Любовь или Ненависть

Я провёл в этой комнате по крайне мерее четыре дня. Лира приносила мне еду и делала перевязки, при этом не произнося ни слова, как бы я ни пытался её разговорить. Самое странное во всём этом было то, что она приходила ко мне в одно и то же время, прямо как часы и ни минутой позже. Не знаю почему, но с каждым разом я всё больше ей доверял. Возможно, всё дело было в её предсказуемости? Или в том, что она ещё ни разу не попыталась меня убить или укусить? Не знаю. И вот на пятый день пребывания в этой роскошной и не совсем мне уютной комнате я, наконец, смог выйти из неё и… заблудится в бесконечных коридорах и комнатах. «Чёрт, да сколько же здесь дверей?» — думал я, открывая очередную комнату. Там оказалась ванная, если её можно было так назвать. Сама ванная и раковина были из чёрного мрамора, позолоченные по краям. А кафель, по-моему, был из жемчуга, ну не шарю я в камнях. И, кстати, это уже была шестая ванная на этом этаже и каждая была отличной от другой. Конечно, если у вас повернётся язык назвать джакузи или бассейн длиною в двадцать пять метров ванной. В конце концов, я забрёл в столовую, хотя должен сказать, что это не было похоже на кухню просто ни в какой мере. Посередине стоял хрустальный столик рядом с ним дизайнерские эксклюзивные кресла, обшитые бархатом и такой же диван. Комната была очень светлой, за счёт огромного окна из пули не пробиваемого стекла отличного качества, как я заметил они все состояли из него. В углу притаился камин в мой рост величиной и холодильник, стоявший рядом со входом в коридор. Думаю, вы уже поняли, что все комнаты «особняка» были исключительными и по королевским меркам. В холодильнике еды не было. Там, вообще, ничего не было. — Ну и где ж здесь еда? — бубнил я себе под нос. — Явно не в шкафу, — ответил насмешливый голос. Я обернулся и почувствовал себя идиотом. — Доброе утро, Лира, — поприветствовал её я. Она была, как всегда превосходна и совершенно не вписывалась в окружение в своих старых потёртых джинсах, футболке и босиком. — Утро добрым не бывает, если оно начинается до захода солнца, — ответила она, жестом указывая идти за ней. Я сразу же вспомнил Анну и грустно улыбнулся. После многочисленных поворотов, на восьмом я уже сбился, мы вышли на кухню. Вот теперь это точно была кухня, потому что я признал в одном из шкафов и произведений искусств настоящий холодильник. Сама кухня почти вся состояла из нержавейки, там даже был маленький островок посередине с висящими сверху сковородками. И две плиты, жизнью ручаюсь, что одна из них электрическая, а другая газовая. Времени зря не теряя, я выудил из холодильника яблоко и, сев за стол из красного дерева, начал жадно его уплетать. Лира же порылась в морозилке и вытащила пакет со странной жидкостью внутри. Я поднял бровь, когда понял, что там была кровь. — Что? Лучше, чтобы я пока ты спишь ходила в ближайший городок и ела там из прямого источника? — спросила она, сложив руки на груди и в упор глядя на меня. — Меня всё и так устраивает, — сухо ответил я, отодвигая от себя дважды откусанное яблоко и борясь с внезапным приступом тошноты. Я посмотрел на неё, она рылась на полках и спустя пару секунд вытащила трубочку. Выглядела она при этом такой милой, слабой и беззащитной, прямо-таки ангел. «Нет, не могу представить её в такой роли», — думал я, не отрывая от неё глаз. — Может, перестанешь пялиться и дашь мне спокойно поесть? — проворчала она, садясь на островок из нержавейки. — Извини, — я тут же потупил взгляд. — Возьми, — сказала ангел, кидая мне свёрток. — Что это? — спросил я, ловя его на лету. — Карта дома и твой кол, — спокойно ответила она, делая маленький глоток через трубочку. — Запомни всего три вещи. Во-первых, в подвал тебе вход строго-настрого запрещён. Увижу тебя там убью, а тело доставлю родителям по частям. Во-вторых, если ты не будешь меня доставать, то и я забуду о твоём существовании, а я точно уверена моё общество тебе «очень» нравится, поверь мне твоё не меньше. В-третьих, пока ты в этом доме будешь слушаться каждого моего слова. Скажу беги — ты побежишь, скажу прячься — ты спрячешься, скажу иди в свою комнату и не высовывайся… — Я пойду в свою комнату и не буду высовываться, — бесцеремонно перебил её я. — Хорошо, но только если ты ответишь на мои вопросы. — Спрашивай, — настороженно отозвалась Лира. — Как я здесь оказался? Почему только я? Что ты собираешься со мной делать? — загибал пальцы я. — Тебе просто повезло, что я проходила мимо. Вот и подобрала тебя — это первый ответ. Когда твой отец был одним из нас он оказал мне одну услугу, и я была у него в долгу, а свои долги я отдаю — это два. А что касается третьего, то тут и так всё понятно. Ну на кой ты здесь мне сдался? У меня и без тебя проблем и забот навалом, выздоровеешь и иди на все четыре стороны, — ответил ангелок. — Значит, ты меня отпустишь? — уточнил я. Она кивнула. Я тяжело вздохнул и собрался с духом, чтобы задать самый волнующий меня вопрос за всё пребывание здесь. — Ты одна здесь живёшь? — спросил я, молясь на положительный ответ, но к сожалению бог сегодня был не на моей стороне. — Нет, ещё двое моих подчинённых Шон и Кира, новообращённые. Для тебя, даже в таком состоянии не несут угрозы, но приставучие страшное дело, вот за этим я и вернула тебе кол. Буду безумно рада если ты их заколешь, у самой рука не поднимается. Они же такие идиоты, а идиотам помогать надо, — сказала Лира. Я развернул свёрток. Там действительно был кол, да ещё какой. С рукодельной гравировкой, отображающей символы одиннадцати королевских семей не включая Драгомиров. Такие уже лет триста не делают. Пока я восхищался колом Лира допила свой «томатный сок», выкинула пакет и покинула комнату. Я решил провести разведку, взял карту в руки, заткнул кол за ремень джинсов и пошёл рассматривать замок. Кстати, я уже упоминал о том, что в моей комнате каким-то чудом оказалась одежда моего размера, вернее, целый шкаф с одеждой? Сейчас на мне были чёрные джинсы, серая безрукавка и кроссовки. Такая предусмотрительность хозяйки потихоньку начинала меня пугать. Чего только в этом замке нет: и кегельбан, и балетная комната, и даже баня. И конечно же, все в королевском оформлении. «Осталась ещё одна комната», — крутил в руках карту я. Зайдя в неё, я увидел, на моё удивление, совершенно нормальную комнату с выходящими из неё ещё четырьмя дверьми. Там был серый ковёр с такими же серыми стенами и одно нормального размера окно, два дубовых стола обычного размера с компьютерами посредине, за которыми сидели два стригоя, парень и девушка, которые судя по телосложению раньше были людьми. Я немедля выхватил кол и встал в защитную стойку, ожидая их действий. — Привет, ты Владимир? — спросила девушка. Я обратил своё внимание на неё. Она была красивой, стройная с волосами цвета ржи, едва прикрывающими уши и поистине модельным ростом. С учётом моего метра девяносто трёх сантиметров, она была выше меня чуть ли не на полголовы. Одета она была в белую блузку, кожаную красную мини-юбку и кожаные сапоги, достающие ей до колен. — Да, — ответил я, немного расслабляясь, но по-прежнему держа кол в руке. — Мы тебя не тронем. Меня зовут Шон, а она Кира, — откликнулся парень с чёрными волосами, достающими ему до пояса и заплетёнными в косу. На нём была серая футболка, байкерская кожаная куртка, такие же джинсы и кроссовки. Он был со смуглой кожей, что очень даже странно для стригоя. А они определённо ими являлись, что доказывали их глаза и клыки. — Ты, правда, из семьи Беликовых? — вновь спросила Кира. — Я о них слышала. Поговаривают, что это чокнутая семейка, но при этом ещё и самая сильная из всех и ей не следует переходить дорогу. Ты настоящий красавчик, девушка есть? Под конец своей тирады голос девушки стал томным и игривым. Я же просто оторопел от последнего вопроса, хорошо, что Шон пришёл мне на помощь. Мне вот этот парень уже начинает нравиться. — Да что ты к парню прицепилась. Его чуть в кровавое рабство не отдали, а перед этим ещё и почти все рёбра переломали, — упрекнул он Киру. Она надула губы и стала выглядеть как маленький ребёнок, которому после съеденной тарелки супа отказали в двойной порции десерта. Я с трудом сдерживал улыбку, смотря на это действо, как до меня дошли слова Шона. — В рабство? — переспросил я. — Ага, Лира разве тебе ничего не рассказывала? — спросил он в ответ, на что я покачал головой. — Это совершенно неудивительно, она же партизанка. Черта с два из неё хоть слово вытянешь, — ворчала Кира, снова обращая своё внимание на компьютер. — Согласен с Кирой, — вставил Шон. — Если вкратце, то тебя нашёл какой-то стригой без сознания и решил выменять на солидный мешок денег, притащив на дампирский аукцион. Лира проходила мимо, а так, как он был незаконный по стригойским меркам прикрыла лавочку и забрала тебя с собой. — У стригоев есть законы? — всё больше удивлялся я. Они уже хотели ответить, как раздался крик по всему замку. — Шон, Кира, где эти чертовы документы? Они нужны мне сейчас, а не через год! Так что немедленно подняли свои задницы и спустились в подвал! — проорала Лира, видимо, из подвала. — Нам пора, иначе она нам головы поотрывает, — сказал Шон, сгрёб все бумаги со стола в кучу и вылетел из комнаты. — Потом ещё как-нибудь поболтаем, — попрощалась Кира, следуя за ним. Я, решив, что на сегодня приключений хватит, побрёл в свою комнату, где меня наверняка ждал мой ужин. «Как же всё это странно. Я здесь уже пять дней, и с каждым из них вопросов становится всё больше и больше: Законы стригоев? Причина моего спасения? Мне действительно нравится Лира?»