Это судьба

Воздух был прохладным и осенним. Листья на деревьях уже пожелтели. Начал моросить маленький дождик, и ночные звезды с полумесяцем плавно освещали путь поезду, который только что подъехал к конечной платформе. — Первокурсники! — громогласно произнес великан. — Все ко мне, подходите, детки, не бойтесь, ну же. Дети зашагали к нему, и он начал рассаживать их по лодкам. — Внимательнее, ребята. Меня зовут Рубеус Хагрид, я хранитель ключей и садов в Хогвартсе. В каждой лодке должно быть по четыре человека, не больше, — крикнул великан. Лили сидела в лодке с Северусом и рассматривала пейзаж. — Смотри, там свободные места, сядем туда? — раздался чей-то голос. — Ну нет, там грязнокровки сидят, идем, вон еще свободные места, — сказал другой. — Что это значит? — спросила Лили. — Не знаю, — Северус опустил глаза вниз. — Ну тогда ладно. — Девочка недоверчиво посмотрела на своего друга. Лодки плыли сами, путь освещали звезды, и вдруг впереди показался замок. Лили никогда не видела ничего подобного. Он был прекрасен. Замок светился множеством огоньков, виднелось столько башен, озеро плавно колыхало лодки, а там, в глубине, мелькали тени загадочных существ — Северус объяснил Лили, что это русалки. Когда дети в сопровождении великана вошли в замок, они увидели ожидавшую их женщину. Лили ее сразу узнала — это была профессор МакГонагалл, которая принесла ей письмо из Хогвартса. Когда толпа первокурсников шла по коридорам замка, все внимание девочки приковали к себе картины, висевшие на стенах: они двигались и даже разговаривали.

***

Джеймс и Сириус топали по ступенькам. Рядом с большой дверью стояла высокая темноволосая колдунья в изумрудно-зеленой мантии. Ее лицо было очень строгим и серьезным. — Ее лучше не сердить, — шепнул Джеймс. — Это точно, — согласился Сириус. — Добро пожаловать в Хогвартс, — начала волшебница. — Меня зовут профессор МакГонагалл. Банкет по поводу начала семестра скоро начнется, но прежде, чем вы займете места в Большом Зале, вас распределят по факультетам. Распределение — очень важный процесс, потому что на все время обучения в Хогвартсе ваш факультет будет вашим домом. Всего факультетов четыре: Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин. У каждого из них своя славная история, и из каждого вышло немало знаменитых волшебников и колдуний. Во время пребывания в Хогвартсе все ваши успехи будут приносить баллы вашему факультету, а за все нарушения правил, баллы будут сниматься. В конце года факультет, набравший наибольшее количество очков, получит Кубок. Это большая честь. Надеюсь, каждый из вас будет достойным членом своего будущего факультета. Она быстро окинула взглядом Джеймса Поттера и повела первокурсников в огромный зал. Сам зал был прекрасен: на потолке было множество звезд, завораживающая луна, свечи парили под потолком, освещая зал, по стенам висели величественные флаги зеленого цвета, с красовавшейся на них змеей, воздух будто был напоен атмосферой чуда и волшебства. В зале находилось четыре длинных стола, за которыми сидели дети, а в другом конце виднелся стол преподавателей. МакГонагал подвела детей к табурету, на котором лежала шляпа. Она зашевелилась и запела. Когда шляпа закончила петь, зал разразился аплодисментами. Шляпа поклонилась своим острым концом каждому из четырех столов и снова замерла. Профессор МакГонагалл выступила вперед, держа в руках длинный свиток пергамента. — Когда я назову ваше имя, вы выйдете вперед, сядете на табурет, и я надену на вас Распределяющую шляпу, — сказала она. — Аббот, Эмма. — Пуффендуй, — крикнула шляпа, и девочка побежала к своему столу. — Блэк, Сириус, — он нервно сжал мантию и услышал в голове голос: — И куда же ты хочешь? — Я не хочу на Слизерин, определите куда угодно, но не туда. — Хм, ну что ж, тогда я знаю, куда тебя отправить. Гриффиндор! — закричала шляпа. В зале начался шум и гам. Сириус пошел к столу Гриффиндора, представляя свои похороны. Все переговаривались и перешептывались, даже учителя. — Что? Блэк в Гриффиндоре? — Я ослышался? — Не может быть! На Сириуса пялились со всех сторон, его это начало злить. — Чего уставились? — рявкнул мальчик, скорее с досады, чем от злости. — Эванс, Лили. Девочка на дрожащих ногах подошла к табурету и надела шляпу. — Гриффиндор! — выкрикнула та, а девочка, бросив радостный взгляд на Северуса, направилась к своему столу. Вскоре рядом сел Ремус — он тоже попал на Гриффиндор. Затем подбежал тот лохматый мальчуган, и вокруг сразу воцарился веселый гогот. Это были те мальчишки из купе, которые обидели Северуса. Оказывается, их звали Джеймс Поттер и Сириус Блэк. Лили отвернулась, не желая на них смотреть. Девочка грустно посмотрела на Северуса — его шляпа отправила в Слизерин. — Сириус, чего унылый такой? Ты не в Слизерине, сам же хотел. — Все нормально, Джим. — Недовольно промычал мальчик. В итоге Поттер так разговорил Сириуса, да и всех поблизости, что половина Гриффиндорцев пропустила распределение, а Сириус и вовсе забыл о том, что мать может приготовить ему могилу и похоронить заживо. Распределение закончилось тем, что двух близнецов Грегори и Оливера Теирс отправили на Когтевран и еще одну девочку на Слизерин. — Да начнется пир! — сказал профессор Дамблдор. Столы ломились от еды. Лили никогда не видела столько вкусностей сразу: жареное мясо, жареные цыплята, свиные и бараньи отбивные, сосиски, бекон и антрекоты, вареная картошка, жареная картошка, чипсы, йоркширский пудинг, горошек, морковка, подлива и кетчуп. Когда дети наелись, их повели в башню Гриффиндора. Гриффиндорские первогодки прошли за старостой через гомонящую толпу, вышли из Большого Зала и поднялись по мраморной лестнице. Староста, которую звали Кристен Уилс, дважды провела их сквозь двери, укрытые за подвижными панелями и занавесами. Они вновь карабкались по ступенькам. В конце коридора висел портрет толстой дамы в шелковом розовом платье. — Пароль? — спросила она. — Храбрые сердцем, — ответила девушка, и портрет качнулся вперед, открыв круглое отверстие в стене. Они все пробрались через него. Дети оказались в уютной гостиной с камином, большим диваном и креслами. В углу стоял стол, а за ним сидело привидение. Дети пораженно на него уставились. Кристен объяснила правила поведения и не раз упомянула, что ночью все дети должны спать, а не бегать по школе, затем девушка направила девочек в одну дверь к их спальням, а мальчиков — в другую.

***

— Ну что? Вы не представляете, как вам повезло! Ведь вы будете жить в этой комнате не с кем иным, как с Джеймсом Поттером! — отвесив шутливый поклон, провозгласил Джеймс. — Хвастун, — бросил в него подушку Сириус. — Давайте знакомиться, — предложил Сириус. — Я Сириус, имя хвастуна вы уже знаете. — Я Ремус, а сейчас извините, я устал и хочу спать. — Сказав это, мальчик, задернул бархатный полог, а затем зарылся в одеяло и затаился. — Меня зовут Питер. — Ну и отлично, а теперь я спать, — сказал Джеймс. Но не спал он еще очень долго, шумно ворочаясь по всей кровати, то сопел, то пыхтел, то обреченно болтал ногой, постукивая ей по кровати… — Поттер, если ты сейчас не угомонишься, то я сделаю из тебя огромную одеяльную гусеницу, — прошептал Сириус. — А кто такая гусеница? — Я не знаю, услышал, как маглы говорили про гусениц, они их травят распылителем. — А что такое распылитель? — не унимался Поттер. Сириус, громко вздохнув, кинул в него подушку. — Да понял, понял… Вот только при чем тут одеяло я не понял, — совсем тихо прошептал мальчик и вскоре уснул.

***

А Лили с новыми подругами долго не спала, девочки делились впечатлениями и обсуждали учителей. Лили решила отправить письмо родителям. Несмотря на усталость, она все же написала маленький текст, чтобы родители не волновались: «Дорогие мама и папа, вы не представляете насколько прекрасен этот замок, я видела русалок, приведений, говорящую шляпу, а еще попала на факультет — Гриффиндор, мне сказали, что тут учатся самые отважные и храбрые. Еще я познакомилась с двумя очень хорошими девочками, мой друг, Северус, попал на Слизерин, я немного расстроилась, да и он тоже. Завтра начнутся первые занятия. Я очень волнуюсь, писать вам буду часто, передавайте привет Петунье. Лили». И девочка вручила письмо своей сове Хоуп. Сова только ухнула и полетела прочь, а Лили легла спать и уже через несколько минут видела прекрасные сны.