Начальник тоже умеет любить

Утро утром, а вставать не хотелось. Так думал Тецуя, слушая трель звонка, который оповещал его о том, что кто-то пришел. Хотя догадаться было совсем не сложно, ведь этот кто-то вчера сказал, что заедет за ним. Но... Какого лешего это происходило в полседьмого утра? С неохотой поднявшись с кровати, Куроко быстро пошел открывать дверь своему раннему гостю, ибо тот уже готов был выломать ее. Как только преграда в квартиру исчезла, красноволосый парень, что стоял по ту сторону порога, мгновенно преодолел расстояние, что было между ним и Тецуей, заключая последнего в объятия. Ни единого слова, ни единого звука не произнес никто из них. Все было и так понятно. Эти объятия многого стоили для Сейджуро. Он прижимал к себе родное и столь любимое тельце, словно боясь его потерять. Всего одна ночь прошла, а ему казалось, что вечность. - Сейджуро-кун, - тихо, хрипло прошептал Тецуя, чувствуя, что его сжали в объятиях до такой степени, что стало трудно дышать. Еще немного, и он может потерять сознание, но в следующий момент его подхватили на руки и куда-то понесли. Вариантов было совсем немного, ведь квартирка маленькая, поэтому самая первая мысль, а именно спальня, была верна. Зайдя в нее, Акаши положил Куроко на кровать, а сам же навис над ним. Ему было все равно, ведь они одни. Никто не сможет им помешать. Склонившись к своей жертве, Сейджуро с некими похотью и желанием подчинить втянул фантома в поцелуй. Но, к сожалению, последний вырвался, стараясь не дать продолжить, ибо знал, чем это все закончится. Наивно, ведь даже это не смогло остановить красноволосого гения. Разорвать поцелуй - легкое дело, но остановить изголодавшегося парня, коим и являлся Акаши, очень трудно. Хоть они и не виделись всего одну ночь, жажда подчинить возросла, причем очень сильно. Поцелуи с губ плавно перешли на шею, на которой в следующие моменты стали появляться новые красочные засосы. - Сей...джу...ро... - захрипел Тецуя, чувствуя, как желание накатывало на него, но он понимал остатками разума, что ему нужно бороться, не поддаваться. И если он проиграет, то будет плохо, так как они не смогут друг от друга оторваться. А это может означать, что день пройдет впустую. - Ничего не говори... - томно проговорил Акаши, прикусывая нежную кожу на шее, - я хочу тебя. Хочу полностью насладиться тобой. Но... Немного отстранившись, он посмотрел на Куроко, что жмурился и покусывал губы. Слегка улыбнувшись, гетерохромик опустился сверху на возлюбленного, заключая последнего в объятия. - Не сейчас, я знаю, но не могу ничего с собою поделать. Хочу подчинить. Хочу, чтобы ты был моим, только моим. Хочу не отпускать тебя, держать всегда при себе. Знаю, это эгоистично, но я такой. Выдохнув, Акаши прижался к Тецуе, борясь с желанием, а тот лишь с улыбкой обнял его, начиная поглаживать по спине. Спустя пять минут Сейджуро отстранился для того, чтобы скинуть с себя ненужные вещи, которыми являлись его пальто и обувь. Вернувшись вновь в объятия любимого, он прикрыл глаза, наслаждаясь всей этой близостью. Вслушиваясь в биение сердца, чувствуя и пропуская через себя каждое дыхание. Их сердца бились в такт, а каждый вздох и выдох - словно один на двоих. - Тецуя, не уходи от меня... - прошептал спустя некоторое время Акаши, но после отстранился и сел на кровать. - Сейджуро-кун, ты знаешь, что от тебя я не уйду, - в который раз повторил Куроко, также садясь на кровать, вновь заключая любимого в объятия. - Но что ты делаешь тут так рано? Совещание только после обеда. - А ты не рад мне? - спросил красноволосый, отстраняясь от Тецуи, и посмотрел тому в глаза. - Рад, конечно, - улыбнулся Куроко. Но с другой стороны начальник нарушил его сон. Куроко выпустил Акаши из объятий и направился на кухню. Он хорошо знал своего любовника, ведь тот почти не ест с утра, хотя в основном это прерогатива Тецуи. Но Куроко, добрая душа, решил приготовить сейчас завтрак для Сейджуро. Вздохнув, он быстро отметил про себя, что в холодильнике нет ничего такого, из чего можно было бы приготовить сытный завтрак, хотя... Заглянув в пару шкафчиков, он достал оттуда специи, а потом открыл само хранилище еды. Вытащив из холодильника бекон и несколько яиц с молоком, Куроко стал "колдовать", надеясь накормить своего любимого. Кстати, о последнем. Гетерохромик зашел на кухню парой минут позже и увидел, что его любимый уже готовил завтрак, стоя у плиты. Усмехнувшись про себя, Сейджуро быстро устроился на стуле, продолжая наблюдать за действиями своего маленького чуда. Тецуя все это время чувствовал на себе взгляд гетерохромных глаз, но не подавал виду, сосредотачиваясь на готовке. Примерно через полчаса все было готово, Акаши умиленно смотрел на приготовленный его Тецуей омлет с беконом. - Спасибо, Тецуя, - улыбнулся гетерохромик, беря в руки палочки. - Я не могу отправить тебя на совещание голодным, - Куроко посмотрел на Акаши и понял по его взгляду, что тот явно поведет его в ресторан во время обеда. - Я в этом не сомневался. Вздохнув, Тецуя быстро сделал два чая. Хоть он и знал, что Акаши предпочитал по утрам кофе, он ничего не мог поделать, так как в доме его никогда не было. Поставив перед Сейджуро напиток, светловолосый сел напротив, попивая свой чай. - Любезно с твоей стороны, - усмехаясь, протянул гетерохромик, беря кружку с жидкостью. - Прости, но кофе нет, - с грустью ответил Тецуя. - Все хорошо, один раз можно и чай выпить, - улыбнулся гетерохромик. – Может, пока есть время, прогуляемся? Поедем сразу к фирме Тоуоу, а там, рядом есть парк. Можно провести время и посидеть в ресторане, а затем уже и на совещание. - Я не против, - кивнул Тецуя. Голубоволосому было приятно, что Акаши так о нем заботится, и, что таить, Куроко всегда представлял свои отношения именно такими. Правда, с девушкой, но то, что происходило сейчас, нравилось ему намного больше. - Отлично, тогда иди переодевайся, - направил Акаши, а Тецуя лишь улыбнулся, после чего поплелся выполнять рекомендации, но в самый последний момент он успел сорвать с губ возлюбленного поцелуй. "Чертенок..." - пронеслось в мыслях Акаши, когда Куроко покинул кухню, - "Ну, я тебе покажу..." Вернувшись в комнату, светловолосый подошел к портпледу, в котором находился костюм. Выудив его, он направился в ванную, намереваясь принять душ. - Можно я с тобой? - спросил Сейджуро, выходя в коридор. - Нет, я сам, - ответил голубоволосый и зашел в ванную. Послышался щелчок, и Акаши лишь вздохнул и ушел в комнату. Ему хотелось поплескаться вместе с любовником, но, видимо, придется все это отложить на некоторое время. Тецуя вышел примерно через двадцать минут, уже одетый в костюм. - Я готов, - улыбнулся голубоволосый. - Хмм... - окинув взглядом светловолосого, Акаши усмехнулся. Подойдя к нему, гетерохромик провел рукой по его груди, после чего потянулся к воротнику рубашки, а в следующий момент он осторожно поднял его. - Кто тебя учил так галстук завязывать? - спросил красноволосый, расплетая неправильно завязанную ткань. - Вот, смотри. Это ты делаешь так, а потом так, так и так. Потом через петлю, и все готово. Хотя, нет. Усмехнувшись, Сейджуро мгновенно накрыл губы Тецуя своими, но спустя несколько секунд отстранился, в это же время поправляя воротник рубашки. - Спасибо, - как-то смущенно произнес Куроко, ведь до этого момента он сам себе завязывал галстуки, да и все остальное он делал самостоятельно. А сейчас... Акаши помогал ему, учил по-новому, что нравилось светловолосому. Кстати говоря, о гетерохромике. Он улыбался, ведь ему нравилось видеть своего любимого в таком состоянии, особенно если это он довел его до этого. - Тецуя, - тихо произнес Сейджуро, после чего потянулся к ушку Куроко, что еще больше смутило последнего. Он осторожно прикусил мочку, но после прошептал: - Нам пора, иначе мы все не успеем. Отстранившись, красноволосый подошел к кровати, где лежало его пальто и стояла обувь. Быстро одевшись и обувшись, он вышел в коридор, где уже полностью готовый стоял Тецуя. Улыбнувшись друг другу, парни покинули квартиру, а минут через пять они уже стояли у машины Акаши. Последний же открыл дверь специально для возлюбленного, пропуская того в машину. Слегка кивнув и буркнув под нос: "Я не девушка...", Тецуя все-таки сел в машину. Закрыв дверь, Сейджуро поспешил занять свое место водителя. Первый пункт в списке плана начальника "Ракузан" - небольшие покатушки до фирмы "Тоуоу". Хоть совещание и было назначено на вторую половину дня, Акаши совершенно не хотелось торчать в пробке после обеда. Кстати, обед - третий пункт. А второй... Спустя где-то час парни прибыли на стоянку фирмы "Тоуоу", как и планировал Сейджуро. Поставив машину и включив сигналку, он легко коснулся руки Тецуи своей и показал кивком в сторону выхода со стоянки. Улыбнувшись, голубоволосый посмотрел на начальника, после чего кивнул. Он хотел что-то еще сказать, но не смог. Его взгляд зацепился за удивленного парня, что стоял у какой-то машины. Всего пару секунд, и до Куроко дошло, кто это. Светлые волосы серого цвета, такие же, как и глаза. Вздрогнув, Тецуя отвел взгляд, он понял, что если его любимый увидит Маюзуми сейчас, то до собрания он будет как на иголках. - Что-то не так? - спросил Акаши, ему хотелось повернуться, но Куроко с улыбкой на губах остановил его, дергая за край пальто. - Нет, все хорошо, - с фальшью на губах произнес он, чувствуя на себя несколько взглядов. - Хорошо, если ты так говоришь, - усмехнулся Сейджуро, - идем. - Да, - тихо кивнул Куроко, и, заметив, что Сейджуро начал движение на выход, остался стоять. Посмотрев на Чихиро, Тецуя отметил про себя, что у того были синяки под глазами, видимо, из-за недосыпа. Небольшие покраснения рядом с уголками глаз, словно плакал и вытирал слезы... А, может, так и было?! Глаза же ничего не выражали кроме боли, ненависти и презрения. Они смотрели друг на друга несколько секунд. Если бы взглядом могли убивать, то кто-нибудь из них уже лежал бы на холодном асфальте бездыханном трупом. Вздохнув, Тецуя отвел взгляд в сторону, достойно проигрывая небольшую дуэль. Он знал, что на этом ничего не закончится, а значит, война продолжается. Прикрыв глаза, Куроко быстро настиг Акаши, что ушел совсем не далеко от любимого. Кстати говоря, о Сейджуро: он уже догадался, что там был его бывший, а подтверждением его догадок стало одергивание фантомом края пальто. Гетерохромик был благодарен ему, что тот не дал увидеть Маюзуми. - Медлишь, - шепнул Акаши, выходя на улицу. - Ну уж простите, я просто немного задумался, - соврал Тецуя, на что получил взгляд с укором. Посмотрев на начальника, он заметил улыбку на его губах. Далее последовало то, чего он никак не ожидал, особенно на людях. Сейджуро остановился, приобнял его за плечи, а после, склонившись, поцеловал. Хоть поцелуй детский, мимолетный... простое касание губ, но действенный. Он заставил Куроко залиться полностью краской, отвести взгляд в сторону, а после закрыть лицо ладонями. Эта реакция умиляла, и Акаши просто не мог остановиться, поэтому поцеловал его в следующий момент в висок, а далее - в теме. - Спасибо, - прошептал Сейджуро, после чего отстранился от любимого и взял его за руку, ведя в парк, что находился напротив офиса "Тоуоу". Маюзуми сжал ладони в кулаки. Он видел, что его бывший влюбился вновь. Он видел это и чувствовал, как неприятно все сжалось в груди, а волна боли разлилась по всему телу. Это бесило его, раздражало, ему так и хотелось подойти к ним и разрушить их идиллию, что возникла между новыми возлюбленными. Стиснув зубы, Чихиро быстро развернулся и направился в сторону лифта. Ему до ужаса хотелось попасть в офис, чтобы не видеть никого. Он знал, что это нереально, а также то, что он увидит этих двоих вновь. Но, к его счастью, он успеет к этому подготовиться. В тоже время парни уже зашли в парк. Им было хорошо вдвоем, никто не мешал, а взгляды каких-то там прохожих их не интересовали так же, как и их мнения. Сейджуро вел себя властно по отношению к Тецуе, словно последний был его собственностью. Хотя тот и не возражал, а даже, наоборот, поддавался ему. Принимал объятия, а также мимолетные поцелуи губ, что стали горячо любимыми. Сколько времени прошло с начала прогулки, никто не знал. Ведь не зря говорят, что влюбленные часов не замечают, а эта пара уж тем более. Проводить так свое свободное от работы время у них не удавалось. Это в первый раз, когда они решились прогуляться, ибо вы сами помните, что эти двое загружены работой. Как и говорилось ранее, время летит, и вот уже долгожданный обед, который парни провели за «привычной» обстановкой, а именно в ресторане. Закончив с обедом и немного посидев, парни направились в главный офис "Тоуоу", что находился практический через дорогу от данного заведения, в котором они были. Зайдя по пути на стоянку, парни быстро подошли к машине, из которой в следующую минуту Акаши достал нужные ему документы. После чего, взяв под руку возлюбленного, он направился к лифту. Выйдя из лифта на двенадцатом этаже, где находился зал для конференции, Акаши и Тецуя направились в него. - Добрый день, Акаши-сан, - поприветствовал красноволосого Имаеши, сидящий за столом, когда в зале показались фигуры Сейджуро и Тецуи. – Присаживайтесь, - с этими словами Шоичи указал рукой на противоположную ему сторону стола, где находилось два места. Справа же от главы фирмы Тоуоу сидел Чихиро, который решил пока надеть маску на свое лицо, но можно было заметить, что тот немного нервничал в присутствии Акаши. Окинув взглядом всех присутствующих, Сейджуро сдержано кивнул, принимая приглашение главы компании. Поэтому, пройдя к столу, он занял свое место, краем глаза наблюдая за Куроко, что тоже немного нервничал, как и Маюзуми. Только было одно но... Тецуя боялся за своего любовника, опасаясь, что тот сорвется и придушит бывшего. А Чихиро же волновался за свою жизнь да и за то, что его любимый нашел новую пассию. Во время совещания говорили только Имаеши и Акаши, Куроко же с Маюзуми молчали. Но последний постоянно смотрел на Тецую, сузив глаза, как бы изучая, чем мог зацепить его бывшего этот никчемный и непримечательный паренек. Он явно надавил на красноволосого, когда тот был в подавленном состоянии, а другого ответа и быть не может. Куроко же старался держаться. Он не хотел, чтобы Акаши нервничал или переживал за него, а особенно сейчас, когда решается судьба двух фирм. Хоть Тецуя и старался это делать, но, к сожалению, это не помогало. Ведь Акаши тоже было не по себе находится в одном кабинете с бывшим... Это слишком даже для него, но сдержанность и стойкость характера не давали ему сорваться. Хотя нет, это тут ни при чём. Он сдерживался лишь по одной причине, которая сидела рядом с ним, терпя на себе убийственные взгляды Маюзуми. Усмехнувшись, Сейджуро незаметно положил свою руку на бедро Тецуи. Акаши знал, что сейчас его могли спалить, хотя... Ему было всё равно, ведь он хотел поддержать любимого, который в последующий момент накрыл своей ладонью его руку. Шоичи этого не заметил, но Чихиро, знающий своего бывшего, прекрасно все видел. Его сознание заволокла злость вперемешку с ревностью. Ведь он все еще любил Сейджуро, а тот просто от него отказался. Выбросил, будто щенка. Тецуя перевел взгляд на Имаеши, который изучал документы, поданные Акаши минутой ранее. Маюзуми же старался смотреть куда угодно, лишь бы не на Акаши, потому что было больно, видеть, что кто-то его заменил. Но ничего, ведь он, Чихиро, сделает все возможное, чтобы Сейджуро отвернулся от этого парня и как можно быстрее. Может, даже сегодня. Усмехнувшись про себя, Маюзуми, все-таки набрав в себе силы, смотрел на Акаши, что не обращал на него внимания, будто он - пустое место. Вздохнув, Чихиро перевел взгляд на Куроко, а потом - на Шоичи; последний уже практический заканчивал изучение документации. А в следующий момент он просто попросил бумаги на подпись, которые Акаши передал Имаеши, получая аналогичные документы от того. - Я очень рад, что мы пришли к согласию, - улыбнулся Шоичи. - Может, сделаем перерыв, а после обговорим все детали? - спросил брюнет. - Я думаю, что это хорошая идея, - кивнул Сейджуро. - Я надеюсь, вы не откажетесь выпить с нами по чашке кофе? Моя секретарша готовит поистине изумительный напиток. - Не вижу причин отказываться, - произнес Акаши, после чего чуть сжал ладонь любовника. - Отлично, Маюзуми-кун, попроси Мей сделать нам кофе, - сказал Шоичи, а тот лишь кивнул, минутой позже покидая кабинет. Услышав, как за Чихиро закрылась дверь, Тецуя смог перевести дух, радуясь, что тот ушел. Хоть на немного, но ушел. - Это, простите меня, - тихо проговорил Куроко, после чего, немного склонив голову, вышел из-за стола и также покинул кабинет. Благо офис был той же конструкции, что и их, поэтому найти туалет не составило труда. Акаши посмотрел вслед своему подчинённому, но на его вежливое обращение он ничего не сказал по этому поводу, понимая, что пока его любовник не готов при всех афишировать их отношения. Тецуя тем временем стоял в туалетной комнате и смотрел в зеркало. Включив воду, он набрал в ладони воды и умыл лицо, чтобы хоть как-то себя успокоить. Но это не очень-то и помогало. Его немного трясло, Тецуя понимал, что он перенервничал, но ничего с собой не мог поделать. Отвернувшись от зеркала и раковины, он осторожно облокотился на нее, запрокидывая голову слегка назад и прикрывая глаза. - Хах, ты на ногах-то еле держишься, - в туалет вошел Маюзуми, который дожидался момента, когда Акаши будет пить кофе с Имаеши. - И что он в тебе нашел? Куроко устало повернул голову. Видеть, а уж тем более говорить с этим человеком он не хотел, поэтому просто решил пройти мимо, но не тут-то было. Когда Тецуя оказался рядом с Маюзуми, тот толкнул его обратно, злобно смотря на него. Не устояв на ногах, Куроко свалился на пол, чуть прикрывая глаза. - Хммм, ты даже на ногах не можешь стоять, - усмехнулся Чихиро, подходя к Тецуе. Он схватил его за отпущенные волосы, заставляя запрокинуть голову назад. Куроко молчал, он и звука не произнес. Ведь он не хотел давать Маюзуми насладиться этим. - Неужели язык свой проглотил? Или же тебе его обрезали? - с усмешкой проговорил тот. Тецуя промолчал. Но, видимо, Чихиро этого не хватило, а даже сильнее разозлило. Он не ожидал того, что жертва будет молчать как рыба. Поэтому из кармана парень достал ножницы. С точки зрения Тецуи это было как-то банально. - Интересно, как Сейджуро посмотрит на тебя с обрезанными волосами? Тецуя молчал, пока Маюзуми рвано обстригал ему волосы, ведь это, по его мнению - мелочь, ибо они отрастут позже. - Пф... - фыркнув, Маюзуми отпустил Куроко, а в следующий момент быстро поднялся, откинув ножницы в сторону. - Знаешь, я ненавижу тебя, очень сильно ненавижу, - прошипел Чихиро, а в следующий момент подошел ближе к Тецуе и с силой ударил того в живот. Из уст Тецуи вырвался стон, все же такую физическую боль невозможно заглушить. Он согнулся пополам, сидя на полу. - Наконец-то! Наконец-то ты издал хоть что-то, - рассмеялся Чихиро. - Как же я тебя ненавижу! Надеюсь, ты хорошо помучаешься сейчас, что даже дойти до Сейджуро не сможешь. Прикусив губу, Куроко попытался собраться, но следующий удар с ноги не позволил ему это сделать. Стон сорвался с губ Тецуи, в тот же момент он полностью опустился на пол, при этом ударившись лбом о кафель. Светловолосый зашипел, потянулся к поврежденному месту, но ему не позволили. Маюзуми с безумной улыбкой подошел к нему, а в следующий момент поставил одну ногу на руку Тецуи. Последний видел, но ничего не мог поделать. Зажмурившись, он приготовился к боли, но ее не последовало, так как в следующий момент послышался стук обо что-то деревянное. Через силу парень чуть поднял голову и увидел, что к деревянным дверям Акаши прижимал Маюзуми, держа того за шею. Чихиро пытался вывернуться, но ничего не выходило, ведь хватка красноволосого была сильна. - С...сей...дж...джу....ро, - еле произнес Куроко имя юноши. Окинув взглядом возлюбленного, Акаши вздрогнул, понимая, что все это произошло из-за него. Из-за того, что дал слабину по отношению к Чихиро, что не приструнил его да и вообще не убил. Вернувшись вновь к бывшему, Акаши ехидно улыбнулся и достал из нагрудного кармана свой излюбленный предмет. Ему хотелось раз и навсегда покончить с Чихиро, но, к сожалению, его остановили. Столь любимые руки обняли его и не позволили ничего больше сделать. Маюзуми с презрением смотрел на этих двоих, но где-то в глубине души он был благодарен Куроко за то, что он остановил Акаши. Чихиро знал, что бывший может спокойно убить его, даже не моргнув. - Он... не стоит того, чтобы ты пачкал об него свои руки, - прерывисто произнес Тецуя. - Пожалуйста, давай... уйдем после этого чертового собрания. Куроко спасал сейчас не Чихиро, а своего возлюбленного, он не хотел, чтобы тот искалечил себе жизнь убийством такого человека, как Маюзуми. Сейджуро хотел что-то сказать, но не получилось. - Твой подчиненный прав, и лучше этого не делать, - послышался голос со стороны. Обернувшись, парни заметили стоящего в дверях Имаеши. - Я даже не против, если Вы отправитесь сейчас домой, а я на днях подъеду к вам в офис, и мы обсудим все оставшиеся вопросы. - У тебя очень сильный Ангел-Хранитель, - бросил Акаши, после чего резко отпустил Маюзуми. Повернувшись к Тецуе, он перекинул руку того себе на плечо. - Жду вас в четверг, - сказал Акаши, посмотрев на Имаеши. - Только возьмите с собой другого человека. После этого красноволосый повел Тецую в сторону лифта. Pov Akashi. Совещание прошло, я вам скажу, прям на ура, причем и с сарказмом и без: мы заключили сделку, однако инцидент в туалете да и присутствие этого Маюзуми все испортили. Думаю, если бы не Куроко, я бы сорвался и отхреначил его до смерти, убил бы, тварь... Ох, как же я зол, но нужно успокоиться, мне еще необходимо живым и невредимым довезти Куроко до нашей квартиры в офисе. Сейчас, стоя рядом с ним в обнимку в лифте, мне легче, гнев и неконтролируемое желание убивать поутихли. Когда коробка оповестила, что мы на нужном этаже, Тецуя взял меня за руку и пошел немного вперед, ведя меня до нужной двери, не знаю как, а главное - почему, но моя рука на руке Куроко сжималась все сильнее и сильнее, это я понял по тому, что он стал немного выкручивать запястье. - Акаши-кун, мне больно, пожалуйста, ослабь хватку, - попросил он меня, а я будто не слышал, его голос звенел где-то далеко, он не доходил до меня, до моего рассудка, что сейчас был затуманен каким-то сгустком негативных эмоций. Стоило нам зайти в квартиру и снять верхнюю одежду, как я буквально впечатал Тецую в стенку, наверное, даже чуть сильнее, чем нужно прижимая его лицо за затылок к стенке. - Сейджуро, ч-что ты делаешь? Отпусти. - Заткнись! Я не хочу тебя слышать, заткнись, молчи! - откуда этот крик? Откуда этот негатив, откуда все эти чувства? Заведя тоненькие ручки за голову, придерживая их стальной хваткой, я прижался к дрожащему телу, утыкаясь в шею, глубоко вдыхая. Вкусно, похоже, ваниль, смешанная со свежим зеленым яблоком, очень даже притягательно. Проведя носом по шее, я вцепился в нее зубами, слушая болезненный глухой стон. Свободная рука залезла под рубашку, расстегивая ее, медленно поднимая ткань вверх, задевая все чувствительные точки. Я почувствовал что-то мягкое, это был шарф, что он не успел снять. Издав садистический смешок, я обмотал предмет гардероба вокруг тоненькой шейки, делая петлю. Немного потащив вниз, я ее затянул, конечно же, пока она не мешала дышать, но это только пока. Отпустив шарфик, я вновь спустился вниз, очень даже резко расстегивая ремень на чужих джинсах, выдирая его с некоторыми петлями. - Ч-что ты дела… - договорить я ему не дал, оторвав немного от стенки и вновь припечатав с пронзительным рыком на ушко: "Заткнись, я сказал". Стянув до колен со своего так называемого "чуда" штаны с бельем, я подарил ему шикарный шлепок, оставляя след от своих пальцев, приспустив свои штаны с бельем, прошелся пальцем меж двух половинок, слушая тихий рваный стон, ему это все явно нравилось. Ну ничего, сейчас это возбуждение как рукой снимет. Немного приподняв руку, я поднес пару пальцев к его рту, заталкивая их туда, в свою очередь Куроко очень обильно, без сопротивления, смочил их слюной. Вынув пальцы, я прошелся ими по своему члену, после обнял рукой тоненькую талию, чуть отходя назад, рука медленно перешла на спину, надавливая, чтоб тот нагнулся. Это была идеальная поза, поэтому, не думая больше ни секунды, я резко вошел в неразработанное тельце во всю длину. По квартире разошелся громкий крик, а я замер, но совсем ненадолго. А через пару секунд сделал новый толчок, в эти самые секунды на меня накатило высшее удовольствие, в глазах всплыл образ этого проклятого Маюзуми, что так был похож на Тецую внешне. И теперь я трахаю его, трахаю, как последнюю шлюху, не жалея, не слушая его болезненные стоны-крики и мольбы прекратить. Нет, не прекращу, ты не заслужил, не достоин, подстилка. Подобного рода ощущения в моей жизни были столь редки, поэтому надолго меня не хватило, но все же я трахал хрупкое тельце около десяти минут. Примерно через три минуты после первого толчка стоны прекратились, превращаясь в тихие всхлипы и судорожные вздохни. Стоило мне со стоном кончить и выйти, я увидел собственную сперму, что была красивого красного цвета. Порвал, значит, ха, так тебе и надо. Отпустив обмякшее тело из рук, я проследил, как его коленки подкосились, и он рухнул на пол, очень медленно поворачиваясь ко мне. Поднять взгляда он не решился, за что заслужил мой смешок. Протянув руку к его лицу, я приподнял его за подбородок, смотря в эти почти мертвые голубые глаза. Сейчас мои собственные гетерохромные застилала какая-то непонятная, необъяснимая пелена. Довольно-таки резко схватив его за руку, я поволок уже не сопротивляющееся тело в спальню, кидая на кровать. Скинув с себя всю одежду, я очень быстро расправился и с его тряпками, оставив лишь шарф, что до сих пор был повязан петлей. Непонятно откуда, но в Куроко нашлись силы сопротивляться мне, когда я протягивал кончики шарфа сквозь прутья на кровати, привязывая их к его рукам, что означало, дерни он руками, попробуй дотянуться до меня, остановить, он самостоятельно будет затягивать петлю, приближая себя к смерти. В тот момент, когда я закончил, он нашел в себе силы даже поупрашивать меня остановиться, пытался внушить, что он не Маюзуми, что это Тецуя, что это мой любимый, маленький, хрупкий и ранимый мальчик. Где же были мои мозги, когда я на его просьбы ответил очень звонкой пощечиной наотмашь, делая ее с оттяжкой, чтоб было больнее. Вообще, он очень странно себя вел, когда я только стал делать то, что не должен был, он мог меня остановить, мог бы сам влепить мне пощечину, и я бы прекратил, наверное, но он должен был попытаться, не должен был доводить до такого состояния. Очень странную реакцию я получил и когда вошел в него второй раз уже на кровати, делая это также без смазки и подготовки. Вместо слез я услышал голос, до прежнего мне не известный, я не знал его, в нем было столько безразличия, столько холода и боли, будто обладатель подобных интонаций прожил три тысячи лет, прошел все войны, потеряв всех, кого любил. Находясь в бреду, делая глубокие толчки, я слышал другой бред, который шептали мне на ухо: "Давай, трахай меня, делай это жестоко, резко, я - никто, ничто, я - ноль в этом мире, мне не больно, я не чувствую ничего, я знаю, что тебе больно, что ты слетел с катушек, вот только я не он, я не Маюзуми, я - твой Тецуя! Я БОЮСЬ ТЕБЯ, СЕЙДЖУРО!" - слова сильно задели меня, а когда я услышал голос, что раньше шептал о любви, а теперь кричал о страхе, то тут же пришел в себя, резко остановившись. Мне было страшно поднять глаза и увидеть то, что натворил. Очень глубоко вздохнув, я все же поднял взгляд, и то, что я увидел, шокировало меня. Подо мной лежал мой мальчик, мой Тецуя, на теле его были целые кучи синяков, которые я поставил, сжимая его своими пальцами. Укус на шее кровоточил, видно, я совсем перестарался, попав в артерию или же в вену, не важно, главное, что шрам точно останется, напоминая об этом дне. Опомнившись, я вышел из его тела, замечая, что сперма была красного цвета, а это значило, что я и тут перестарался, порвав его. Так еще бы, входить без подготовки в почти девственное, неразработанное и по своей природе узкое тельце. Его запястья также кровоточили, ибо шарф был шерстяной и оставил ожог на руках и некоторых участках шеи. Но самым главным было то, что отражали его когда-то такие чистые, небесно-голубые глаза. Сейчас в них были такие ужас, страх, боль, которые просто нельзя описать словами. В это самое мгновение мне стало так больно, но я знал, что это лишь капля в море боли Тецуи, которая совсем не идет в сравнение с тем, что испытывал он. Во всепоглощающем шоке я развязал его руки, откидывая мерзкий шарф куда подальше. Аккуратно, боясь еще больше напугать (хотя куда больше), я приложил ладонь к его щеке, а его реснички лишь сморгнули очередную порцию слез. - Тецуя, я, - даже не зная, что сказать, я не переставал смотреть в такие родные омуты, что сейчас казались мне чужими. Резко навалившись и обняв своего любимого, я думал, что сам заплачу, а, когда его маленькие ладошки легли на мою спину, поглаживая в успокаивающем жесте, тело пробила дрожь, а из глаз все-таки сошлась парочка слезинок, которые скатились по шее Куроко, впитываясь в подушку. - Я, я все по-понимаю, успокойся, все будет х-хорошо, - шептал он мне успокаивающие слова на ушко, а ведь это должен был делать я, а не он, мерзко. Приподнявшись и взглянув в эти омуты еще раз, я увидел совсем маленькую, еле заметную улыбку на уголках тонких, пересохших и потрескавшихся губ. Его пальчики легли на мою щеку, невесомо поглаживая. Думаю, он уже простил меня, понял, что я осознал, что я - кретин и не заслуживаю его, что буду на протяжении долгого времени вспоминать и резать себя этими мыслями, потому что совсем без страха, издавая тихий болезненный стон, он позволил поднять себя на руки и отнести в ванную. Усадив его в пока что пустую ванну, я стал заполнять ее водой, несильно горячей, но и не холодной, чтоб не так жгло пораненные места. Когда резервуар был налит, я очень медленно сел напротив него, поливая водой из мочалки его голову. Тецуя сидел тихо, обняв свои коленки, не сопротивляясь. Намылив его голову шампунем, я смыл пену, очень аккуратно водя мягкой стороной мочалки по его телу, дабы вновь не напугать, но он как-то и не реагировал, был погружен глубоко в себя, смотря куда-то вниз на стекающую с его тела в ванну воду. Так же почти бесшумно встав, я расстелил полотенце на стиральной машинке, поднял парня на руки, сажая на разложенную ткань. Он сморщился, и на его лице проступила боль, хоть и не сильная. Быстренько укутав его талию тем самым полотенцем и накинув на голову еще одно, я обмотал свои бедра другим и подхватил его на руки, прижимая к себе. Усадив моего мальчика в кресло, я очень быстро поменял грязное постельное белье, застилая кровать чисто белым цветом. Вернувшись к Куроко, я опять взял его на руки, сажая уже на кровать, чтоб тот чуть свесил ножки. Перекрестив их, он шмыгнул носом, а я продолжил вытирать его голубые прядки. Закончив, я очень медленно и осторожно натянул на него боксеры, укладывая в кровать, укрывая воздушным белым одеялом, что пахло свежестью. Мое маленькое чудо уснуло очень быстро, сжавшись в комочек, а я, переодевшись, сел в кресло напротив окна на всю стену, наблюдая за порывами ветра, что гоняли сухие листья, оповещая, что скоро пойдет дождь. Погода соответствовала настроению. В руках моих был нетронутый стакан с виски. Не знаю точно, сколько прошло времени, но по моим расчетам примерно через полчаса Тецуя заворочался, а потом проснулся. - Акаши-кун, мне без тебя холодно, пожалуйста, ложись спать со мной, а то я не усну, - это была просьба, которую я не мог не выполнить. Голос был тихий, немного сонный и пропитанный усталостью. Сердце вновь залила волна той ужасной боли из-за того, что я такой мерзкий, и тем не менее мое чудо хочет, чтоб я спал с ним, чтоб был рядом... Встав с кресла, я отставил стакан с алкоголем, подходя к кровати, аккуратно ложась позади Куроко, даже как-то несмело укрываясь лишь на половину, дабы не потревожить его. Тот тут же заворочался, поворачиваясь ко мне лицом. Когда он подполз ко мне вплотную, обнял, я лег на бок, а тот уткнулся лицом мне в грудь, переплетая наши ноги. Уже через пару минут он мирно сопел мне в область сердца, растопляя своим дыханием тот лед, что сегодня сковал его. Сейчас мне казалось, что он все же простит мне мой поступок, а, как будет завтра, уже посмотрим. Буквально минут через пять и мой рассудок был затуманен, проваливаясь в царство сна.