Что было бы, если...

– Саааааске, хватит дрыхнуть! Теме, мы на миссию опоздаем! Подъем! Труба зовет! Саске! Кто-то начал усердно трясти парня за плечи и стягивать одеяло, а крики усилились и стали еще более раздражающими: – Саске, ты же никогда не просыпаешь! Давай! Шнеля-шнеля! Открой свои очи черные! «Наруто? Это что голос Наруто? Какого черта? Как этот придурок узнал, где я?»       Голова раскалывалась на тысячу мелких осколков, и каждая мысль отражалась уколом сотен игл. Но Саске заставил себя открыть глаза и посмотреть, что же творится. Первое, что увидел Учиха, было лицо Узумаки с безгранично довольной улыбкой. – О, проснулся! А я уж думал, ты совсем коньки отбросил, – засмеялся блондин. – Что ты здесь делаешь? – возмутился Учиха, приподнимаясь в постели. – Как что? – как ни в чем не бывало, удивился Наруто. – Иду я, значит, на миссию. Думаю, дай-ка загляну к Саске, вдруг он еще не вышел. Так ты мало того, что не вышел, так еще и дрыхнешь как младенец. Хе-хе. Видишь, как я вовремя! Скажи, кто молодец? Правильно, я молодец! Ха! «Идиот. Что он вообще несет? Какие миссии? Какое «шел мимо»?» - Давай, собирайся! А то Сакура убьет меня, если мы опоздаем. – Какая к черту миссия? – Учиха начинал терять последнее терпение, пытаясь понять, что за ересь несет этот наглый блондин. – Саске, – испугано посмотрел Узумаки, – ты что пил? Пил вчера? Пил вчера и без меня? Как ты мог! А еще друг называется!       Учиха хотел уже заехать этому нестерпимому джинчурики пару раз по голове (лучше катаной один раз и навсегда, однако за неимением ее и кулаки сойдут), но внезапно оставил эту затею, случайно бросив взгляд на интерьер комнаты и осознав, что он ему совершенно незнаком. «А вот это уже интересно. Где я?» – Саске начал оглядывать помещение, и взгляд его остановился на окне. Парня как будто ударило током. Да. Мебель и декор были ему не знакомы. Но вид из окна. Его он не мог спутать ни с чем. С этим видом он просыпался каждый день в течение тринадцати лет своей жизни. Вид из окна поместья Учих. «Как такое возможно?»       Заметя ошарашенный взгляд, с которым брюнет оглядывал свою комнату, Наруто, состроив страдальческое выражение лица, запричитал: – Ну как можно было так напиться, чтоб не узнать родную комнату? – Да не пил я! – закричал Учиха не в силах больше терпеть. – Какой-то ты нервный сегодня. Точно пил, – с умным видом, скрестив руки на груди, бодро закивал головой Узумаки. – Это ты притащил меня сюда? – в ярости выкрикнул Учиха. Наруто удивленно посмотрел на него. – То есть ты даже не помнишь, как возвращался вчера домой? Не знаю, кто там тебя сюда притащил, но это явно был не я. Будь моя воля, я б на улице тебя оставил! «Бесполезно, – вздохнул Саске и закрыл глаза, стараясь что-то вспомнить. Внезапно как будто яркой вспышкой в его сознании промелькнули все недавние события у храма Неба и Земли. И последние слова жрицы: «Я хочу, чтобы ты увидел, что ты ошибаешься, что путь, который ты выбрал, не несет в себе истины…». «Неужели это ее рук дело? Тогда где я и что сейчас происходит? Какое-то гендзюцу? Но как выбраться из него? Хм».       Саске сложил печать и громко, четко прокричал: «Кай!». Ничего не произошло. Только лицо Наруто стало еще более унылым и замученным. – Теме, с тобой точно что-то не так. «Проклятье, это не простое гендзюцу, – продолжил размышлять Учиха, не обращая внимание на крутящегося возле него Узумаки. – Значит, сейчас я ничего не могу сделать. Придется ждать, пока действие гендзюцу закончится само собой. Что ж. Значит, я вынужден денек поноситься с этим придурком и Сакурой, судя по всему. Иначе он не отстанет. За что, жрица, ты ниспослала мне такие мучения!?» – Эй, давай пойдем. Ты же знаешь, что Сакура в гневе просто ужасна. Я не хочу испытать на себе еще раз ее беспощадный кулак. Тебя-то она не бьет… – расстроено сказал Наруто и принялся дальше тащить одеяло с брюнета. – Отстань! Я сам могу встать, – недовольно пробурчал Учиха. – Что-то я пока этого не заметил, – заулыбался блондин.       Саске молча встал и пообещал стараться держать себя в руках. Нечего нервы тратить на обыкновенные иллюзии. Он уже собирался подойти к шкафу, чтоб достать что-то из верхней одежды, когда перед ним опять возникло довольно лицо Узумаки. Тот протягивал ему набор одежды. – Я уже все приготовил! Можешь одеваться, и пойдем в путь! «Он еще и в моем шкафу лазил. Худший кошмар, куда меня могли забросить. Жилетка джоунина Конохи? Серьезно? А я думал, что хуже уже быть не может». – Мне еще надо в душ.       Наруто обреченно вздохнул и уселся на подоконник. «У меня непреодолимое желание спихнуть его в окно. Жаль, что это всего лишь первый этаж», – подумал       Саске, косо поглядывая в сторону недовольного джинчурики.       Схватив одежду, Учиха пошел по знакомым коридорам в сторону ванной. Хоть интерьер и отличался от того, что было, когда он здесь жил в детстве, планировка никоим образом не изменилась.       Он зашел в ванную, кинул вещи на табуретку, стоявшую в углу, и, открыв кран, немедля вступил под холодные струйки воды. Первое потрясение после утреннего пробуждения прошло, и теперь ничто не мешало здраво мыслить, но желания это делать не было. Слишком много испытаний для одного утра. И парень решил оставить все размышления хотя бы до вечера. Пусть пока все идет своим чередом. А там он найдет решение. Он же Саске Учиха.       Немного освежившись, парень закрыл кран. Мокрые темные пряди, свисавшие прямо на глаза, и легкая паровая завеса, мешали ему разглядеть полотенце. Но, поискав его еще пару минут взглядом, Учиха вдруг понял, что полотенца тут не было изначально. Жизнь становилась все веселее.       Выбирать между тем бегать ли ему голым по поместью Учиха или звать Наруто на помощь пришлось долго. В итоге, с уважением к памяти предков, он выбрал второй вариант, и, скрипя зубами, вымученно закричал: – Наруто, ты мне нужен! Осознав, что смысл фразы был двояким, Учиха хлопнул себя по лбу и хотел было уточнить, зачем именно, как послышался недоуменный голос Узумаки: – Ты уверен, что я нужен тебе ИМЕННО в душе? – Мне нужно полотенце! – раздраженно прокричал Саске, жалея, что все-таки не стукнул его пару раз по глупой башке. – Так ты там определись, кто тебе нужен. Я или полотенце, – раздалось хихиканье блондина. – А то я тут теряюсь в догадках. – Принеси мне полотенце! – Сам возьми! – Наруто! – закипал брюнет. – Ладно. Иду… – примирительно произнес Узумаки, и через минуту в дверной проем протянулась рука с полотенцем. Ярко-розовым. Под стать лицу Учиха, когда он увидел его. – Придурок, ты что не мог другое найти? – раздраженно спросил Саске, выхватывая из рук полотенце. – Не жалуйся! Я тебе не мальчик на побегушках! Какое было, такое и принес, – надулся блондин. «И вообще откуда у меня розовое полотенце? Что-то явно не так с Саске в этой иллюзии. Эй, жрица, если ты там меня слышишь! Запомни! Учиха не пользуются розовыми полотенцами!»       Быстро собравшись, Саске вышел из ванной и направился к выходу, где его уже поджидал Наруто, нетерпеливо переминавшийся с ноги на ногу. – О, наконец! Я уж было забеспокоился, что ты опять заснул! – Идем уже, юморист, – пробурчал брюнет и побежал по направлению к главным воротам Конохи.       Это странное ощущение. Снова спокойно бежать по улицам деревни, которую ты предал, оставил и был готов уничтожить, стерев любое воспоминание. Но сейчас непонятная ностальгия одолела Саске. Вот Академия. Здесь он впервые встретил Наруто, Сакуру, Какаши-сенсея и остальных; а вот крыша, где команда №7 часто просиживала в ожидании своего учителя; скамейка, на которой они не раз устраивали перекусы; Ичираку-рамен; мост; горячие источники… Внезапно выяснилось, что все те воспоминания, которые Саске все эти годы старательно подавлял, еще жили в нем и сейчас, словно подняли бунт, атакуя сразу и все. С каждым новым воспоминанием Саске становилось все сложнее с ними справляться. Сосредоточившись только на дороге, он тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли и стараясь больше не поддаваться давно забытым эмоциям.       Впрочем, уже вскоре показались главные ворота Конохи. На посту дежурили знакомые ему чоунины, которые приветливо им улыбнулись и пожелали успешной миссии. Наруто улыбнулся в ответ за двоих, компенсировав тем самым кирпичное лицо Саске, и добавив еще что-то про то, что у Учиха была сложная ночь, и вообще он встал не с той ноги. Чоунины сочувственно закивали головами и еще раз пожелали счастливой дороги. – Ну и где Сакура? Опаздываем-опаздываем, говорил ты, – покосился Учиха в сторону Узумаки своим убийственным взглядом, явно не предвещавшего ничего хорошего. И только он хотел добавить что-то еще про то, как Узумаки ему дорог и что в гробу он видел его миссию, как вдруг откуда-то сбоку вышла Харуно и с криками «Саске» начала бежать в его сторону, и уже через секунду, приблизившись вплотную, с разбега запрыгнула на него, отчего Учиха не оставалось ничего больше, чем подхватить ее, иначе бы они оба повалились наземь. А ведь он только отошел от утреннего шока. – Саске-кун! – раздался счастливый голос Сакуры, ее волосы спали ему на лицо. – А я уже заждалась вас! Наруто, как тебе не стыдно! Мало того, что сам опаздываешь, так еще и Саске задерживаешь! Убила б негодника, да Хинату жалко!       Поток информации, который пытался Учиха переварить, с каждой секундой становился все больше и больше, что в самом ближайшем будущем сулило привести к взрыву системы от перегрузки. «Что Сакура себе позволяет? Это вообще нормально? Что это за иллюзия такая? И причем тут эта Хьюга?» – Почему сразу я? – обиженно спросил Наруто, впрочем, зная, что ответа он не получит. Саске все еще продолжал держать девушку, не в силах отойти от такого неожиданного поворота событий. Даже для умевшего сохранять хладнокровие в любой ситуации Учиха – это испытание оказалось непреодолимым. Да уж, Узумаки и Харуно кого угодно могут выбить из колеи. – Саске, – загадочным тоном начала девушка, приближаясь к его лицу, – ты помнишь, какие планы у нас на вечер?       Последняя фраза окончательно вывела парня из ступора, и первое, что он ощутил – бедра Харуно, которые он неслабо так сжимал. Оказывается, чтоб смутить невозмутимого мстителя нужно было не так уж и много. Легкий румянец появился на его щеках, и он хотел было опустить девушку на землю, но та, похлеще змей Орочимару, обвила его шею, явно не намереваясь отпускать. – Так ты помнишь? – повторила вопрос Харуно, заглядывая в темные глаза парня. – Да-а-а… – нерешительно ответил тот, не до конца понимая, на что он только что согласился. Лишь бы она слезла с него. – Ну, вот и прекрасно! – обрадовано закричала девушка и, чмокнув брюнета в щеку, спрыгнула с него.       В другой ситуации, возможно, Саске и среагировал бы как-нибудь иначе, например, достал бы катану и начал рубить все вокруг в припадке ярости от такого нахальства. Но сейчас он был слишком шокирован, чтобы делать что-то, кроме того чтобы стоять и смотреть в одну точку. «Не может быть, чтобы Саске из этого мира встречался с Сакурой! Эй, Итами, что ты там напортачила? Твои иллюзии не работают! Помнишь, я говорил, что не пользуюсь розовыми полотенцами? Так вот с розоволосыми девушками я тоже не встречаюсь! У меня вообще на розовый аллергия!» – Саске! Саске! Наруто, что ты с ним сделал? – перед лицом Учиха кто-то усердно махал рукой. – Опять я. Конечно. Всё Наруто. Бедный, несчастный Наруто, никто его не пожалеет, не погладит по головушке. Эх, доля моя нелегкая. Это ж достались такие неблагодарные товарищи по команде! – наигранно причитал блондин. – Пошли уже, несчастный нашелся мне. Хинате будешь жаловаться на житие свое несчастное бытие, – замахала рукой Сакура, давая понять Узумаки, что ей мало интересны его жалобы. И команда № 7 выдвинулась в путь. Порученная миссия заключалась в поимке группы разбойников, орудующей в окрестных лесах Конохи. Выполнение такого задания не составило труда для трех опытных шиноби, поэтому уже к вечеру уставшие, но довольные успешно завершенной миссией, они возвращались домой.       Они бежали, перепрыгивая с ветки на ветку, с каждым прыжком приближаясь к цели. Саске окинул взглядом своих товарищей. Все-таки, несмотря на то что более трех лет он не был частью «семерки», командная работа была на высоте. Он, как и в детстве, понимал Наруто с одного лишь взгляда, и они совместно атаковали, заставая противника врасплох; Сакура больше не мешалась под ногами, а в нужный момент наносила удар, прекрасно уворачивалась и, кроме того, в любое время была готова оказать необходимую медицинскую помощь.       Да, из них могла бы выйти неплохая команда шиноби в реальном мире. В реальном мире…       В очередной раз откинув ненужные размышления, Учиха заметил, что они уже подбегают к главным воротам. В дежурной будке сменились чоунины. И как только команда пересекла линию ворот, те не замедлили поздравить товарищей с успешным завершением миссии и пожелать спокойной ночи. Команда сбавила скорость и неторопливым шагом двинулась по улицам деревни, наслаждаясь ночной прохладой и возможностью никуда не спешить. «Наконец, эти двое отстанут от меня, и можно будет спокойно подумать над сложившейся ситуацией», – даже слегка обрадовано подумал Учиха, наблюдая за тем, как Сакура и Наруто вступили в очередную перебранку. – Почему каждый раз я должна писать отчет Цунаде-сама о проделанной миссии? – послышался возмущенный голос Сакуры. – Потому что из всех нас только у тебя талант к писанине! Представь, что было бы, если бы я или       Саске настрочили отчет. Нас бы потом на миссии не допускали! – с ужасом закончил Узумаки. «Интересно, и чем это ему мои литературные способности не угодили?» – возмутился Саске, но решил оставить свое недовольство при себе, а то еще чего заставят доказывать обратное на деле. А провести ночь в обнимку с бумагами – последнее, что ему сегодня хотелось. Сакуру же, видимо, вполне удовлетворил ответ Наруто, либо она просто поняла тщетность своих попыток и повиновалась судьбе.       Наконец тройка дошла до квартала клана Учиха. И вот тут Саске заметил какой-то подвох. «Они что меня провожают? Я один был в состоянии дойти», – брюнет уже открыл рот, чтобы высказаться по этому малоприятному для него поводу, но его опередила отчего-то разъяренная Сакура. Впрочем, с ней это случалось часто. – Наруто, что это значит? Твой дом в другой стороне! «Да-да, вот именно, что это значит, Наруто? Не пора ли кому-то домой баиньки. Впрочем, Сакура, тебе тоже не следует задерживаться. Темнеет уже. А там мало ли кто по улицам по ночам ходит. Еще убьешь ненароком кого!» – Саске посмотрел на товарищей в ожидании, когда те начнут прощаться, и можно будет спокойно уйти.       Но следующая фраза, сказанная Наруто, заставила его испытать большее потрясение, чем при утреннем пробуждении. – Я сегодня ночую с вами! – заулыбался блондин, сложив руки за головой. – С нами? –Харуно явно была не в восторге от этой идеи. «С НАМИ? Что значит с нами? Я вообще-то один живу! И что значит ночуешь? Кто такое сказал? Эй!!!».       Спокойный вечер уже махал на прощание Саске, и ехидно улыбаясь, уплывал за горизонт. – У меня же ремонт идет, – оправдывался блондин. – Не беспокойтесь, я приду поздно. Мне еще к Хинате надо заглянуть. Она как раз тоже должна была вернуться с миссии. – Мы не откроем тебе дверь! – сказала, как отрезала, Сакура. «Правильно, – мысленно согласился Саске, но в следующее мгновение до него дошло: – Мы? Я! Я сам не открою никому дверь!» – А у меня есть ключ! Бе-бе-бе! – Узумаки достал ключ и начал вертеть его, нагло высунув язык и параллельно пытаясь уворачиваться от кулаков ярости Харуно. – Саске! – раздался запыхавшийся голос недовольной Сакуры. – Как это понимать? Ты дал ему ключ? Даже у меня он только недавно появился! «Спасибо, Саске этого мира. Ты подкладываешь мне одну Тон-тон за другой. Надо было уже сразу всем жителям Конохи ключи раздать от поместья! А лучше вообще – дверь нараспашку и заходи, кто хочет! Чего мелочиться!» – Ну, Саске, просто знает, что пока у меня ремонт, мне негде ночевать. «Честное слово, приют для бездомных, а не поместье Великого клана Учиха» – Не беспокойтесь, я не буду вам мешать, – хитро улыбнулся Узумаки. – Комнат в поместье много. Уйду в дальнюю. Вы даже не узнаете, что я есть. – Угу, – не очень дружелюбно пробурчала девушка. «Нет, Наруто. Не оставляй меня с ней наедине! И что это еще за загадочная улыбка?» – Ладно, я побежал. Хината ждет, наверно, уже. – Ей не привыкать, – заметила Харуно.       Но Узумаки уже бежал вдоль по улицы, и вскоре его фигура скрылась из вида в оседавшей темноте. Саске и Сакура продолжали стоять на улице перед входом в квартал под одиноким фонарем, освещавшем эмблему клана Учиха. Прогонять Сакуру на ночь глядя парень не хотел, еще, не дай Бог, обидится, разревется, закатит истерику. Нет-нет. Лучше пускай себе тихо-мирно ночует в поместье. Комнат и вправду хватает. – Пошли, – скомандовал Учиха и, пройдя сквозь арку, направился ко входу в главный дом. Сакура послушно последовала за ним. Оказавшись в доме, Сакура сразу же по-хозяйски прошла на кухню, включила свет и крикнула парню, который всё еще стоял в коридоре: – Ты, наверно, голодный? Сейчас я что-нибудь сделаю. И Саске заметил, что и вправду проголодался. Иллюзия иллюзией, а ощущение голода вполне реальное. – Хорошо.       С кухни сразу же раздалось мирное бренчание посуды и негромкое напевание какого-то знакомого коноховского мотива. – Помощь нужна? – дало о себе знать некое благородство в Саске. – Нет! Иногда лучшая помощь – это ее отсутствие! – донесся переходящий в смех голос Харуно. «Они явно пытаются убить мою самооценку», – обреченно подумал парень и потянулся в душ. Через минут сорок они с Сакурой уже мирно сидели за столом и с аппетитом уплетали лапшу удон с креветками и тофу. Ужин проходил в тишине, и только мерное хрумчание время от времени нарушало ее. Когда тарелки уже были опустошены, а зеленый чай еще остывал, Сакура, подперев одной рукой лицо, обратилась к медленно подувающему на горячий напиток брюнету: – Ты помнишь, что мы завтра планировали? «Еще сюрпризы? Боюсь представить». – Нет, – решил сдаться парень и не мучить себя догадками. Лицо Харуно в ту же секунд вытянулось и приняло устрашающую гримасу. – Саске, ты что издеваешься? Мы же так давно планировали это! Ты сам сказал, что завтра самый подходящий день!       На этот раз вытянулось лицо Саске, от услышанного он поперхнулся чаем и начал слегка задыхаться. Подскочившая вмиг Сакура стукнула его по спине так, что желание пить чай отпало навсегда. – Ой, извини. Я, наверно, немножко не рассчитала силы, – виновато сказала Харуно и вернулась на место. «Если б немножко», – заметил Саске, чувствуя, что спина продолжает ныть. – Саске, неужели ты уже забыл? – лицо Сакуры выражало скорбь всех шиноби мира. Так что Учиха даже сделалось неловко за свою неосведомленность. Но знать правду ему почему-то было как-то боязно. Мало ли что там этот иллюзорный Саске напланировал. А ему теперь разгребай. Конечно. – Завтра же возвращается с задания твой брат, и мы планировали устроить семейный вечер. Все-таки хоть он уже давно вернулся в деревню, все эти миссии мешают нам нормально собраться, – развела руками Сакура. – А завтра наши выходные, наконец, совпадут. Это же прекрасно! А Саске думал, что лимит потрясений уже был исчерпан на сегодня. Наконец, он заставил себя выйти из легкого шока и задать вопрос: – Какой брат? – Саске, что с тобой? Ты как с Луны сегодня свалился! Как будто у тебя так много братьев! Разум отказывался подчиняться брюнету. Мысли хороводом носились в голове, смешиваясь в сплошную кашу. Руки непроизвольно начали дрожать, прозвучавший голос показался ему чужим, как будто раздававшимся откуда-то издалека: – Итачи? – Ну, а кто же еще! – бодро закивала Харуно. – Ты точно уверен, что все в порядке? – Он жив? – дрожащий голос, впервые выдал бурю эмоций, которая творилась внутри Учиха: непонимание, удивление, боль, ненависть, страх, радость, отрицание…       Взгляд Сакуры явно показывал, что скоро она начнет относиться к Саске, как к безнадежному душевнобольному. Учиха, не замечая больше ничего вокруг, начал бессвязно выдавать фразы в тщетной попытке осмыслить происходящее. – Но как? Не может быть. Это невозможно. Я ушел. Ушел к Орочимару. Стал сильнее. Нашел брата. Я отомстил ему. Я убил Итачи. Собственноручно. А потом… Это была неправда. Он не был виновен!       Сакура напугано смотрела на парня, не зная, что предпринимать. Она медленно протянула к нему руки и нежно накрыла своими ладонями его. Тот слегка встрепенулся, но не стал убирать руки, возможно, даже не до конца осознавая жест девушки. – Саске, ты никогда не уходил к Орочимару. И не убивал Итачи. «Что? Не уходил к Орочимару?» – зрачки Саске расширились, и он стал понемногу понимать, что же на самом деле происходит. – Итачи жив. И уже больше года живет в деревне, после того как его полностью реабилитировали и восстановили в правах. Ты ведь многое сделал, чтобы доказать правду и наказать Данзо за все его темные дела, – спокойно продолжила Сакура, но в ее голосе слышались нотки тревоги. «Так вот про что ты говорила, Итами. Это ты имела в виду, когда рассказывала про путь? И сейчас показываешь мне, что было бы, если бы я не покинул Коноху в ту ночь и не ушел к Орочимару, а выбрал бы другой путь? Думаешь, этим ты заставишь меня сожалеть или сомневаться в моем решении? Нет. Я не верю! Эти иллюзии – это не может быть правдой! Брат, друзья, близкие… Думаешь, я поверю в эту чушь?» – в приступе ярости Саске ударил кулаком по столу, задев несколько тарелок, разлетевшихся на маленькие кусочки по всему полу. Звук бьющейся керамики немного отрезвил парня и, заметив перед собой испуганный взгляд Харуно, он сжал кулаки еще сильнее и злостно прошипел: – Ты фальшивка.       Несколько секунд девушка сидела неподвижно, закрыв глаза и стараясь убедить себя, что все это происходит не с ней. Но от реальности нельзя было скрыться. Смахнув предательски навернувшиеся слезы, Харуно постаралась улыбнуться и непринужденно говорить: – Саске-кун…       Но тут же была перебита Учиха, который уже встал из-за стола и, хлопнув ладонью по его крышке, навис над девушкой и, срываясь на крик, произнес: – Мне надоело все это! Хватит! Этот мир неправда! Ты неправда и твоя улыбка тоже! Ты раздражаешь! Уйди!       Скрывая свое заплаканное лицо под ниспадавшими волосами, Сакура медленно поднялась из-за стола и, бросив растерянное «Прости», выбежала из кухни. Послышались удаляющиеся шаги, и хлопнула одна из дверей. «Надеюсь, теперь, Итами, ты поняла, что бесполезно что-либо менять», – резко откинув ногой пару осколков в сторону, Саске выключил свет и вслед за Сакурой покинул кухню.       Парень прошел вдоль длинного темного коридора и, свернув направо, попал в общий зал, а оттуда уже в свою комнату. Он присел на кровать, темные, как самая безлунная ночь, глаза смотрели в окно. Легкий ветерок колыхал тонкие занавески и заставлял тело покрываться мелкими мурашками. Ночь была холодная. Учиха, уже успевший удобно устроиться на мягкой кровати, нехотя привстал, чтобы закрыть окно, и в этот момент взгляд его упал на письменный стол, а точнее на фотографии, которые стояли на нем. С утра он не заметил их из-за Наруто, который стоял у подоконника и закрывал ему весь обзор стола. Но сейчас Саске отчетливо мог разглядеть мельчайшую подробность на любой из трех фотографий. Он аккуратно взял первую фоторамку. Да, эта фотография была ему знакома. Он, Наруто, Сакура и Какаши-сенсей. Тогда команда № 7 только собралась, а ребята были еще совершенно неопытными генинами, но у каждого из них уже были свои цели и мечты. Фотография хоть и получилась слегка ненормальной, зато прекрасно передавала атмосферу, царящую в то время в их команде. Недовольные взгляды Учиха и Узумаки друг на друга, радостная Сакура и старающийся всех примирить Какаши. Вот такие они когда-то были… Саске вернул рамку на место и взял следующую. Вторая фотография была ему незнакома. Некоторое время он просто разглядывал ее не в силах поверить в то, что было изображено. Они с братом стояли напротив поместья Учиха. Итачи был одет в темный костюм-шиноби, на лбу у него был повязан протектор Конохи, однако символ деревни не был перечеркнут, как у нукенинов. Он стоял ровно, с легкой улыбкой на лице и проникающим в самые сокровенные уголки души взглядом. Руки были скрещены на груди, а одна нога стояла на ступеньке лестницы, ведущей в поместье. Рядом в форме с эмблемой клана стоял Саске. Его лицо было безэмоциональным, а взгляд – пронзительным. Одной рукой он доставал из-за спины катану, а другой … Парень начала всматриваться, пытаясь выяснить, куда же делась другая рука и, когда он, наконец, разгадал эту загадку, недоумение возымело над всеми остальными чувствами. «Это же насколько надо быть ненормальным, чтобы ставить рожки преступнику S-класса? Итачи! И рожки!».       Лишенное эмоций выражение лица, испепеляющий взгляд, катана, напряженная и самоуверенная стать – все это было лишь не больше, чем маскировка, чтобы Итачи не понял истинного намерения брата. Рожки. Поставить ему рожки. И, видимо, коварный план Саске таки удался.       Внезапно Учиха рассмеялся. Негромко, про себя, но все же он почувствовал приступ настоящего смеха, такого незнакомого ему. Стоило только представить, как они фотографировали, как старательно подбирал серьезную позу Итачи, как усердно делал невозмутимый вид Саске и какое было выражение лица у Нии-сана, когда он увидел фотокарточку. Наверно, сложно ему было сохранять свой имидж серьезного парня и не въехать пару раз братишке по голове за такие шуточки.       Саске перевернул рамку и, достав фотографию, нашел подписанную дату. Год назад. Это было год назад. Значит, сейчас Саске восемнадцать лет. Немного старше, чем в реальном мире. Интересно. Вернув фотографию на стол, он взял третью, и принялся ее пристально разглядывать. Здесь были запечатлены он с Сакурой, а рядом Наруто с Хинатой. Компания была где-то в лесу на пикнике. Саске одной рукой обнимал Сакуру, та же в свою очередь положила голову ему на плечо и мило улыбалась в камеру. Наруто и Хината держались за руки; девушка была слегка смущена тем, что их фотографируют, а вот Наруто, по-видимому, наоборот, был готов позировать хоть до вечера. Его лицо так и сияло, излучая радость и тепло.       Но больше всего внимание Учиха привлекло то, что он был счастлив на этой фотографии. Он давно не испытывал это чувство в реальности, но сразу понял это. Его выражение лица мало чем отличалось от выражения Наруто. Такая же счастливая, довольная улыбка и приятный, мягкий, такой несвойственный ему взгляд. Это как будто был не он, а кто-то совершенно чужой, незнакомый Саске человек. Добрый, искренний и счастливый. Заботящийся о товарищах, дорожащий отношениями и ценивший близких. Полная противоположность тому, кем он стал в настоящей жизни.       Дата указывала на то, что фотографии было чуть меньше месяца.       Звук открывающейся входной двери отвлек Учиха от фотографии, и он вышел в коридор. В темноте он сразу смог разглядеть Наруто, аккуратно пытающегося неслышно закрыть дверь. Процесс шел долго, и Узумаки явно старался остаться незамеченным. И им руководило явно не благие намерения, а, скорее, страх в очередной раз попасться под раздачу подруги.       Саске, стоявший за спиной блондина, устал смотреть на эти жалкие попытки и, безнадежно покачав головой, обратился к Узумаки: – Теме, хватит страдать ерундой.       Наруто, не заметивший присутствия Учиха, от неожиданности подскочил, поскользнулся на коврике, и, стараясь удержать равновесие, уцепился за вешалку, но та, не выдержав, треснула, и парень отправился в свободное падение. Через секунду волна верхней одежды накрыла его, полностью скрывая от глаз людских. – Ксооо, – послышался глухой голос из-под груды тряпок. – И ты, балбес, собираешься стать Хокаге? – невольно улыбнулся Саске, наблюдая за тем, как Узумаки старательно разгребал кучу одежды, – Вешалку сам прибьешь на место, – тут же опомнился и принял невозмутимый вид. – Ты меня напугал! Нельзя было как-то намекнуть на то, что ты пришел! – возмутился Наруто, снимая с головы зимний шарф. – Я и намекнул, – безразлично пожал плечами Саске, – кто же знал, что ты такой трусишка. – Что ты сказал??? – начал было кричать и трясти кулаком Узумаки, но потом внезапно остановился и, удивленно оглядевшись по сторонам, спросил: – А где Сакура-чан? Почему вы не вместе? – А-а-а… Сакура… – растянуто сказал Саске, как будто что-то вспоминая. – Не знаю. Где-то в поместье. Узумаки захлопал глазами и непонимающе уставился на друга. –Вы что поссорились? – Я ни с кем не ссорился. – Саске, ты, что, ее обидел? – лицо Наруто сразу приняло серьезное выражение и стало понятно, что шутки на этом закончились. – А ну-ка, бегом извиняться! Ты что это надумал, а, теме? Учиха начала выводить из себя это приказная речь блондина вместе с его желанием лезть не в свое дело. – Отстань, – брюнет отвернулся от все еще валяющегося Узумаки. – Ты и вправду какой-то странный сегодня, – голос Наруто звучал грустно и расстроено, – Ты ведешь себя, как в те времена, когда еще не знал всей правды об Итачи, когда чуть было не ушел к Орочимару. Такой же холодный и безразличный. Что с тобой, Саске? Не хотелось искать оправданий или рассказывать иллюзорному Наруто, что вся эта жизнь – нереальная, проще всего было соврать: – Наверно, я просто не выспался. – Надеюсь, что так и есть. И все же поговори с Сакурой. А то с утра пожалеешь о сегодняшнем дне. «Пожалею. Конечно. Нашел дурака. Надеюсь, завтра с утра я уже покину эту гендзюцу с ее безумными вымыслами. И все же найти Харуно надо. Иначе этот идиот не даст мне опять нормально поспать. Это войдет у него в дурную привычку». – Хорошо, – нехотя кивнул Саске и, оставив Наруто в прихожей, двинулся по длинным коридорам, заглядывая в каждую комнату. Дверь сменялась очередной дверью, и в каждом помещении его встречала лишь кромешная темнота. Впереди уже виднелся тупик: оставались лишь две комнаты. Взгляд Саске уловил еле заметный свет, пробивавшийся из-под одной из дверей. Он осторожно подошел к ней и, слегка толкнув, приоткрыл. На кровати, согнув ноги в коленях, сидела Сакура, поглощенная чтением какой-то толстой потрепанной книги. Тусклая настольная лампа освещала лицо девушки, которая настолько увлеклась чтением, что даже не заметила, как Саске, прикрываемый полумраком, зашел в полупустую комнату. «Что-то она не сильно расстроена. И зачем я послушал этого идиота?».       Но обратного пути не было: девушка подняла свой взгляд и испуганно уставилась на Учиха, побаиваясь продолжения разговора на кухне. Она отложила книгу в сторону и, поджав ноги к подбородку, немного нервничая, заговорила: – Саске, я не хочу больше криков сегодня. Я устала, честно. Можно… Харуно осеклась на полуслове, почувствовав пронзающий взгляд Саске, и поняла, что лучше сейчас помолчать. – Мне не стоило тогда кричать, – дождавшись тишины, произнес парень. Признавать свою неправоту было для него довольно сложно. Поэтому, сказав эту фразу, он с облегчением выдохнул, как будто успешно выполнил миссию ранга S.       Девушка приподнялась с кровати и медленной мягкой походкой приблизилась к Саске, и раньше, чем он смог отреагировать, обняла его. – Спасибо, Саске. Я знаю, чего тебе стоило сказать это.       Она еще крепче прижалась к нему, и руки парня уже начали ложиться на спину девушки, как вдруг он понял, что на несколько секунд полностью потерял контроль над своим сознанием, и резко убрал руки обратно. «Черт, кажется, это гендзюцу начинает на меня плохо действовать. Этого только не хватало!»       Учиха аккуратно отстранил девушку, та выглядела расстроено, но пыталась сохранить улыбку на лице.       Он с чувством выполненного долга уже начал подходить к двери, как раздался отчаянный голос девушки: – Останься со мной! Пожалуйста…       Этот крик нес в себе столько боли, мольбы и страха, что Саске невольно зажмурился лишь бы не слышать больше этот голос, будоражащий в нем такой спектр чувств, начиная от желания избавиться от девушки в одно мгновение и заканчивая странным ощущением успокоить ее. Несмотря на то что, он стоял спиной к ней, парень все равно представлял ее печальный, наполненный тоской взгляд. Как тогда, когда он уходил к Орочимару. В ту ночь он не позволил чувствам и эмоциям взять вверх и без тени сомнения ушел, бросив Харуно одиноко лежать на улице.       Учиха закусил нижнюю губу в тяжелых сомнениях. Уйти и показать свой характер или остаться и проявить слабость? Хотя, возможно, сейчас уйти – самое простое решение. А Саске никогда не ищет легких путей. Он воспримет это, как всего лишь еще одно испытание его силы воли, истинности намерений и несокрушимости цели. Он с гордостью преодолеет этот этап пути и не позволит сбить себя с толку, усомниться в своей цели и свести с давно выбранного пути. Он не поддастся прошлым эмоциям, не позволит пробудиться новым чувства.       Поэтому он не уйдет и сейчас не бросит девушку безжалостно в слезах. Но это будет лишь его прихоть. И, кроме того, это всего лишь иллюзия. Саске, не сказав ни слова, прошел к краю кровати и лег на спину, уставившись в потолок. Сакура сделала то же самое и, не решаясь заговорить, сомкнула глаза.       Вымотанная после трудного дня, девушка мгновенно уснула, и с ее края послышалось тихое мирное сопение.       А день и вправду выдался непростым. Особенно в эмоциональном плане. Для Саске, привыкшего воспринимать любую информацию с присущим ему безразличием и холодом, эмоции стали непозволительной роскошью, которая характерна лишь для слабаков. А он не был таким. Он не был похож на Наруто или Сакуру. Он смог избавиться от слабости в любом ее проявлении. Поэтому сложно признать что то, что он узнал сегодня, вымотало его, отвыкшего от переживаний и чувств, до основания. Вот уж настоящая пытка для Учиха! Заставь его весь день тягать мешки с кирпичами, он и то был бы не так изнеможен. Ему не понаслышке знакомы выматывающие физические нагрузки. Сколько раз изо дня в день он их испытывал, и не сосчитать. Это стало для него обыденностью. В отличие от моральных, которые со дня ухода из Конохи больше никогда не тревожили его. Защита близких людей, чувство долга, сопереживание – все это он оставил в ту ночь на скамейке вместе с Сакурой, а последние чувства дружбы и взаимопонимания – в Долине Завершения вместе с Наруто. Больше у него не было ничего, что могло бы отличить его от хладнокровного мстителя. И это его путь. Его жизнь.       Поток мыслей был внезапно прерван легким прикосновением теплой руки. Спящая девушка слегка повернулась в сторону парня и приобняла его, подвинувшись в его сторону. Парень пошел на попятную, но почувствовал неладное. «Да она, по-видимому, хочет спихнуть меня с кровати? Ну уж нет! – негодовал Саске, ощущая, как одна часть его тела уже подвешена в воздухе и вот-вот грозится потянуть за собой и вторую. – Учиха так просто не сдается! Битва за территорию только начинается!».       Во избежание падения парню пришлось подвинуться к середине, располагаясь все ближе к девушке. Он уже ощущал ее теплое дыхание на своей холодной шее и, к удивлению, этот легкий поток успокаивал и усыплял его. Расположившись относительно удобно на полторушке, Саске подцепил руку Сакуры с целью освободить себя из этих неожиданно окутавших его пут, но даже во сне девушка довольно крепко сжимала его рубашку и, видимо, не собиралась отпускать. Будить ее Учиха побоялся. Опять же эти разговоры, слезы, выяснения отношений. Это все раздражало. Хотя, может, все это всего лишь отговорки?       Он посмотрел на ее лицо. Опущенные длинные темные ресницы, слегка приоткрытые розовые, как закат, губы, румяные нежные щеки и вздернутый гордый нос. И все эти черты выражали умиротворение, спокойствие, счастье. И всё, потому что он рядом. Разве может один человек вызывать столько чувств? Разве может такой человек как он вызывать столько чувств? Ему никогда не понять, как такое возможно. Он отрицал это. Не хотел признавать и всячески бежал от правды.       Он всегда старался убеждать себя, что любые чувства по отношению к нему – всего лишь фарс. В его жизни были только одни отношения, достойные право на существования, – его узы с Итачи. Все остальные – фантомы, которые преследовали его и стояли на пути. Поэтому он избавлялся от них, избавлялся каждый раз как мог. Лишь бы не думать, не пытаться понять и не разрешить сомнениям закрасться в душу. Но эти двое: Наруто и Сакура постоянно все портили. Всегда как призраки следовали за ним, пытаясь достучаться до того пустого места, где раньше было сердце. Или, может, еще есть? Зачем они пытались всегда быть рядом? Ведь он им дал ясно понять, что не нуждается в них! Они – всего лишь препятствие на пути к его цели и не более чем. Но почему? Почему? Каждый раз они не сдавались, а продолжали идти по пятам, кричать, что он важен им, тянуться к нему, хвататься за каждый шанс вернуть его как за спасительную соломинку, бросать все и мчаться невесть куда, лишь бы увидеть его, встречаться тет-а-тет со смертью и смеяться ей в лицо, и, сжимая кулаки, идти дальше. Ради единственной цели – вернуть его, Саске Учиха, домой. Может, эта цель для них была настолько же важна, как для Саске месть? Может… Может, только так, представив себя на их месте, он сможет понять этих двоих неугомонных и не сдающихся упрямцев?       Наконец Саске понял, что не в силах больше бороться со сном. Глаза слипались, а тело погружалось в приятную истому.       Но уже сквозь сон он почувствовал что-то давно забытое. Это ощущение близости любящего тебя человека, это легкое дыхание и теплая рука, прижимающая все ближе и ближе к себе, впервые за много лет заставили его почувствовать себя не одиноким. И отчего-то от этого ему стало приятно и хорошо… Но думать больше не хотелось. Хотелось только спать.