Невиновен

       Гордон сидел на старом деревянном стуле, откинув голову назад и приоткрыв рот. Можно было бы решить, что физик-теоретик мёртв, если не знать, что последнюю неделю он постоянно спит в таком положении, ни разу не переместившись на такой же старый, как и стул, диван с пружинами, впивающимися в спину и зад. Фримен отключился совсем ненадолго, но этого хватило, чтобы Барни Калхун сумел подкрасться к другу незамеченным. - Доктор Гордон Фримен, немедленно явитесь в тестовую камеру! - заорал Барни так, что Гордон чуть не свалился со стула от неожиданности. Резко распахнув глаза, он принялся истерично шарить по столу в поисках своих очков. А надев их и обнаружив перед собой корчащегося в смехе Калхуна, укоризненно взглянул на него. - Видел бы ты своё лицо, мистер Фримен, - Барни сел на диван, поморщившись от неприятного ощущения пружины в пятой точке. - Почему бы не поспать нормально?        Фримен пожал плечами, хотя прекрасно знал ответ на вопрос друга. Калхун и сам знал ответ. Близится день, когда новый штаб Сопротивления будет обнаружен Альянсом и задача Гордона — придумать план.        Им многое удалось. Сопротивление теперь — не просто куча людей, играющих в партизан. Но чтобы победить этого недостаточно. А отступать слишком поздно. Все возлагали надежды на физик-теоретика с Черной Мезы. «Если бы я мог что-то кардинально изменить...» - Тебе надо расслабиться. Мир не разрушится, если ты один вечер побудешь с друзьями, а потом выспишься, - Калхун начал рыться в сумке, с которой пришел. Фримен вскинул бровь, не понимая, на что намекает Барни. Но тот достал бутылку с прозрачной жидкостью без этикетки и Гордон сразу понял, о чем речь, отрицательно помотав головой. - Да ладно тебе, доктор Фримен! - возмущенным тоном сказал Барни, - давай. Выпьем, поболтаем...        Гордон посмотрел на друга, словно на идиота. - Я серьезно, - между тем, Калхун достал из сумки два стакана. - Знаешь сколько я не слышал твой голос? Соскучился, аж зубы сводит, - Барни хохотнул, открывая бутылку. - Конечно, я должен тебе пиво, но пива у меня нет, зато есть водка...        Спорить с экс-охранником было бесполезно. Он все равно сделает всё по-своему. Смирившись со своей участью, Фримен поправил очки и придвинулся поближе к столу, сметая чертежи в сторону, чтобы не испортить их.        Первая порция заставила редко пьющего Гордона скривиться и съежиться. Барни засмеялся, отпустив пару шуточек по поводу мягкотелости Фримена. Тот было хотел напомнить другу, через что пришлось пройти физику-теоретику и сколько существ поубивать, но плохого качества водка не давала по натуре молчаливому мужчине произносить слова.        Следом за первой стопкой последовала вторая. Почти сразу же. На этот раз Гордон выдержал ее с достоинством, но желудок предательски заурчал, говоря о том, что лучше бы доктор философских наук поел бы, а не пил что-то отвратительное. Барни опять пошутил на эту тему.        После третьей Гордон расслабился, распластавшись по стулу. - О Боже, мы его теряем! - усмехнулся Калхун, а Фримен расплылся в идиотской улыбке. - Нда, мистер, пить Вы ни черта не умеете. - Зато у меня есть запас морфина в костюме, - вдруг заговорил Гордон, удивившись своему собственному голосу — таким пьяным он еще никогда себя не слышал. - О, заговорил! - обрадовался Барни, наклоняясь к другу, - песня для моих ушей. - Отстань, - вяло отмахнулся Гордон, закинув ноги на стол, Калхун отшатнулся. - Из-за тебя я недееспособен. - О. Недостаточно пьян, если можешь еще выговаривать такие слова, - Барни налил четвертую, Фримен измученно вздохнул. И выпил.        Он слишком долго жил в постоянном напряжении. Ни минуты покоя, доктор Гордон Фримен спасал мир. Когда остальные считали его супергероем в оранжево-черном металлическом костюме, Гордон чувствовал себя проклятым. Ощущал себя в чьей-то игре и постоянно видел во снах зелёные глаза с отливом синего и слышал голос: «Проснитесь и пойте, мистер Фримен». Ему действительно была необходима передышка.        В комнату зашла Аликс. Она вытирала голову полотенцем, подозрительно косясь на апатичного Гордона и хихикающего Барни. - Что у вас здесь? - поинтересовалась она. Фримен даже не соизволил отреагировать на нее, Калхун встал. - Ну, твоя очередь. Разбирайся с ним, - заявил он и, продолжая мерзко хихикать, направился к выходу. Аликс сделала пару шагов к Гордону и в ее нос ударил резкий запах алкоголя. - Ты его накачал! - осенило Вэнс, но Барни уже скрылся за дверью. Аликс выдохнула, отложив полотенце.        Гордон бормотал что-то себе под нос, машинально поправляя очки, слетевшие на самый кончик носа. - Гордон, ты тут? - Аликс наклонилась к нему, Фримен открыл один глаз и поднял бровь. - Здарова, - поприветствовал он ее и Вэнс от неожиданности отшатнулась. В ее голове промелькнула мысль о том, что Гордона следовало бы спаивать почаще, чтобы он хотя бы изредка говорил. - Привет. - девушка усмехнулась. - Иди спать. - Неее, - Гордон пьяно замотал головой, - мы тут с Барни беседуем. - Твой Барни смылся, как только почувствовал надвигающуюся опасность в виде меня, бросив тебя на произвол судьбы, - Аликс хмыкнула, разглядывая физика-теоретика. Фримен в черном свитере с горлом на молнии и окосевшим взглядом напоминал ей плюшевого мишку. - Вот паразит, - раздосадованно произнес Фримен, нахмурился, - хуже хэдкраба... - Давай я тебе помогу, - Вэнс потянула Гордона за руку, чтобы он встал, а когда доктор философских наук встал, потащила его к дивану.        Было очевидно, что в самом конце Фримен не удержит равновесие и повалит не очень хрупкую, но все же девушку, на старые подушки. Аликс шумно выдохнула, упавшее тело физика выбило из нее дух. Гордон замер, пытаясь сообразить, что происходит. - Гордон, я понимаю, что у меня мягкая и удобная грудь, но мне нечем дышать, - произнесла Вэнс, спихивая пьяного друга с себя. Фримен не сопротивлялся. - А я ведь я тебя помню еще вот такой... - неожиданно заговорил Гордон в подушку, пальцами показывая, «какой» он помнит Аликс. - Совсем маленькая...        Вэнс замерла, вслушиваясь в слова физика. Она нечасто слышала его речь, а уж о ней речь в его разговорах заходила крайне редко. - Это я виноват, - заявил Гордон. - В том, что происходит, виноват я. И в смерти твоей матери... - Нет! - возмутилась Вэнс. - Ты не виноват в этом. Ты просто делал то, что должен был. - Если бы я не сунул чертов кристалл под луч, - Гордон смотрел прямо в глаза девушке. - Если бы не вызвал каскадный резонанс...Ты бы жила в нормальном мире и...        Аликс судорожно пыталась решить, как бы заткнуть Фримена, пока он не наговорил еще больше чепухи, чем есть сейчас. Никаких вариантов, кроме как поцеловать друга, у нее не нашлось.        Гордон не сразу понял, что она делает и что нужно делать ему. Но когда осознание пришло, он закрыл глаза, обнял девушку и ответил на поцелуй. Все размышления о виновности кого-либо в происходящем сразу улетучились, а мысли слегка прояснились. Но поцелуй длился недолго — Аликс Вэнс отстранилась. - Ты ни в чем не виноват, Гордон, - заверила она его. - Мы должны быть благодарны тебе за то, что ты делаешь, - с этими словами Аликс встала с дивана, заставив его скрипеть. - Спокойной ночи, доктор Гордон Фримен. - Спокойной ночи, Аликс.        Мистер Фримен еще долго смотрел вслед силуэту девушки, даже когда она скрылась за деревянной дверью с облупленной краской.