Редкие пары и пейринги

Помоги мне! Сердце моё горит На костре не потухшей раны, на углях от пустых обид Помоги мне! Слёзы мои утри Склей обломки моей вселенной, каплю веры оставь внутри. Ты дорога моя неопасная И теперь мне, похоже, не сбиться Если боль залепить лейкопластырем И лететь дальше раненой птицей. (с) Город 312 - "Помоги мне"

*** Больше не улыбаясь, ты внимательно смотришь на меня. Укол зависти/ревности/совести. Я помогаю тебе, пытаюсь ухаживать. И что получаю взамен? -Лариса Андреевна, вы прямо рыцарь. -В прямом смысле этого слова, я знаю. Рыцарь? Хм, а что, неплохо. Никогда не думала, не предполагала, что придётся смущаться из-за слов семнадцатилетней девчонки. -Я что-то не то сказала? Нет, блядь, всё отлично. Зачем мне оправдываться? Почему я не могу послать тебя далеко и надолго, чтобы освободиться? Я мазохистка. Я делаю себе больно, но не могу оторваться от тебя. Просто это не переживёшь. Историю не перепишешь, синяки под глазами не скроешь. Лучше обратить внимание на Виктора. Или на Уварова. Или на Раевского. Ведь, если кто-нибудь узнает о моём "увлечении девочками", я умру со стыда. -До завтра, Даш. -До свидания, Лариса Андреевна. Улыбаюсь уголками губ. Забудь ты это дурацкое отчество, мы ведь, можно сказать, не чужие люди. Или я просто схожу с ума. Я так запуталась, так потерялась...а ты вновь смотришь на меня своими огромными глазами, пытаясь пристыдить или поскорее сбагрить на очередного больного. А правильнее будет подойти, обнять и прижаться губами к твоим тёплым. Наверняка, в этом что-то есть, иначе почему ты, по слухам, меняешь парней как перчатки. Твоя бровь изгибается. Ах, да, я ведь стою в дверях и пялюсь на тебя. Простите, Ваше Величество/Высочество, Ваш рыцарь позволил себе слишком много. -Что-то ещё? -Скажи, только честно, а что в тебе парни находят? Пожимаешь плечами и отворачиваешься. Интересно, а когда ты ходила, какого ты роста была? Мне пришлось бы наклоняться, чтобы провести подушечками пальцев по твоим губам, или же... -Дураки эти парни. -Точно. Даш? -Хм? -Зови, если что.