Феникс

      - Ала-ан, еще так рано, - сонно пробормотала Вики, не желая просыпаться. – Чего тебе?..       В полумраке комнаты нетрудно было принять одного брата за другого: те же светлые чуть вьющиеся на концах волосы, те же серо-голубые глаза. Даже одет он был почти как Алан: вместо обычных для Александра костюмов и рубашек с галстуками, в которых она привыкла его видеть за эти дни, домашняя футболка и брюки.       Однако остатки сна слетели с Виктории и вместе с ними исчезло навеянное им заблуждение. Память услужливо подсказала, что глаза обманывают и перед ней совсем другой человек. Алана больше нет. Наверное, впервые за все это время Вики осознала это с такой пугающей кристальной ясностью.       Александр не мог не заметить ее оговорку, но позволил себе ее проигнорировать. Лишь подозрительно прищурился. Вместо этого он произнес:       - Вставай скорее. Выезжаем через четверть часа.       К чему такая спешка, Вики не поняла. Будильник показывал всего пол восьмого. Все остальные обитатели дома еще спали, судя по царившей в нем тишине. Недоумение девушки вполне разделяла и экономка, встретившаяся ей у выхода. Та, заметив, что Александр и Виктория уже уходят, лишь растерянно пролепетала, что завтрак еще не готов.       - Мы поедим по дороге, - на ходу сообщил ей Лекс. – Передай родителям, что мы уехали.       Услышав это, Вики, кажется, начала догадываться что к чему. Похоже, Александр просто не хотел, чтобы она снова общалась с его близкими. Так не хотел, что даже сном и завтраком пожертвовал.       Наверное, она бы уснула в машине, если бы и в этот раз, как накануне вечером, они ехали в молчании. Однако Лекс был на удивление общителен.       - Ты вчера рассказала много интересного. На ходу придумывала, или заранее готовилась?       - Я не врала. Все что я рассказала о себе – чистая правда.       - Ну, разумеется. А еще ты назвала меня Аланом… - резко сменил он тему.       - Извини… - тут Вики по-настоящему смутилась. - Случайно вырвалось. По привычке…       - Спуталась ты потому, что мы и впрямь похожи как две капли воды, - это звучало скорее как утверждение, поэтому отвечать она не стала, а Лекс внезапно произнес: Твой телефон.       - Что с ним?       - Дай его мне.       - Ты что, свой дома оставил? – сунув руку в карман и вытащив мобильный, озадаченно произнесла Виктория.       Ничего не ответив, Лекс забрал его у нее из рук и сунул во внутренний карман своего пиджака.       - Ты что делаешь? А ну-ка верни немедленно! – до Вики, кажется, начало доходить в чем дело. - Не смей с ним ничего делать, понял!       Впрочем, ее протестующие крики не произвели на него никакого впечатления. Пытаться же силой отобрать мобильник у водителя во время поездки по скоростной трассе было бы верхом безумия, так что, кипя от негодования, Вики вынуждена была подождать, пока они не добрались до парковки около «Александра». Принимая во внимание ранний час, там было безлюдно, так что Виктория без зазрения совести могла наброситься на Лекса.       Телефон был ей не просто нужен. Он был для нее очень важен! И не только из-за фотографий, которые на нем были. Или номеров в контактах. Или музыкальной подборки. Просто, это был последний подарок Алана. Вики давно мечтала именно об этой модели, но не могла себе позволить что-то столь дорогое. Отношение же Алана к деньгам было совсем иное, чем у нее. Он словно чувствовал, что у него не так много времени в запасе и никогда и ничего не откладывал на потом, предпочитая жить сегодняшним днем. Порой ее это огорчало, ведь очень часто из-за такой вот жизненной позиции его считали легкомысленным и безответственным. Впрочем, что уж там, так оно и было. Но это было частью его обаяния. Рядом с Аланом даже самые серьезные люди улыбались и расслаблялись. С ним рядом нельзя было грустить или сердиться. Его любили все.       Так некстати нахлынувшие воспоминая привели к тому, что в носу защипало, а глаза затуманились слезами. Виктория была очень расстроена и твердо намерена вернуть то, что принадлежало ей. Телефон был одной из тех ниточек, что связывали ее с прошлым. Эти нити с каждым днем становились все более тонкими и хрупкими, вот-вот грозились порваться, но она упрямо цеплялась за них из последних сил, словно бы это могло что-то изменить.       Вот только в этот раз коса нашла на камень. Александра ей было не переспорить. Он, как скала в океане, был безразличен ко всему, будь то крики, упреки или мольбы. Когда же она попыталась силой забрать телефон, тот попросту резко вырвал свой пиджак из ее пальцев, а Вики, не удержав равновесия на каблуках, упала.       Правильно группироваться при падении она никогда не умела, вот и в этот раз больно приземлилась на пятую точку, но это еще пол беды. Всех и всегда учат не подставлять в качестве опору руку, когда падаешь, она же именно это и сделала. Теперь правое запястье, однажды уже сломанное в детстве, жалобно хрустнуло в суставе и нещадно заныло.       На лице обернувшегося к ней Александра на мгновение промелькнуло и исчезло раскаяние.       - Почему от тебя одни только неприятности? – раздраженно произнес он, вернувшись, чтобы помочь ей подняться.       Не выспавшаяся, злая и голодная, а теперь еще и с грязным пятном на юбке и болезненно пульсирующим запястьем, девушка не нашла в себе сил ответить.       Чертыхаясь по себя, Александр молча усадил Викторию обратно в машину и, все так же не произнеся больше ни слова, направился туда, куда уж точно не собирался. В больницу.       В приемном покое, узнав, что случилось, девушку тут же повели на рентген, так что Лексу ничего не оставалось, кроме как ждать. Самое нелюбимое его занятие.       Прошел почти час, а от Виктории по-прежнему не было никаких вестей. Мысль уехать и оставить ее здесь была соблазнительной, но он отмел ее как недостойную Все же Лекс чувствовал свою вину за случившееся. Пусть не специально, но все же именно он спровоцировал падение.       Поскольку телефона у Вики с собой не было, опять же его стараниями, позвонить ей и узнать, в чем дело и почему ее так долго где-то держат, он не мог. Пришлось искать медсестру и просить ее разузнать, где находится Виктория Томпсон.       - Информация о пациентах предоставляется только членам семьи, - не ответив на его улыбку, сухо произнесла та.       - Виктория – сирота.       - А вы тогда кем ей приходитесь? Жених?       - Ну… да, - неохотно подтвердил Александр.       - Что ж, - все еще подозрительно на него поглядывая, снизошла медсестра до ответа. – Попробуйте поговорить с доктором Палмером, он ее осматривал, прежде чем направить на обследования. Он сейчас в ординаторской.       К своему большому неудовольствию историю про сироту и жениха пришлось повторно озвучить и для доктора Палмера, прежде чем тот согласился с ним побеседовать по поводу состояния здоровья пациентки.       - То, что вы сказали, многое объясняет, - выслушав его, кивнул доктор.       - Вы о чем? – не понял Лекс.       - О результатах рентгена. Я было подумал, что девушке не повезло с парнем. Сейчас домашнее насилие в парах не резкость… Но раз она росла без семьи, в приюте…       - Я до сих пор не понимаю?..       - На снимке, который мы сделали сейчас не нашли свежего перелома. Зато видны следы множественных уже сросшихся, хоть и не совсем верно, старых. Обычно это свидетельствует о том, что с полученными травмами не обращались в врачу и рука заживала сама как придется. Ваша девушка никогда не рассказывала вам о том, что ее избивали в детстве?       - Н-нет, - от услышанного у Лекса голова пошла кругом.       Неужели Виктория не лгала. По крайней мере насчет приюта? Подозревать, что она сговорилась с доктором, с которым и часу не знакома, чтобы он такое наплел ему, было бы уж точно верхом безумия. Она же в конце концов не шпионка какая-то! Но если она не врала в одном, то… И в остальном тоже? Ведь назвала же его спросонья другим именем… В такой момент солгать – это уж слишком виртуозной актрисой надо быть.       Растущие в каждой минутой как снежный ком сомнения грозились похоронить его под лавиной вопросов, которые не имели ответа.       - Что тут происходит и во что ты вляпался, Александр? – растерянно спросил он сам себя.       Ответить уже не успел, в этот момент к нему подошла Виктория. Рука у нее была аккуратно перебинтована.       - Ваш молодой человек очень о вас переживает, - с улыбкой сообщил ей доктор Палмер.       - Мой…э… Ну, да, - кивнула она. – Он очень заботливый.       Последние слова для Лекса прозвучали как насмешка, но врач иронии не уловил.       - Мне, правда, жаль, что так вышло, - оставшись наедине в коридоре, сознался Виктории Александр. – Извини.       - Если чувствуешь себя виноватым… выполнишь мое желание?       - Смотря какое? – не спешил соглашаться он.       - Пройдешь МРТ головы, идет? – видя его сомнения, Вики усилила натиск. - Можно подумать я тебя попросила из самолета без парашюту выпрыгнуть. Считай, ты еще легко отделался. Знаешь, что бы тебя ждало, если бы я выдвинула обвинения в насилии?       - Не преувеличивай. Ты сама упала.       Впрочем, сил сопротивляться у Александра не было. Он окончательно запутался в том, что происходит, а потому махнул рукой на доводы рассудка и сомнения и все-таки выполнил просьбу. Тем более, что даже ехать никуда не надо было. Они все равно, словно судьба уже распорядилась их жизнями на свое усмотрение, оказались в больнице.