Не играй, а то влюбишься

Встав с кровати, я увидел, что брюнета нет. Ох, это здорово. Сегодня праздник и я почувствовал, как ко мне прихлынуло какое-то игривое настроение, от которого хотелось бегать, прыгать, скакать как ребенок. Я быстро спустился вниз и увидел Адама в кухне усердно готовившего кофе. Я направился к телефону и набрал номер Джесси. — Привееет – в трубку заорала подруга каким-то довольным голосом. — Привет, чего орешь то? У меня чуть уши не свернулись. — Сегодня же праздник!!! Не грусти и не смей сопли размазывать. Ясно? – весьма повелительный тон. — Да – тихо сказал я. Первый Новый год, который я проведу без отца, а уж о матери я молчу. Я отчаянно вздохнул – Слушай Джесси мне надо Адаму подарок сделать, я в последнее время валялся сопли вперемешку со слезами лил, а про это совсем забыл… Может подскажешь? – с надеждой в голосе спросил я. — Эмм… дай подумать… — подруга замолчала – Чем он увлекается? — Поет и рисует. Тишина. — Нашлааааа – раздался довольный голос. — Что????? — Он же поет? Так да? — Да. И? — У меня есть знакомый, у которого есть бар. Мы можем устроить ему выступление. Но думаю, сегодня не получится. Он может там спеть, я уговорю владельца – как хитро произнесла она. — Спасибо большое, я тебя обожаю – сказал я улыбаясь. — Все иди.. и Томми давай уже…это… короче ночью не спи. — Что? – я, конечно, понял и смутился сразу. — Бляяяя Томми не будь идиотом. Я говорю, соблазни этого красавца, а дальше твое дело – раздраженно кинула она и послышались гудки. Соблазнить? Конечно идея хорошая, но все же есть где-то страх. Наверно потому что мы еще не выяснили наши отношения? Мне будет обидно, если мы переспим, а на следующее утро я встречусь с его безразличным взглядом, или вообще его не увижу. Не обидно, а это будет концом моей жизни. Да я буду жить, но душа будет мертвой. И сегодня гуляя с ним по парку, по снежным улицам и по магазинам, я просто был доволен тем, что Адам был со мной, тем, что он бросать меня не собирается. В обнимку гулять, играть в снежки, торчать в кафе лишь ради того чтобы увидеть лицо брюнета при прожевывании пищи… Все казалось невероятно сказочным. Все проблемы были оставлены на потом, лишь были мы вдвоем. Лишь Адам и я. Его руки, которые обнимали меня вечером сидя на диване, его взгляд полный любви и тепла, его губы аккуратно и красиво покрытые крупицами веснушек, которые нежно целовали мои губы. Сидя на его коленях и ощущать все это, было сказочно. Слушать его голос, который разлился в песне полный смысла. Я начал осознавать то, что Адам действительно меня любит. Он бы не стал вытаскивать меня из депрессии, не стал терпеть в плане сексуальных желаний, не стал бы РИСОВАТЬ мой портрет и не стал бы петь ради меня. Пребывая в таком приливе стольких эмоций, мне просто захотелось чего-то другого. Вроде того о чем говорила Джесси. Я густо покраснел, но откровенно уселся на колени Адама, ногами обняв его талию. Брюнет обнял меня за талию и притянул к себе поближе, насколько это было возможно. Я поцеловал его в губы, и мы целовались до тех пор, пока нам воздуха стало не хватать. Это периодически раздражало. Поцелуй уже отличался от предыдущих. В нем было гораздо больше желанья и страсти. Я стал тяжело и судорожно дышать, когда язык Адама оказался у меня на шее. Слабые укусы, лизанья, засосы, его руки блуждающие у меня под кофтой. Как бы невзначай, он задел мои напряженные соски и спустился ниже, потом на спине оставлял, словно огненные дорожки, которые мгновенно отдавали сигналы к нижней части моего тела, сладким чувством приливая к паху. Его губы с жадностью впивались мне в шею, мои руки зарывались в его волосы еще глубже, словно это было возможно. Те частички на шее где он оставил следы, словно танцевали от счастья. Вот он, человек, которого я люблю, это желанное тело, его тяжелое дыханье на моей шее. Взгляд Адама был затуманенным и полным желанья. Он хотел меня, и, понимая это, я возбуждался сильнее. Адам приподнял свои бедра вверх, так что я почувствовал его возбуждение своим пахом. Боже, я хочу этого парня. Ужасно. Остановив все действия, Адам встал, аккуратно скинув меня с себя, и сказал, что пойдет в туалет. Я не мог понять, в чем дело. Конечно, я понимал, что он хотел снять напряжений и позаботится о стояке. Но, а я? Какого черта здесь я тогда? Меня что ли мало? Но вспомнив то, как всегда я сам его останавливал, не доводя до конца, я сразу начал понимать то, что он не хотел меня заставлять. Глупый. Я тепло улыбнулся и пошел в туалет, но его не было. Адам лежал в моей комнате, уставившись на потолок. — Эй, ты чего ушел? – прошептал я, ложась рядом с ним. Он лишь промолчал. Он все еще прибывал в возбуждении, как и я. Мне жутко хотелось напасть на него, раздеться, раздвинув ноги, показать, что я готов. Держись Томми. — Ты хочешь продолжения? – спросил он тепло, но я мог слышать надежду в его голосе. Время соблазнять. Я медленно встал и переместился и сел на его бедра, «нечаянно» задев его бугор. Он судорожно выдохнул и сжал мои ягодицы руками. Наклонившись и не понимая, откуда у меня столько бесстыжия (точнее у автора) я прошептал: — Да, я хочу, чтобы ты кончил во мне, а не на свои руки. Адам простонал от этих слов, и мне казалось, что эту картину я никогда не забуду. Адам передо мной возбужденный до предела, в глазах просвечивает какое-то волчье доминирование. И осознавая, что это именно Я довел его до такого состояния, придавало мне чувство довольства. Пытаясь запомнить эту картину, я снял с него кофту, а потом оказался под ним. Он навис надо мной, вглядываясь мне в глаза, словно хищник жертве. Я потянулся целовать его, и Адам ответил мне грубым, жестким поцелуем, не требующий никаких возражений. При этом кусал мои губы, и мне оставалось поддаться и временами стонать зарываясь пальцами ему в волосы. Оставшись без одежды, мы отчаянно терлись друг о друга, Адам придавливал меня к кровати всем своим весом. Брюнет целовал и сосал розовые бусинки моих напряженных сосков и это, к моему удивлению, сводило меня с ума. Вроде раньше не ощущал таких сильных чувств. Но Адаму хватило меньше месяца, чтобы овладеть моим сердцем, телом и разумом. На моей мягкой кровати, сливаясь с ним в одно целое, в каком-то неописуемо красивом танце любви, о разуме можно было позабыть и не вспоминать до конца «деятельности». Обжигающие шепоты признаний, его руки сжимающие мои ягодицы, поднимаясь вверх по бокам, заставляя меня хихикать от ощущений, губы которые впивались в мои не давая толком отдышаться. Пальцы, которые были во мне, предавая мне не самые лучшие ощущения, его успокаивающие шепоты, и вскоре он был во мне. Мне было больно, и казалось что все, он уже вошел, но он продолжал входить, придавая мне боль, но удовольствие вскоре я получил, когда он задел там долгожданную точку. Не знаю, что там есть, но это свело меня с ума. Я сразу выгнулся под ним и откровенно простонал. Бешеный темп Адама сводил меня с ума, заставляя постанывать ему в рот, дышать прерывисто, и судорожно трястись от всего происходящего. А руки мои жили отдельным государством, царапая спину Адама от прилива такого сильного и умопомрачительного удовольствия, а ноги мои силой обвивали его талию, пытаясь как можно больше принять его в меня. Его руки гуляли по моему телу, и словно изучая ее, он щупал в некоторых местах. С полуоткрытых глаз я смотрел на его лицо, в котором описывалось то, что он получал удовольствие. Я продолжал стонать под ним, и мне за это было стыдно. Но Адаму это видимо нравилось, потому что он убрал мою руку, которую я преподнес ко рту, чтобы утихнуть. — Я хочу тебя слышать – хрипло прошептал он, вновь кусая мне шею и оставляя очередную отметину. Для того чтобы кончить мне хватило лишь одного прикосновения Адама к моей плоти которое все время был напряженным и набухшим. Лицо Адама было действительно красивым при оргазме… неописуемо. Полуприкрытые глаза и рот, протяжный стон с моим именем, пальцы которые вбивались мне в мышцы талии. Навалившись на меня всем своим телом, Адам тяжело дышал мне в шею, и я нежился под ним, ощущая его вес.