Мир шоу-бизнеса.

— Здравствуйте, дорогие телезрители! Мы рады вас приветствовать на нашем увлекательном шоу «StarSay»! — поприветствовала всех Тини, улыбаясь на камеру, — Сегодня в нашем шоу произошли некоторые изменения: теперь его будут вести два человека — я, ваша старая знакомая, и… Поприветствуем же Хорхе Бланко! — Тини прокричала это радостно, но думала совсем по-другому.       «Ну ничего! Посмотрим, как ты, дорогой, сумеешь провести эфир!» — девушка злорадствовала, так как полагала, что Хорхе выпрут с шоу после первого же эфира. — Здравствуйте, друзья! Это большая честь для меня — вести «StarSay», тем более с такой очаровательной напарницей! — тем временем разглагольствовал новоиспечённый ведущий, улыбаясь, как Чеширский Кот. — Но хватит приветствий, давайте же встретим нашу новую гостью! — мстительно оборвала парня Мартина, — И это… Кэндис Миллер! Встречайте! — тут в зал вошла эта самая Кэндис. Думаю, стоит описать ее внешность. Одета сия «звёздочка» была точь-в-точь как кукла Барби, хотя, наверное, сама знаменитая кукла позавидовала бы наряду Миллер. На ней красовалось розовое платьице, розовый пиджачок, розовые ботильоны, а в руках женщина сжимала маленькую розовую сумочку. В общем, издалека Кэндис напоминала ходячую часть розовой материи, ну или на худой конец поросёнка, каких рисуют в мультфильмах. — Что за… — шепнула Тини очень тихо, пребывая в лёгком шоке от вида гостьи шоу.       А Барби, тем временем, прошла к диванчику для гостей, приветливо помахала рукой в камеру и пропищала: — Здравствуйте, дорогие, здравствуйте! — за этим последовал воздушный поцелуй. Мартина еле удержалась, чтобы не фыркнуть, Хорхе лишь скептически улыбался. — Что ж, давайте начнём, — первым престарелой кукле Барби задавал вопросы парень.       Через 40 минут Тини начала злиться. По большей части задавал вопросы Бланко, часто перебивая Мартину, когда та начинала говорить. Однако было ещё одно «но». Обычно во время беседы с гостями Мартина плавно подводила разговор к чему-то для них сокровенному, личному… А Бланко уже 40 минут задавал обычные, не волнующие никого вопросы из биографии звезды. Барби совсем расслабилась, и отвечала легко, даже с улыбкой.       Шоу прервалось на пятиминутную рекламу. Кэндис осталась сидеть на диване, а Тинита отвела Хорхе в сторону, и зло зашептала: — Какого фига, Бланко?! Тебя не знакомили с правилами шоу? Мы должны довести эту дурочку до открытия её тайн, до признаний. А сейчас она только смеётся! Рейтинги шоу наверняка упадут после этого выпуска, и всё из-за тебя! — Успокойся, Марти. У меня все под контролем, и я прекрасно осведомлён о ваших порядках. Всё будет отлично! — он подмигнул Тини, шутливо отсалютовал ей и пошёл к своему креслу.       Девушка одновременно злилась и радовалась. Злилась из-за того, что этот индюк всё делает не по правилам и вообще жуткое её бесит, а радовалась потому, что если Бланко не сумеет разжалобить Кэндис (а Штоссель считала, что именно так и будет), его попрут с передачи.       Но за этим произошло то, чего Мартина никак не ожидала.       Хорхе болтал ещё 40 минут, Тини еле успевала вставлять в этот поток слов свои вопросы, всё больше ликуя: ещё чуть-чуть, и ноги этого идиота не будет в студии!       До конца шоу осталось десять минут. И вдруг Бланко начал задавать, да ещё довольно настойчиво, вопросы о её школьных годах. И спустя минуту Миллер расплакалась, и оказалось, что в школе её ненавидели, дразнили и так далее и тому подобное. — Ну всё, всё, успокойтесь, Кэндис… Вспомните, что теперь вы — любимица публики, а те, кто оскорблял вас, сейчас наверняка сгорают от зависти! — Тини, злости и разочарованию которой сейчас просто не было предела, наконец удалось сказать хоть что-то без того, чтобы её перебил пройдоха Бланко.       И вот пятничный выпуск «StarSay» подошел к концу. Барби немного пришла в себя, напоследок улыбнулась в камеру, Хорхе и Мартина попрощались со зрителями, и передача наконец закончилась.       Кэндис только что ушла, и Тини, которой больше нужно было строить из себя милую и услужливую ведущую, в ярости опустилась на стул.       «Как ему удалось? Как он вообще узнал, что её больная тема — школьные годы? Ну ничего, я ещё отыграюсь…»       Бланко, тем временем разговаривал с продюсером. Тинита невольно прислушалась, слабо надеясь, что его всё же уволят. — Великолепная работа, Хорхе! Продолжай в том же духе, — деловито произнес Ник, протягивая Хорхе гонорар. Тини ещё больше разозлилась, мысленно уже сжигая Бланко на костре. Какого вообще чёрта? — А ты, Тини, тоже молодец, но можно и лучше, — тем временем обратился Ник к девушке, — Ты очень мало говорила сегодня. — Я?! Мало говорила?! Конечно, я мало говорила, ведь этот! — она показала пальцем на Хорхе, совершенно наплевав на манеры, — этот не давал мне даже слова вставить! Перебивал меня! Чесал языком без умолку, индюк! — Значит, ты тоже должна была перебивать его! Такова суть всех шоу, Тинита! Если передачу ведут два человека, естественно они друг друга перебивают! И ты должна научиться это делать, если ты считаешь себя профессионалом своего дела, — отрезал Ник, а затем отдал Тини деньги и ушел к съёмочной группе.       Девушка была в ярости, была возмущена. Но не столько замечанием Ника, сколько самим новым соведущим. Припёрся на шоу, на ЕЁ место, первый день работает, а уже наглеет и наводит свои порядки! Немыслимо! Может, её ещё и уволят, чтобы этот «очаровательный» индюк вёл шоу один, раз он такой прекрасный?.. — Марти, Марти, — услышала она голос позади себя.- Не завидуй, а учись, пока даётся шанс, — Ти медленно повернулась. — Учиться? У тебя? Смешная шутка, ха-ха. Остроумно, очень остроумно. Предлагаешь мне учиться, как ты, жить без мозгов? Обойдусь как-нибудь, уж спасибо! — зло выплюнула Тини, сдерживаясь, чтобы не врезать этому идиоту. — Раз ты не завидуешь, почему тогда злишься, а, Марти? — с невинной улыбочкой на лице, задал провокационный вопрос парень. — Ты меня бесишь, вот и всё! Сколько раз я тебе уже повторила, не смей называть меня Марти, придурок! — она развернулась обратно и на полной скорости пошагала в гримёрку. Забрала оттуда свою верхнюю одежду и поехала домой. День для девушки был окончательно и бесповоротно испорчен.