Пятнадцать правил идеальных отношений

Рёта заходит домой после загруженного дня. Сегодня у него была длительная тренировка со своей командой, а потом пришлось идти на съемки, которые перенесли на два дня раньше. Учитывая то, что синяки под его глазами замазывали около тридцати минут, он даже примерно не мог сказать, сколько проходили съемки. Сейчас он чувствовал усталость и желание смыть с себя тональник, который, казалось, тройным слоем лежит на его лице.       — Я дома, — говорит он и проходит внутрь квартиры, скидывая кроссовки. Он видит, что Аомине лежит на диване, закинув ноги на спинку. Его голова покоится на подлокотнике. Сам парень был одет в черную кофту и спортивные штаны, в его руках был какой-то журнал, на чьей обложке красовалась Май-чан. Кисэ вздыхает и подходит к нему. Он достает из сумки другой журнал и, пока Аомине не ожидает, вырывает у него из рук тот и бросает на живот свой журнал.       — Эй, — вяло, особо не возмущаясь, говорит Дайки, а потом хмурится, видя, что у Кисэ слишком замученный вид. Карамельные глаза чуть прикрыты, а кожа слишком бледная.       — Там на развороте моя фотография, смотри лучше на нее, — Кисэ наклоняется и почти незаметно целует его в щеку. В его руке до сих пор журнал с Май-чан, и он кидает его на журнальный столик. Аомине хватает его за руку, когда тот хочет уйти и тянет на себя. Рёта не сопротивляется и садится на диван с краю, опуская голову на грудь Дайки, чувствуя, что тот начинает гладить его волосы.       — Устал? — спрашивает Аомине, а Кисэ кивает и кладет свою руку на его грудь. — Может пойдешь спать?       — Если лягу сейчас, то проснусь в часов пять утра, я так не хочу, — Аомине пожимает плечами и достает из-под Кисэ журнал.       — Чё это?       — Там я на развороте, — вновь повторяет парень и приподнимается, чтобы заглянуть в журнал. На обложке журнала какая-то девушка, а возле нее большим и ярким заголовком написано «Пятнадцать правил идеальных отношений! Проверь свои, может они не так хороши, как вам кажется?». Аомине приподнимает брови, а потом усмехается, переводя взгляд с журнала на Кисэ.       — Вот в какой херне ты снимаешься? — спрашивает он, а Кисэ наигранно грустно вздыхает и опять ложится на его грудь.       — Я не имею к этой статье никакого отношения, я на развороте рекламирую духи, да и вообще, не хочешь — не смотри, — обиженно говорит он, а когда собирается встать, чувствует, что Аомине держит его рукой за талию, не давая этого сделать.       — Стоять. Меня заинтриговало, — улыбаясь говорит Аомине и открывает нужную страницу журнала. В начале страницы идет небольшое повествование о том, что данная статья помогла улучшить и сохранить огромное количество отношений и прочая самореклама, которую Дайки читать дальше не стал.       — Дай-чи читает женские журналы, — приговаривает Кисэ и ложится рядом с Дайки, благо их диван позволяет это сделать. Аомине обхватывает его плечо рукой, а сам он закидывает ноги на ноги Аомине. Кисэ тихо смеется, за что получает шлепок по заднице.       — Заткнись, все равно делать нечего, — говорит Аомине и читает первый пункт из пятнадцати 1. Вы признаете себя неправым после ссоры.       — Ага, конечно, признаешь, — говорит Кисэ, посмеиваясь. Аомине смотрит на него и утыкается носом в его висок, целуя скулу.       — Ну да, лучше, как ты, — говорит он, а Кисэ фыркает.       — Что значит, как я? Когда я вообще был виноват в наших ссорах? — начинает он, а Аомине усмехается и обнимает его чуть крепче.       — Вот и я об этом говорю. 2. Вы произносите "Я люблю тебя" перед сном.       — Зачем? — спрашивает Аомине, наверное, обращаясь больше к журналу, нежели к Кисэ, а тот, вздыхая, говорит:       — Затем, что ты говорил последний раз, что любишь меня месяца три назад и, кстати, был пьяным, — Кисэ чуть приподнимается и смотрит Аомине в глаза. На пухлых губах слабая улыбка, и Аомине улыбается в ответ.       — Типа, то, что я живу с тобой второй год вообще не имеет причины, и я это делаю просто от того, что мне скучно? — спрашивает он, а Кисэ фыркает.       — Не отмазывайся.       — Ладно, поймал. Я встречаюсь с тобой только ради секса, — он смеется, а Кисэ забирает из его рук журнал, переходя к третьему пункту. 3. Вы разделяете домашние хлопоты.       — Домашние хлопоты? Да я однажды нашел твои трусы на люстре!       — Сам закинул их туда, а я должен доставать?       — И грязную посуду постоянно оставляешь в гостиной, — недовольно говорит он.       — Я иногда тебе готовлю, — пожимает плечами Аомине, а Кисэ возмущенно смотрит на него.       — Достать мне шоколадный батончик из холодильника — не готовка! 4. Вы регулярно устраиваете вечерние свидания.       — Как думаешь, что это значит? — спрашивает Аомине, а Кисэ чувствует, что его руки забираются под его бежевый свитер. Руки Аомине теплые, и это приятно. Рёта кладет голову на его плечо и зевает.       — Думаю, то и значит.       — Типа потрахаться вечером? — Кисэ морщится, и поднимает взгляд на недоуменного Дайки, на лице которого отражался явный мыслительный процесс.       — Нет, вряд ли, сомневаюсь.       — Этот журнал хочет от меня чего-то странного и непонятного…       — Ты просто жутко неромантичный, — наигранно обиженно говорит Кисэ, а Аомине поворачивает его голову к себе за подбородок и целует в губы. Он не углубляет поцелуй и не закрывает глаза, а на щеках Кисэ появляется неяркий румянец. Аомине отстраняется, а Рёта начинает улыбаться. Ладно, о какой романтике может идти речь? Это же Дайки. Его Дайки. 5. Вы поочередно готовите еду. Рёта начинает откровенно громко и искренне смеяться, а Аомине недовольно смотрит на него и закатывает глаза.       — Заткнись, — смех становится еще громче, а потом, отдышавшись, Рёта говорит:       — В прошлый раз после твоей готовки я пролежал в больнице с отравлением два дня! — Аомине фыркает.       — Да что ты гонишь, я сам ел тогда, ты чем-то другим траванулся! Сам будто повар, блин, — недовольно говорит он, а Кисэ переводит на него взгляд, чуть приподнимая брови.       — То есть, я плохо готовлю? — вопрос остается без ответа, а Аомине, недовольно глядя на него, указывает рукой на журнал.       — Читай. 6. Вы занимаетесь сексом два раза в неделю.       — Всего два раза? — спрашивает Аомине, глядя на Кисэ, который пожимает плечами.       — В таком случае, мы свои два уже потратили.       — Сегодня понедельник?       — Да.       — До следующего понедельника близко своей задницей рядом не сверкай, — ухмыляясь, говорит Дайки и скидывает Рёту с дивана. Тот падает на пол и удивленно смотрит на смеющегося Дайки. Аомине теперь сидит свесив ноги вниз, а его губы растянуты в широкой ухмылке. Рёта тоже начинает смеяться и поднимается с пола, потирая копчик.       — Сволочь, — говорит он, а Аомине тянет его на себя, заставляя Кисэ приземлиться на свои колени. Дайки заваливает его на спину и впивается в губы поцелуем. О существовании журнала они забывают на добрых пятнадцать минут. 7. Вы поочередно моете посуду.       — Ладно, это мы по-честному делаем, — говорит Аомине. Сейчас он лежит на коленях Рёты, держа журнал над головой, а Рёта перебирает его короткие волосы.       — В прошлый раз, когда ты мыл посуду, ты разбил две тарелки, — замечает он, а Дайки недовольно смотрит на него.       — Ты вообще хоть чем-то довольным бываешь?       — На посуде были остатки еды…       — Все, забили. Давай дальше. 8. У вас одинаковые киновкусы.       — Мм… Хочешь в кино? — спрашивает Дайки, а Кисэ чувствует, что его руки прижимают его к себе. Губы Аомине чуть прикусывают мочку его уха, а Кисэ слабо улыбается и поворачивается к нему, кладя свою руку на щеку.       — Будто мы там смотреть фильм будем, — улыбаясь говорит Кисэ и целует уголок губы Дайки. — Хотя можно пойти на выходных.       — Заметано. Какой фильм?       — Неважно, — довольно говорит Кисэ и игриво смотрит на него, чуть запрокидывая голову назад. — Главное, успей купить билеты на последние ряды, — Аомине усмехается и кивает.       — Ладно, киновкусы у нас определенно одинаковые, — довольно говорит он, зарываясь рукой в светлые волосы, чувствуя, как Кисэ обнимает его поперек груди. 9. Вы встречаетесь с общими друзьями.       — Я так давно не видел Куроко-чи! — грустно говорит Кисэ, а Аомине пожимает плечами.       — У него все хорошо.       — Только Кагами-чи недавно на площадке видел! Он стал еще лучше играть с прошлой нашей игры, — довольно говорит Кисэ, а Аомине кивает.       — Да, давай, продолжай.       — Что продолжать? — недоуменно спрашивает Рёта, смотря на недовольное лицо Дайки.       — Хвали его, мне ведь так нравится, когда ты хвалишь других парней при мне, — Кисэ улыбается и кладет руки на лицо Аомине.       — Дай-чи такой милый, когда ревнует, — весело говорит он, а Дайки раздраженно на него смотрит.       — Отвали.       — Ну Дай-чи, не злись, — улыбается Кисэ, не сдерживая смех, а Дайки, качая головой, притягивает Рёту к себе, и прижимает свою руку к его губам, стараясь заглушить рукой еще более громкий смех парня, чувствуя, что сам не может сдержать улыбки. 10. У вас разница в возрасте 3,5 года.       — У нас не совпал ни один пункт, — грустно говорит Кисэ, а Аомине обнимает его со спины и пожимает плечами.       — Знаешь, что это значит?       — Мм?..       — Что этот журнал полная херня, — Аомине прикусывает кожу на основании шеи Рёты, а тот улыбается.       — Думаешь?       — Знаю, — Кисэ поворачивается к нему, прикасаясь своим лбом к его лбу. Он видит в глазах Дайки уверенность, а в груди теплом разливается приятное чувство нежности. Кисэ берет руку Дайки в свою, переплетая их пальцы. 11. У вас есть два общих увлечения.       — Баскетбол и… — говорит Кисэ, а Аомине пытается вспомнить что-то еще, а потом выдает:       — Секс?       — Это не увлечение.       — Приставка?       — Мы играем в разные игры, да и не то чтобы фанатеем от них, — вздыхает Кисэ. — И?       — Ну…       — Баскетбол сойдет за два увлечения, — говорит Аомине, а Кисэ приподнимает бровь.       — Кто сказал?       — Я.       — Ладно, плевать, все равно статья — бред. 12. Вы устраиваете три вечерних свидания в месяц.       — Мне надоело заниматься этой херней, — говорит Дайки и откидывает журнал на край дивана, а Кисэ заглядывает в него.       — Ну, кстати, последние три пункта более нормальные, — говорит он, и Дайки тоже смотрит на страницы. 13. Вы считаете друг друга лучшими друзьями.       — Как думаешь, лучшие друзья трахаются? — улыбается Аомине, а Кисэ пожимает плечами.       — Сомневаюсь.       — Тогда я не считаю тебя лучшим другом.       — Журнал тебя осуждает за это, — улыбается Кисэ ложится на диван спиной. Аомине поднимается и смотрит на Кисэ сверху вниз.       — Пойдем в душ.       — Тут еще два пункта, — говорит Кисэ и поднимает журнал, показывая его Аомине. Тот вздыхает и смотрит на следующие два, а потом закатывает глаза и забирает журнал из рук парня. Он открывает середину, где на развороте изображен Кисэ в темном смокинге вместе с какой-то молодой моделью, а внизу картинки изображены мужские и женские духи. Он вырывает эту страницу и кладет ее на журнальный столик.       — Те два пункта тоже в пролете, — говорит Аомине и берет Кисэ за руки, поднимая его с дивана. Кисэ обнимает его за шею, чуть облокачиваясь на него, и кладет голову на плечо.       — Почему?       — Потому что: «вы целуетесь пять раз в день» и «вы обнимаетесь пять раз в день».       — Почему так мало? — удивляется Кисэ, а Аомине, чуть наклоняясь, прижимается губами к его губам.       — Пойдем в душ, — говорит он, и заглядывает в родные карамельные глаза. — Я очень хочу нарушить шестой, четырнадцатый и пятнадцатый пункт, — Кисэ улыбается и кивает, и Аомине тянет его за собой, на ходу снимая бежевый свитер, начиная целовать нежную кожу шеи. Он старается не оставлять засосы из-за съемок Кисэ на этой неделе, о которых, как ни странно помнит, а Рёта думает, что статья этого журнала настолько глупа и бессмысленна, что лучше бы они потратили то время на еще одно нарушение шестого пункта. Ну, в любом случае, Дайки сейчас восполнит ему все потерянное время.