Внимание

— Нечестно иметь бонусы, — возмущался Дадли, пакуя чемодан. — Мне колдовать нельзя на каникулах. А что ты, что Корита вообще на этот счет не паритесь. — Она же целитель, ей Красный Крест разрешение оформил. — Ага, а ты ученик магического шпиона, и на тебя рассчитывают. Это нечестно. И у всех у вас корпоративные бонусы? — Да вроде нет, только у меня и у Кор. — И как только ребята вас еще не прибили? Или их не гнетет? — Ну, я не могу, например, дома использовать магию, фактически здесь мама, и она не волшебница. — Ну, она же знает. — И что? В разрешении сказано однозначно — вне поля зрения людей. Готов? — Давно уже, — Дадли, все еще недовольно гримасничая на то, что применение магии на каникулах некоторым сходит с рук, попинал чемодан в прихожую. — Мам, ты подписала мне пропуск в Миэль Фант? — в отличие от Дадли, уже семестр все воскресенья проводившего в Хогсмиде, деревушке рядом с Хогвартсом, шармбатонцам позволяли покидать школу только после второго семестра третьего курса. — Не надо бы, — вздохнула мама. — После того, как я разрешила Дадли Хогсмид, жалобы на его шалости участились в три раза, в последний раз он напоил кошку завхоза чернильным молоком, бедный старик две недели не мог понять, почему у его кошки черный язык. В доме Эвансов-Снейпов-Поттеров закончился Летучий Порох. Ну, как закончился. Малышка Люси телекинезом снесла банку с ним прямо в камин. Благо чары не срабатывали без вербальной адресации, а то уползла бы малявка к Бармаглоту в гости. А посему, так как добираться до Косого Переулка было дольше, чем до Кингс-Кросс, Снейпы взяли такси, затолкали туда Эвансов и Поттеров, оставили источник неприятностей с няней, попутно наложив на дом чары блокировки врожденной магии, и всей этой распрекрасной кампанией отправились на вокзал. Каникул все же было мало. К этому же выводу пришли и Дрей, и Корита, и, как ни странно, Гермиона. Впрочем, она только вернулась с горнолыжного курорта, ее можно было понять. Когда рядом с Гарри и Дадли нарисовался Ли Джордан, никто так и не понял, но Гарри приветственно кивнул другу брата. Об успехах в брейке Дадли рассказывал с гордостью, даже пытаясь на руках показать, где и чего он разучил. Сумка с плеча Кориты бесследно исчезла, впрочем, тут же проявившись на плече Ли. — Ты почти мне не пишешь, чернявая, — Джордан пихнул Кориту плечом. — Да уж, всего по пять листов мелким почерком с двух сторон, — хмыкнул Гарри, ибо он-то видел, как Джан отправляет сов в Хогвартс. — Мелочишься, Кор, — поддержал Гарри Драко. Ну, лучший друг, он как бы должен держать марку. — Дебилы, — друзья получили взгляд исподлобья, — на себя посмотрите. — Да, Джей, ты столько слюны пускаешь на Флер, можно полы на всем этом вокзале помыть, — ох уж Гермиона, конечно же, всегда найдет, чем уесть. — Ну так польза хоть будет, а не перевод бумаги. Джан, за экологию нужно ратовать... — На камнях писать? — ну наконец-то и Корита пустила шпильку в дискуссию. — Представь доклад по Теории Магии на гранитном валуне. — Даже мне поплохело, — заметила Гермиона. — А для выпендрежников пойдет мрамор,— понесло Дадли. — Ага, с золотом. — Дрей, ты что, запал на идею? Малфой совсем не аристократично заржал. Хотя черт их знает, кони тоже вроде бывают благородных кровей. — С золотом это уже почти взятка преподавателю, — отозвался он. — Ну так а в чем суть. Прикинь, приходишь так к Фицрою и сдаешь ему докладик, рубинами изукрашенный. — И он этот докладик мне же об голову и расколет. Синий шармбатонский паровоз еще даже не разогревался. Отчим мрачно наблюдал за окружающей толпой, состоящей преимущественно из школьников. Наверняка многие из них были его бывшими студентами. Все-таки он скучал без преподавательской деятельности. Конечно сейчас он работал в Британском Институте Целительства на кафедре Лекарственных зелий, но почти не преподавал, отчего веселья не испытывал. На каникулах Гарри довелось его спросить о способах формирования таблиц ингредиентной сочетаемости, так Снейп прочитал ему полуторачасовую лекцию с письменными выкладками, и стоило только зевнуть, как «профессор» сразу отвешивал ему саркастический словесный подзатыльник. И как студенты не сожгли его за подобные выкрутасы? Странное письмо так и не было опознано. Конверт исчез с кровати, как только Гарри вышел за отчимом, и когда они вернулись, в комнате слегка пахла лавандой. Дядя Северус принюхался, сотворил несколько заклинаний, ничего не выявил и заключил, что беспокоиться не стоит — никаких следов враждебной магии не осталось. — Убери грабли, — пока Гарри задумчиво разглядывал вокзал, Ли попытался подцепить ирландку-недотрогу за локоть. — Я по-дружески, — свежо предание, но мы таким типам не верим. Взгляд Драко убил бы василиска, но рельсе повезло — она была неживая. — Нужен ты мне, — с одной стороны Гарри был за Кориту, а с другой стороны сочувствовал Ли, умудрившемуся выбрать самую упрямую девчонку Британии. — Тарантула своего за лапы хватай. — Думаешь, он симпатичней тебя? — едко влез Драко. Сощурившись, Корита поглядела на него и внезапно демонстративно взяла Джордана за руку. — А давай-ка отстанем, Ли, хочется побеседовать наедине, — промурлыкала она. — Надеюсь, ты не думаешь, что я решу, что ты искренне сейчас говоришь, — хмыкнул Ли, но все же они и вправду отстали. — Ну, хоть дышать стало легче, — пробурчал Драко, недовольно пиная ботинком одну из колонн. — По-моему, ты перегнул. — Да сколько можно-то? — Дрей гневно оглянулся. — Она все назло делает. Я уговорил отца на отсрочку с помолвкой, хотя они с ее отцом уже все вопросы утрясли, а ей параллельно, я пытался пробить на ревность, даже разговаривать с ней перестал — бестолку, будто по слону Ступефаем. Я от танцев отказался — она назло мне с тобой договорилась. И с этим теперь под ручку. — По-моему, ты выбрал не ту тактику, — оставалось лишь развести руками. — Джан измором не возьмешь, ты же добиваешься того, что еще больше ее бесишь. — Тоже мне, нашелся знаток, — беззлобно огрызнулся Малфой. — Сколько ты залипаешь на Флер? Ни разу не подошел и не заговорил, кроме как на прошлогоднем матче. — Она же вейла, что толку, у нее таких кавалеров хоть ведром черпай. — Импедимента! — а голос-то Кориты. Гарри резко обернулся. Корита, бледная, как гипсовая статуя, стояла со вскинутой волшебной палочкой, а в паре метров от нее поднимался с пола Ли Джордан, потирая голову. Вокруг них уже начали кучковаться любопытные школьники. — Ты что творишь? — отец Кориты грубовато тряхнул ее за плечо. — Здесь люди, не дай бог, сработают чары Надзора. Ты забыла, что ты несовершеннолетняя? — Простите, сэр, — а дураков жизнь ничему не учит — Джордан уже стоял рядом. — Просто у Кориты не получались эти заклинания, и я ей объяснил. — Вы? — Бартемиус Джан скептически окинул его взглядом. — С ней занимался я, и у нее ничего не выходило. — Так может вы использовали не те методы? — чтобы иметь такую безрассудную смелость, нужно что-нибудь продать. Например, мозги. А можно просто влюбиться. А можно совокупить и первое, и второе. — Ладно, постараемся это урегулировать, — Джан старший взглянул на дочь, по-прежнему пребывавшую в ступоре. — Хоть какая-то польза, в твоем табеле наконец-то вырастет средний балл. Корита кивнула, рассеянно засовывая волшебную палочку в карман куртки. Вроде смягчившись, отец Кориты отошел, возвращаясь к беседе с отцом Драко. — Что произошло-то? — не выдержал Гарри. — Что вообще могло произойти? — Неважно, — наконец-то глаза Кориты сфокусировались, правда, почему-то на плече собеседника, но все же. — Ли, отдай мне сумку. — Может, я провожу тебя в купе? — Не стоит, — если Джордан старательно пытался поймать ее взгляд, то вот Джан этого явно избегала. Она практически вырвала свою сумку из рук Ли и вскочила в вагон. — Что случилось, раздери вас кентавр? — но Ли мотнул головой, показывая что ничего не скажет. Шармбатонский экспресс наконец-то дал гудок, сигнализируя о начале посадки. Шармбатонцы из Британии, а таковых было человек сорок, ринулись по вагонам, словно нельзя было этого сделать раньше. Впрочем, Гарри было не до выпендрежа — он тоже находился в числе толкающихся в дверях вагона. — Я поищу Кор, — почему-то вызвался Драко, а не Гермиона, которая до сих пор не озаботилась ни местонахождением, ни состоянием подруги. Возможно, она что-то видела. Вот только почему она так улыбается, словно... До Поттера наконец дошло. Дошло, почему Ли прикрыл Кориту, почему выглядел виноватым, почему пытался ее разговорить. Ну и конечно, как можно было довести до точки кипения пацифистку-целителя, у которой самой сильной эмоцией до этого была разве что печаль из-за пятнашки по магической теории? Дрей, видимо, тоже понял, и когда он притащил Кориту в общее купе, они хотя бы не ругались, но весь путь до школы он выглядел расстроенным. Впрочем, как и Джан, все еще пребывающая где-то рядом с орбитой Меркурия.