Хорошее начало дня
13 ноября 2014 г., 15:05
Моё утро началось на удивление спокойно, чего не скажешь об вчерашнем вечере.
Сразу после ужина мне устроили полный разнос в гостиной.
— Владимир, почему именно она? — серьёзно тихо и несколько пришибленно, спросила мама.
Сейчас я и мои родители впервые после того случая с поездкой остались наедине.
— Я не могу этого объяснить, — также тихо отвечал я, зная, что у стригоев особо чуткий слух.
— Попытайся, — попросил отец. — Мы не сможем долгое время защищать ее от недовольных мороев.
— Знаю, но она не такая, как остальные. И я имею в виду вовсе не мои чувства к ней. Просто дайте ей шанс, — почти умолял я.
— Мы сделаем все возможное, но если она допустит хоть одну малейшую оплошность мы не сможем ей ничем помочь, — ответила мама.
— Я не позволю этому случиться, — мгновенно ответил я.
— Мы дадим ей возможность узнать нас и рассказать о себе. Надеюсь, что она ей воспользуется, — проговорил отец.
— Спасибо, — я не помню, когда в последний раз чувствовал такую сильную поддержку со стороны родителей, возможно это даже было впервые.
Но несмотря на это этот разговор засел у меня в голове и оставил неприятный осадок.
«Почему же я раньше ничего им не рассказал? Раньше у нас не было секретов».
Этот день меня ужасно вымотал и я не заметил как уснул.
Ну, а сегодня Роза уже ушла на работу, Дмитрий пришёл с ночной смены и сразу лёг спать, Анна и Кэт уехали в город за какими-то деталями, у меня был выходной.
На часах было 10:03 и я, со спокойной душой, перевернулся на другой бок и закрыл глаза в попытке её поспать, но моим мечтам сегодня не суждено было сбыться.
Дверь в мою комнату открылась и вошла Лира в обтягивающей топе и чёрных джинсах.
— Вставай. По милости Морисоль, я сегодня начинаю преподавать и мне нужно быть на месте в одиннадцать, а, так как разгуливать по двору самостоятельно я не могу, тебе придётся меня проводить, — с ходу заявила она, после чего тут же покинула мою комнату.
— Ага, — сонно ответил я и, убедившись, что Лира ушла, завалился обратно в кровать, поплотнее закутываясь в одеяло.
Минут так через пятнадцать я спал мёртвым сном, но этот «ангелочек» снова заявилась в мою комнату.
— Я неясно выразилась? — угрожающе спросила она, определённо сверля меня своими красными глазами.
— Ещё пять минуточек, — прохрипел я, полностью её игнорируя.
— Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому, — ответила Лира и удалилась из комнаты, на что я лишь сладко зевнул и остался в неподвижном состоянии.
Чуть позже я услышал, как открылась моя дверь, тихие шаги, приближающиеся к кровати, и… на меня полилось целое ведро ледяной воды! Подскочив чуть ли не до потолка, я запутался в одеяле и слетел с кровати прямо на смеющуюся Лиру.
— Ты мне за это ответишь. — угрожал я, стряхивая с себя воду прямо-таки на неё.
— Как же мне страшно, ха-ха-ха-ха. — продолжала смеяться она, ловко уворачиваясь от капель.
Далее, картина маслом: я, весь мокрый, буквально лежу на улыбающейся Лире. И кто ж знал, что именно в этот момент Анне взбредёт в голову прийти ко мне в комнату?
— Влад… я… это… попозже зайду, — выдавила из себя она, точно неверно истолковав ситуацию.
— И как мне им всё теперь объяснять? — спросил я, глядя на дверь.
— Мне-то почем знать? Слезь с меня, — свалила всё на меня Лира.
— Ну щас, ты теперь мне должна, — заявил я, переведя взгляд с двери на её лицо.
— С чего бы это? — подняла одну бровь она.
— А если бы ты меня заикой оставила? Я никогда бы не смог найти себе девушку и хорошую работу. Ведь я не смог бы нормально отдавать приказы, да и все стригои меня и за километр слышали, а, значит, умер я в нищете и одиночестве, — драматизировал я, придумывая на лету.
— И это моя расплата? — спросила она, хитро улыбаясь.
— Размечталась, — ответил я, вставая и протягивая ей руку.
На моё удивление она её приняла.
Я сходил в ванную, переоделся и мы вместе спустились вниз, где застали почти всю мою семью за столом, отец решил не сегодня не обедать.
«Судя по их лицам Анна уже всё успела им рассказать», — думал я, осторожно садясь за стол и начиная есть очень запеканку.
— Поверить не могу, что ты научился готовить, — воскликнула Анна, уплетая запеканку.
— Это не я, — ответил я, уже начиная заподозривать неладное.
— Я её приготовила. Она не отравлена, — сказала Лира, наблюдая за нашей реакцией.
— А я-то думаю какая-то она знакомая, — сказал я ей, вспоминая тот случай у неё дома.
— Надо было себя чем-то занять, а понаблюдав за вашими… приёмами приготовления пищи, я не была уверена, что всё вами приготовленное было съедобно, — изложила свою точку зрения Лира.
— Что правда, то правда, но готовишь ты превосходно. Когда ты так приноровилась? При жизни? — спросила её мама.
— Нет, при жизни и, в последующие лет так тысяча шестьсот меня на кухню и за километр не подпускали. Потом мне на голову свалилась моройка, которую надо было кормить, да и при всём при этом, ела она чрезвычайно много и была гурманкой, — скривила нос Лира от этих своих воспоминаний.
Когда стало ясно, что дальше она рассказывать не будет мама попросту кивнула.
Я всё ждал, когда же рванёт бомба, а рванула она после обеда, когда все доели и собирались уходить по своим делам.
— Может, вы не будете заниматься «этим» у нас дома, вы же здесь не одни?! — спросила Анна, положив голову на сложенные руки.
Только я набрал в лёгкие воздуха для ответа, как меня опередили.
— Ты о чём? — осведомилась Лира так, как будто это её совсем не касалось.
— О том, что произошло наверху, — наступала близняшка, явно не желая уступать.
— Там что-то произошла? — как бы искренне недоумевала Лира.
— Не строй из себя дурочку. Вы лежали на полу в его комнате в обнимку! — чуть ли не орала Анна.
— Вы всё не так поняли. Владимир упал на меня, когда я пыталась его разбудить, а разбудить его я хотела по причине моего преподавательства. Между нами ничего нет и быть не может. Это всё элементарно исключено, — «разъяснила» ситуацию Лира.
— С чего ты взяла, что между нами ничего не может быть? — наехал на её слова я.
— Потому что нет и не будет между нами никаких чувств, — заявила она, обратив всё своё внимание на меня.
— Не решай за меня. Может, я люблю тебя? Ты об этом не подумала? — окончательно вскипел я.
— Простая детская влюблённость, она быстро пройдёт, — сохраняя ледяное спокойствие, сказала она.
— Детская влюблённость! А не ты ли от души смеялась в моей комнате, — орал я, вскакивая со стула.
— Тебе показалось. Я стригой, для слабоумных объясняю они не могут чувствовать, — прошипела, выходя из себя, Лира и, прежде чем я успел ей возразить, добавила. — Я больше не собираюсь поддерживать этот глупый, детский спор. Разговор окончен.
После чего она встала и с огромной скоростью покинула комнату, не забыв при этом хорошенько грохнуть дверью, ведущей в подвал. Я без сил свалился на стул, опустив свою голову к себе на руки.
— Надеюсь, ты довольна, — сказал я и, почувствовав острое нежелание находиться на кухне, ушёл.
Анна мне не ответила.
