Измена

Спустя два месяца Бэкхён сидел в кафе и медленно пил апельсиновый сок. Он растягивал этот момент, когда мог посидеть в тишине и насладиться любимым напитком. Просто в оставшееся время, он буквально заваливал себя какой-нибудь работой. Ему это было просто необходимо, ведь только так можно было забыться. Достаточно было этих десяти минут в кафе и бессонных ночей, которые Бён проводил в раздумьях. На самом деле ему это все порядком надоело. Целых два месяца пыток, два месяца Бэк не видел Чанёля. Это конечно не сравнится с тем годом, что он пережил, но ведь тогда Бэкхён был одержим местью, а сейчас... а сейчас он не знал, что чувствовал. Тогда Пак отпустил его, сказал забыть все и уходить. Пусть месть не была осуществлена, но Бён почему-то был доволен такому исходу, по крайней мере ему так казалось в первую неделю. Потом он все чаще начал ощущать душевную пустоту, а тело не хотело забывать те мимолетные касания и легкий поцелуй в шею. Как бы Бэкхён не старался, но мысленно постоянно возвращался к Чанёлю. Он ненавидел его еще больше, за то, что Чан снова привязал его к себе, за то, что заставляет думать о себе. Ведь Бён не собирался прощать его, предательство так просто не прощают. Бэкхён вспоминает тот день и постоянно прокручивает его в своей голове. Вспоминает, как плакал Пак, какая горечь была в его глазах и те слова, которые давались с большим трудом. И вроде бы все хорошо, Бэк должен чувствовать удовлетворение за проделанную работу, но он его не чувствует. Наоборот, становится еще больнее. Ведь сейчас, когда парень якобы отомстил, появляется такое ощущение, будто он мстил сам себе. После того злополучного дня, Бэкхён и вправду больше не видел Чанёля. Контракт был разорван, а с ним и любая связь. Не то чтобы Бён искал встреч с Паком, просто хотелось узнать на сколько долго тот продержится и он держался. Уже два месяца, как держался и вовсе не давал о себе знать. Вместо радости и ликования, на Бэка нахлынула обида и разочарование. Он в который раз убедился, что абсолютно не важен Чанёлю, что тот снова врал, когда говорил о любви. Вроде бы должно быть все равно, ведь теперь можно жить пусть не совсем нормальной, но спокойной жизнью, но вот Бэкхён не может так, он почему-то не может просто взять и снова выбросить Чанёля из головы. Все странно, запутанно и до безумия неприятно. Звук зазвонившего телефона, вывел Бёна из задумчивости. Слава Богу, а иначе он бы снова погряз в размышлениях, наплевав на работу. - Да, менеджер, - спешно отвечает парень, увидев высветившийся контакт. - Бэкхён, Ты где? Хотя, в принципе не важно. Слушай, где бы ты не был, немедленно езжай в агентство "Пак-универсал"! Они вроде хотят подписать с тобой новый контракт, так что не подведи в этот раз. Удачи! Звонок уже сброшен, а Бэк продолжает удерживать телефон возле уха. Он просто не верит услышанному, а потом расплывается в довольной улыбке. Вот Чанёль и сдался, не выдержал и не сдержал слова. Конечно же Бэкхён поедет в это гребаное агентство. Нет, вовсе не для того, чтоб увидеть Пака, а просто, чтоб еще раз напомнить ему о том какой он жалкий. Такие оправдания придумывал себе парень, когда ехал в такси. Он уже предвкушал тот момент, когда встретится с виноватым взглядом, как Чанёль будет снова умолять простить его. Но Бэкхён будет непоколебим, ведь он все еще не простил того предательства. Разница только в том, что на этот раз он просто напросто не будет мстить. Эта месть причиняет боль не только Чану, но и самому Бэку. Выходя из лифта и направляясь в приемную, Бён чувствовал ощутимую дрожь в теле. Вся решимость испарилась в миг, а ноги предательски подкашивались. Он не понимал причину своего такого самочувствия, но догадывался, что дело все-таки в директоре этого проклятущего агентства. На удивление Бэкхёна, в приемной сидел совершенно не знакомый ему парень. В голове промелькнула мысль, что Пак уволил ВуМина, после того случая. Хотя, разве мог он так поступить со своим другом? Это было немного странно. Возможно теперь Чанёль изменился, стал другим и решил поиздеваться над Бэком? - Вы господин Бён? Директор уже ждет вас, - улыбнулся сидящий за столом парень и указал на дверь в кабинет. Бэкхён кивнул и, немедля ни минуты, вошел внутрь. Увиденное поразило его до глубины души, теперь он вообще ничего ни понимал и абсолютно запутался. На том самом месте, где по логике должен был быть Чанёль, сидел ВуМин и довольно улыбался. Что-то подсказывало Бёну, что все это не к добру. А еще и разочарование снова заполнило душу. Он так хотел увидеть Пака, то есть хотел напомнить ему что-то... не важно. - Здравствуйте! Вот мы снова встретились. Проходите, присаживайтесь, - вежливо предложил Мин и Бэк опустился на одно из кресел, пытаясь скрыть нервную дрожь, - Не понимаю, почему прошлый контракт был разорван, полагаю из-за ваших личных причин. Но я решил заключить с вами новый, так как... - Стоп! Что значит, ты решил? А как же Чанёль, разве не он директор? - перебил Бэкхён, требуя объяснения всему происходящему. - Господин Пак, временно отсутствует и я его замещаю, - Мин не перестает улыбаться и подходя ближе к Бёну, садится напротив, - Возможно я останусь директором навсегда, - добавляет он, закидывая ногу на ногу. Бэкхён до сих пор не мог ничего понять. Он просто не верил, что Чанёль передал кому-то бразды правления. Ведь Чан так долго ждал того момента, когда отец допустит его до якобы семейного бизнеса. Он любил свою работу и не мог так просто отказаться от нее. Только если... не может быть! Неужели, Пак сделал это из-за ссоры с Бёном? Неужели бросил все, чтобы уж точно не состыковаться? - А где же все-таки, господин Пак? - дрожащим голосом спрашивает Бэк, на что Мин удивленно изгибает бровь. - А вы не знаете? Ответом становится отрицательное покачивание головой и еще более взволнованный взгляд. - Почти два месяца назад, Чанёль попал в сильную автокатастрофу. Сейчас он лежит в больнице и находится в коме. Врачи не знают, когда он придет в себя, да и придет ли вообще, - с горечью произнес Мин. И в этот момент Бэкхён кажется умер, ну по крайней мере ему так показалось. Он отказывался верить в услышанное, отказывался принимать все это. Заболело абсолютно все тело, а сердце было готово вырваться из груди. Бэк не помнил, как вышел из кабинета, как бежал к лифту, как сел в такси и как спешно назвал водителю адрес больницы. Он помнил только то, что сказал ему ВуМин. Чанёль был в больнице все это время, а Бэкхён даже не подозревая об этом, продолжал ненавидеть его и упрекать в неискренности. Сейчас он чувствовал вину за свою нелепую гордость, которая не позволила ему самому узнать, что-нибудь о Чане. Ведь, как бы Бён не ненавидел, как бы до сих пор не обижался, но он даже представить не мог, мира в котором не будет Чанёля. Пусть бы они не виделись, пусть бы их разделяли обиды и расстояния, но просто хотя бы знать что Пак жив и в порядке, этого было бы достаточно. Рыдая и дрожа от переизбытка эмоций, Бэкхён забежал в больницу, сразу же направляясь к регистратуре. - В какой палате находится, Пак Чанёль? Сидящая за столом медсестра надменно посмотрела на зареванного парня. - Пак Чанёль находится в палате 302, но туда можно только родственникам. - Я его парень, - выпаливает Бён и больше ничего не слушая, бежит в названую палату. Резко затормозив возле нужного места, Бэкхён постарался немного отдышаться. Если честно, то он боялся заходить внутрь, боялся того, что может там увидеть. Он до последнего надеялся, что это какая-то ошибка, и сейчас он зайдет, а там будет вовсе не Чан. Бэк осторожно надавливает на ручку и открыв дверь медленно входит внутрь. Слезы новым потоком хлынули из глаз, а ноги абсолютно обессилили. Из-за чего парень опустился на пол. На больничной кровати, лежал Чанёль, он был подключен к множеству аппаратов, которые, скорее всего, и поддерживали его жизнь. Его глаза были закрытыми, кожа бледной, а грудь едва заметно вздымалась при дыхании. - Чани, Чани... - повторял Бён, подползая к кровати. Он коснулся теплой щеки и зарылся пальцами в темные волосы Пака. Он был таким родным, таким близким, только совсем не реагировал на прикосновения. Складывалось такое впечатление, будто он уже мертв. И это вовсе не устраивало Бэкхёна. Он не хотел отпускать его, не хотел терять. - Пожалуйста, Чани, приди в себя. Я уже не сержусь на тебя и не хочу той свободы, что ты дал мне. Я хочу быть с тобой, хочу чтоб ты был всегда со мной, живой и невредимый. Пожалуйста не оставляй меня! Давай попробуем еще раз, начнем все сначала, только не уходи. Останься со мной. Наверно в этот момент, в первые за долгое время, Бэкхён был искреннен перед Чанёлем и собой. Он не притворялся, не играл никаких ролей. Он говорил то, что чувствовал, что шло от души. Ведь он действительно хотел снова быть с Паком.