Голос Альбиона

Артур Пендрагон сидел в своих покоях, заставляя себя закончить написание речи, когда дверь в его комнату вдруг распахнулась с громким хлопком и из дверного проема заклубился фиолетовый дым. — До-о-оброе утро, сир! Король застонал, когда к нему ворвался Мерлин с подносом в руке. Придворный колдун каждый раз столь грациозно навещал его для того, чтобы «оживить это место», как он сам утверждал. Сначала это выглядело весьма забавно, но со временем порядком наскучило. Быстрый осмотр комнаты сказал Артуру о том, что у него под рукой, к сожалению, не было ничего, что могло заставить Мерлина уйти. Головная боль, круги под глазами от бессонной ночи — он никогда не напишет эту речь.

— Мерлин, я пытаюсь написать речь… — Тебе помочь? — Нет. — Значит тебе это не нужно? Я всю ночь писал… — Нужно отшлифовать. — Непременно.

— А как же голуби? — Им тоже нужно отдыхать, — радостно сообщил Мерлин, выдвигая из-за стола напротив Артура стул взмахом руки. — Я думал, тебе понравится, если это будет просто дым, — он поставил поднос и расслабленно опустился на стул. — Твой последний слуга ужасно пуглив. У него глаза на лоб полезли, когда я сказал, что сам принесу тебе завтрак. — Гвейн сказал ему, что ты превратил моего предыдущего слугу в жабу. Бедный мальчик едва не лишился сознания от ужаса. — Да. Если ты завтра вдруг увидишь жабу, прыгающую вокруг замка, знай, что это Гвейн. — Ну и зачем ты принес мне завтрак? Мерлин пожал плечами. — Просто так, — он схватил одно из яблок из вазы и беспечно подбросил его в воздух, прежде чем поймать и надкусить. Артур в подозрении нахмурил лоб: — Тебе что-то нужно, не так ли? — Мне, сир? Да что вы? — Мерлин, — прошипел Пендрагон. — Что? Неужели я не могу позавтракать со своим другом без задней мысли? — он сделал еще один укус и продолжил говорить с набитым ртом. — Действительно, ты становишься все большим параноиком с годами. Видимо, стареешь… — Я не… — начал Артур, но Мерлин уже стянул со стола пергамент и начал его увлеченно читать. — «Мы все — чьи-то дочери. Мы все — чьи-то сыновья», — начал маг. — Неплохо, неплохо. Так сказать налаживание контакта. Вероятно, следует добавить нечто о том, что ты хочешь начать все заново. Что-то вроде: «Мы можем перелистывать страницы…».* Артур выхватил листок из рук друга: — Я буду писать то, что хочу, Мерлин.* — Мы должны свести концы с концами до того как постареем, не так ли?* Артур ухмыльнулся: — Ты прав. Некоторые из нас стареют быстрее, чем другие. Чародей застенчиво пригладил волосы. Он, к радости Артура, был первым из них двоих, у кого начали появляться залысины и седые волосинки. Гвиневра в тот момент заметила, что у короля также проявляется седина: волосы, отличные от блондинистых, но Артур настоял, что они незаметны. Кроме того, он был королем. Он становился более мудрым и опытным, а Мерлин просто выглядел старым. Это же было очевидно. — Ты уверен, что тебе от меня ничего не нужно? — снова спросил Артур, и его глаза сузились в подозрении. — Ла-а-адно, — протянул Мерлин, поджимая губы. — Через два дня турнир… — Знаю. Я участвую в нем. — В том-то и дело, милорд… — осторожно начал маг. Артур положил перо на стол. Мерлин никогда не обращался к нему таким образом просто так. — И что? Не говори, что кто-то пытается сорвать турнир и убить меня. Эмрис фыркнул. — Как будто я позволил бы этому случиться. Хотя иногда я жалею, что никто даже не решается на это. Мне нужно что-то, чтобы поднять дух, повеселиться. В последнее время мне так скучно… — Я рад, что перспектива моего попадания в смертельную опасность вызывает у тебя инициативу. — Я так и думал. — Что ты хочешь? — всплеснул руками Артур. Мерлин выглядел так, словно пытался особо тщательно подобрать слова. — Просто… тебе не кажется, что было бы разумнее, если бы ты принимал в турнире больше роль правителя, чем рыцаря?

— Бывают такие моменты, когда я тебе говорю: лучше не надо… — А я тебя не слушаю. — Но я оказываюсь прав.

Пендрагон вздохнул: — То есть, ты считаешь, что я не должен сражаться в турнире? — Я этого не говорил, — быстро вставил Мерлин. — Но ты и так победил во многих боях, и мне кажется, что уже пришло твое время уйти из турнира, пока ты на вершине… — Прежде чем я проиграю, ты имеешь в виду? — Прежде чем ты получишь травму! Ты превосходный боец, но никто не может отрицать, что ты уже не так ловок… Артур в гневе ударил кулаком по столу. Мерлин задел его за живое. — Я ловок как никогда! В прошлом году я выиграл турнир! Чародей сделал глубокий вдох: — Да, но это было в прошлом году, прежде чем… Честно говоря, Артур я не думаю, что это хорошая идея. Ты вряд ли сможешь даже бороться с рыцарями, и, мне кажется, мы оба знаем почему. Рука Артура инстинктивно потянулась к его правому плечу. Пару месяцев назад он возглавлял армию против внезапного вторжения саксов и в его плечо попало копье. Мерлин, которого Артур отправил с Эйсузой за подкреплением, чуть не разгромил армию в спешке, когда возвращался к королю. Чародей едва успел вовремя остановить кровотечение, чтобы спасти его. Рука зажила, но каждый раз, повернув руку под определенным углом, Артур все равно ощущал укол боли. Мерлин так и не простил себя за происшедшее, хотя Артур бесчисленное количество раз говорил другу, что в этом не было его вины. — Возможно, ты будешь лучше бороться в следующем году, — продолжил Эмрис. — Но, хорошо, причина есть еще и в твоем старении. Мне кажется, что тебе не следует сражаться. — Я король! Народ ждет моего боя! — Нет, не ждет. Ты победил в достаточном количестве турниров. Кроме того, твой сын уже достаточно взрослый, чтобы бороться в этом году. Разве не лучше бы было, если… — Я буду сражаться, Мерлин. И точка.

— Я не шучу: тебе не нужно на турнир. — Я знаю, ты думаешь, что турнир — это какая-то глупая игра, но это не так. На турнирах я доказываю народу, что достоин быть королем. — Знаю.

— Я просто голос твоего разума. И я не собираюсь сидеть и молчать, пока ты ставишь себя в бессмысленную опасность! — Ну уж, — на взводе сказал Артур, — а я не собираюсь жить в страхе от того, что не могу защитить себя и свое королевство! — Но?.. — Разговор окончен! — Но, Артур… — пытался Мерлин. — Я сказал - нет. Пока я правлю, я буду участвовать в турнирах. — Ладно. Артур приподнял бровь. Мерлин никогда не соглашался так быстро. — Я понятно выразился? — О да, ты раскричался и все мне доходчиво объяснил, милорд! — Вот и хорошо. — Ты болван, — Мерлин выскочил из комнаты, от него веяло громоподобным гневом за сотни лиг. Дверь с грохотом захлопнулась за его спиной. Король потер виски и вернулся к своей речи. "Мерлин смирится", — успокаивал себя он, не обращая внимания на укол в плече и покалывание вины в сердце. Мерлин всегда прощал его… в конце концов.

— Слово есть такое - «извини», слышал? — Нет, сам придумал?

***

Остальную часть дня Мерлин его избегал и не явился даже на заседание совета. Гвейн в зале также отсутствовал, что нисколько не способствовало улучшению всеобщей атмосферы. С другой стороны с годами характер Гвейна немного смягчился, и порою рыцарь бывал совершенно скучным, редко, но бывал. Но даже скучный Гвейн часто становился пьяным Гвейном, а иногда в пределах Камелота можно было заприметить и пьяного Мерлина. В последний раз, когда Гвейну все же удалось напоить придворного колдуна, на каждом флаге Камелота бабочка сменила дракона, до тех пор пока чародей не вышел из похмелья. Когда Артур сел за ужин с Гвиневрой в их покоях, его жена склонила голову набок, глядя на него: — Мерлин сердится на тебя, не так ли? Артур положил голову на свои руки и выпустил усталый стон. — Что, это так заметно? Гвен мягко улыбнулась: — Да. У тебя это на лбу написано. Что на этот раз? — Он считает, что я слишком стар, чтобы участвовать в турнире, — скучным голосом пролепетал Артур, вспоминая, что точно так же разговаривал с ним его новый слуга, Френсис. — Это же смешно, — он взглянул на супругу с надеждой, ожидая, что она с ним согласится. К своему ужасу, Артур увидел, что Гвиневра испустила негромкий вздох и положила вилку обратно на тарелку. — Артур… — Не говори мне, что ты согласна с идиотом! — Он просто переживает за тебя. Ты знаешь это. Беспокоится. — Он всегда беспокоится. И говорит, что я параноик и уже старею! — Он твой друг. Ты прекрасно знаешь, что он просто пытается тебя защитить. К тому же я вижу, что он по-прежнему чувствует свою вину за твое плечо. — Я говорил ему, что он не виноват. И если бы он не вызвал подкрепление тогда… — Артур глубоко вздохнул. — Я поговорю с ним. — Вот и хорошо, — сказала Гвен с улыбкой. — Как тренируется Лохот? Они разговаривали и смеялись в течение следующих нескольких минут, прежде чем Артур впервые услышал странный голос. Он едва надкусил хлеб, когда услышал, как кто-то громко поет: «Храбрый, храбрый король Артур покинул Камелот». Артур выронил хлеб от неожиданности. — Что это было? — Хм-м? — не поняла Гвен, благодарно улыбаясь Френсису, что налил ей еще вина. — Разве ты не слышала? — потребовал король. — Может быть это просто слуги в соседней комнате. «Он не боялся умереть, о, храбрый король Артур!». — Тогда скажи им, чтобы они прекратили петь. — Петь? — нахмурилась Гвен в недоумении. — Они не поют, а просто прибираются. «Он совсем не боялся недостойно убитым быть». Сердце Артура заколотилось. Кто-то ему угрожал. Нужно было найти убийцу и убедиться, что Гвиневра в безопасности… Гвиневра, которая сейчас смотрела прямо на него. Она накрыла своей рукой руку мужа, в которой тот мертвой хваткой сжимал вилку. — Артур ты в порядке? Ты побледнел… «Храбрый, храбрый, храбрый король Артур». Артур вскочил с кресла так быстро, что оно опрокинулось на пол. Гвиневра ахнула в изумлении, в то время как Френсис испуганно отскочил назад, роняя кувшин. «Он совсем не боялся в лепешку расшибиться…». Король резко оглянулся с поднятым мечом. — Выйди и сразись со мной! — Артур, с кем ты разговариваешь? — потребовала Гвиневра. «… Что ему разобьют локти и выколют глаза». — То, что ты поешь — это измена! — закричал Артур, вглядываясь в окно. Гвен осторожно подошла к нему и легонько опустила руку с мечом. — Артур, никто не поет. Ты уверен, что хорошо себя чувствуешь? Мне позвать Хайвел? «Разобьют колени, сожгут в костре палящем…». — Я… ты действительно не слышишь этого? — в непонимании спросил король, сердце которого по-прежнему яростно колотилось. Гвиневра обернулась к Френсису, который начал подбирать осколки кувшина. — Оставь это, найди Хайвел, — она усадила Артура на стул и взяла его лицо в свои ладони. — Ты точно в порядке? «…Сломают ноги и руки. О, храбрый король Артур». — Я… да, — что, во имя Камелота, происходило? Артур заткнул себе уши, но веселая мелодия не замолкала. Лишь утешительные руки Гвиневры и ее мягкий шепот не позволяли ему разгромить всю комнату, в то время как песня и не думала заканчиваться. Хайвел, добрая женщина, заменившая Гаюса на должности придворного лекаря после его смерти, ворвалась в комнату. — Его Величеству нужна моя помощь? Гвиневра поспешно махнула рукой. — Да, да, что-то с Артуром происходит. Он говорил, что слышит… — она прикусила губу. — Артур? «Разобьют ему голову, вырвут сердце…». Артур, которому уже становилось плохо, слегка откашлялся. — Я… слышу что-то. Голос. Хайвел кивнула. — Голос? Попробуйте прислушаться к нему. Это просто шум, или вы можете что-то разобрать? «Удалят ему печень, сломают таз…». — Могу разобрать. Это больше похоже на… балладу, — наконец, сказал Артур. Хайвел нахмурилась. — Разрешите осмотреть вас? К счастью, песня стала затихать, пока Хайвел осматривала королю уши, прочищала их специальной настойкой и применяла различные пробки для ушей, пока голос, наконец, не исчез полностью. — Я не обнаружила ничего серьезного, сир, — объявила женщина. — Это прекратилось? — Да, кажется, да… — Значит ли это, что с ним все будет в порядке? — спросила Гвен. Хайвел уложила свой инвентарь обратно в сумку. — Возможно, это из-за стресса, миледи. Пока нет повода для беспокойств. Я рекомендую Его Величеству отдохнуть. — Спасибо, Хайвел, — мягко сказала Гвен, очевидно испытав гораздо большее облегчение чем сам Артур. Врач поклонилась и ушла, оставив после себя легкий аромат трав. Королева прижалась к своему мужу, и тот обнял ее в ответ, целуя в лоб, хотя разум правителя еще блуждал достаточно далеко. Этот голос был настолько настоящим…

***

Опасения Артура испарились уже на следующий день. В конце концов, светило солнце, дул освежающий ветерок, и его голова блаженно помалкивала. Стресс, вот и все, что это было. Теперь все было замечательно. Он почти вышел во двор, когда наткнулся на Мерлина и Гвейна, которые над чем-то истерично смеялись. — Мерлин, Гвейн! — громко позвал Артур, чтобы объявить о своем присутствии, и приготовился к перемене настроения волшебника. Но, к счастью, оказалось, что Мерлин простил его. Он широко улыбнулся королю, так что тому показалось, что шутили они над ним. — Эй, болван. "Отлично, теперь они снова могут общаться", — самодовольно подумал Артур. Он знал, что Мерлин на него больше не обижается. — Чего веселитесь? — Гвейн хочет стать певцом. — Да, это ведь легко, — сказал Гвейн, хлопая Артура по спине. — Придумал рифму, подобрал мелодию и все! Дайте мне любое слово! — Высокомерие. Гвейн надулся: — Слово попроще. Артур многострадально посмотрел на Мерлина. — Как надолго им овладела это затея? — Сколько еще мы можем смотреть друг на друга?..* — громко и необычайно фальшиво пел рыцарь. — И… э-эм, кругом… как вьюга? Артур закатил глаза. — Ты снова напился, да? Мерлин согнулся от смеха. — Думаю, нам лучше в замок вернуться, наконец. — Лучше в замок нам вернуться, наконец… — воодушевленно продолжил Гвейн. — И… а, что рифмуется с «наконец»? Конец? — Боец, — услужливо подсказал Мерлин. — Венец, беглец, наглец, певец… — Отец, — сказал Артур. — Кстати говоря, мой сын на патруле. Я хочу провести тренировку с рыцарями вместо него. Поэтому, если два шута не против… — он махнул рукой и направился в сторону тренировочной площадки. — Ох, «шут», — взволнованно начал Гвейн, когда Артур удалился. — Можно придумать много слов в рифму. Плут, суд, пруд, труд. — Баламут, — закончил Мерлин. — Я пошел, нужно поговорить с болваном. Увидимся позже. — Я еще стану певцом! — крикнул вслед друзьям Гвейн. — Вот увидите! Артур закатил глаза и скрыл улыбку, когда Мерлин догнал его, и стал шагать рядом.

— Во всем есть плюсы. Например, у тебя по-прежнему есть я. — И меня должно это радовать? — Ну мало ли…

— Ты в порядке? — спросил придворный маг через пару секунд. Рыцари уже собрались на поле: какими молодыми они выглядели, почти детьми. Некоторые из них, казалось, едва подходили для того, чтобы держать в руках оружие. — Да, а что? — спросил Артур. — Ко мне утром приходила Гвен. Она сказала, что ты слышал какой-то голос прошлой ночью, и хотела бы, чтобы я проверил, имеет ли это отношение к магии. Артур выдохнул в раздражении. Он любил свою жену, на самом деле, но иногда она была паникером похуже Мерлина. — Я чувствую себя превосходно. Ничего не было. Я просто устал. — Ты уверен? — Да. Гвиневра переживает чересчур. — Возможно, у нее есть на то причины. Многое начинает терять свою форму с годами, знаешь ли: талия, слух… ум… — Тебе даже стареть не нужно для того, чтобы нести всякую чушь, — огрызнулся Артур. — Рыцари! Стройтесь! Рыцари - юноши, почти дети - выстроились ряд. Мерлин встал чуть поодаль, чтобы наблюдать за тем, как Артур идет вдоль ряда, кивая каждому. Если они сейчас были настолько молоды, когда же они начали обучаться? Или, возможно, Мерлин был прав, он действительно старел… — Господа, — начал он, — вы здесь для того, чтобы вступить в ряды лучших воинов всего Альбиона. Таким образом отнеситесь к этой тренировке со всей серьезностью и ответственностью. Пройдите через нее достойно. Верьте в себя и свои силы. Знайте, что вместе мы… «Храбрый король Артур сбежал!» Нет. Нет, это не могло происходить снова. Голос не мог вернуться, с ним все было хорошо! «Прочь король-храбрец сбежал!» Откуда он? — …Милорд? — спросил один из рыцарей, выглядя слегка испуганным. Артур понял, что он остановился возле юноши и уставился в него. Король моргнул и продолжил: — Мы все сможем выступать единым фронтом… «С опасностью столкнулся и голову поднял. И, обернувшись, убежал». — Э-э… мы должны… быть сильными, — Артур стиснул зубы, пытаясь игнорировать голос. — И верить в то… «Да-да, храбрец король Артур сбежал!» — …Что сделаем этот мир лучше… «Он столь тактично прочь сбежал!». — Бой на мечах! — воскликнул Артур, прикрывая уши. — Сражайтесь друг другом! Сейчас! Рыцари, смущенные этой внезапностью, тем не менее мгновенно обнажили мечи и начали бороться, стараясь воспроизвести впечатления на своего короля не только боем, но и послушанием. Между тем сам Артур даже не глядел в их сторону, а сосредоточил свое внимание на заинтересованно выглядящем придворном волшебнике. «И пятками вдали сверкав, он очень храбро отступал!». — Что, опять? — Заткнись, Мерлин. В мои покои, немедленно! Песня становилась все громче и настырнее, пока Артур тащил сопротивляющегося Мерлина обратно в замок. Рыцари продолжали сражаться, не обращая на друзей никакого внимания. «Храбрейший из храбре-е-ейших, храбрый король Артур!»

***

— Ну? — потребовал Артур, когда они с Мерлином уселись за столом в королевских покоях. — Что? — ответил чародей, нахмурившись. Его глаза загорелись золотым светом, когда он заглянул в ухо Артура. — Это магия? — спросил тот, тыча в грудь Мерлину. Глаза Эмриса снова стали голубыми. — Возможно. — Возможно? Конечно, это магия! Я слышу голос, который поет о моей неминуемой и насильственной смерти, который никто не может слышать! Как это может быть не магия? — Может быть, тебе следует снова проконсультироваться с Хайвел? — Нет! Ты мой придворный колдун и ты должен исправить это. Я не собираюсь жить с этой… песенкой в своей голове! — Ладно, ладно. Я попытаюсь. Hleothor, ic the healte. Его глаза вспыхнули на мгновение, и Артур прислонил руку к виску. — Ну, ты все исправил? — Хм… — задумчиво сказал Мерлин, глядя на лоб Артура. — Мне не надо твои «хм», я ненавижу когда ты так говоришь. Просто скажи: ты исправил это или нет? — В принципе, образно говоря, можно сказать и «да». — Прекрати болтать и прямо ответь на мой вопрос. — Тебе не понравится мой ответ. — Мне не нравится многое из того, что ты говоришь, но я с этим как-то справляюсь. — Это были очень могущественные чары. Чтобы мое заклинание подействовало понадобится время. Если ты будешь отдыхать, это займет всего пару дней. — Пару дней?! Пару дней отдыха?! — Боюсь, что да, — сказал Мерлин с насмешливой улыбкой. Если бы Артур не знал своего друга лучше, он бы подумал, что тот выглядел почти самодовольным. — Но я должен править королевством! — Гвен легко сможет заменить тебя на денек-другой. Артур застонал и опустил голову на стол. — Я должен сражаться в турнире! — Да, как все неудачно складывается, — сказал Мерлин, похлопывая Артура по плечу. — Но я боюсь, что вы не сможете в нем участвовать, сир. Голова Артура резко дернулась вверх, и он нахмурился, глядя на своего друга. Лицо чародея выражало его сочувствие, его глаза были искренними, невероятно большими и невинными… Слишком невинными. Артур прищурил один глаз. — Мерлин? — Да? — Это был твой голос, не так ли? — … — Мерлин… — Пойми, Артур… — МЕРЛИН! — Хорошо, но прежде чем ты совершишь что-то необдуманное, ты должен попытаться понять, что я думал только о тебе и… это было так смешно. — СМЕШНО? — Артур прыгнул в его сторону, но Мерлин успел ловко увернуться. — Не вини меня, это Гвейн написал песню… — Он поможет тебе, когда я заставлю тебя мыть и чистить весь замок. Без! Магии! Губы Мерлина растянулись в улыбке. — … Но сначала вам придется поймать меня, сир… С яростным ревом Артур понесся в сторону чародея. Король и колдун бежали по коридорам замка с удивительной скоростью, и всю дорогу Артур кричал так, что его, видимо, было слышно за пределами замка. Служанки, лорды, рыцари, — все прижимались к стенам от страха, не рискуя вставать на пути разъяренного короля. — МЕРЛИН, когда я тебя поймаю… — Вам не хватает практики, сир. Скоро вы будете бегать быстрее. Стиснув зубы, Артур набрал скорость, игнорируя боль в стареющих ногах, но очень скоро Мерлин заскочил в пустую комнату для гостей. Король усмехнулся дикой усмешкой. Тупик. Теперь ему никуда не деться. Он пнул дверь. — Ну что попался, Мерлин? Однако маг ответил ему аналогичной ухмылкой. - Bedyrene mec! Astyre me thanonweard! Артур бросился на него, но было уже слишком поздно. С оглушительным треском Эмрис исчез. Король ущипнул себя за нос со вздохом, его гнев сменился раздражением. Да, сбежать с места преступления — это все, на что он способен. — Артур? — Гвиневра вошла вслед за ним. — Есть причина тому, что ты носишься по замку и распугиваешь слуг? — Мерлин, — ответил Артур, словно это объясняло все на свете, и выскочил из комнаты.

***

Вернулся Мерлин в замок два дня спустя по окончанию турнира. Он перекинулся парой слов с королевой, а затем двинулся прямо к палатам Артура. — Ты болван! — закричал он. — Ты все равно сражался на турнире?! Артур застонал под одеялом, приоткрывая глаза. Здоровой рукой он слабо, но точно бросил подушку в голову Мерлина. — О, теперь ты бросаешь в меня подушки? Какой ты великий король! — По крайней мере я не сбегаю прочь при малейшей опасности. И не промахиваюсь с заклинаниями… — Я не промахнулся! Артур сел и с ухмылкой прислонился к изголовью кровати. — Тогда где ты был эти два дня? Мерлин покраснел. — Заклинания телепортации очень сложны! Десятилетия практики уходят на то, чтобы овладеть… — он замер, когда увидел бинты вокруг и без того больного плеча Артура, и тут же бросился к другу. — Что произошло? — Возможно, у меня произошли некоторые разногласия с лордом Хелсином. Ой, прекрати меня ощупывать, Хайвел уже обо всем позаботилась. Плечи Мерлина опали, когда он отпустил его плечо. — Прости, что меня не было рядом. Возможно, я смог бы воспрепятствовать этому. — Заткнись. Тебе не позволено вмешиваться в ход турнира, даже если я буду находиться в смертельной опасности. Кроме того, я выиграл. Мерлин побормотал заклинание, и Артур почувствовал, как его боль отступает. — Это хоть того стоило? — …Да, — наконец сказал Артур. — В конце концов, это был мой последний турнир, я должен был уйти достойно. Он искоса наблюдал за тем, как губы Мерлина искривляются в радостной улыбке, хотя ухмыляться откровенно он не решился. — О, не нужно так гордиться собой, — отрезал его король, — это потому, что Лохот будет участвовать в турнире в следующем году. А он сказал, что не хочет сражаться со мной. — Звучит знакомо. — Поэтому я принял решение не участвовать в следующих турнирах. Будет нехорошо, если король победит наследного принца. — Или наследный принц короля? — предложил Мерлин.

— …Слуге не стыдно проиграть своему королю. — Или королю своему слуге….

— …Наверное. — Да, насчет твоего сына: он будет прекрасным королем. — Конечно, ведь он - мой сын. Они оба разделили усмешку, прежде чем Артур пнул Мерлина в бок. — Так где ты был эти два дня? Куда хотел попасть? — … В нижний город. Артур приподнял бровь. — Я, возможно, немного промахнулся. Слишком немного. — Или тебе просто не хватило сил. — У меня по-прежнему достаточно сил, чтобы превратить тебя в жабу. — Так куда ты попал в конечном итоге? Мерлин тяжело вздохнул. — Это было самое странное из всего, что я когда-либо видел. Какой-то город, именуемый Глазго…