Коттедж

Сегодняшний день. Джилл поерзала на скамейке, перенеся свой взгляд с Беа на бесчисленные надгробные камни, усеивавшие окружающий пейзаж. “И вот так… она… ушла”. Джилл приложила к глазам изрядно помятый бумажный платок, а затем сунула руку в сумочку за следующим. “Я так никогда больше и не увиделась с ней. А тремя неделями позже, читая новости в газете… – произнесла она и слезы снова заструились по её лицу. - Так быстро. Я до сих пор все ещё не могу оправиться, прийти в себя. Я не успела попрощаться. Я ведь так и не успела сказать все, что хотела, все то, что должна была сказать. А она просто вот так - взяла и ушла”. Джилл на мгновенье прервалась, всхлипывая, только сейчас замечая, как удлинились тени, а солнце потихоньку сползло с неба. Она - как оказывается - рассказывала свою историю вот уже несколько часов. “Простите. Наверное, я заболтала вас”. Пожилая женщина взяла руку Джилл и крепко сжала - её собственные глаза затуманились от слез. “Милая, ты нисколько не заболтала меня. Ты поведала мне историю истинной любви. Спасибо за то, что поделилась со мной”. Джилл шмыгнула носом, а затем откашлялась, прочищая горло. “Да. Мы любили друг друга. Знаете - так бывает, – произнесла она, и в её голосе прозвучали еле заметные нотки смущения. - А когда вы любите, то верите во всякие странные вещи”. Она замолчала, и опять слезы проступили в её глазах. “Вот и я верю. Истинно верю. Это кажется сумасшествием? Сумасшествие ли это - верить, надеяться, что когда-то, где-нибудь - в других душах и в других жизнях - мы снова будем вместе? Вы задумывались об этом - насчет вас и Эдди?” Беа покачала головой. “Нет. В Библии говориться совсем по-другому. Я верю, что однажды вновь встречусь с Эдди. На небесах. А не в другой жизни, - она взмахнула рукой. - Но за все свои прожитые годы я поняла, что все верят во что-то разное, - она склонилась поближе к Джилл. - И это вовсе не плохо”. Джилл замолчала на несколько секунд, рассеяно потирая свои глаза и осознавая, - насколько ужасающе, должно быть, она выглядит. Наконец она заговорила. “Никто не знает - так ли это. Никто. Только ты сам, - она прикоснулась к своему сердцу. - Никто даже представить себе не может, насколько огромна моя любовь, живущая в моем сердце”. “И сегодня ты явилась без приглашения на поминальную службу, только чтобы увидеть лица её родных, постоять лицом к лицу с ними?” “Да. С моей стороны это выглядит так ужасно? Я всего лишь подумала, что возможно смогла бы почувствовать… ну, что именно здесь смогла бы ощутить её присутствие”. “Исходя из того, что ты мне рассказала, я считаю, что здесь ты её не найдешь. Теперь у тебя есть коттедж. Да, коттедж. Вот где она будет”. Джилл горько улыбнулась. “Да. У меня есть коттедж. Место - куда я никак не могу заставить себя поехать, место - в котором я уже никогда не смогу встретиться с ней и разделить его с ней”. “Вздор. Тебе нужно ехать туда, потому что именно там она тебя ждет. Именно там ты обретешь свой покой, - Беа указала на надгробие. - Вот почему я прихожу сюда. Для меня Эдди тут, именно здесь я встречаюсь с ним. Именно здесь я наполняюсь верой. Она посмотрела на надгробие и еле заметная улыбка проскользнула по её сморщенному лицу. “О, я полагаю, что все еще ощущаю его, блуждающим по дому. Но он здесь. И у меня есть скамейка, куда я могу прийти и поговорить с ним. Отчасти это облегчает мою боль”. Беа удивила Джилл, когда положила свою тонкую руку на её плечи, а затем, притянув ее поближе к себе, тихо произнесла: “А что смерть… самое тяжелое остаться одной, пережить любимого человека. Но мы все равно продолжаем жить - и идем дальше, - она отстранилась. - А сейчас ты поедешь домой, тебе нужно принять очень важные для твоей жизни решения”. Джилл кивнула, а затем наклонилась и поцеловала Беа в морщинистую щеку. “Спасибо вам”, – прошептала она. “Это тебе спасибо за… ну просто спасибо”. Джилл в последний раз сжала плечо Беа и пошла прочь, поражаясь тому, насколько легче стала боль в её сердце. “Если когда-нибудь тебе ещё захочется поговорить, ты знаешь, где найти меня”, – выкрикнула Беа вслед Джилл. Джилл обернулась, наблюдая, как взгляд Беа скользнул обратно на могилу, обратно к своему Эдди.