До последней капли крови...

Карл стоит у белого кипельного медицинского стола со множеством пробирок и разноцветными жидкостями. Каких тут только нет, наверное и радугу можно составить из этих пробирок, но в каждой ( надо понимать) яд. Яд для вампира из разных производных. Но чтобы он не использовал - ничто просто напросто не действует. Остается только один проверенный способ. И будут они мучиться или умрут сразу, зависит от концентрации. Холодные рассудительные, почти что змеиные глаза обратили внимание на закрытый цветок у небольшого окошка, осталось чуть-чуть. Это крайний поступок, но это и последний шанс - выход из его вечной задачи. Почему король вампиров хочет умереть - не известно никому, да и по сей день остается загадкой. Перед ними он не приносящий вред , беззаботный любящий дедушка, но Аято до сих пор что-то подозревает и осторожен по отношению к нему, испепеляет отца взглядом каждый день. Это мешает подойти к одной из трех Ев, но день настанет - шанс выпадет. Тучи разошлись и вышла полная луна, налитая алой кровью до предела. Луна, что пробуждает из года в год души, что покоятся в хрупких сосудах, что заставляет распуститься цветок вечности - "Полуночница". Темно-синий цветок потянулся к Луне, играя светом на своих лепестках, распуская при этом моментально наливающиеся алым лепестки, будто наливают кровь на него. - Вы разбудите желание мести настолько быстро. Ну, а пока пребывайте в сладком неведении. В колбу стали капать капли розоватой жидкости, наполняя сосуд. Будто он плачет перед тем как произойдет страшное. Но даже этот яд не может лишить его жизни, что очень печально. Его может убить только злость и ненависть сыновей. И только от руки самого сильного его возможно убить чем угодно, подпитывая самой лютой ненавистью. Кинжал и яд, но у кого он? Разъяснять долго, да и неплохое соревнование бы завязалось вокруг, которое бы потешило отца перед смертью. Корделия, Беатриче и Криста - три розы, что собрал в своем саду Хайнц. Три розы, что бросил он когда-то в своей оранжерее. Но он не жалеет о том что их три или о том что бросил. Во - первых больше развлечений и больше шансов умереть от фантазии " горячо любимых" сыновей, подлив огонь в незатухшее пламя, во - вторых он получил, то что желал, на тот момент прекрасных вампиресс. Сладко говорящую фиолетово-черную розу, кроткую и покорную белоснежную и строгую и холодную кремовую. Прекрасное сочетание с его лукавой натурой. Фарфоровые чашки с розоватой жидкость. приобрели лиловый оттенок. Сегодня он раз и навсегда избавится от остатков своих роз и подпишет смертный приговор невинных. Лео и Эмми мирно сидели за столом, пока Юи сидела на подоконнике, а Элизабет кружилась, словно пчелка рядом, вокруг да около них. - Милые леди, не против ли вы выпить прелестный чай из эссенции трех роз? - лукаво улыбаясь, предложил Карл. Три разноцветные фарфоровые чашки на серебряном подносе с вкусняшками, отчего у Эмми и Лизи загорелись глазки. Закат, лишь блекло оранжевая полоска разбавляет мрак, а на небе уж появляется Луна. Аято проснулся после отдыха и сладко потянувшись хотел было поцеловать женушку, как обычно разбудить ее нежным поцелуем и укусом бледной хрупкой шейки. Почувствовать ее вздрагивающее тельце. Карамельно-волосый парень хотел было попросить свою куклу об утреннем глотке ее чарующей разум крови, Райто хотел накинуться и предать лису , мирно спящую на подоконнике после недавней ссоры, наказанию, но... ... лишь синеватые бледные тела вампиресс они почувствовали на своих руках. Коу чуть не упал с перил лестницы, увидев разъяренного Аято. Карл мирно пил чай из фарфоровой фиолетовой чашки, наблюдая за птицами в беседке, как вдруг все что было на столике, оказалось разбитым. - Почему?! - вы видели или представляли Аято в слезах? Нет? Представьте. Слезы и гнев. Злость. Ненависть. Потеря дорогого... Он видел маленькое бездыханное тело Лиззи. Ощущал холод на руках. В тот момент даже вампиру, больному садисту на голову, было не все равно. Его терзало то, что он потерял сразу все и выводы, кто виновен, не стали долго себя ждать. - Потому что надоело терпеть полукровок под своей крышей. Развели мошек и радуетесь. Кем вы стали? Тряпки, а а не великий род вампиров Сакамаки. - холодно проговорил Карл. - Тошнит от Вас. Разве такими я вас воспитывал?! - Воспитывал?! Ты переспал с ними и сбежал, не думая о своих детях! Ах, простите , вампиры все такие, да нас люди изменили . - с сарказмом выговорил Аято. - Эти человеческие твари, должны были стать вашей едой, а не предметом обожания и плодоношения. Ты тряпка, а не мой сын! Удар за ударом посыпались на Хайнца, пока тот не оказался в розах, как некогда окровавленная Корделия лежала перед смертью. Кулак занесся было за порцией новых ударов. - Ты не сможешь убить, ведь я бессмертен. Ты бесполезен и не годен ни на что. Адам, что потерял Еву и рассудок. Он не мог ничего возразить хоть и кипела злость внутри. - Смирись со своей никчемностью. Вы все никчемны! - Поставь в этом точку, брат. - две тени нависли сверху. - Какие же вы никчемные! - и он залился довольным смехом. - Ты ошибся, мы сильны. - аловолосый взял кинжал и холодное лезвие вошло в некогда мертвое сердце. Мрак наполнил это место и все живое внимало происходящему. Особняк Сакамаки нагонял ужас побольше, чем раньше. Свинцовые тучи заволокли небо и лил дождь, чьи капли будто чугунные били о крышу, вонзались словно иглы в кожу. На заднем дворике, окруженным трехцветными розами, опускают черные лакированные гробы в свежевскопанные могилы. Малышка Энне и Мия жались к папе, пытаясь сглотнуть ком, что стоял в горле. Все слезы пролиты, все подушки влажные и лишь глаза стали красные на заплаканных личиках. Так же они больше жить не будут - это сломило. Но кто-то еще держится или пытается это показать. Мисаки, Шин и Юки молча стояли, ни проронив и слова, а по ночам малышку Мисаки мучали воспоминания детства, лучезарные улыбки родителей, доброе отношение, легкие ссоры и прощение ее проделок. Воспоминания, что будут вечно тревожить их души и они будут звать их бессонными ночами, уткнувшись в подушку, словно нашкодившие дети. Закопав могилки, почти все вернулось к своей обыденной жизни. Мрачный особняк. Шесть братьев. Шу, что спасается сном от утраты, убегая от суровой реальности в тот еще не забытый блаженный мир. Но сны однообразны и связаны только с одним человеком. Первая встреча... Субару, что проводит день изо дня в саду среди голубых роз и вместе с Канато ухаживает за могилками , если это можно так назвать. Райто живет девушками, пытаясь в них утонуть, но тщетно. Под конец он издевается над ними до смерти и идет на крышу, чтобы рассказать "духу Лео" как прошел его день и их совместных детей. Рейджи не вылезает из лаборатории, мучая себя одним и тем же вопросом "Зачем бессмертие, если воскресить ушедших не дано?" И король вампиров - Аято Сакамаки, что не выходит из комнаты Юи, молча сидит, смотря на их портреты - лучезарно улыбающейся малышки Лиззи и Юи. Все обычно, но нет... Они их изменили и они все почувствовали всю сладость, боль и горечь любви до последней капли...крови...