул, откинул голову назад, теряясь в ощущениях, и перед глазами промелькнул свет. - Что? – выдохнул он, выгибая спину, когда второй палец Вейдера нажал на вход. - Открой глаза, - сказал Вейдер – приказал Вейдер. - Я… я не понимаю, - выдохнул Люк. – Мои глаза открыты. А потом вцепился в отца с новой силой, когда второй палец преодолел сфинктер и проник внутрь. Он прижался членом к бедрам Вейдера. - Открой себя для меня, - сказал Вейдер. Часть его хотела сопротивляться – солдат Альянса хотел сопротивляться, герой Явина хотел драться. Но большая часть, та, которая признавала его запретные мечты, не хотела бороться вообще. Он снова прильнул к ситху всем телом. Люк вжимался в большое тело Вейдера, прохладная броня и жесткие линии респиратора давили на разгоряченную кожу Люка. - Мне нужно… - Тогда возьми то, что тебе нужно, - сказал Вейдер. Люк зашипел, когда пальцы Вейдера сместились и задели простату. Перед глазами мелькнул… свет. В отголосках чувств он поймал слабые очертания нависшего над ним Вейдера, удерживающего Люка напротив себя, острые контуры его маски в расплывающемся видении Люка. Ошеломленный, Люк прижался еще теснее, и видение снова промелькнуло в глазах. Цвета слишком яркие и резкие. Но они безусловно были. - Что? – выдохнул он. Вейдер ответил что-то. Но Люк не слышал. Мысли рассеивались, тело отдалось ощущениям, а другие его чувства терялись – все, кроме видения, которое мелькало с каждым сделанным движением. Люк мог думать только о том, что он делал прямо сейчас. Голый, прижатый спиной к стене освежителя, его ноги охватывают мускулистые бедра отца. Вцепившись в Вейдера, поглощенный его более крупным телом и броней, с головой, запрокинутой в смеси восторга и отчаяния, его тело пронизывало наслаждение, и Люк едва сдерживал желания. - Я не могу сдержаться… - Тогда не надо, - сказал Вейдер, и Люк осознал, что наконец понимает слова отца. Пальцы Темного лорда изогнулись, коснулись простаты и потерли чувствительный бугорок. Люк вздрогнул, дрожь прошла по всему телу, Люк снова и снова прижимался членом к бедру отца, создавая отчаянный ритм. - Давай же, - повторил отец. Люк подчинился. Оргазм охватил его с ослепительной интенсивностью. Руки дрогнули, мышцы скрутил спазм, и Люк судорожно сжал Вейдера. Мужчина хмыкнул – то ли от боли, то ли от удовольствия, Люк не был уверен, а затем видение вздрогнуло, свет и картинка вернулись с взрывоопасной силой, и Люк повис на Вейдере. Энергия и желание бороться покинули его, как только оргазм угас. Минуту оба молчали. Люк слушал свое прерывистое дыхание, более быстрое, чем равномерное и неизменное дыхание Вейдера. Глаза Люка были закрыты. Он не открывал их, боялся, что тьма вернется. - Люк, - позвал Вейдер. Люк не ответил, только плотнее зажмурил глаза. Часть его не верила в произошедшее только что, а другая часть надеялась, что это не окажется сном. Но все было слишком реальным. Он не мог этого отрицать. Не тогда, когда чувствовал, что Вейдер отрывает его руки от своего тела и позволяет соскользнуть вниз и осесть на край ванны, понимая, что ноги ему не подчиняются. - Открой глаза, - приказал Вейдер, и Люк подчинился. Он увидел – неясные очертания, оттенки серого в неосвещенном освежителе, контуры маски отца… но не имело значения, что именно он видел, важен был сам факт. Он мог видеть! Люк моргнул и поморщился – он так долго был в темноте, что даже светодиоды системы жизнеобеспечения Вейдера казались слишком яркими. Но он всё равно не мог отвести от них взгляд. - Я не верю, - сказал он. В памяти возник голос Йоды: «Вот поэтому ты и терпишь неудачу». Потерпел ли он неудачу? Рука обхватила его подбородок и вынудила поднять взгляд вверх, чтобы посмотреть на маску отца. Он видел бледное отражение своего лица в глазницах маски. Потерпел ли он неудачу? - Ты не понимаешь свою силу, сын мой. Люк моргнул – и увидел, что отражение тоже моргнуло. - Что ты от меня хочешь? Вейдер выпустил его подбородок и отступил на шаг. Люк вынужден был ухватиться за край ванны, чтобы устоять на дрожащих ногах. Темный лорд не ответил. Картинки из видений Люка снова вернулись к нему – образы Вейдера, берущего его, игнорируя его чувства. Было ли это тем, что случилось здесь? Уйдет ли сейчас Вейдер, не обращая внимания, что мир Люка раскололся на части? Был ли он таким же бессердечным, как Вейдер в видениях Люка? Вейдер начал отворачиваться. - Отец? – Люк вскрикнул громче, чем следовало. Вейдер снова вернулся к нему. У Люка зашумело в ушах. - Чего ты хочешь от меня? – снова спросил он. На мгновение ему показалось, что Вейдер все же развернется и уйдет, не ответив. Но в этот момент по телу разлилась волна тепла… чего-то от Силы. Это определенно пришло от Вейдера – и ничего подобного в своих видениях Люк не чувствовал. Теплая волна неясных эмоций от Вейдера. Это не был бесчувственный Темный лорд, сказал себе Люк, это был его отец. Это был он. - Чего я хочу? – переспросил Вейдер, прерывая мысли Люка. Вейдер наклонился ближе, и Люк ощутил теплое покалывание под кожей, нечто почти горячее, согревающее изнутри. Что-то опасное и опьяняющее. Люк не смог отвести глаз от отца, даже если бы и захотел. - У меня уже есть то, что я хочу, - сказал Вейдер. А потом, когда Люк сглотнул, добавил: - Пока. Конец.