Лучше снимите портрет

Бессмертная любовь - великий зодчий Немеркнущего храма красоты, Как твое имя разодрали в клочья, Присвоив праху!.. Хоть создатель - ты! Но смертная любовь твой носит титул! К ней выдумка примкнула. Их союз Всю власть над сердцем и умом похитил (Твоим творением), и дом твой - пуст! Лишь красота и ум вознесены, Везде и всюду - только эти двое, А ты! Во имя лишь твое святое От преисподней люди спасены... Но где хвала? - В перчатках грея руки Мы пишем письма о любовной муке!.. "Любовь", Джордж Герберт.

Я знал, что так и будет. Потому и взял с Минервы обещание. Тогда, сразу после битвы, она пообещала бы все, что угодно, такой виноватой себя чувствовала. Ей казалось, наверное, справедливо, что не помешай она мне переговорить с Поттером, дальнейшие события развивались бы по-другому, и многих жертв удалось бы избежать. Так ли это узнать невозможно. Минерву терзало чувство вины перед погибшими учениками, но сделать что-нибудь для них она уже не могла. А вот для меня… «Ах, Северус, все, что я могу для тебя сделать! Оставить в покое?! Забыть о твоем существовании?! Но, Северус! Хорошо, хорошо, если ты на самом деле этого хочешь… Да, я обещаю. Я никому не скажу, что ты жив. Я не буду тебя искать». Она обещала, но серебристая кошка сидит передо мной и смотрит прямо в глаза. Формально, свое слово Минерва не нарушила: она меня не искала, это сделал Патронус. - Гарри попал в беду! – мяукает кошка. - Это было неизбежно, - я пожимаю плечами. Человек, не желающий признавать своих ошибок, обречен на их повторение. Поттер мог применить неизвестное заклятье, мог, поддавшись на провокацию, угодить в ловушку, мог поссориться с министром, прочитав его личную переписку, пока тот ненадолго вышел из кабинета. Он мог сделать многое из того, что прежде сходило ему с рук. - Ты обещал защищать мальчика! – требовательно мяукает кошка. - Ты тоже кое-что обещала, - парирую я. Впрочем, надо отдать Минерве должное: Поттер не первый раз попадает в переделку, а ко мне она обратилась только сейчас. То ли случилось что-то из ряда вон выходящее, то ли чувство вины поистерлось. - Кстати, он уже не мальчик, - замечаю я. - Он взрослый женатый человек, отец, аврор, к тому же национальный герой. Кошка молчит и смотрит на меня укоризненно. Как же я не хочу возвращаться! Никто не может меня к этому принудить. Я никому ничего не должен! Я уже восемь лет, как мертв! - Что случилось с Поттером? Кошка не отвечает. Тает в рассветной дымке.