Не думай о долге

Он боялся сказать, ведь в случае, если его губы предательски начнут говорить то, о чём он так старался молчать, тогда весь его выстраданный мир станет воистину пустым. С момента как это случилось, он не решался озвучить свои переживания. Совесть неумолимо терзала его душу, требуя открыть правду, но он не мог. Просто не мог, и всё. Наконец, почувствовав спокойствие мира после долгих лет войны, все вздохнули с облегчением. Людские сердца, как и природа, латали раны, позволяя прорасти новым росткам чистоты. Тогда, на поле боя, Какаши и Сакура поняли, что не могут представить, что случится, если кого-то из них не станет. Удивительно, как возможная скорая смерть открывает глаза на истинные чувства. Давая какой-то неопознанный импульс сердцу беспрепятственно любить. Один короткий поцелуй среди проливающейся крови и обожженных душ расставил все точки над «и». Обретя более весомый довод для выживания, они стали идти вместе, начиная с поля боя и до мирного времени. Но сейчас, сейчас в их жизни произошёл тот самый переломный момент, когда кто-то совершает ошибку.

***

Стоя к своему любимому мужчине спиной, Харуно держала в руках чашку и пыталась сделать вид, что он только что ничего не говорил. Пыталась доказать себе, что слова, которые она только что услышала, были следствием её недосыпа из-за длительной работы в больнице. Хотя её трясущиеся руки доказывали ей реальность его слов. А он, он просто стоял, молча опустив голову, пряча свой стыд. Пытаясь заглушить хоть как-то голос совести, он старался держать себя в руках и изо всех сил пытался ничего не говорить, пока она не спросит. Томящая пауза обволакивала комнату, словно в ней не было даже их. Тишина так яростно свербела уши, что этот невыносимый звук нужно было срочно чем-то прикрыть. - Что ты сказал? – неуверенно переспросила она, будто понимая, что сейчас лучше замолчать и не нарываться на подробности. - Я тебе изменил, - не решаясь поднять взгляд, всматриваясь в пол, произнёс он. Скинув с себя оковы обязательства, он стремительно поднял голову, чтобы посмотреть на ту, без которой не представлял своей жизни. Не соизмерив свою силу, Сакура слишком крепко сжала стакан в руке, отчего, не выдержав давления, керамика рассыпалась на куски. Слегка порезавшись, ученица Хокагэ, смотрела на алую струйку на своей руке, анализируя услышанное. Что обычно говорят в такие моменты? Розоволосая красавица столкнулась с подобным впервые и совершенно не знала, что говорить, как реагировать и что делать. Возможно, стоило закатить истерику, а может, и молча уйти. Но уязвленная гордость в её сердце не давала просто так завершить начатое. Ей было так больно осознавать то, что стоило только найти любовь и, прожив вместе чуть больше года, узнать о том, что ты не такая уж и любимая. Так печально признавать, что ты чем-то не устроила мужчину, раз он выбрал погулять на стороне. Всего в один миг в голове разгораются комплексы и сильные обиды. - С кем? – по непонятным ей причинам она задала именно этот вопрос. «Зачем мне это? Что я теперь, убью эту женщину за то, что сама не смогла удержать?» - задалась она немым вопросом, который достаточно лаконично изъяснял её позицию. - Это неважно, - неуверенно отмахнувшись от ответа, сказал Какаши, желая сменить тему. - Неважно? Ты говоришь о том, что изменил мне, и не считаешь нужным сказать, кто же лучше, чем я? – в девушке уже не говорила Сакура, сейчас отчётливо прослушивался голос обиженной и ущемлённой в любви женщины. - Рей, - одно короткое слово. Как он и думал, ей это ничего не прояснило, зато дало возможность дальше продолжить разговор. - За что, Какаши? Чем я тебя так обидела, что ты предал меня? – резко повернувшись к нему лицом, Харуно с нескрываемой злобой на лице пыталась прояснить причину, так как следствие было известно. Пытаясь унять подступающие слёзы, носительница бьякуго искренне недоумевала, чем она это заслужила. Сердце ведь не железное. Если разобраться, то сильнейшая мышца в организме на самом деле очень хрупкий дар в теле каждого. Она подарила его ему, а он не уберёг, разбил и растоптал вдогонку. - Я и сам не знаю, просто совершил ошибку, - осторожно поднимая руку к шее, медленно её поглаживая, ответил копирующий ниндзя, делая это как-то неубедительно в её глазах. - Ошибку? Ты называешь это ошибкой? – потеряв над собой контроль, повышая тон голоса, прокричала девушка. - Прости, - видя, как её непомерно заводят его слова, безразлично ответил Хатаке, хотя только он знал, как сжимается его сердце, когда ему приходится говорить всё это. Как тело насквозь пронизывает боль от каждого сказанного слова. - Простить? Шиноби не прощают предателей, я тебя видеть не хочу! – закричав во всё горло, девушка схватилась за первый попавшейся под руку предмет и, не заметив, что это стоявшая на столе ваза, бросила в любимого. Конечно же, ему не составило труда уклониться, однако сам агрессивный жест нёс за собой определённый смысл. - Я люблю тебя, прости, что приходится говорить это, - стиснув зубы, он произнёс искреннее извинение и хотел уже уйти. Неожиданно Сакура оказалась рядом с ним и, вложив всю свою обиду в сжатый кулак, нанесла удар обидчику. Поскольку ученица самой Цунаде славилась огромной силой, седовласый шиноби, с приличной скоростью на старте, врезался в стену, сильно ударяясь головой. Наблюдая за тем, как он, пошатываясь, встаёт, Харуно думала, что он и не собирался уклоняться. Он ждал, пока она выплеснет на нём все эмоции. А вновь оказавшийся на ногах ниндзя отчасти был рад тому, что получил по заслугам. - Уходи и не смей больше говорить мне, что любишь. Если бы любил, ты бы не сделал этого. Не став дожидаться его ухода, она поднялась в некогда их спальню. Розоволосая красавица знала, что он не станет и дальше вымаливать помилования, он молча уйдёт, засунув руки в свои карманы. Ни через десять минут, ни через полчаса в комнату так никто и не вошёл, а это означало, что он действительно покинул дом. Но если раньше, при небольших бытовых ссорах, он просто уходил из дома, то теперь он навсегда ушёл из её жизни. Лёжа на кровати, девушка предалась своему отчаянью, не сдерживая слезы, сочившиеся из глаз. Она не могла понять, до сих пор не могла понять причины его такого поступка. Хатаке Какаши – доблестный человек. Мужчина, который никогда и ничего не делает просто так. В её голову стали закрадываться мысли, что возможно, Рейвен виновата в том, что у них произошёл этот платонический опыт. Конечно, со стороны печали вариант был достойным внимания, но со стороны реальности это не могло быть правдой. Рей жила со своим мужчиной ровно столько же, сколько и Какаши с Сакурой. «Неужели она способна на такое?» «Что теперь делать? Как дальше жить?» - назойливые вопросы грузом упали на голову, не отпуская из своих оков. У неё впереди была долгая и очень одинокая ночь в пустой кровати, что раньше была сердцем их страстных отношений. Было почти за полночь, когда копирующий ниндзя вышел за порог некогда своего дома, отправляясь в путешествие длинною в ночь по своим мыслям. Сейчас, в этот самый момент, его сердце болело гораздо сильнее, чем у его возлюбленной. Пойти на такой рискованный шаг и сказать такое мог не каждый. Но ведь каждым в такие моменты движут свои цели? Не спав всю ночь, сын Сакумо не заметил, как на небе вновь засияло солнце, а после недолгого, на его взгляд, правления снова скрылось за горизонт. Бредя в одиночестве по густым лесам Конохи, ниндзя думал о том, как ему строить свою жизнь дальше. Он понимал, что совместного будущего с Харуно ему не видать, а когда все узнают, то и спокойной жизни тоже. В соответствии с такими аргументами мозг принял решение уйти и больше никогда не возвращаться. Самое простое, что можно сделать, так это уйти. «Надо сходить к ней и рассказать обо всём», - подумал мужчина перед тем, как осуществить задуманное. На самой окраине Конохи, там, где раньше располагался клан Учих, теперь стоит большой трехэтажный комплекс для тренировок самых сильных техник и изучения природы чакры. В этом же комплексе располагалась со своим мужем его старая приятельница. Когда-то давно они смогли найти общий язык, и он понял, что она одна из немногих, кто видит его насквозь. Вообще девушка была странная, в ней не циркулировала чакра, однако она могла производить сильнейшие техники, на изучение которых обычный шиноби тратит не меньше декады. Хотя, если задуматься, то поскольку она являлась «Странницей» этого мира, всё сразу вставало на свои места и не требовало дальнейшего объяснения. Рейвен обладала удивительно красивыми белыми глазами. Порой, когда он проводил время за разговорами с ней, то ему казалось, что ей подвластно забрать все его проблемы. Ведь именно она помогала ему в конфликтах с Сакурой и всегда старалась сделать всё, чтобы их отношения сохранились. Пройдя вглубь строения, а именно в частную зону, на уютной веранде, усыпанной различными цветами, стояла девушка с длинными чёрными волосами. Нетрудно было догадаться, что это и была Рей, в особенности по её дурацкой привычке, напевать странные мелодии во время какого-либо дела. - Добрый день, - поприветствовав её издалека, устало махнул рукой Какаши. - Матерь Божья, Хатаке! Ты себя в зеркало видел? Ты где был? – заметив нестандартный вид своего друга, спросила Рей. - Я немного устал, - поджав губы, ответил ей седовласый, медленно переплетая ноги. Сонливость завладевала им с каждой секундой, а тело отказывалось и дальше функционировать в автономном режиме. Стресс, который он сам себе устроил в разговоре с Сакурой, а после и бессонная ночь сказались на его организме. - Садись, я тебе сейчас чай заварю, - усадив друга на удобное кресло, сказала девушка и быстро убежала в дом заготавливать необходимое для восстановления бодрости. Вернувшись меньше, чем через пять минут, Рейвен на подносе принесла две аккуратные фарфоровые чашки и большой белый чайник. Разлив по сосудам вкусную жидкость с ароматом жасмина, она уселась напротив, ожидая объяснений. - Я ухожу, - решив не затягивать долгую паузу, сказал Какаши. - Куда? – откидываясь на спинку кресла и запрокидывая ногу на ногу, спросила подруга. - Из деревни, - коротко ответил он. - Надолго? – пытаясь поддерживать непринуждённую беседу, несмотря на то, что зная, к чему она ведёт, спросила Рей. - До конца, - фраза, слетевшая с его губ, была холодна, и, казалось, полностью лишена веры. - Ты поговорил с Сакурой? – наводя на истинную суть разговора, спросила Рей. - Да. - Вижу разговор не удался, - в очередной раз оглядев заспанный вид своего давнего друга, констатировала брюнетка. - Не то чтобы очень, - откидываясь на спинку, тяжело выдохнул Какаши. Ему в очередной раз предстояло рассказать то, о чём желательно было никому знать. Но другого выбора у него не было. - Что ты ей сказал? – заподозрив в его словах что-то неладное, Рейвен существенно напряглась, скрещивая руки на груди. Долго не решаясь озвучить случившееся, копирующий ниндзя несколько раз переводил взгляд с подруги на посторонние предметы, как бы решаясь сделать шаг. - Что я ей изменил, - ошарашив первой фразой, но не закончив предложение, он немного помолчал, а после продолжил – С тобой. Белые глаза Рейвен в одночасье налились вопиющим негодованием. В груди начала бушевать вьюга, жаждущая сметать всё на своём пути. - Ты зачем это сделал? – продолжая допрос с пристрастиями, потребовала объяснений его подруга. - Я не знаю, я испугался, - зарывая лицо в собственные руки, он тяжело вздохнул, словно воздуха для него было мало в природе. - Хатаке, ты хоть сам понимаешь что натворил? Ты только хуже сделал, - пытаясь вразумить его, укоряюще спросила девушка с арктическими глазами. Пусть политика её общения и не была мягкой, зато жёсткости ему сейчас и не повредило бы. - Я не за нотациями пришёл, - делая акцент на том, что ему не хочется это слушать, сказал ниндзя. - Но ты знал, что ты их услышишь, - разозлившись и подметив очевидное, Рей набрала полную грудь воздуха, пытаясь понять, что, же теперь делать. Какаши замолчал, углубляясь в собственные проблемы, пока его подруга судорожно искала выход из ситуации, в которую он её загнал. - Я не скажу ему, ты не переживай, - заметив озабоченное лицо своей «соблазнительницы», мужчина уверил её в том, что её муж не узнает об этом. - Да уж, пожалуйста, мне не хочется разгребать потом последствия твоей совести, - язвительно, в свойственной ей манере, ответила Рей. - Ты ведь знаешь, что я могу помочь. - Я не стану просить тебя о помощи, - резко отказавшись от её предложения, Хатаке сменил свой взгляд на враждебный. - Не глупи, Хатаке. Если есть возможность всё исправить, ею надо воспользоваться. Мне просто потребуется пару дней, и я всё решу, - уже анализируя возможные варианты, белоглазка устремила свой взор вдаль, обдумывая что-то. - Я сказал нет, - настойчиво произнёс Какаши, делая особое ударение на слове "нет". Не нужно больше слов, чтобы понять его решительный настрой. А Рейвен к этому моменту стал очевиден его мотив. В конце концов, даром, которым она обладала, можно было видеть людей насквозь. Конечно, было неприятно осознавать, что дорогой ей человек сейчас превращается в ничтожество из-за своей слабости и предубеждений. Из-за того, что потерял веру. - Хорошо, тогда уходи тихо и молча. Пока можешь пожить в моём доме в стране Облака, там тебя искать не будут. Я тебя перенесу, тебе сейчас там самое место, подальше отсюда, - предложив свою помощь в новом ключе, девушка рассчитывала, что хотя бы сейчас он не проявит сварливость. Взвесив все «за» и «против», Хатаке склонился к тому, что чем дальше от Сакуры, тем менее сильно ощущается боль. Сконцентрировавшись на ветре, Рей в один миг перенесла седовласого друга. Задумавшись над его словами, она не заметила, как сзади к ней подошёл её любимый мужчина. - Какаши-семпай уже ушёл? – положив свои руки на её хрупкие плечи, спросил длинноволосый шатен. - Да, - утвердительно произнесла она. - А зачем приходил? – поинтересовался муж. - Да так, рассказать о том, насколько глупы бывают мужчины, - подняв голову к любимому, Рей напросилась на короткий, но такой нужный поцелуй. - Мужчины глупы тогда, когда любят, - легонько коснувшись своими губами её, ответил он. - Ты прав, Итачи. Чертовски прав.

***

В то время пока Рей занималась приготовлениями, а Какаши уединился со своей печалью, Харуно не могла найти покой. Одиночество, казалось, большими буквами было выгравировано на стенах. Ранее уютная квартира стала невыносима, тесна и мрачна. Боль, которая не могла прекратить свой натиск, прорывалась в каждую щель её сознания. Становилось тошно от этого чувства. Его измена горечью отдавалась на языке. Даже произносить, думать и говорить об этом, было противно. Шагая из угла в угол, Сакура пыталась понять, вот уже который день, почему он так поступил. Но ответ не приходил сегодня, как и вчера. Краски её яркой жизни и счастливой любви сгущались сильнее, когда она понимала, что даже не дала ему возможности оправдаться. Она просто выгнала его и всё. Говорить подругам или кому-то ещё не было смысла. Она не хотела, чтобы её жалели, Сакура желала просто узнать правду и разобраться во всём сама. «Может, стоит поговорить с ней?» - закралась в её голову мысль. Но стоило ли оно того? Харуно не знала, как она могла отреагировать на один вид той, которую когда-то считала подругой. Задумываясь о порочности этого мира, розоволосой красавице становилось всё сложнее не то чтобы предпринимать действия, ей становилось сложно жить. Любовь, которую она испытывала к Какаши, была так сильна, что потеряв её теперь, ей необходим тот, кто в этом виноват. Тот, на кого можно скинуть всю злость и обиду. И похоже, что на заре третьего дня после его ухода, она определилась с выбором. Она знала, кого винить в предательстве любимого. Быстро собравшись, Сакура направилась в комплекс, возведённый после окончания войны. Место, которое они не раз посещали как пара, место, где двери для них были всегда открыты. Сейчас же, розоволосая направлялась туда не как друг, а как враг. Подойдя к веранде, что находилась в частной зоне здания, девушка стояла и смотрела на дом, полыхая жаром ненависти. Непонятно чего ожидая, Харуно просто замерла - её останавливала часть разума, но сердце требовало расправы. В этот момент из-за угла дома показалась знакомая фигура, одетая в черную однотонную юкату. Заметив разъярённую девушку, Рейвен уже в априори знала, зачем к ней пожаловала гостья и была готова принять все меры. - Да что вас ко мне, как магнитом тянет?! – поинтересовалась она, хлопая себя по бёдрам и приближаясь к подруге. - Почему? Почему ты предала нас? – сжимая кулаки, томно спросила Сакура, стискивая зубы. - Ну, во-первых, привет, - заговорив с девушкой учительским тоном, Рейвен понимала, что милые беседы и крики тут ничем не помогут. А вот здоровый и рассудительный нрав наравне с железным тоном вразумить могут, - Во-вторых, я никого не предавала. - Ты не считаешь это предательством? Может быть для тебя это как для него? Просто ошибка? – всё сильнее разгоралась боль в душе медика, которая стремилась достигнуть справедливости. Не сдерживая эмоций, она пускала слезу за слезой, краснея, как помидор, от гнева. - Ошибка тут действительно имеет место быть, но не в том, что он тебе сделал, а в том, что он тебе сказал, - не меняя интонации, Рей сложила руки на груди, демонстрируя свой настрой. - Что происходит? – спросил так не вовремя показавшийся Учиха из дома, заметив напряжённую беседу между девушками. - Милый, я сама разберусь, оставь нас, - резко изменив тон на ласковый, попросила Рей, оглядев мужа. - А что, не хочешь, чтобы он знал? – язвительно поинтересовалась Сакура. - Знал что? – непонимающе спросил Итачи, выходя за дверь. - Ничего, уйди, пожалуйста, - более требовательнее сказала Рей. - Как ничего?! Твоя жена изменила тебе с Какаши, - выплюнув эту фразу, на какой-то момент Харуно обрадовалась, что сделала человеку так же больно, как было ей. Но после того, как эта эйфория прошла, она поняла что на зло отвечает злом. А это никогда не приводило к хорошему. Что из-за Рей она стала кем-то другим, уже не той светлой и беззаботной девчушкой. - Не понял? – переводя взгляд на жену, Учиха был обескуражен этой новостью, а вот у виновницы конфликта затряслись пальцы и стало подводить терпение. «И как теперь выкручиваться? Ну, Хатаке, попадись мне только! Найду и изничтожу!» - А-а-а-а, - протянула черноволосая понимая, что ничего не лезет на ум, в то время как два голодных рта, ждали «похлёбки». - Это всё ты! – окончательно потеряв рассудок, ученица Цунаде собрала в кулак все возможные силы, и ударив по земле, спровоцировала волну и разлом коры. Большие валуны из расщелины понеслись в сторону Рей. Заметив приближающуюся атаку, девушка вытянула руку вперёд, и воздействовав на элемент земли, остановила приближение раскола. - Стой, Харуно! Никто никому не изменял! – настойчиво прокричала девушка с белыми глазами, надеясь привести в чувство выпавшего в осадок мужа и взбесившуюся подругу. - Ты думаешь я тебе поверю? – сделав шаг навстречу, и приготовившись к бою, спросила розоволосая. - Ты сначала выслушай, а потом решай, верить или нет, - попросив дать ей шанс, в белых глазах «Странницы» на какой-то момент обиженная шиноби разглядела сочувствие и что-то, что не поддавалось объяснению. Медленно и нерешительно кивнув, она дала ей возможность, которой лишила своего возлюбленного. - Недавно Какаши кое-что узнал, и эта информация ужасна настолько, что побоявшись рассказать тебе правду, он придумал эту историю с изменой, - пытаясь как можно проще изложить суть проблемы, начала Рей. «Не поняла?» - промелькнула мысль в голове Сакуры. - Зачем врать о таком? Где логика? – переспросила ученица Хокагэ. - Он хотел уйти от тебя, - фраза, ставшая роковой, донеслась из уст черноволосой. Она полностью оглушила медика. Она почувствовала в ногах слабость, а в сердце неуютную пустоту. «Он хотел уйти. Неужели он настолько труслив, что не мог это прямо сказать? Зачем придумывать такие истории? Не верю» - сердце отчаянно противилось этой информации, оно не могло принять такой мерзкий факт. - Но зачем врать? Неужели нельзя было сказать? - опередив её мысли, желая разобраться в произошедшем, включился в беседу Итачи, безоговорочно поверив своей жене. - В этом-то и дело, он не хотел расставаться с тобой, он любил и любит тебя, но то, что он узнал в какой-то мере вынудило его, - на выдохе ответила Рей. - Что же может быть за информация? – шокировано спросила Сакура. Жаль только не знала девушка, какую правду за собой таила эта ложь. Наблюдая за тем, как мешкается подруга их семьи, она понимала, что что-то плохое должно случиться. Понимала, что нечто ужасное ей предстоит сейчас услышать. - Он умирает, - два слова, которые уничтожают жизнь. Умирает. Вот так просто можно убить в тебе все надежды и мечты. Да, в этот момент люди понимают, как глупы они были, когда кричали, и как слепы были, раз не разглядели. Но что говорить о былом, когда проблемы есть сейчас? - Как? Как такое возможно? – не веря своим ушам, переспросила зеленоглазка. - Я точно не знаю, возможно, последствия войны. Я предполагаю, что какая-то инфекция ещё тогда просочилась через раны и всё это время медленно убивала его. У него осталось не так много времени, судя по его поступкам. Вот, чтобы не причинять тебе боль, он и решил солгать, - высказав своё предположение, девушка подошла к своему мужу, и надеялась на то, что он поверит, обняла его, ожидая ответный объятий. - Ты разве не можешь помочь? – видя безоговорочное доверие пары, понимая, что скоро сама лишиться единственной возможности быть счастливой, Сакура молебно спросила ту, которую ещё пару минут назад, готова была порвать в клочья. - Могу, но он отказывается от помощи, и даже запрещает помогать, - коротко ответила Рей. - Почему? - не понимала Харуно. Как можно захотеть умереть, когда в твоей жизни есть любовь? - Потому что он устал. Не мне тебе говорить, но мне доводилось видеть всю его жизнь. Я могу сделать вывод, что он обрекает себя на муки, делая вид, что в этом виновата судьба. Мне кажется, что он думает, что за столько лет боли он, наконец, готов умереть, что так хотят звёзды. Её слова медленно доносились до ушей Харуно и ещё медленнее переваривались в её голове. Она анализировала всё, что знает о Какаши, все, что он рассказывал ей когда-либо. И постепенно приходила к выводу, что правда таится в словах подруги. Ведь его, действительно, мало чем радовала жизнь. Сплошная боль и страдания - это всё на что он мог рассчитывать. Лишь последний год он был по-настоящему счастлив, но одна ключевая информация, и он уже готов отдать себя тьме. - Он не хочет, - коротко выдохнула Сакура. - Хочет, не хочет, мне плевать. И тебе должно быть тоже. Война подкосила его разум и дух, и ты была единственной, кто сдерживал его в узде. Но как видишь, времени для реабилитации слишком мало, - поддерживая подругу, не давая ей опустить руки и сдаться, приободрила её Рей. - И что теперь делать? – обречённо спросила Сакура, готовая упасть на колени и расплакаться в голос. Рейвен достала из кармана юкаты какой-то пузырёк с голубой жидкостью, и помахав им, задорно улыбнулась. - Действовать.

***

Тем временем, на другом конце мира, Какаши ощущал свою ничтожность. Он начинал ненавидеть самого себя за то, что пришлось соврать. Вспоминая их разговор, он болезненно перебирал в памяти каждое произнесённое слово. Его речь ощущалась на губах как кислота, разъедающая нежную плоть. Ложь доводит до безумия. А что делать тому, кто и так безумен? Вся его жизнь была ничтожна: ушёл отец, покинули друзья, а после война вынудила сражаться с лучшим другом и потерять близких. Всё было бы по-другому, если бы он тогда сумел спасти их. А теперь спасать приходится себя от неконтролируемого потока сожаления. Достоин ли такой человек жить? Вопрос хороший, но куда более уместным вопрос будет: достоин ли такой человек любви? Он так не хотел, чтобы Сакуре пришлось его провожать в иной мир, он не хотел видеть, как она плачет, как кровью обливается сердце. Он был готов к тому, что она возненавидит его, лишь бы она не плакала по ушедшей любви у надгробия. Он мог бы попросить Рейвен о помощи, но не хотел оставаться в ещё одном долгу. Его ничтожная жизнь была взята в долг. Сначала Обито, потом Минато, а теперь и Рей? Одна мысль об этом была невыносима. Всю жизнь прожив одиночкой, он решил уйти из неё таким же. Но неожиданно на пороге большого зала чужого дома появилась та, которой он пусть и ненадолго, но открыл сердце. У Харуно глаза были красные от слёз, а душа изранена переживаниями. Он видел её, но не хотел смотреть. Понимал, что только его подруга могла перенести её сюда, а судя по настрою розоволосой Рей поведала ей правду. Не говоря ни слова, Сакура подошла к своему возлюбленному и залепила сидящему на диване Хатаке пощёчину. Прикоснувшись к красной после удара щеке, мужчина поднял взгляд, ожидая наказания. - Это тебе за то, что соврал, - пояснив свои действия, девушка вновь ударила по другой щеке, но уже более сильно. - Это тебе за то, что ложь выбрал изощренную, - не останавливаясь и на этом, она вновь занесла руку. – Это за то, что умираешь, - нанеся удар, девушка начала плакать, не сдерживая свои эмоции, злость, обращая в обиду. - А это за то, что не любишь меня, - ударив последний раз, она обессилено упала на колени, глядя на то, как Какаши испугался упрёка в свой адрес. - Кто тебе сказал, что я тебя не люблю? – устало спросил он, опустив глаза и не смея поднять их. - Если бы ты любил как я, то хотел бы разделить жизнь со мной и не отказывался от помощи, - укорительно произнесла она, поднимая его голову, ладонью ухватившись за подбородок. - Я просто больше так не хочу, прости меня, - в очередной раз пришлось извиниться ему. А что он скажет? Он уже сделал свой выбор и больше не станет его менять. Став жертвой собственной жизни, он уже свыкся с мыслью, что всё давно распланировал кто-то на небесах. - Прекрати, ты не должен опускать руки. Помощь друзей не обязывает тебя на муки совести, она говорит лишь о том, что ты хороший человек, раз тебе стремятся бескорыстно помочь, - пытаясь убедить его в обратном, на тон громче заговорила девушка. - Хороший человек не приносит столько боли окружающим и не получает её в ответ, - зациклившись на своей шарманке, не отступал Какаши. - Что ты хочешь? Чтобы я одобрила твой выбор? Я готова поддержать тебя во всём, но не в этом. Я полюбила своего сенсея, который смог показать мне свет после мрака войны. Учителя, который подарил мне новую жизнь, а теперь он отказывается и от меня и от жизни в целом, это ли не ошибочный путь? – стукнув по обивки дивана, девушка была готова дать волю своим амбициям и любыми способами пережить эти пару минут. - Пожалуйста, Сакура, не вынуждай меня просить тебя уйти. Я не хочу, чтобы ты меня жалела. От этого мне только больнее, - закрыв лицо руками, он взмолился ей, ведь и так был унижен и не знал куда уж больше. Он ощущал, как его достоинство медленно превращается в пыль. - А тебя никто и не жалеет, тебе пытаются помочь, а ты отталкиваешь всех, кто тебя любит, - закончив свою фразу холодным как сталь тоном, она повернулась посмотреть за его спину, после чего произошло то, что Какаши не ожидал в подобной ситуации. - Опачки! – воспользовавшись эффектом неожиданности, появившаяся из ниоткуда Рей со спины воткнула в шею Хатаке шприц с голубой жидкостью. – Гора сама пришла к Магомеду. - Чего? – переспросила непонимающая её последних слов подруга. - А, забей,- отмахнувшись от неё, чтобы не объяснять место возникновения пословицы, Рейвен осторожно положила мужчину на диван, уложив его голову на ноги девушки. - Через пару часов проснётся и будет здоров. На случай, если начнёт возмущаться, скажи, что это была твоя идея, пусть должен тебе будет, ты-то уж знаешь как распорядиться долгом, - улыбнувшись напоследок, черноволосая готова было оставить их наедине, но её прервали. - Спасибо тебе, - искренне поблагодарила Сакура, - прости за то, что устроила. - Не извиняйся, я бы на твоём месте, даже не разговаривала бы, просто убила. Хатаке - хороший парень, просто немного запутался, от этого никто не застрахован. Постарайся объяснить ему, что мир по-прежнему прекрасен и ты всё так же любишь его. Начните всё сначала, так обоим будет проще. Как только решите все дела, заходите в гости. Мы с Итачи будем рады вам, - подарив подруге напоследок тёплую улыбку, обладательница арктических глаз исчезла так же быстро, как и появилась.

***

Медленно открывая глаза, копирующий ниндзя пытался понять, что произошло и сколько времени он провёл в отключке. Поняв, что он по-прежнему находится на диване, шиноби листа медленно попробовал встать и внезапно во всём теле почувствовал лёгкость. Не было той тяжести, которая сопутствовала последние несколько месяцев, голова перестала болеть, а грудь наслаждалась вдыхаемым воздухом. Вспоминая последнее перед тем, как потерять сознание, он наткнулся на картинку, где что-то воткнулось ему в шею, и послышался знакомый голос подруги. В голове закралась мысль, что появление Сакуры было лишь отвлекающим манёвром. Для того, чтобы он потерял бдительность и дал девушкам воплотить задуманное. Увлекаясь рассуждениями, он не заметил, как подошла его любимая с подносом, на котором красовались две ароматные чашки с жасминовым чаем. Присев на кресло, что находилось рядом, ученица Сенджу сложила ногу на ногу, и уперевшись локтем в подлокотник, положила голову на ладонь. - Поздравляю, ты здоров, - коротко объявила она серьезным тоном. - Я не просил, - понимая, что всё обернулось его страшным кошмаром, расстроился седовласый. - А тебе и не предлагали, просто сделали и всё. Ты никому ничего не должен. Сложно смириться с тем, что всё решили за тебя. Сложно принять жизнь, когда не так давно ты от неё отказывался. А сейчас, ему было сложно представить, что дальше делать. Его опять спасли против своей воли, а теперь он, как побитая псина, сидит и не знает что сказать. - Ты меня ненавидишь, - скорее не задавая вопрос, а утверждая очевидное, сказал копирующий ниндзя. - Ошибаетесь. Ненавидите себя здесь только вы, Какаши-сенсей. Я вас люблю, и поэтому понимаю вашу боль. Понимаю причину вашего поступка и прощаю за то, что вы сделали. Но я вынуждена у вас кое-что попросить, - переваливая корпус в сторону собеседника, спросила розоволосая, убирая растрепавшиеся пряди за спину. - Что? – удивившись то ли манере её разговора, то ли словам, что она произносит, спросил Какаши. - Я вас не оставила несмотря на боль, которую вы мне причинили, и вы не должны оставлять жизнь, несмотря на то, что она вам уготовила. Неужели я не являюсь катализатором всей этой боли? Неужели вы, Какаши-сенсей, не верите в то, что со мной можете стать счастливым? – перейдя на прежнюю, почти забытую форму общения, Харуно изрядно удивила и этим. Однако её слова были гораздо важнее всего. - Почему ты со мной на вы? – спросил Какаши, не понимая как её слова, вяжутся с уважительной формой обращения. - Я хочу всё начать заново, а всё начиналось именно так. Согласны переписать жизнь и внести серьёзные коррективы в сюжет? – быстро перебравшись на диван, она села рядом и посмотрев прямо в его глаза, не скрывая своих истинных чувств, поцеловала его через ткань, скрывающую лицо. Он молча смотрел на неё, на эту молодую и сильную девушку. Сейчас, ощущая её губы через ткань, он восхищался её сильной волей и крепкой любовью. А ведь и правда, она не отказалась, она прогрызала путь к воссоединению. Постыдно ли, после удара, от которого ты упал, снова встать на ноги, даже наступив на горло собственной гордости? Многие ответят что да, но я вам скажу, что только обладая мужеством, можно поступить в этой ситуации так, как поступила Сакура, и ухватиться за руку, которую она подала так, как это сделал Какаши.