События, или Авторский сюжет в ГП

Уважаемый читатель, если вы встретили фанфик с таким предупреждением (потому как это именно предупреждение, на мой взгляд), то не пугайтесь очень сильно. Потому как от канонной Гермионы там остались только имя и фамилия, и то не всегда. Итак, Гермиона Джин Грейнджер-Когтевран-Хаффлпаф-Малфой-Снейп-Прюэтт-ну и дальше на усмотрение автора. Молодая ведьма, незадолго до возвращения в Хогвартс узнающая о том, что её родители совсем не её родители. А она совсем и не она (ну вы поняли). Гоблины, усердно занимающиеся проверкой крови, делают воистину благое дело. Люциус Малфой, ранее и слыхом не слыхавший о дочери, обретает её вновь. Ну, или Снейп, на худой конец. Или таинственный волшебник Дагворд-Грейнджер, седьмой водой на киселе которому является Гермиона. Или даже страшный Лорд Волдеморт, каким-то таинственным и вовсе невообразимым образом сумевший сделать ребенка маггле или Белле. Просто Санта-Барбара получается! Да это неважно, ведь у Герми/Мионы/Эрмионы/Геры/любое другое имя поэкзотичнее теперь есть семья, а вот какая она — дело десятое. Если же сюжет наличия богатых родственничков не предполагает, то Гермиона все равно упорно продолжает меняться (в сторону полной деградации головного мозга). За одно-единственное лето у нее вырастает огромная грудь от третьего (и это еще по-божески) и до энного размера. Даже если её «прелесть» (путеводительная звезда фикрайтеров в подобных произвИдениях) десятого размера и выглядит как два ведра, она все равно упругая и подтянутая (как только такие сиськи обзор не закрывают, непонятно). Миона, как опытная волшебница, пользуется для увеличения «достоинства» услугами пластических хирургов/зельями/заклинаниями/ватой, что, впрочем, не мешает НЕ использовать их другим представительницам женского пола волшебной Англии. Отдельно следует упомянуть зубы героини, которые стали настолько блестящими, что затмевают собой свет мощнейших фар (и экономят электричество, между прочим). Следующая деталь — губы. Обязательно намазанные малиновым блеском и набитые силиконом. Иначе как объяснить, что они за лето увеличились как минимум вдвое? Глаза тоже (для пропорции) напоминают блюдца цвета горького шоколада/голубого неба/лазурного берега/розовых соплей/мертвого янтаря (шта???). Вместо вороньего гнезда на голове Гермионы идеальная прическа. Волосы, от каштанового до темно-фиолетового цвета, уложены локон к локону так, что даже урагану не под силу их разметать. Одета волшебница в джинсовые капри со стразами и вышивкой, малиновый/розовый/красный/цвета фуксии топик с большим вырезом, обтягивающий упругую грудь, босоножки/туфли на высоких (не меньше двадцати пяти сантиметров) каблуках, на ее руке — серебряный/золотой/платиновый браслет с бриллиантами/стразами Сваровски/сапфирами. Серьги блестят в ушах гриффиндорки/слизеринки/когтевранки подобно маякам в штормящем море. Иногда мисс Грейнджер поверх этого мракобесия великолепия надевает мантию, но... тоже очень модного цвета детской неожиданности/все той же фуксии/хрустящего попкорна и овердохерической фантазии аффтаров. Из-под этой суперстильной мантии выглядывают ноги, волшебным образом удлинившиеся за лето минимум на метр. Отдельно о магическом наследии. Каким-то образом Герми становится вейлой, хотя до шести/одиннадцати/шестнадцати лет и не подозревает, что скрыто в её крови. В обморок от ТАКОЙ Грейнджер падает Снейп/Малфой (любой)/Забини/Поттер/Дамблдор/Блэк и вообще все мужчины, половина женщин Хогвартса и всего волшебного мира. Иные аффторы делают её вампиром вроде красавиц из Сумерек/эльфийкой на манер Властелина Колец/магической наследницей Мерлина и еще туевой кучи кроссоверов. Короче, вот такая она — блистательная и неотразимая Гермиона. Виват, аффтары! И не дай Бог приснится такое ночью...