Two Weeks

***

Да, вид сзади у неё был просто великолепный. Светлые волосы разметались по спине, прядь за прядью скользя по нежной шелковой коже. Точеная талия, упругая задница: настолько идеальная, что даже не верилось, что эта девушка сейчас в моей постели. Вставлять ей было потрясающе. Чувствовать, как она покрывается мурашками от твоих прикосновений еще лучше. Но самое замечательное, это заставлять её кончать, слушать, как она пытается заглушить свои крики уголком одеяла, который специально держит в зубах. Не хочет, чтобы я слышал. Ася лежала рядом со мной и глядела в пустоту. А я смотрел только на неё. Её совершенная грудь с небольшими твердыми сосками вздымалась от тяжелого дыхания. Руки слегка дрожали, видимо, с непривычки. Было замечательно поставить её раком и доказать, кто здесь контролирует ситуацию: я или она. Очевидно же, что я, да, малышка? Когда раздался звонок её телефона, я думал, что Ася не возьмет трубку, потому что казалась слишком обессиленной и уставшей. Звонил её ёбырь, похоже, судя по тому, как быстро она привела в порядок свой дрожащий голос. – Что ему нужно было? – слишком резко спросил я и сам пожалел, ещё подумает, что мне не насрать. – Сказал, что соскучился и хочет приехать, побыть со мной. – Да ладно тебе, потрахаться он хочет, видимо твоя сестренка сегодня ему не дала, может, у неё месячные? Ну, ничего, денечков пять насладишься присутствием своего возлюбленного, а там он снова уйдет к твоей… И вдруг. Так внезапно, что голова дернулась в сторону. Она ударила меня. И, как ни странно, я совсем не чувствовал злости на неё, только жгучую, но вполне терпимую боль в щеке. И обиду, которая в одночасье захлестнула меня. Ася ведь снова уедет к нему, это очевидно. И утром проснётся с ним, а не со мной. И завтрак будет готовить ему, щеголяя в мужской рубашке на несколько размеров больше. Не в моей. Я снова посмотрел на неё, в её глазах был испуг, видимо, только что поняла, что натворила. Брось, малышка, я не сержусь на тебя. Просто останься, ладно? – Да вали уже к своему хахалю, что смотришь на меня своими щенячьими глазками? Я бы сам тебя на такси выпер десятью минутами позже, – старался говорить равнодушно, но, кажется, смотрел на неё слишком осуждающе. Ася опустила глаза и ничего не ответила. Собрала свои вещи и вызвала такси, даже не попрощалась со мной, выбежала из дома, пока я стоял на балконе и курил.

***

Влад привез меня к воротам гимназии и, припарковавшись, поцеловал меня. После Жени поцелуи Влада я воспринимала как вынужденный слюнообмен для поддержания здоровых отношений, хотя, кажется, наши с ним отношения уже хромали на обе ноги. Я быстро шла в сторону здания гимназии, цокая каблучками. На крыльце стоял Куликов, в гордом одиночестве, и курил. – Доброе утро, Анастасия Евгеньевна, – он улыбнулся и сделал еще одну затяжку. – Доброе утро, – я улыбнулась в ответ и подошла поближе, прокашлявшись. – Слушай, Жень, ты прости меня, я не должна была…. Я не хотела ударить тебя, просто ты наговорил мне всего и я… – Анастасия Евгеньевна, успокойтесь, я сам виноват, действительно, мне не нужно было этого говорить, и я прошу прощения за свой длинный язык. Я сделала шаг назад и внимательно посмотрела на него. Извинился? Это что, шутка? Он тепло улыбался, весенний ветерок играл с его волосами. Внутри опять что-то ухнуло вниз. Сейчас Женя казался идеальным, я бы бросилась к нему на шею и разревелась от умиления, наверное, если бы мы не стояли у входа в гимназию. – Чего смотришь на меня, как будто привидение увидела, звонок через пять минут уже, мой урок между прочим, – продолжая улыбаться тихо сказал он. Я нелепо кивнула и стала подниматься по лестнице, он снова окликнул меня. – Ась, я заказал столик в одном хорошем уютном ресторане, поужинаешь со мной сегодня? Боже, да что со мной? Опять только кивнуть и смогла, потому что ком встал в горле. Куликов точно что-то задумал.

***

Я заметил, как Макс разглядывает её упругую попку, обтянутую короткой юбочкой, пока Ася писала что-то на доске. Я ударил его локтем в бок, Макс нахмурился и посмотрел на меня. – Блин, урод, ты чего? – Перестань заглядываться на мою задницу! – Чего? – Асина попа – моя попа, запомни, пожалуйста. Макс только хмыкнул и отвернулся. – Куликов, Шилов, я вам не мешаю? Может, за дверью поговорите? – громко сказала Ася, сердито глядя на нас. Пытается играть в строгую учительницу, мне нравится. – О, Анастасия Евгеньевна, сердечно просим прощения, и обещаем больше не шуметь! Может, накажете нас? – я недвусмысленно поиграл бровями и услышал смешки одноклассников. – Свои пошлые намёки оставьте при себе, Евгений. Она быстро отвернулась и продолжила что-то писать, хотя я мог поклясться, что видел, как заалели её щеки. – Ты чего над ней издеваешься? – Да я же шучу просто, и она понимает, я уверен. – Ну и как тебе вчерашняя ночь с практиканткой? Я смотрю, тебя потянуло на девочек постарше. – Ой, да брось, она всего на полтора года старше, ей пока девятнадцать. Помнишь Нину? Ей сейчас уже двадцать два, кажется. – Только не начинай опять про свои похождения, самец. – Ты сам спросил! – возмутился я. – Я спросил про русоволосую самочку, которая пляшет у доски сейчас. – Не буду я тебе ничего рассказывать, тебе с ней всё равно ничего не светит. – Какие мы ва-а-ажные, – протянул Максим, наклоняясь еще ближе. – Давно она стала твоей собственностью? – Недавно. Завали уже, а? – А она всё еще бегает к своему Владику? Или из твоей койки не вылезает? – Я в процессе её приручения, так сказать, надеюсь, что вскоре она бросит его. – Ты в этом уверен? Она снова грозно посмотрела на нас, а я просто ей подмигнул и отвернулся обратно к другу. – Она влюбляется в меня. Я это вижу по тому, как она ведет себя. Я думаю, дело за малым. – Сам не боишься влипнуть? – А чего бояться? Если влипну – притащу её к себе домой жить и затрахаю до смерти, а надоест – вышвырну, как котенка. Ты же меня знаешь. – Вот потому-то и спрашиваю, что знаю. Никогда ты ещё не делал столько ради расположения одной дырки. Что же изменилось теперь? Ты не думаешь, что то, что ты чувствуешь больше, чем просто желание обладать? Я задумался. Действительно, это было нечто большее. Что-то теплое и нежное, какое-то болезненное желание быть рядом, оберегать, знать, что её не трогают чужие руки. – Нет, Макс, не думаю. Говорю же, я просто хочу её приручить, и, кажется, у меня уже есть идея как.

***

Как же давно меня не приглашали на настоящее свидание. Я тщательно подбирала подходящее платье, долго наносила макияж и накручивала локоны. Я выбрала светлое платье, но глаза накрасила тёмными тенями, чтобы внести какую-то дерзость в свой ангельский образ. Куликов позвонил мне и велел спускаться. Я забралась на переднее сидение и улыбнулась. – Не знала, что ты водишь машину. – Это сильно тебя удивляет? Я ведь уже совершеннолетний, - он тронулся и медленно ехал в сторону выезда из моего двора. – Мне кажется, меня уже ничего не удивит. – Ты ошибаешься, Ась, ты многого обо мне не знаешь. – Мы ведь можем это исправить? – тихо спросила я, но он не отвечал долгое время. Я посмотрела на него – он улыбался. – А ты хочешь? Узнать меня? – спокойно спросил Женя. – Да, было бы приятно узнать тебя с другой стороны. – А чем тебе не нравится эта моя сторона, которую ты, якобы, знаешь? – Тем, что ты – задница, Куликов. И не смей больше вести себя так на моих уроках, ясно? Если кто-то догадается, ты знаешь, что у меня будут большие проблемы, так что держи себя в руках, если, конечно, тебе не всё равно. – Мне не всё равно, Ась, и ты это знаешь. – Что ты хочешь этим сказать? – Лишь то, что ты необыкновенная девушка и сводишь меня с ума. Он предложил ей руку, когда она выходила из машины, галантно пододвинул стул, оплатил их ужин и поддерживал непринужденную беседу на любую тему. Ася смеялась над его шутками, оценив потрясающее чувство юмора. Куликов был совсем другим, не таким, каким пытался казаться. И что-то внутри приятно дрожало от мысли, что он раскрывается для неё сейчас. Уже около подъезда, когда он невыносимо сладко целовал её губы, она подумала, что сделает всё, что он попросит, прямо сейчас. Что он настолько глубоко в ней, не в том грязном и пошлом смысле, что кажется, будто избавиться от него будет уже невозможно. Ася оторвалась от Жени лишь на секунду, чтобы спросить: – Может, зайдёшь ко мне? Он нежно улыбнулся и провел пальцем по её щеке. – Ась, ты сегодня устала, иди отдыхай, я позвоню тебе, ладно? – я осторожно кивнула и опустила глаза. – Завтра приедешь ко мне? – я снова кивнула. – Только в этот раз не забудь учебник, на самом деле. Это ненадолго, поможешь мне домашку сделать, а то назадавала нам… Я грустно улыбнулась и, привстав на носочки, еще раз прижалась своими губами к его губам. Он проник своим языком в мой рот так, как это умел делать только он, заставляя меня трепетать. Провел рукой по моей спине, притягивая ближе. На прощание нежно прижался губами к моему виску и пошел к машине. Я вошла в свою квартиру и увидела Влада, который смотрел на меня с неподдельной злостью. Кажется, впервые в жизни.